Амстердам

Первые десять минут пути проходят в абсолютной тишине. Феликс уставился в окно и реагирует лишь на писк навигатора. Не замечает на себе долгих взглядов на светофорах, тяжёлых вздохов и нервного постукивания по рулю. Он словно ушёл в себя, и Сэму это совершенно не нравится. — Феликс, может, поедим, пока на трассу не выехали? — не выдерживает тотального игнорирования Сэм. — Я не хочу, — моментально отвечает Феликс и вновь утыкается в окно. — Как хочешь, — Сэм лишь вздыхает и ищет ближайшую забегаловку. Придорожное кафе светится неоном, и Сэм паркуется. Феликс словно и не замечает остановки и никак не реагирует. — Феликс, — снова зовёт Сэм и легонько тормошит его за плечо. — Что тебе взять? — Я всё равно не буду, спасибо. — Ты что-нибудь вообще ел сегодня? Феликс поворачивается и несколько секунд рассматривает неоновую вывеску, а Сэм видит мокрые от слёз глаза. — Кажется, да. Но сейчас не хочу. — А может, попить хочешь? Я точно кофе возьму, чтобы не уснуть, ты будешь? Феликс мотает головой, и Сэм, вздохнув, выходит из машины. Он возвращается с большим пакетом в одной руке и стаканом кофе в другом. Феликс даже позу не поменял. Сэм ставит стакан в подстаканник и аккуратно садится. Вынимает из пакета пару контейнеров и ставит на приборную панель, а остальное кладёт Феликсу на колени. — Ешь. Феликс усаживается поудобнее и суёт нос в пакет. Вытаскивает бутылку воды, апельсиновый сок и небольшой контейнер. — Что это? — Всего лишь сэндвич с курицей, и он не кусается, — хмыкает Сэм, откусывая приличный кусок от своего. — Я знаю, ты устал и напуган, но нужно кушать. Сейчас второй час ночи, и по плану мы доедем до Эссена часам к пяти утра максимум, и больше я нигде останавливаться не буду. Так что поешь, и, если хочешь, можешь завалиться спать на заднее сиденье. — Хорошо, — покорно отвечает Феликс и открывает контейнер. Он ест молча и тщательно пережёвывает, запивая водичкой. Сэм вроде и рад, и не рад одновременно. Феликс наверняка голодный, ведь на одних овощах далеко не уедешь, но то, что он отказывается есть, говорит либо о полном отсутствии аппетита, вызванном сегодняшними событиями, либо о какой-то диете, ведь Феликс выглядит ну уж больно худеньким. Сэм не лезет с вопросами, понимая, что сейчас только испортит ему аппетит, молча дожёвывает свой сэндвич и открывает ещё один контейнер. По всему салону разносится приятный сладкий аромат, и Феликс оживает на глазах. — Что это? — он ведёт носом по воздуху и во все глаза смотрит на контейнер в руках Сэма. — Карамельное пирожное. Будешь? — А можно? — Конечно. Сэм протягивает маленькую ложечку, и Феликс тут же отправляет в рот приличный кусок. — А ты, оказывается, сладкоежка, — улыбается довольный Сэм и пробует лакомство сам. — С этого и надо было начинать. — Я просто люблю карамель, — смущённо улыбается Феликс, и Сэм залипает на морщинках в уголках глаз. — Хорошо, карамелька. Я запомню. Феликс замирает и слегка краснеет, отчего Сэму хочется заорать в окно. В жизни брюнет оказался красивее, чем на всех видео вместе взятых, и Сэм готов взорваться от счастья. Он рассматривает аккуратный носик, россыпь веснушек, которых не передавала камера, и розовые губы, вымазанные белым кремом. — Хрюндель, — издаёт смешок Сэм. — Кто? Я? — Феликс перестаёт жевать и с вызовом смотрит на Сэма. — Ты чего обзываешься? — Ты испачкался, — Сэм кивает на губы, и Феликс облизывается. Это мало чем помогает его губам, но помогает члену Сэма дёрнуться, и тот сжимает ноги, не сводя глаз с губы, на которой осталась капелька крема. — Дай сюда, — Сэм не выдерживает, проводит большим пальцем по нижней губе и машинально слизывает сладкий крем. В паху моментально тяжелеет. Тепло и сладость чужих губ оседает на собственных, и Сэм начинает осознавать, что сделал. Он с опаской смотрит на Феликса, но тот будто бы и не заметил посягательств на свои губы, только облизывает ложку. Сэму натурально хочется выть. — Спасибо, — Феликс заканчивает есть и убирает весь мусор в пакет. — Да не за что, — Сэм берёт себя в руки и забирает мусор, стараясь не смотреть на Феликса лишний раз. — Пойду выкину. В туалет хочешь? Лучше сейчас, чтобы потом спокойно ехать. — Хорошо. Сэм сидит на капоте и курит, дожидаясь возвращения Феликса из уборной забегаловки. Он пишет другу из универа, что заболел и несколько дней пропустит, просит прикрыть, и не сразу замечает, как ему в карман лезет чужая рука. — Боже, — Сэм дёргается и чуть ли не выпускает телефон из рук. — Ты чего пугаешь? — Я тоже хочу курить, — улыбается Феликс и закуривает. Сейчас он выглядит немного лучше. Голос уже не такой убитый, на щеках появился румянец, и Сэм улыбается в ответ. — Спать хочешь? — Пока нет. Можно я спереди поеду? В конце концов, я же штурман. — Да хоть на капоте сиди, путь показывай, — смеётся Сэм и с удовольствием наблюдает, как губы Феликса расплываются в улыбке. — Дурак, а если я соглашусь? — Прости, сейчас не получится. У меня нет верёвки, чтобы привязать тебя к капоту, а строительные закрыты. Феликс уже в открытую смеётся над тупой шуткой Сэма, а тому наплевать. Главное, что смеётся. Главное, что не замыкается в себе, не впадает в истерику. Весь настрой сбивает входящий звонок, и Феликс моментально мрачнеет. — Скажи, что это не он. — Это он, — вздыхает Сэм. — Да что ему ещё надо? — Надо взять. — Не надо. Пусть думает, что я с клиентом трахаюсь. Я потом сам перезвоню. — Это прокатит? — А как ещё? Да и нужно придумать, что говорить. Я не хочу облажаться, как