Глава 5. Поток страшных мыслей.
21 октября 2025 г., 16:34
Утром после разговора Эринеи и Максимилиана, в штабе сопротивления, на окраине Валитора, царил привычный хаос. Олесандрия склонилась над картой окрестностей, расчерчивая маршруты к крепости Пигореля, Неалия оттачивала метание кинжалов, а Лекс готовился к ночной вызалке. Максимилиан, новоиспеченный член отряда, надменно наблюдал за происходящим, время от времени бросая колкие замечания в адрес Лекса. Эринея, обычно полная энтузиазма и идей, сегодня казалась рассеянной и задумчивой. Её мысли были далеко от планов по свержению тирана, а все её внимание было сосредоточено на прибывающих в Валитор беженцах.
Раз за разом к воротам города подходили измученные люди, потерявшие дома и близких из-за бесчинств Пигореля. Ища среди этих несчастных хоть какое-то подобие знакомого лица, Эринея наткнулась на него.
– Там раненый, - крикнул один из дозорных, привлекая всеобщее внимание.
Неалия, привыкшая к таким новостям, лишь фыркнула. – Раненых хватает, - сказала она, не отрываясь от метания кинжалов. Нам сейчас не до них.
Но Эринея, словно что-то почувствовав, бросилась к воротам. Её сердце бешено колотилось в груди, а в голове промелькнула смутная надежда.
Она растолкала толпу и увидела его. Лежащего на земле, грязного, измученного, но такого… знакомого. Светлые волосы, обрамлявшие бледное лицо, правильные черты лица, высокий лоб… Он был словно тень, возникшая из глубин памяти.
– Я… я не знаю, - прошептала Эринея, не отрывая взгляда от раненого. Он… он похож на него…
– На кого? - спросила Неалия, подходя ближе.
– Он похож на него… Он его копия. Но как?
– На кого?, - прошептала под нос Эринея, чувствуя, как ее сердце начинает бешено колотиться в груди. Но… это невозможно. он мертв.
Максимилиан фыркнул. Не стоит тратить время на этого бродягу, - произнес он. – У нас есть дела поважнее.
Замолчи, Максимилиан, теперь уже ты ревнуешь? - рявкнула Неалия. Если Эринея говорит, что он важен, значит, он важен.
Раненого перенесли в пекарню и уложили на соломенный матрас. Олесандрия на пару с Неалией пытались ему помочь. Эринея не отходила от него ни на шаг, с тревогой наблюдая за каждым его движением.
– Снова эти воспоминания? Из другой жизни? Я уже устала от этого. Все что я знаю и помню, это как я любила кого-то, кто похож на этого раненного. Этот человек мертв. Потом кто-то другой издевался надо мной. Это все что я помню…
Наконец, раненый очнулся. Он открыл глаза и посмотрел на Эринею смущенным взглядом.
– Где я? - прошептал он. – Кто вы?
Эринея не знала, что ответить. Она просто смотрела на него, не в силах произнести ни слова.
– Меня зовут Теодор, - сказал раненый. Я… потерялся в лесу. Я должен вернуться домой.
– «Я Теодор и я потерялся»– эти слова врезались в память Эринеи. Она вглядывалась в каждую черточку его лица, надеясь вспомнить еще что-то, но Теордор был Теордором. Совсем другим человеком.
Пока Лекс объяснял Теодору как вернуться к дому, Эринея сидела наблюдая за этим. Девушка пыталась вспомнить, вспомнить кем она была до попадения в Эльдору.
Он так похож на него. На него. Но я не помню когда была с ним… Помню лицо, помню...Да что я вообще помню? Это не складывается с моей жизнью...
Неалия проводила Теодора до леса, пожелав ему удачи, но в пекарне её ожидала Эринея, что не была похожа на себя.
– Эринея, перед смертью, Лирий оставил письмо. Хотя я не думаю что он действительно умер, он же великий маг… Так вот, прочти его, пожалуйста.
