Исправь меня, если сможешь

Новый день в клинике встретил Кларк большим объемом работы. У одно из пациентов были осложенения после операции, нужно было принимать меры. Всё утро она провела в реанимации, борясь за жизнь человека. А впереди — операции в хирургии. Уставшая, не успевшая пообедать, она помчалась в операционную. Лекса выполнила свою работу: трижды подряд, без отдыха, провела операции на сердце. Это вымотало Кларк окончательно. В предоперационной она облокотилась на подоконник и с усилием переводила дух. Лекса как раз вошла следом. — Неважно выглядишь, — она окинула коллегу опытным взглядом. — Немного устала, скоро пройдёт. Лекса подошла ближе и потрогала лоб. — У тебя жар. Кларк тоже себя осмотрела. Температура была высокой. — Приму лекарство. Картер написала на листке, лежащем на столе, что-то быстрое и вручила Кларк. — Мой номер телефона. Напиши вечером о своём состоянии, если не изменится или будет хуже, на завтрашние операции выходить нельзя, заменю тебя. Кларк взяла листок, провожая уходящую заведующую взглядом. Потом она несколько раз изучила цифры и вбила номер в свой телефон. Теперь у неё есть связь с Лексой. Работы до самого вечера было много. Оставшийся день Кларк провела в реанимации. К вечеру, как ни странно, усталость отпустила, лекарство подействовало, температура прошла. Она написала отчёт и собиралась домой. Поболтав с Октавией напоследок, она достала телефон и написала своё первое смс Лексе. «Я в порядке». Кларк ждала статуса «прочитано» и ждала ответ, но Лекса прочитала и не отвечала. А хотелось продолжить контакт. Даже больше — хотелось её увидеть. Кларк несколько раз подумала, прежче чем написать ещё. «Ты ещё клинике?» «Да». «Мы можем увидеться?» «Зачем, Гриффин?» «У меня был тяжелый день…» Ответа снова не поступало. Кларк прошлась по ординаторской, заглянула в телефон, снова прошлась, снова нет ответа. Решив, что своеобразная Лекса не ответит, она закинула рюкзак на плечо и собиралась уйти, но в дверях её встретила знакомая фигура. — Так ты увидеться хотела или домой собралась? — Я… — от неожиданности Кларк забыла речь. Тем более то, как выглядела Картер, наводило на самые смелые мысли. Она без халата, в облегающем черном платье на замке, который Кларк в своей голове уже расстегнула. Черные чулки, высокая шпилька, высокий хвост и красная помада. Красивая, сексуальная, стервозная — боль, наваждение, помешательство. Кларк хотела её сама, хотя бы раз хотела владеть и управлять её телом. Она подошла к Картер, бросила на неё взгляд, полный вожделения, и притянула к себе, целуя пухлые алые губы. Как сладкий нектар, они были желанны и сочны. — Здесь? — спросила Лекса с предыханием, она не ожидала такой активности от Гриффин, будучи активной сама. В её взгляде будто смеялся дьявол. — Нет, идём, — Гриффин снова повела её по коридорам, точно зная место назначения. Перед ними возникла табличка: «Кабинет акушера-гинеколога Октавии Нильсон». Лекса перевела на коллегу странный взгляд. — Опять, Гриффин? Ты меня пугаешь. — Я видела, тебе понравилось в прошлый раз у Кейна. Здесь будет не менее интересно. Лекса сглотнула ком в горле, понимая, что Гриффин буквально читает её смелые фантазии. Она сама открыла дверь и буквально затащила Кларк за собой. Прежде чем Кларк забралась на кресло, она снова провалилась в поцелуе и хотела лишь одного — владеть ею, но Лекса снова противилась. — Хотя бы позволь увидеть тебя… — прошептала она в порыве страсти, протягивая руки к замку на платье. Лекса перехватила их и остановила. Но встретив мольбу в голубых глазах, сама сняла платье. Это был первый раз, когда она была обнажена рядом с Кларк. В ту ночь Кларк не могла уснуть, вспоминая, как прекрасна была Лекса. Пусть она