в последний раз. — Чёрт, нужно ехать, — Сэм тушит бычок. — Чем дальше мы от него, тем лучше. Машина трогается, но в салоне тишина. Ни у кого нет настроения разговаривать, но разговаривать надо, иначе Феликс снова уйдёт в себя. Сэм прокручивает в голове десятки вопросов, но никак не может выбрать нужный, чтобы разрушить эту тишину, и Феликс помогает ему сам. — А где камень? Ты его выкинул? — Камень? Камень в багажнике. — В багажнике? — с ужасом в голосе переспрашивает Феликс. — Ты его не выкинул? — Выкидывать его в городе было опасно. Да и времени не было, так что он в багажнике, — Сэм отвечает спокойно, чтобы Феликс не впал в панику, а сам только сейчас понимает, что возит в багажнике орудие убийства. — От него нужно избавиться. — Знаю. — Прямо сейчас. — Знаю. — Минутку, — Феликс что-то ищет в навигаторе. — Тут недалеко есть река. Давай его с моста скинем? — Хороший вариант, — соглашается Сэм. — Куда ехать? Феликс вбивает новый адрес, и через десять минут Сэм сворачивает на просёлочную дорогу. Ещё через пять впереди показывается мост, и он паркуется у обочины. — Тут так тихо, — Феликс ёжится от холода и обнимает себя руками. — Это только на руку. Ни домов, ни машин. Никаких свидетелей. Ты готов? — Не очень, но выбора нет. Доставай. Сэм достаёт из багажника завёрнутый в толстовку камень и накрепко связывает рукава. Мост парит над тёмной водой на высоте метров пяти, и Феликс словно заворожённый следит за рябью. — Кидаем? — А он точно утонет? — Феликс с недоверием косится на свёрток. — Да. Сейчас ткань намокнет и сама потащит камень на дно, так что не волнуйся. — Ну ладно, кидай уже. Феликс нервно переступает с ноги на ногу и облегчённо выдыхает, когда раздаётся всплеск. Сэм запустил камень аккурат по середине реки, и течение, подхватив свёрток, протащило его на несколько метров вперёд, пока толстовка не намокла и не пропала из вида, плавно опустившись на дно. — Ну всё, дело сделано. Нет орудия убийства, нет доказательств. — Все доказательства остались на трупе, — нервно хихикает Феликс. — Без камня никто ничего не докажет. Феликс, даже если на тебя выйдет полиция, они не смогут ничего предъявить, кроме секса. У вас ведь был секс? — Ну был. — Тебе максимум влепят проституцию, если докажут. — Не влепят, — Феликс опускает глаза. — Мой босс доберётся до меня раньше. Уверен, никакой полиции и не будет, наверняка все следы уже замели. — Кстати, Феликс, нужно позвонить. — Сейчас? И что я ему скажу? — Не важно, что ты скажешь. Важно, что скажет он, — Сэм протягивает телефон. — Только поставь на громкую. Феликс неуверенно берёт телефон в руки и долго смотрит то на вызов, то на Сэма. Но деваться некуда, и он это прекрасно знает. Феликс жмёт на вызов, и Дирк берёт трубку мгновенно. — Дирк? Ты звонил? — Конечно звонил, милый. Ты какого хрена трубку не берёшь? — Я зарабатываю тебе деньги, — зло отвечает Феликс и тут же пугается своих слов. — Да ты что. И где твой новый клиент? Ты ещё с ним? — Он в душе, — уже спокойнее отвечает Феликс. — А ты где? Что-то плохо слышно, как будто ты на улице. — Я на балконе. Покурить вышел, — на ходу врёт Феликс, и Сэм одобрительно кивает. — Что-то я не вижу тебя на балконе, милый. Феликс открывает рот, не зная, что сказать, и у Сэма по позвоночнику пробегает холодок. Дирк действительно отследил отель. Наверняка его люди сейчас окружили все ходы и выходы в ожидании Феликса, а значит, Сэм своей идеей загнал их обоих в ловушку. — Ты что, снова следишь за мной? — кричит в трубку Феликс, переходя в наступление. — Я хоть раз давал повод в себе усомниться? Я хорошо работаю и вовремя плачу, а ты всё равно за мной следишь? — С сегодняшнего дня ты потерял всё моё доверие. Так ты уверяешь, что в отеле с клиентом? С тем школьником на Мазерати? Что он снял тебя на всю ночь и исправно трахает, а не увёз куда-нибудь из города? — Я с клиентом, — тихо отвечает Феликс, а у самого слёзы наворачиваются. — И ты даёшь мне гарантию, что появишься в дверях утром? Например, часов в девять? — Даю. — Хорошо, милый. Тогда увидимся утром. Звонок обрывается, и в тот же миг Феликс сползает по перилам. Телефон выскальзывает на асфальт, и Сэм его подбирает. В голове проносится куча вариантов, что делать и куда бежать, но он не может выцепить ни одной достойной идеи, где они бы оба смогли выжить. — Феликс, — Сэм опускается на корточки и осторожно трогает плачущего Феликса за плечо. — Ты как? — Как? Как я? — тот поднимает заплаканные и испуганные глаза, и Сэм отчего-то под этим взглядом начинает дрожать. — Я труп. И ты труп. Он всё знает, понимаешь? Он знает всё. Он знает, что я сбежал с тобой, что никакой ты не клиент, что нас нет в отеле. Мы обречены! — Эй, ну чего ты. Не раскисай раньше времени, — Сэм осмеливается обнять дрожащие плечи и притягивает Феликса к себе. — У нас есть время до утра. Мы доедем до Эссена, снимем номер в каком-нибудь неприметном мотеле, запасёмся едой и будем ждать новостей от Карлоса. А потом ты уедешь. Уедешь далеко-далеко отсюда. Ты ещё так молод, начнёшь жизнь заново. Найдёшь себе нормальную работу, с твоим-то образованием, встр… — С моим образованием? — хмыкает Феликс, отталкивает от себя Сэма и поднимается на ноги. — С каким образованием? — Ну у тебя в анкете указано? — В анкете указано, да? Я даже не помню, что в моей анкете указано! Нет у меня никакого образования, я только школу закончил! И вовсе я не молодой, мне уже тридцать! Всё это фальшивка, понимаешь? Мой возраст, образование, вес и даже золото