Но Эринея не замечала происходящего вокруг нее.
– Неалия, я вспомнила что-то что кажется ужасным сном… – после этих снов Эринея потеряла сознание.
Он ворвался в мою жизнь, как яркая мелодия в серую симфонию школьных будней. Он был старше ее всего на год, но казался мудрее и опытнее всех учителей вместе взятых. С самого детства он жил музыкой. Его пальцы, длинные и гибкие, словно созданные для скрипки, могли извлекать из инструмента звуки, заставляющие замирать сердце и забывать обо всем на свете. За музыкальным талантом этого человека скрывалась глубокая травма. Рано потеряв мать, он рос с любящим, но эмоционально отстраненным отцом архитектором, который видел в сыне свое продолжение и не понимал его страсти к музыке. Скрипка стала для него способом выразить чувства, но отдалила его от отца, мечтавшего видеть сына архитектором. Конфликт нарастал, когда отец настоял на архитектурном факультете вместо консерватории, что стало для парня трагедией и ощущением предательства своей мечты. Именно тогда, в 17 лет, он забыл свою скрипку в кабинете, которую нашла я. Так мы и познакомились – Я хотела отдать её тебе, ничего не подумай… – Спасибо тебе, – он улыбнулся и собрался уходить, но что-то внутри меня не позволило мне упустить его – Постой! Как тебя зовут? – я засмущалась и опустила голову вниз, ожидая худущего. – ..., а тебя? – после этих слов все и началось Моя жизнь перевернулась. Мы часами говорили обо всем на свете, находили друг в друге родственные души. Не помню, как именно это произошло, но однажды я поняла, что влюбилась. Его прикосновения стали голубые глаза проникали в самую душу и давали понять — он все, ради чего я живу. В один из дней он сказал мне – «У скрипки и смычка одна на двоих судьба, и как смычок сыграет, так она и споёт. Будешь ли ты моей скрипкой?» и я не думая согласилась. Мы начали встречаться, и каждый день с ним был словно сказка. Он был моим миром, моей любовью, моей жизнью. Я не представляла себя без него. Но наше счастье не длилось вечно. В 20 лет он начал чувствовать себя плохо. Сначала это была обычная усталость, потом – кашель и одышка. Врачи поставили страшный диагноз: редкая форма рака легких. Он был в отчаянии. Он не хотел умирать. Он хотел жить, любить, творить музыку… . Но болезнь прогрессировала быстро, не оставляя ему ни малейшего шанса на выздоровление. Я была рядом с ним до самого конца. Не давала ему угаснуть, наполняя его жизнь любовью и заботой. В последние дни жизни он почти не вставал с постели. Он был слаб и измучен, но продолжал улыбаться мне, говоря, что любит меня больше всего на свете. Однажды ночью, когда я сидела рядом с ним, он попросил ее принести его скрипку. – Именно из-за нее мы и познакомились… Он начал играть из последних сил, мелодия была простой, но невероятно красивой. Она звучала, словно плач души, словно прощание с миром, словно обещание вечной любви. Он закончил играть, открыл глаза и улыбнулся. – Спасибо, любимая, за все годы рядом - прошептал он. – Это было прекрасно… Я люблю тебя. Он взял мою руку в свою и крепко сжал. – Люблю тебя. - Сказал он. - Никогда не забывай меня… И с этими словами он закрыл глаза и перестал дышать. Я зарыдала, обнимая тело. Я потеряла самого дорогого человека в своей жизни, свою любовь, свою надежду. Мне казалось, что мир рухнул вокруг, оставив меня в полной темноте и одиночестве. Потеря его оставила неизгладимый след моей душе. Я долго не могла прийти в себя