снова не позволила быть с ней, но лёд тронулся, она была открыта с Кларк, как никогда. Каждый глоток этой женщины был вкуснее прежнего. На другой день был запланирован особый вечер. Маркус Кейн отмечал юбилей, на который были приглашены все сотрудники клиники. Событие пройдёт в ресторане сразу после рабочего дня. Врачи даже в праздники должны отдать долг медицине. Кларк была в отличном состоянии духа. После последней встречи с Лексой она чувствовала, что они стали ближе. Октавия пришла в ординаторскую с недоумением в глазах. Кларк сделала вид, что очень занята документами. — Слушай, что с моим кабинетом? — Что не так? — Там пахнет женским парфюмом. Вчера я уходила, такого не было. Кларк издала смешок, прикрыв рот рукой. — Кто-то был в кабинете ночью. Вдруг это миссис Дорис случайно забрела в гинекологию? Она ведь бродит в беспамятстве по коридорам. Кларк снова не сдержалась и рассмеялась. — Ну, вряд ли у миссис Дорис есть дорогущий парфюм из Милана. — А ты откуда знаешь, чем там пахнет? — Октавия уставилась на подругу с подозрением. — Догадалась. — Так, выкладывай! Ты что-то знаешь! Кто мог залезть в кабинет, я его закрывала. Кларк подумала, хорошо, что там нет камер. Иначе Октавия до конца дней припоминала бы ей этот случай. — Да не знаю я. — Кларк! — Ладно, это парфюм Лексы. — Что она забыла в моем кабинете ночью? — Не просто в твоем кабинете, а в самой его пикантной части. На кресле! — Что? — Я тоже была с ней. Октавия приняла самый недоумевающий вид, прошлась по кабинету и вдруг поняла. — Гриффин, только не говори, что вы осквернили мою святыню! — Ну, не такая уж это святыня, столько повидало твоё кресло. — Гриффин, я тебя убью! И тебя, и твою Лексу! Как вы вообще додумались до этого? Кларк залилась румянцем. С Лексой ей хотелось испытать самые невероятные эмоции. — Я хотела так, она была непротив. Октавия уселась на стул, пребывая в немом удивлении. — Вот как в такой ангельской внешности вмещается столько порока? — Это страсть, желание острых ощущений. С нашей работой и не такое в голову придет. — Я попробую об этом забыть, Гриффин. Но в следующий раз обвяжу кабинет колючей проволокой! — В следующий раз там уже неинтересно. — Смотрите-ка, какие привередливые! Вы встречаетесь? Кларк перевела взгляд на рабочее место, потому что говорить «нет» после того, что Октавия знает, было неуместно. — У нас непростые взаимоотношения. — Кларк, если я узнаю, что она тебя использует, ей несдобровать. Октавия налила кофе и с важностью посмотрела на подругу. — Она не использует, я сама хочу. — Но она не подпускает ближе, я вижу твою тревогу, Кларк. Кларк ничего не ответила, не желая анализировать происходящее. Она не могла дать оценку их взаимоотношениям. — Ладно, давай о хорошем — в чём идешь в ресторан? Девушки продолжили обсуждать гардероб и больше не возвращались к пикантной теме. Октавия прекрасно видела, что Кларк сложно говорить о Лексе. Вечер незамедлительно настал. Шикарный ресторан на берегу залива был выкуплен специально для Кейна. Они вместе с Эбигейл встречали прибывающих гостей и провожали к столам. Всюду мерцали огни, играла живая музыка, официанты подносили напитки и угощали гостей. Кларк и её друзья прошли к крайнему столику и заняли места. Было много знакомых коллег и столько же незнакомых друзей и родственников Кейна. Кларк знала некоторых из них и просвещала любопытную Октавию, которая только успевала рассматривать гостей. — О, а это кто? — она указала на молодую девушку. Красивая, ухоженная девушка с внешностью модели привлекла ни один взгляд. Она прошлась по ресторану одна и заняла именно тот столик, за которым сидела Лекса с братом. — Племянница Кейна, — отрезала Кларк. Она села на соседнее место рядом с Картер и