на мне — всё фальшивка, — кричит Феликс, и в воду летят множество золотых колечек, тонких браслетов и даже серьги. — У меня аллергия на золото, точнее, на примеси в нём, так что приходится таскать дешёвку. Но знаешь, что самое ужасное? Клиенты то золото носят, а мне потом приходится до крови расчёсывать все места, к которым оно прикасалось! — Феликс, успокойся, — Сэм встаёт на ноги и пытается подойти ближе, но Феликс выставляет руки вперёд, впадая в ещё большую истерику. — Это всё фальшивка, понимаешь? Прокол в носу? Нет у меня никакого прокола! — колечко из носа отправляет в реку к остальным украшениям. — Феликс! — Я весь фальшивка! Во мне и у меня нет ничего настоящего, понимаешь? Ничего! Даже волосы и то не мои! — Феликс одним рывком срывает с головы парик, и тот тоже отправляется вниз с моста. Сэм ошарашенно смотрит на бьющегося в истерике Феликса и не знает, что сказать. Всё, что он знал о нём, или думал, что знал, оказывается одной большой ложью, но почему-то обида и разочарование не топят сердце, а волосы только вызывают интерес. Белые, словно у Эльзы, длиной до плеч, к ним так и хочется прикоснуться. Наверняка мягкие, наверняка пахнут каким-нибудь сладким шампунем, и Сэм сжимает руки в кулаки, чтобы не наброситься и не облапать, и слишком поздно замечает, что Феликс пытается перелезть через перила. — Ты, сука, куда? — отмирает Сэм и успевает схватить его за шкирку в последний момент. — Совсем что ли с ума сошёл?! — Уж лучше так, — Феликс пытается выбраться из мёртвой хватки, но Сэм держит его крепко. — Уж лучше так, чем меня затрахают до смерти! — Щас прям, — рычит Сэм, слишком резко впечатывает Феликса в машину, и тот ойкает от боли. — Рано тебе умирать, только промокнешь, да и я промокну, пока тебя вытаскивать буду, так что забудь про воду! Тебе нужно успокоиться. У нас ещё куча времени до утра. Мы приедем в Эссен, заляжем на дно и будем ждать новостей от Карлоса. Да, Дирк знает, что мы вместе и мы сбежали. Да, он наверняка как-то отследил нас по камерам. Но он не видел чемодан, он по-прежнему не знает, куда тот делся, и это наш шанс. Пока он караулит отель или рыщет по городу, мы спокойно доедем. Я буду петлять по просёлочным дорогам, чтобы особо не попадать на камеры, но мы доедем, слышишь? — Слышу, — пищит Феликс, во все глаза уставившись на Сэма. — И ты вовсе не фальшивка, — смягчается голос. — Ты очень красивый. Сейчас передо мной никакая не фальшивка, а настоящий ты. Можно? — Можно, — кивает притихший Феликс и весь сжимается, когда чужие пальцы цепляют светлую прядь. — Такие мягкие. Это твой натуральный цвет? Феликс лишь еле заметно кивает, смотря куда-то сквозь Сэма, и тот наконец-то понимает, что прижимает испуганного Феликса слишком сильно. — Боже, прости, — Сэм его отпускает и отходит на пару шагов. — Я не хотел тебя пугать. Ты же не думаешь, что я тебя ударю? Именно так Феликс и думает, и Сэму хочется ударить себя. Он прячет руки за спину, и только тогда Феликс делает глубокий вдох. — Феликс, прости. Феликс открывает рот, чтобы что-то сказать, но передумывает и, нащупав за спиной ручку, открывает дверь и ныряет в салон, не сводя с Сэма глаз. — Чёрт, — Сэм разворачивается и облокачивается о перила моста. Ещё не хватало совсем запугать и так еле живого Феликса. Звонок Дирку испортил все планы и выбил из колеи, но раз уж он сам ввязался в это дерьмо, нужно действовать, а не паниковать. Чиркает зажигалка, и темноту ночи разбавляет рыжий огонёк. Сэм затягивается, пускает едкий дым в лёгкие, но облегчения это не приносит. Он сплёвывает с моста, подходит к машине и садится на корточки возле пассажирской двери. Костяшки стучат по стеклу, и через мгновение стекло опускается. — Будешь? В меня не лезет, — Сэм протягивает сигарету Феликсу, и тот хоть и неуверенно, но всё-таки берёт. Он наблюдает, как Феликс подносит сигарету к губам, как обхватывает фильтр, как затягивается, и не может от него глаз отвести. Перед ним будто другой человек. Ничего общего с парнем, к которому Сэм так привык за эти месяцы, которого так мечтал встретить, но от этого не менее прекрасный. — Тебе так больше идёт, — раздаётся тихий шёпот, и Феликс с удивлением смотрит на Сэма сверху вниз. — Волосы. Тебе лучше блондином. — Спасибо, — отвечает Феликс. — Заберёшь? Мне тоже не заходит. Он протягивает руку с зажатой сигаретой, но Сэм, вместо того чтобы взять её рукой, тянется на носках и забирает сигарету губами. Лицо Феликса вытягивается от неожиданности, но он не дёргается, а лишь смотрит, как Сэм отстраняется. — Прости, — Сэм смотрит таким виноватым взглядом, будто это он повёл себя грубо, а не наоборот. — Прощаю, — отвечает Феликс тихо. — Может, залезешь уже? Прохладно. — Две секунды, карамелька, — улыбается довольный Сэм, затягиваясь в последний раз, а Феликс тут же поднимает стекло, дабы спрятать смущённую улыбку. Сэму не хочется расставаться с сигаретой, которая только что прикасалась к чужим губам, и он неохотно гасит её об асфальт. Ноги гудят после двух минут сидения на корточках, так что мягкое сиденье кажется раем, а тёплый руль приятно греет пальцы. — Успокоился? — Немного, — отвечает всё ещё расстроенный Феликс. — Может, тебе водички? — Я хочу вино. Красное. Бутылку, а лучше две. — Где я сейчас тебе возьму вино, ночь на дворе. — Я знаю. Феликс заворачивается в пальто и прижимается виском к стеклу, безразлично наблюдая за дорогой. Сэм заводит машину и, развернувшись на пятачке после моста, возвращается на трассу. Ему везёт, и через пару километров он героически добывает две бутылки вина в придорожном баре. Феликс его труды оценивает, но всё равно морщится, когда делает глоток. Вино дешёвое, и Сэм взял его только из-за винтовой крышки, ведь штопора под рукой нет, да и стаканчиков тоже, но Феликсу всё равно. Терпкая жидкость приятно разливается по телу, и он, быстро расправившись с половиной бутылки, засыпает.