после его смерти. Мне казалось, что жизнь потеряла всякий смысл. Я замкнулась в себе, избегала общения с людьми. – Но как тебя зовут. Прости, что забыла твое имя… – Моя Милая, – эти слова врезались мне в голову напоминая о разговоре ночью. – Я люблю тебя. – Я тебя тоже… Но я запуталась. Я ничего не помню, мне страшно… – А тебе идет твое новое имя... Теперь скажи мое имя. – Я не помню! Мой любимый... Я забыла! Но стоило мне закричать и он исчез с улыбкой на лице. А потом… В памяти до сих пор стоял этот обжигающий миг. Безумная гонка по темной аллее, скрежет шин, нарастающий гул сирены… И этот свет. Необычный, переливающийся всеми цветами радуги, словно мираж в пустыне. Он звал, манил, обещал избавление. Я бежала к нему, не думая, не зная, что ждет там, за этой яркой завесой. Главное – подальше от человека, что пытался заменить моего любимого, от его голоса, от его прикосновений, от этого пожирающего изнутри кошмара. В тот момент я уже не чувствовала ни страха, ни усталости. Была только надежда, слабая, дрожащая, но все же надежда. И я шагнула в этот свет, сделав вдох, который, казалось, был последним в моей жизни. Я умерла? А потом темнота. Жгучая, разрывающая боль, словно мое тело разрывали на части, выворачивали наизнанку. Я теряла сознание, а вместе с ним и реальность, которая и так давно перестала быть похожа на нормальную жизнь. Наверное так люди чувствуют себя перед смертью? Но к сожалению для меня, я выжила и очнулась на мягкой траве. Солнце ласково грело лицо, в ушах пели птицы, вокруг благоухали незнакомые цветы. Первое, что я почувствовала – легкость. Как будто с моих плеч сбросили огромный груз. Я лежала под раскидистым деревом, его ветви укрывали меня от ярких лучей. Я села, оглядываясь по сторонам. Вокруг расстилался сказочный лес. Деревья с причудливыми листьями, яркие, незнакомые цветы, странные существа, мелькающие в кустах… Все это казалось сном, сладким, но опасным. Но самым странным было то, что я почувствовала себя по-другому. Моложе. Словно меня кто-то перенес на несколько лет назад. Посмотрев на свои руки, я поднялась на ноги, с трудом удержав равновесие. Тело казалось непривычно легким, движения – неуклюжими. Вскоре я нашла небольшой ручей и увидела в нем свое отражение. В зеркале воды на меня смотрела тринадцатилетняя девочка. Глаза те же, испуганные, огромные, но лицо другое. Несколько лет стерты, смяты, как бумага, которую долго мяли в руках. Я застыла, не веря своим глазам. Где я? Что со мной произошло? Как я здесь оказалась? Вопросы роились в голове, словно пчелы в улье, не давая покоя. Но больше всего меня волновало другое. Я помнила этого ублюдка. Я помнила его жестокость, его манипуляции, его злобу. И, увидев себя в зеркале, я поняла – он больше не достанет меня. Здесь, в этом новом мире, он бессилен. – Эринея, подъем! Иначе я тебя лично к Пигорелю отправлю. – Почему? Почему я это вспомнила? Только недавно плакалась из-за того что ничего не помню, а теперь… Какой же позор. Но хуже еще то, что я не понимаю почему я оказалась тут, а не умерла там. Лучше бы меня не стало вместе с ним… Но Эринея ничего не ответила Максимильяну, она разрыдалась, вцепившись в его плечо, каждый её крик давал понять насколько ей больно. – Прости меня мой милый… Прости что вообще связалась с этим человеком. Я должна была уйти с тобой. А теперь, теперь я не Эринея дочь короля, кто я вообще такая? Может я просто умираю и все это снится мне перед