Амстердам

Шесть лет спустя

Пальцы ловко разрывают очередную упаковку. В руках оказываются нежно-голубые гортензии, которые после тщательной проверки и обрезки отправляются в холодильник. За последние два часа он забился уже под завязку, но осталось ещё несколько упаковок только что прибывших из Голландии цветов, и Хёнджин прикидывает, куда и как их можно уместить. Всё помещение пропитано запахом различных цветов, и он этот запах просто обожает, поэтому всегда приходит на поставки, хотя его флористы прекрасно могут справиться без него. Прикасаясь к цветам, он словно прикасается к дому, по которому иногда, но скучает. Совместный бизнес с Карлосом приносит только удовольствие. Он начал с небольшой цветочной лавки, но уже через год взял в аренду площадь побольше. Экзотические растения, букеты на любой вкус и кошелёк — скоро весь город узнал о его магазине. Дело быстро стало прибыльным, ведь большинство самых популярных сортов выращивались лично Карлосом в его огромных теплицах и поставлялись Хёнджину практически без наценки. — Господин Хван, а их куда? — спрашивает один из работников с огромной вазой белых тюльпанов в руках. — Поставь их на нижнюю полку в холодильнике, там есть место, я потом сам ими займусь, — командует Хёнджин, а сам глаз не может отвести от цветов, сразу вспоминая первую встречу с Феликсом, когда он подкинул ему в сумку точно такой же тюльпан. Воспоминание такое яркое, как будто это было вчера, и Хёнджин, бросив работу, выходит на задний двор покурить. У него портится настроение каждый раз, когда он вспоминает блондина. Уже столько лет прошло, но события той недели он помнит досконально, словно это было вчера. Помнит всю пережитую Феликсом боль и все пролитые слёзы. Это невозможно забыть, и каждый раз Хёнджину нужно немного времени, чтобы прийти в себя. Докурив, он возвращается в магазин и продолжает работу как ни в чём не бывало, запрещая себе даже думать о блондине, чтобы не отвлекаться. Выкинув Феликса из головы, он сосредотачивается на классических красных розах, но всё равно периодически поглядывает на холодильник, где томятся тюльпаны. Уже ушли все работники, на улице темнеет, но Хёнджин не уходит, разбираясь то с накладными, то с накопившимся мусором. Закончив с делами и подготовив магазин к новому рабочему дню, он наконец-то выуживает на свет тюльпаны. Подготавливает упаковку и бережно собирает букет, цветок к цветочку. Бутоны только-только начинают раскрываться, но запах стоит просто сумасшедший. Хёнджин ставит готовый букет в вазу и с удовольствием вдыхает нежный и чистый запах, так напоминающий ему о Феликсе. — Я так скучаю по тебе, карамелька.