***

Пробуждение выдаётся не самым приятным. Сэм, устав будить словами, будит лёгкими похлопываниями по щеке, и Феликс недовольно фыркает, приоткрыв один глаз. — Ты что делаешь, а? Язык заплетается после вина и короткого сна. Феликс открывает оба глаза и промаргивается. Он всё так же сидит в машине, на дворе ночь, а рядом сидит уставший Сэм. — Соня, вставай давай. — Не хочу, — бурчит Феликс и снова закрывает глаза. — Феликс, вставай, мы в Эссене. — В Эссене? — Феликс моментально просыпается. — Уже? — Уже минут двадцать как, — зевает Сэм. — Я снял нам комнату в мотеле, но у меня не хватит сил дотащить тебя, так что вставай, или мы останемся спать в неудобной машине. — Чёрт. У меня нет сил. — У меня тоже, а ещё совершенно не варит мозг. Феликс показательно вздыхает и вылезает из машины, не забыв забрать бутылки. Само здание высотой в два этажа и покрашено в наверняка приятный серый цвет, но в ночи полностью сливается с местностью, и если бы не фонарь над входом, Феликс бы и не понял, что тут здание. — Я снял комнату на первом этаже. Она небольшая, но чистенькая, с новеньким душем, так что идём, — Сэм ставит машину на сигнализацию и, прихватив какой-то пакет, тащит Феликса внутрь. Комната действительно как после ремонта. Белые стены, ковёр возле большой и мягкой кровати, телевизор, шкаф, стол, на котором стоит чайник и дверь, ведущая в ванную комнату. — Ты прав, здесь миленько, — осматривается Феликс и снимает пальто. — Есть будешь? Я взял пару хот-догов, но потом вспомнил, что ты не очень по части пищи, и нашёл что-то типа цезаря. — А можно просто поспать? — Ты выжрал почти бутылку без закуски. — Но я ел до этого. — Феликс. — Ладно. Феликс показательно фыркает, но контейнер с цезарем берёт. Сэм свой хот-дог съедает моментально и отправляется в душ, а Феликс, ещё немного поковыряв листья вилкой, допивает бутылку и открывает новую. Вино по-прежнему не заходит, но он буквально заставляет себя пить, мечтая утопить в алкоголе последние сутки. Голова мутная от недосыпа и дешёвого пойла, и единственное, чего сейчас действительно хочется — это помыться и завалиться спать. Сэм вымотан. Он чувствует это каждой клеточкой тела. Болит каждая мышца и особенно пальцы, ведь он не привык столько рулить. Он вообще больше часа за рулём не сидел никогда, а сегодня сделал марш-бросок до соседней страны. В голове до сих пор не укладывается ситуация с Феликсом, эти прятки с Дирком, мутки с Карлосом. Будто Сэм попал в какой-то дешёвый боевик, выхода из которого пока не предвидится. Но он не жалеет. Не то чтобы он был каким-то сверхчеловеком, способным решать любые проблемы, но и вот так просто отдавать Феликса не собирается. Феликса, о встрече с которым так долго мечтал. Феликс, о встрече с которым так долго мечтали, тихонько проникает в ванную уже полностью раздетый. Сэм чувствует присутствие другого человека рядом, немного напрягается, но не оборачивается. Решив, что Феликсу понадобилось срочно отлить, он продолжает смывать гель с тела, ныряя обратно в свои мысли, но чужая ладонь на спине заставляет замереть. Феликс поглаживает спину, поднимается выше и несильно мнёт широкие плечи. — Феликс, что ты делаешь? Феликс не обращает внимание на вопрос. Он проводит ладонями по груди и ведёт к паху, но Сэм оборачивается, перехватывая его руки в последний момент. — Феликс? — Что-то не так? Тебе так не нравится? Скажи, как нравится, и я всё сделаю. Феликс жмётся ближе, и Сэм задерживает дыхание. Абсолютно голый Феликс с ним в одном душе? Он и мечтать о таком не мог. Мокрые кончики волос касаются длинной шеи, капли стекают по груди, тёмные соски стоят торчком от прохладной воды, которая стекает тонкими струйками по животу и стройным ногам. Да, ни одна камера не могла передать эту красоту, и у Сэма начинает кружиться голова от близости к столь желанному телу. Он просто не может не смотреть. Просто не может. — Нравлюсь? — игриво улыбается Феликс, обнажая белые зубы. — Нравишься, — честно отвечает Сэм. — Так возьми меня. Чего ты ждёшь? — Взять тебя? — Сэм непонимающе хмурится. — Ты же хочешь меня, я знаю. Пусть это будет маленькая плата за твою помощь. — Маленькая плата? Ты серьёзно? — А что такого? Тем более меня сегодня уже трахали, мне даже готовиться не надо. Феликс двигает бёдрами вперёд, трётся своим животом о пах Сэма, и у того натурально едет крыша. Перед ним его мечта, согласная на всё, готовая ко всему. Сэм опускает глаза вниз, видит, как их члены трутся друг о друга, и сильнее сжимает запястья Феликса. Собственный член начинает твердеть, и Сэму еле хватает выдержки отстраниться. — Так не пойдёт, — он качает головой и смотрит Феликсу прямо в глаза. — В каком смысле не пойдёт? — Я не буду с тобой спать. — Не будешь? — Феликс даже открывает рот от удивления. — Почему? Не хочешь меня? — Посмотри на мой член. Разве похоже, что не хочу? — Сэм кивает на колом стоящий орган. — Тогда что не так? — Ты меня не хочешь. — Ой, конечно, — хмыкает Феликс. — Тогда что я здесь делаю, если не хочу? — Выполняешь свою работу. — Что? — Феликс замирает, вытаращив на Сэма глаза. — Работу? — Да, работу. Ты