сразу же обратилась к ней за помощью — налить бокал вина. Лекса не отказала. Кларк прожигала эту парочку взглядом, смотря за тем, как Лекса с ней мила. Она ухаживала за дамой, что-то шептала на ухо, они весь вечер разговаривали и провели его вдвоем. Кларк слышала часть разговора. Они обсуждали работу, затем перешли к детям, Лекса высказалась, что спиногрызы ей не нужны. Это внесло еще один раздражитель в чувства Кларк. Они с Лексой разные, совершенно разные, но почему каждая клеточка белокурого сердца до боли наполнена ей? Кларк выпила ни один бокал, совершенно отключившись от событий праздника. Голова закружилась. Октавия с сочувствием смотрела на подругу, которая запивала ревность вином. — Кларк, тебе хватит, — прошептала она, забирая кубок. Кларк кивнула, соглашаясь с тем, что становится только больнее. В какой-то момент Линкольн и Лекса вышли из-за стола, поговорили с Маркусом и направились к выходу. — Мне нужен воздух, — проговорила Кларк и пошла следом. Октавия тоже присоединилась, не желая оставлять подругу в таком состоянии. На терассе было прохладно, Кларк поежилась от внезапно налетевшего ветра. Голова шла кругом, она еле стояла на ногах, не заметя, как сильно охмелела. — Черт! — чуть не повалилась она на тропинку, запнувшись о камень каблуком. В этот момент её перехватил Линкольн, проходивший мимо вместе с сестрой. — Вы в порядке, Кларк? — он выглядел истинным джентельменом, аккуратно придерживая девушку. — В полном, — проговорила Кларк. Он оценил состояние девушки как нестабильное и предложил: — Вам вызвать такси? — Нет, спасибо, сама доберусь. В этот момент Кларк понимает, что каблук сломался, и её «нестабильное» состояние становится более неустойчивым. — Мне кажется, вам всё-таки нужна помощь, — он обернулся к сестре, — Лекс, ты на машине, отвези Кларк домой. — Но… — хотела возразить Картер. — Ты же видишь, девушка сломала каблук. Я и сам мог её отвезти, но эти ваши женские штучки… В общем, ты, как девочка, сможешь ей помочь. Просто отвези домой. Картер посмотрела на Кларк и подняла глаза кверху. — Идём, Гриффин, — она дала команду и собиралась идти к машине, но Кларк была настойчива. — Ты же видишь, самой мне не дойти. Лекса еще больше возмутилась — все на неё давили — брат, Кларк, обстоятельства. Она подхватила Кларк под руку и повела за собой, затем усадила в машину. Их провожали взгляды Линкольна и Октавии, а когда обе оказались в салоне, Лекса еще больше напряглась — Кларк моментально уснула. — И куда тебя везти, Гриффин? — обреченно спросила она себя и завела мотор. Адрес Гриффин она не знала, оставался лишь один вариант. Кларк открыла глаза, прищурив их от света ночных фонарей. Машина ехала быстро, рядом сидела Лекса, сосредоточенная на дороге. Кларк пришла в себя и осознала — она снова выпила лишнего. А вспомнив причину своего хмельного состояния, окончательно отрезвела. Видеть Лексу с кем-то еще было больнее, чем она предполагала. Но то, что она не ушла вместе с той красоткой, о чем-то говорило. По этой причине Кларк решила не усугублять и без того их странные отношения, не ревновать, не предъявлять претензии. Лексе это не понравится, однако Кларк сгорала от желания узнать — встречается ли она с кем-то еще помимо их связи. Автомобиль аккуратно припарковался. Лекса взглянула на Кларк. — Приехали, — проговорила она. — Куда? — Переночуешь у меня, больше я тебя никуда не повезу. Она вышла из салона, Кларк сделала так же, только отставала идти следом, так как обувь пришла в негодность. Они вошли в просторную светлую квартиру, где всё блистало изыском, вкусом, чистотой. Огромная гостиная с плазмой в полстены. Рядом большая двуспальная кровать, огражденная лишь стеклянной перегородкой, напротив серый камин. В