***

Маленький городок Тхэбэк протекает речкой через гористую местность, что очень неудобно для жителей, ведь чтобы добраться из одного конца города в другой, требуется почти полтора часа. Особенно это неудобно для одного конкретного жителя, чья работа находится на севере, а дом — на самом юге города. Феликс паркует машину ровно в четыре, хотя уже час, как должен быть дома. Его задержал маленький шпиц, что оказался невероятно вредным и никак не хотел даваться стричь когти. Феликс был готов утопить вредную шавку в ванне, хотя очень любил свою работу грумера. Зайдя в дом, он первым делом относит на кухню два пакета с едой и моет руки, прежде чем прикоснуться к любви всей своей жизни. Огромный рыжий с коричневыми подпалинами кот даже морду не поворачивает на звук двери, продолжая безмятежно спать на диване. — Ах ты жопа моя любимая, я бы тоже не прочь поспать, — умиляется с рыжего кошака Феликс и чешет жирное пузо, на что кот лениво приоткрывает левый глаз. — Так устал за день, что сил не осталось встретить хозяина? Ладно, спи, с твоей курочкой я и сам справлюсь. При упоминании курочки кот моментально вскакивает и бегом бежит к миске, попутно рассказывая, как прошёл день, но Феликс его мяуканье естественно не понимает. Накормив кота просто до отвала, Феликс переодевается и приступает к готовке ужина. Одна из клиенток поделилась с ним рецептом бананового хлеба, и он, купив всё необходимое, приступает к готовке. — Да блин, — он с ужасом смотрит на перепачканные тестом руки и бежит к раковине. Он опять забыл снять кольца перед работой с тестом. В прошлый раз кольцо с россыпью мелких бриллиантов соскользнуло с пальца, и Феликс не заметил. Он обнаружил его только тогда, когда чуть зуб не сломал, откусив от кекса. Кекс, кстати, получился отвратительным, и Феликс весь его выкинул, а потом долго корил себя за невнимательность, ведь и кольцо могло улететь в мусорку, а Феликс обещал, что никогда его не снимет. Не снимет, чтобы не случилось. Он отмывает пальцы от теста и снимает кольца. Кольцо с бриллиантами и одно такое же платиновое, только без камушков, отправляются в шкатулку, а Феликс — обратно на кухню. Хлеб получается просто восхитительным, как и стейк, и Феликс, донельзя довольный проделанной работой, накрывает на стол. Хочется сделать сегодняшний вечер особенным, пусть даже и без повода, и он достаёт бутылку вина из последней посылки от Адриано. Пока он возится с готовкой, начинает темнеть, и он, налив себе немного вина, забирается с ногами на подоконник. Он всегда находил время полюбоваться закатом, даже если приходилось отодвинуть важные дела и даже ужин. Вот и сейчас всё его внимание сосредотачивается на рыже-лиловом небе. Кот решает, что смотреть закат с хозяином — это его прямая обязанность, и запрыгивает на стоящий рядом с окном комод, роняя всё, что на нём стоит. — Карамель, жопа ты неуклюжая, — ругается на кота Феликс. — Вот всё бы тебе только рушить. Феликс вытаскивает из опрокинувшейся шкатулки свои кольца и возвращает на пальцы. Шкатулка отправляется на место, а кот изгоняется на подоконник. Опрокинутые фоторамки тоже ставятся на свои места. Их всего две, но эти фото Феликс любит больше прочих. На одном он изображён вместе с бабушкой и дедушкой на набережной Пусана. Другое фото — это селфи на фоне Эйфелевой башни. Феликс берёт это фото и проводит по нему пальцем, стирая тонкий слой пыли. Улыбка сама расползается по лицу. — Хорошие тогда были времена, Карамель. Феликс переводит взгляд на небо и вздыхает, вспоминая ночь в Италии. Корейские закаты не уступают в красоте, но именно тот для Феликса самый любимый и самый значимый. — Знаешь, Карамель, я по нему скучаю. Кот словно понимает, что ему говорят, и ныряет под руку, громко мурлыча. Феликс ставит фото на места, смахивает слезинку с щеки и залпом выпивает содержимое бокала. Вино перебивает весь аппетит, но больше Феликс не наливает. Он вообще редко пьёт и даже почти не курит. Его всё больше и больше увлекают идеи правильного питания и йога, но сегодня ему захотелось чего-нибудь вредного и жирного. Он с тоской смотрит на мясо, прикидывая, сможет ли съесть стейк целиком или придётся делиться с котом. Из раздумий его вырывает стук в дверь, и Феликс переглядывается с котом — оба не ждут гостей. Феликс смотрит в глазок, открывает дверь, и его чуть не сносит с ног аромат тюльпанов, а в руку тут же суют карамельный торт. — Это что такое? Ты почему без ключей? И вообще, почему так долго, ужин уже остыл, — опешивший Феликс ставит торт на обувницу, забирает букет и отпихивает кота, пытающегося сбежать на волю через приоткрытую дверь. — Это тебе. Прости, пришлось задержаться из-за поставки, а ключи я не смог достать из кармана, потому что руки заняты твоими подарками, — отвечает Хёнджин, переступая порог их дома. — Карамелька, как же я по тебе соскучился.