меня не хочешь. Ты лишь делаешь то, к чему привык, расплачиваешься собой по привычке, ведь последнее, чем бы ты сейчас мечтал поскорее заняться, это секс. — Да, конечно, — начинает злиться Феликс и отводит глаза. — И зачем мне это? Ты не мой клиент. — Не твой. Но ты делаешь то, что умеешь лучше всего, чтобы задобрить и ублажить, хотя я в этом не нуждаюсь. Ты делаешь то, что можешь контролировать, что заставляет тебя чувствовать себя в безопасности. Но в действительности ты меня не хочешь. Может быть, тебе нравится моё тело, но я сам не нравлюсь. — Но ведь я-то тебе нравлюсь? Так почему бы не воспользоваться? — Воспользоваться? Феликс, я действительно о тебе мечтал. Но не мечтал о том, что бы вот так просто тебя трахнуть. — Но я не понимаю, — Феликс окончательно теряется и бегает взглядом по лицу Сэма, пытаясь понять ход его мыслей. — Феликс, я подписан на тебя два года. Если бы я хотел просто с тобой переспать, я бы давно позвонил и добился встречи. Думаешь, что я настолько бедный, что за столько лет не смог накопить несчастные несколько сотен? Да, я искал тебя, но не для того, чтобы трахнуть в первый день знакомства, а потому что ты мне нравишься. Я бы хотел начать с общения, узнать тебя как человека и, быть может, поцеловать. — Что? Поцеловать? — Да, поцеловать, — отвечает Сэм, медленно приближаясь. — Можно? Всего один поцелуй. — Ты совсем что ли? Издеваться вздумал? — Феликс испуганно замирает, не сводя глаз с приближающихся губ. — Какая же ты сука. Он вырывается из рук Сэма и, резко отодвинув шторку, выбегает из душа. — Феликс, что не так? — кричит вслед Сэм. — То есть как трахаться — то пожалуйста, а как поцелуй, то я ещё и сука? Феликс замирает у двери и медленно оборачивается. — Какой нормальный человек захочет целовать шлюху, — зло кидает он и уходит, громко хлопнув дверью. — Сука, — Сэм подставляет лицо под воду и накрывает член ладонью. Возбуждение и не думает спадать, поэтому приходится включить водичку похолоднее. Феликс пришёл к нему сам, пришёл и предложил себя в качестве платы за помощь. Такой тёплый и податливый, но совершенно невозбуждённый. Сэм для него всего лишь один из сотен других, всего лишь работа, и от этого становится погано и обидно на душе. Сэм помогает не ради красивого тела, не ради секса, осталось лишь объяснить это Феликсу, но он прекрасно понимает, что это будет чертовски трудно. Сэм накидывает халат и заходит в комнату. Феликс стоит у приоткрытого окна и курит, периодически прикладываясь к бутылке. На плечи накинуто полотенце, но оно покрывает только спину, и Сэм не может не смотреть на голые ноги и упругие ягодицы. Феликс за собой следит, это видно. Ни единого волоска, тело подтянутое, а кожа мягкая. Хочется подойти, притянуть за талию и уткнуться в светлые волосы. Провести языком по шее, слизывая капли, и, может, даже прикусить, но лишь губами и нежно. Сэм подходит ближе, но ничего из того, чего так хочет, не делает. Вместо этого он срывает полотенце с худых плеч, накидывает на них халат, забирает сигарету и, потушив о горлышко, закидывает её внутрь бутылки. — Ну нахуя, — шипит Феликс и трясёт испорченной бутылкой. — Оно всё равно было поганым, — Сэм убирает бутылку в угол подоконника, завязывает халат, подхватывает Феликса на руки и переставляет буквально на двадцать сантиметров левее, на тёплый ковёр. — Ну и что, мне под стать, — продолжает ворчать Феликс. — Ну уж нет. И вообще, чего ты не оделся? Мёрзнешь тут стоишь. — Я курить хочу. — А я спать. И мой вариант уж точно лучше. — Не хочу я спать. — Феликс, я не спал всю ночь, ты весь на нервах. Нам просто необходимо поспать. — Что-то ты до хуя заботливый, тебе не кажется? — язвит Феликс, продолжая стоять у окна. — Добрячок Сэм. Поможет вам с убийством, с побегом и даже не посягнёт на честь и достоинство. — А чего ты хочешь, а? — уставший Сэм заводится мгновенно. — Хочешь, чтобы я был чудовищем? Как они? Хорошо. Раздевайся. — Чего? — мигом тушуется Феликс и вжимается в подоконник. — Раздевайся, — повторяет абсолютно спокойным голосом Сэм. — На кровать. Ты же хотел трахаться, значит, будем трахаться. — Я не хочу. — Хочу — не хочу, но это же твоя работа. Тем более ты сам предложил, — Сэм толкает Феликса на кровать и нависает сверху. — Раздевайся. На секунду Феликс теряется от такого напора, но потом послушно тянет за пояс и распахивает халат. Не зажимается, вытягивает руки вдоль тела и покорно ждёт, что будет дальше, а у Сэма сердце разрывается. — Почему ты, — начинает он срывающимся голосом. — Почему ты даже не сопротивляешься? — Потому что меня этому не учили, — тихо отвечает Феликс, но в глаза не смотрит. Сэм перелезает на другую половину кровати и садится на колени, сложив руки перед собой, а Феликс продолжает лежать безвольной куклой. — Феликс, я бы тебя не тронул, я лишь хотел… — Я понял, — Феликс запахивает халат, но не завязывает и ныряет под одеяло. — Ты прав. Нам нужно поспать. Он отворачивается к окну и устраивается на самом краешке кровати, накрывшись с головой. Сэм, наоборот, снимает неудобный халат и, оставшись в одних трусах, ложится рядом и поворачивается к Феликсу. Он осторожно касается плеча через одеяло, и Феликс дёргается. — Чего ещё? — С тобой всё хорошо? — Со мной всё хорошо. Спи давай, — ворчит Феликс, и Сэм отворачивается лицом к двери. Феликс напуган и обижен, хоть вида и не подаёт, и Сэм злится на себя за то, что всё только усугубил. Он хотел лишь показать Феликсу, что совсем не такой, как его клиенты, но