смертью? – Тебе еще нужно письмо прочитать! – Да подожди со своим письмом Неалия. А ты Эринея приходи в себя, тут кое-что случилось… – эти слова вернули девушку в реальность. Генерал показал на окно, показывая девушке что она должна разобраться с этим. На неё разумными глазами смотрела птица. – Кто ты? - спросила Эринея, удивленная появлением необычного гостя. Птица склонила голову набок и произнесла: Я - Сансарин, и я принес весть для Лекса. Эринея и Максимилиан удивленно переглянулись. Они никогда раньше не слышали, чтобы птицы умели разговаривать. – Сколько еще неожиданных союзников мы встретим? - прошептала Эринея, глядя на птицу с удивлением. – Лекс— позвал Максимилиан. – Похоже, у тебя есть гость. Парень, услышав свое имя, вышел из комнаты и замер, увидев на подоконнике птицу. Его лицо побледнело, а в глазах появились слезы. – Отец? - прошептал он, словно не веря своим ушам. – Это ты? Птица кивнула. – Здравствуй, сын, - произнес Сансарин голосом, в котором сквозь птичье щебетание пробивались знакомые отцовские нотки. – Я долго искал тебя. Лекс бросился к птице и обнял ее, прижимая к себе перья, словно боялся, что она исчезнет. – Отец, это ты, - плакал он, не отрываясь от Сансарина. – Я так виноват перед тобой. Это из-за меня Иврачар превратил тебя в птицу. Сансарин нежно клюнул Лекса в щеку. – Не вини себя, сын, - сказал он. – Я сделал свой выбор. Я пожертвовал собой ради тебя, и я ни о чем не жалею. Максимилиан и Олесандрия молча наблюдали за этой трогательной сценой. Они понимали, что стали свидетелями чего-то особенного, чего-то, что выходит за рамки их понимания. – Что случилось, отец? - спросил Лекс, отстранившись от Сансарина. – Почему ты прилетел сюда? – Я узнал о планах Пигореля, - ответил Сансарин. – Он собирается напасть на Валитор в ближайшие дни. Он знает о вашем отряде сопротивления и хочет уничтожить вас. – Мы должны предупредить людей, - сказала Эринея, встревоженно глядя на Сансарина. – Мы должны подготовиться к обороне. – Лекс, все тайные ходы, которыми ты водил Неалию, - сказал Сансарин. – О них знаете только вы. Я убедился в том что Пигорель даже не подозревает об этом и завтра я попытаюсь запутать его, чтобы он наверняка не ходил туда. – Но это слишком опасно, - возразил Лекс. – Я не позволю тебе рисковать своей жизнью. – Я уже пожертвовал собой ради тебя, сын, - ответил Сансарин. – Я не боюсь рисковать еще раз. Моя жизнь ничего не значит, если Эльдора будет порабощена Пигорелем. Лекс вновь обнял своего отца, боясь, что этот миг окажется последним. – Я люблю тебя, отец, - прошептал он. – Я обещаю тебе, что мы свергнем Пигореля и вернем Эльдоре свободу. Сансарин нежно клюнул парня в лоб. – Я верю в тебя, сын, - сказал он. Я знаю, что ты сможешь. И с этими словами Сансарин взмахнул своими крыльями и вылетел в окно, оставив Лешу в слезах и с новым чувством решимости в сердце. Теперь он знал, что не один, что за ним стоят его друзья, его союзники и его отец, готовый пожертвовать собой ради спасения Эльдоры. Раскаяние за то, что он когда-то не ценил отца, жгло его изнутри. И он поклялся себе, что сделает все возможное, чтобы искупить свою вину и вернуть отцу человеческий облик. – Мы должны действовать быстро, - сказала Эринея, глядя на Лекса. – Пигорель собирается напасть на Валитор. У нас нет времени ждать. Мы должны проникнуть в его замок и остановить его. – А теперь, Эринея, читай. Красивыми буквами на листке был текст.