отдаленном помещении виднелась кухня с барной стойкой, куда сразу же прошла Лекса. Она налила сок себе и Гриффин и передала стакан. Немногословная в клинике, дома она была так же молчалива, как стена. Кларк отметила для себя, как красиво она одевается — снова сексуальное обтягивающее платье и тонкие шпильки, которые она тут же сняла. Кларк только теперь начала осознавать, что оказалась у неё дома. Они здесь вдвоём, и ничего им не мешает. Но почему-то стало не по себе. Лекса указала Кларк на ванную, сама скрылась в гардеробной. Кларк последовала предложению и с охотой приняла душ, надев впоследствии махровый халат, предложенный хозяйкой. Сама Лекса тоже совершила ванные процедуры, а после появилась в гостиной. Кларк впервые видела её домашней, в халате, с мокрой головой. Она прекрасна всегда, а такой была еще краше. Всё происходило в такой давящей тишине, что Кларк не выдержала. — Я чувствую себя неуютно, Лекса. У меня ощущение, что я тебя стесняю в собственном доме. Картер мельком взглянула на гостью и продолжила заниматься мелкими делами: сложила одежду, убавила камин, включила ночник, убрала еду в холодильник. — Ложись спать, постель там, — она указала на свою кровать. Кларк ощутила дрожь — вот так неожиданно она проведет ночь с Лексой в её постели. Кларк неуверенно взглянула на огромное мягкое ложе. А потом наблюдала за тем, как Картер расстилает диван в гостиной. — Ты собираешься спать здесь? — Да. И в этот момент всё в Кларк переменилось. Она представить не могла, что Лекса настолько от нее далека. После всего, что между ними было, она не может себе позволить лечь рядом, а избегает её, словно прокаженную. Взбунтовалось сердце, почернела душа. Она подошла к Картер, забрала покрывало и швырнула в сторону. — Если ты не ляжешь в кровать, Лекса, я уйду, и больше нас не ничего не будет связывать. Картер молча сканировала Кларк, обдумывая услышанное. Кларк боялась, что она примет предложение. — Хорошо, — спокойно проговорила она и направилась за перегородку. Там, за прозрачной ширмой, на глазах у Кларк, она сняла халат, оставшись в короткой шелковой ночнушке, которую захотелось непременно снять. Она села на кровать и сказала: — Теперь ты. Словно древнему колдуну, Кларк повиновалась приказанию. Она тоже прошла за ширму и сняла халат, под которым ничего не было. Лекса следила за каждым движением, а когда приняла вызов, напряглась всем телом. Её взгляд скользнул по молочной коже и заблестел. Так в ней просыпается охота. Она подошла к своей блондинке и притянула ближе, сразу прильнув губами к упругой груди. Кларк откинула голову, открывая еще больше пространства для поцелуев, но сегодня она хотела не так. В тот момент, когда Лекса опустилась на колени перед пульсирующим лоном, Кларк перехватила её лицо и остановила. — Позволь мне… Мгновение. И Лекса кивает, снова соглашаясь на всё, что желает Кларк. Воодушевленная Гриффин меняет их позиции, по пути снимая жемчужные бретельки с острых плеч. Ночная рубашка падает на пол, оставляя вид на шикарное смуглое тело. Кларк любуется своей богиней и сгорает от желания владеть ей всю ночь. Лекса села на кровать, а Кларк нависла сверху. Она расставила её ноги и медленно, целуя каждый сантиметр, опустилась ниже, поймав в награду чарующий стон. Кларк дарила ей все ласки мира, всю нежность планет, свою любовь, которой горела, прекрасно понимая, что зеленоглазое сердце не может любить, но оно еще не остыло. Лекса отдалась Кларк этой ночью и подарила лучшие мгновения за всю жизнь. Никогда ещё Гриффин не тонула так в человеке, никогда из-под ног не уходила земля. Они провели безумную ночь до рассвета, и лишь под утро уснули. Кларк прижалась к горячему телу, словно к ребенку, и укрыла своим крылом.