получилось только испугать и вскрыть старые раны. Сэм ворочается, хочет устроиться поудобнее, но ещё хочет просто сгрести Феликса в охапку и сказать, что он не один, что зла ему не причинят и никогда против воли не тронут. Но руки приходится держать при себе, а язык за зубами. Ещё немного поворочавшись и повздыхав, Сэм всё-таки засыпает. Феликсу снятся кошмары. Обрывистые видения, тени прошлого, потаённые страхи и руки по локоть в крови. Он резко просыпается, садится в кровати и сразу жмёт пальцами на виски. Пьяная голова звенит, словно колокол, и Феликс жмурится, пытаясь понять, где он. Нет, мотель не оказывается кошмаром, да и сопящий рядом Сэм вполне реальный. Он находит телефон Сэма на прикроватной тумбочке. Ещё только шесть утра, но из-за больной головы спать больше не хочется. Феликс осторожно вылезает из постели, стараясь двигаться бесшумно, и подходит к окну. Парковка освещается слабой полоской рассвета где-то вдалеке, а ветерок, задувающий в приоткрытое окно, довольно тёплый. Феликсу хочется выйти на улицу, подышать ночным воздухом, но одеваться лень. Он находит сигареты и пытается прикурить, но зажигалка работать отказывается. — Чёрт, — недовольно шипит Феликс и кидает сигареты на подоконник. Взгляд замечает какое-то движение, и он инстинктивно прячется за занавеску, высунув только любопытный нос. На парковку заезжает машина, почему-то с выключенными фарами. Она тенью скользит по парковке и останавливается рядом с машиной Сэма, и у Феликса начинает сосать под ложечкой. Предчувствие никогда его не подводило, а сейчас и вовсе вопило, что что-то не так. Из машины выходят трое и осматривают тачку Сэма. — Вот чёрт. Сэм, проснись, — тихо зовёт Феликс, но тот и не думает шевелиться. — Сэм? Сэм спит словно убитый, и Феликс, стараясь не мелькать в окне, подходит и трясёт его за плечо. — Сэм, проснись. — Ну чего тебе? — Сэм переворачивается на спину и продолжает дрыхнуть, а у Феликса уже ноги подкашиваются от страха. — Сэм, мне кажется, это Дирк. Он нас нашёл. — Чего? — Сэм вскакивает моментально. — Кто нас нашёл? — Возле твоей машины какие-то люди. Я не думаю, что это простое совпадение, — шепчет Феликс, кивая на окно. Сэм осторожно переползает на сторону Феликса, слезает с кровати и выглядывает из-за занавески. — Может, это угонщики. Или грабители? — делает предположение Сэм. — Не лучше. Чемодан-то в багажнике, — пищит Феликс. — Чёрт. Они просвечивают машину фонариками. Быстро одевайся. Феликсу два раза повторять не нужно. Он моментально скидывает халат и бегает по номеру в поисках своих вещей. Через минуту они уже одетые стоят по разным сторонам от окна и наблюдают, как компания людей направляется к мотелю. — Готовься лезть через окно, — шепчет Сэм, и Феликс неуверенно кивает. — Мы ведь всё взяли? Телефон? — В кармане. — А если в машине ещё кто-то есть? — Сейчас проверим. Как только люди заходят в здание, Сэм включает камеру на телефоне и направляет на чужую машину, увеличивая масштаб. — Видно не очень хорошо, но вроде чисто. — Ладно. — Готов? — Нет. — Сейчас. Сэм открывает окно и высовывается наружу. На крыльце чисто, и он осторожно залезает на подоконник. До земли метра два, высота для его ног плёвая, и он, легко спрыгнув, сразу же прячется за ближайший куст. Из дверей никто не появляется, и он машет Феликсу. Феликсу страшно. Он сидит на подоконнике и никак не может решиться. Он понимает, что времени в обрез, но ничего не может с собой поделать. — Я не могу, — шепчет он Сэму одними губами. Сэм прекрасно понимает, в чём загвоздка, но времени на уговоры нет. Он подходит к окну и поднимает руки вверх. — Давай же, я поймаю. Феликсу от этого не легче. Нырять в темноту страшно, но как только он слышит в коридоре шум, прыгает вниз, даже не раздумывая. Сэм ловит его, как и обещал, и сразу же тащит в кусты. Как только они скрываются за ветками, на крыльце появляется человек и внимательно осматривает территорию. Сэм садится на корточки, тянет Феликса за собой и замирает. Спустя несколько секунд мужчина скрывается в дверях, не увидев ничего подозрительного. Сэм осторожно вылезает из укрытия и, не сводя глаз с крыльца, медленно отходит к машине, ведя Феликса за собой. Добравшись до тачки, Феликс мышкой ныряет в салон, а Сэм приоткрывает багажник и суёт в него руку. Натыкается на чемодан с деньгами, но сейчас его интересует не он. Сэм нащупывает сумку с инструментами и кое-как открывает. В темноте видно плохо, но в конце концов ладонь натыкается на нож. Сэм достаёт его и, закрыв багажник, вонзает в колесо соседней тачки. Колесо свистит, но этого мало. Сэм принимается за переднее, и его взгляд падает на окно их номера. На него смотрят три пары злых глаз, и Сэм, вытянув губы в безумной улыбке, дёргает рукой, оставляя на колесе глубокий шрам. Мужчины не Феликс, они долго не думают и уже через пару секунд выпрыгивают из окна и бегут прямо на Сэма. — Сэм, быстрее, — кричит Феликс, приоткрыв дверь, и Сэм перестаёт играть в героя. Он оббегает машину, садится за руль и успевает заблокировать дверь, прежде чем в неё прилетает кулак. Сэм даёт по газам, крутит руль влево, и машина срывается с места, сбив одного из верзил и свалив его на землю. Двигатель ревёт, Феликс вопит от страха, но Сэм, не обращая внимания, жмёт на газ, и через несколько секунд они оказываются на дороге. Немного проехав, он тормозит у обочины и ждёт. Погони нет, и Сэм облегчённо выдыхает. — Ты зачем остановился? — продолжает орать Феликс. — Нам ехать надо, иначе не