***
Иврачар родился в бедной семье, его отец был пьяницей и избивал мать на глазах маленького мальчика. Их семья умирала от голода, и Иврачар, будучи ребенком, начал жертвовать своей кровью ради запретной магии, чтобы помочь умирающим родителям. Мать Астелла умела управлять временем, что было тяжелым даром из-за которого она наложила на себя чары чтобы больше никогда не пользоваться магией. У нее была сестра Серафина которой она стерла память чтобы не навредить. Астелла умерла из-за своих же чар, под конец своей жизни она уже забыла своего сына и неосознанно передала ему часть своих сил. Вскоре Астелла умирает и Грелион сходит с ума и медленно убивает себя, создавая вирус "Загилизар" который, возможно вылечить лишь чистой магией. Вирус сводит с ума и медленно убивает больного. Человек либо гниет либо обрастает цветами и постепенно забывает все. Иврачар сам приносит отца в жертву магии, чтобы стать сильнее и захватить власть, чего не смог сделать его талантливый, но глупый отец. Он видел всю жестокость этого мира с самого детства, его отца и мать унижал каждый, ведь их знали как семейство бездарных магов. Иврачар растет без родных в глуши практикуя магию и вытаивая план мести и в один день он встречает больного барда Тимареля, который держит за руку свою дочь, они оба больны Загилизаром, девочка уже забыла кто она есть а бард обрастает цветами. Иварчар заключает сделку с Тимарелем - бард отдает дочь а маг излечивает их обоих и стирает память его жене Ирис. Последней просьбой барда было называть дочь — Мирэль. Но магия крови лишь отсрочивала смерть от Загильзара. Шли годы Мирэль росла, ее мать стала служанкой в замке Данваля и не помнила о своей дочери и муже. Тимарель пел песни и просвещал народ о всех новостях. Раньше он был способным магом, но отказался от магии ради жены из-за чего и заболел страшным вирусом. Иврачар затаил на все королевство обиду из-за разрушенной судьбы ведь именно король не принял Грелиона на службу как главного мага из-за чего тот начал сходить с ума и умер от своего же вируса, не рассказав об этом сыну. Иврачар начал заключать с людьми и магами сделки чтобы получить желаемое - лекарство от вируса. Спустя пару лет Иврачар узнал от Ирис, которая думала что он обычный целитель что неизвестная хворь лечится чистой магией. Однажны в королевство снова пришел неизвестный вирус, Мирэль заболела и Иврачар пошел просить помощи у короля, но тот отказал ему. Мирэль, полюбившая Иврачара как родного отца сняла сама с себя чары вируса. Тогда Иврачар понял что он должен отомстить королю и всему его королевству, ведь его дочь чуть не умерла. Магу явилась книга Атропоса, что приумножила его силу, это начало пугать Мирэль. Совершая все больше обменов и обманывая людей Иврачар стал терять человеческие черты лица, становясь больше похожим на монстра. Вскоре Мирэль пропала. До пропажи дочери Иврачар заключает сделку с матерью Пигореля - Линорой, рассказывая о том что Серафина родит дочь через два года после Линоры и дочь ее станет настоящей правительницей и что Серафина станет женой Данваля. Линора решается убить Серафину, но при одном условии - ее дочь останется живой и должна прожить обычную жизнь. На Серафину у Иврачара своя обида - она бросила его и не помогла после смерти отца, поскольку забыла о своем происхождении после чар Астеллы. Но единственное что помнила Астелла о себе и смогла сказать перед смертью "Убейте меня но пусть дочь Серафины проживет счастливо, это мое последнее желание" Пигорель не убил меня, герои. Сейчас я и Тимарель находимся в безопасности. Я учу его играть в кости, как в старые добрые деньки в академии. Удачи вам, герои. Ваш Лирий. – Я не знаю что сказать. Опять. – Эринея смотрела в пол держа письмо в руках. – За один день столько всего навалилось, меня хотят окончательно свести с ума? Что это? Чья-то злая шутка? – Успокойся, Эринея. Ты бы узнала все это рано или поздно. – Максимилиан прав, сейчас ты идешь успокаиваться, а я беру всех и мы идем готовиться к нападению на Пигореля. – Олесандрия, спасибо…