оторвёмся. — Погони нет, не волнуйся. Я пробил им два колеса. — Два? — Феликс, успокойся, им не на чем нас преследовать. — Ты дурак? Ты думаешь, Дирк послал только троих? — Думаешь, есть подмога? — Конечно. Так что жми на газ уже и валим! Сэм кидает на Феликса задумчивый взгляд, кивает, и тачка срывается с места. — Так куда мы теперь? — спрашивает Феликс, немного успокоившись. — Пока куда-нибудь за город. Нужно придумать, что делать дальше. В город путь заказан. Если люди Дирка в городе, нам надо валить как можно дальше. — Но как они вообще нас нашли? — Ты же помнишь наизусть номер Дирка? Карлоса? — Помню. Тем более номер Карлоса хранится в кулоне. — Вытащи свою симку из моего телефона, сломай и выкини в окно. — Думаешь, он нас так отследил? — Может быть, он и меня пробить успел. Нужно купить одноразовые телефоны. Блять, ну что за жопа, — бьёт по рулю Сэм. — Всё же было хорошо. План был отличным. Ебаные технологии. — Согласен. Тогда твой телефон тоже выкинем? — Придётся. Жалко, блин, я только купил. — Сэм, остановись, — просит Феликс и кивает на небольшой продуктовый магазин по пути. — Я забыл Карлосу фотки. — Фотки? — Да. Для новых доков. Сфоткай меня на фоне этой белой стены, пока телефон ещё жив. Сэм паркуется возле магазина, и Феликс, приведя свои волосы хоть в какой-то порядок, позирует у стены. Сэм делает несколько снимков, и Феликс отсылает их на нужный адрес. Пока он возится с фотками, Сэм заглядывает в магазин, который оказывается круглосуточным, и запасается едой. Кофе оказывается полной фигнёй, и он, сделав пару глотков и выкинув стаканчик в мусорку, всё же берёт энергетик. Два предоплаченных телефона тоже летят в корзину. — Сука, я так хорошо спал, — жалуется он, когда подходит к сидящему на капоте Феликсу. — Энергос будешь? — Фи, — кривится Феликс. — Я всё отправил. Что дальше? — Дальше? Сэм не успевает ответить, как телефон вибрирует, и Феликс бледнеет. — Дай мне, — Сэм берёт телефон и включает громкую связь. — Дирк? Это Сэм. Ну ты, наверно, уже в курсе. — Малыш Сэм, — раздаётся мелодичный голос. — Рад наконец-то познакомиться. Как ваши дела? Как там дела у моей лучшей шлюхи? — Не знаю таких, — дерзит Сэм, и Феликс в ужасе прикрывает рот рукой, прекрасно понимая, что после такой дерзости они точно не жильцы. — Ох, малыш. Тебе что, плохо жилось? Как ты вообще умудрился с ним связаться? Поверь, он того не стоит. — Это уже мне решать, — твёрдо отвечает Сэм и смотрит Феликсу прямо в глаза. — Он стоит всего. — Маленький наивный мальчик. Думаешь, ты сможешь его уберечь? Сможешь спрятать его в Германии? Ладно, я дам тебе шанс. Верни мне мои деньги, и, быть может, Феликс не пострадает. — Хорошего дня, мистер Дирк, — прощается Сэм и выключает телефон. — Что ты натворил? — шепчет шокированный Феликс. — Теперь мы оба трупы. — Пусть сначала до нас доберётся. Сэм выписывает несколько важных контактов на бумажку и разбивает телефон молотком прямо на парковке. Остатки дорогого смартфона летят в мусорку, и они закуривают. Феликс залезает на капот и болтает ногами, задумчиво залипая на стену перед собой, а Сэм сидит рядом на корточках и пытается разобраться в новом телефоне. — Почему ты меня защищаешь? — спустя минуту тишины спрашивает Феликс, выдыхая дым и ёжась от утренней прохлады. — Защищаю? — Да. Не проще было бы просто забрать деньги и кинуть меня? — Мы вроде бы уже это обсуждали. Я не собираюсь тебя кидать, да и дал обещание тебя… — Я освобождаю тебя от твоего обещания, — Феликс швыряет бычок на землю. — Спасибо, что помог мне, но на этом всё. — Всё? — Забирай свою долю и уезжай. Тебе не нужно соваться в мой мир. — Может, я сам решу, куда мне соваться? — Ты уже сунулся. Теперь тебя ищет один из самых опасных людей Амстердама! Просто езжай домой и попытайся забыть эту ночь. — А как же ты? — Я придумаю что-нибудь, — Феликс спрыгивает с капота и поправляет пальто. — Но тебе со мной нельзя. Я взрослый мальчик, я справлюсь. — Взрослый мальчик, да? — Сэм поднимается на ноги, подходит к багажнику, вытаскивает чемодан и вручает его Феликсу. — Тогда удачи. Забирай всё. Мне не нужны эти деньги. — Но Сэм… — Мне они не нужны, — чеканит каждое слово Сэм. — Только береги себя. Феликс забирает чемодан и, прижав его к груди, наблюдает, как Сэм садится в тачку и даёт по газам. Лишь стоит машине скрыться за поворотом, как Феликс, бросив проклятый чемодан на землю, садится сверху и утыкается лицом в ладони. Слёзы льют рекой, но он никак не может понять причину. Списывает всё на Дирка, на убийство, но никак не может признать, что это слёзы по человеку, который впервые за много лет отнёсся к нему по-человечески. Боль в груди практически осязаема, а глаза мгновенно опухают. Хочется пойти проблеваться и покурить. Феликс рыщет по карманам, но сигареты остались у Сэма, и приходится тащиться в магазин. Купив новую пачку, Феликс закуривает и оглядывается. Он стоит под рассветным солнцем хрен пойми где, обнимает чемодан с кучей бабок и просто не знает, что делать дальше. По-хорошему, нужно из Эссена валить, но Феликс просто не знает куда. Можно, конечно, попросится к Карлосу, но он боится променять одну тюрьму на другую, ведь неизвестно, что Карлосу в башку взбредёт. Лучше держаться подальше, пока не будут готовы документы, а пока придётся найти, где жить, да ещё и так, чтобы люди Дирка его не отыскали. Феликс выходит на перекрёсток и видит вдалеке остановку. Он медленно бредёт вдоль дороги, по-прежнему крепко обнимая чемодан, и периодически чихает от дорожной пыли. Остановка пустая, ведь в такое время нормальные люди спят, но Феликс не считает себя нормальным, поэтому спокойно садится на лавку и ставит чемодан между ног. Утро довольно прохладное, и он суёт руки в карманы пиджака. Вспоминает, как тепло у Сэма в машине, и закусывает губу, чтобы не расплакаться. С Сэмом было тепло, было безопасно, и отсутствие этого тепла разливается по сердцу холодом. Хочется обратно. Хочется обратно в крутую тачку к малолетнему пацану, нашедшему в себе смелость дерзить Дирку, а не вот это вот всё. Но Сэма нет. Сэма нет, и нужно как-то жить дальше. Нужно придумать план, нужно найти безопасное место, нужно пережить эту неделю, а потом свалить с новым именем как можно дальше от Амстердама. Феликс провожает взглядом очередной автобус, но сесть не решается. Они все едут непонятно куда, а блуждать по незнакомому городу Феликс не намерен. Появляется мысль вернуться в мотель, ведь вряд ли его будут дважды искать в одном и том же месте, но он продолжает сидеть. Он сидит так почти два часа. Редкие люди ему не мешают, а солнце достаточно прогрело остановку, чтобы больше не мёрзнуть. Феликса клонит в сон, и он прислоняется виском к тёмному стеклу. Но долго подремать ему не удаётся. Его будит визг шин и рёв двигателя. Сначала забирают чемодан, а потом и самого Феликса. Его усаживают в машину и даже пристёгивают. Он старается держать лицо и не показывать ни страха, ни удивления, но стоит встретиться с глазами Сэма, как маска равнодушия раскалывается на мелкие кусочки. Тот выглядит весьма бодрым. На нём лишь чёрная майка без рукавов, а олимпийка висит на спинке. — Что так смотришь? — спрашивает Сэм, паркуясь на стоянке у небольшого торгового центра сразу за остановкой. — Почему ты вернулся? Зачем? — Потому что ты не хотел, чтобы я уезжал. — С чего ты взял? Я сам тебя выгнал. — И поэтому ни на один автобус не сел? — Но откуда… — Я сидел в забегаловке прямо за остановкой. Вот тут, — Сэм показывает на вход. — Я вкусно позавтракал, если тебе интересно, и выпил просто потрясающий кофе. — А если бы я уехал? — Я бы поехал за тобой. Феликс открывает рот и сразу же его закрывает. У него просто нет слов. Сэм не просто его не послушался и не уехал, он ещё и присматривал за ним. — Ты просто, — начинает заводиться Феликс. — Просто… — Кто? Феликс молчит. Он тысячу раз пожалел, что прогнал Сэма, и безмерно благодарен, что тот сейчас рядом, но признаться в этом не может. А Сэм и не ждёт каких-то извинений. Он прекрасно понимает, что Феликс действовал на эмоциях, но указывать на это не собирается, чтобы не раздувать скандал ещё больше. Вместо этого он достаёт откуда-то сзади бутылку воды и, открыв, протягивает Феликсу. Тот снова недоверчиво косится на бутылку и не берёт. — Феликс, тебе нужно попить. Ты вчера так напился, наверняка сушняк замучил. Ещё как замучил. Феликс просто мечтал о воде последний час, но купить догадался лишь сигареты, а потом просто было лень возвращаться в магазин. — Спасибо. Он решается и берёт бутылку в руки. Прохладная вода словно эликсир жизни. Когда Феликс выпивает половину бутылки, становится значительно легче, и он блаженно закрывает глаза. — Лучше? — Лучше, — отвечает Феликс, всё ещё не смотря на Сэма. — Спасибо. — Не за что, — Сэм достаёт с заднего сиденья контейнер. — Кушай, карамелька. Феликс берёт контейнер в руки и больше не может сдерживаться. Слёзинки разбиваются о пластик, и он вытирает щёки тыльной стороной ладони. — Прости меня. Правда прости, — тихо шепчет Феликс, открывая контейнер с пирожным. — Я не хотел, чтобы ты уезжал, просто всё так закрутилось, и я испугался. Испугался, что ты пострадаешь. Да ты и так уже пострадал, понимаешь? — Понимаю. Весёлая выдалась ночка, да? — улыбается Сэм. — Феликс, мы пострадаем по одиночке, но вместе обязательно что-нибудь придумаем, слышишь? Только больше меня не отталкивай, ладно? — Да, хорошо. Так что теперь будет? — Ну, я позвонил Карлосу и объяснил ситуацию. — Ты звонил Карлосу? — Феликс давится пирожным, и Сэм легонько стучит по спине. — Но зачем? — Предупредил, что на нас открыли охоту, и чтобы он был осторожен. В городе оставаться нельзя. Без понятия, как ещё нас может найти Дирк, но чувствую, он нас найдёт. Да и Карлосу я не верю, так что лучший выход — это уехать как можно дальше от Эссена. У нас есть ещё целая неделя, прежде чем доки будут готовы. Нужно придумать план. — Нам нужно уехать как можно дальше? — задумчиво переспрашивает Феликс и вбивает в навигатор новый адрес. — А что, если сбежать сюда? — Сюда? — переспрашивает Сэм, и его губы расплываются в улыбке. — Не думаю, что они подумают, что мы можем уехать так далеко. Это может сработать. Поехали. — А тебе не надо там поспать сначала? Ты ведь спал всего два часа. — Надо. Давай так. До обеда я рулю, потом заваливаемся поспать на пару часиков, потом я снова рулю. По идее, к ночи мы спокойно доедем. — Ладно. Если ты в себе уверен, тогда давай так. — А ты что, сомневаешься в моих силах? — хмыкает Сэм, наклоняется и слизывает с ложки последний кусочек карамельной сладости. — Тогда вот тебе. — Не сомневаюсь, — Феликс улыбается впервые за утро и шлёпает Сэма ложкой по носу. — Я тоже хочу яичницу. И переодеться во что-нибудь чистое. — Хорошо, поедим, — кивает Сэм. — А потом купим новую одежду. Вот только не здесь. Мы и так тут всем приелись, да и машина у меня приметная. Потерпишь полчаса до следующего города? — Потерплю, — смеётся расслабившийся Феликс и пристёгивается. — Поехали.