луна.

*** Мы проспали ужин. Я просыпаюсь от того, что меня будит Никита и смеётся. —проспали ужин, сос, вызывает земля, еды нет, мы умрем, приём первый первый, я второй. —ты нормальный? - сонным голосом отвечаю я, ещё не успев открыть глаза. Я не злился, мне тоже было смешно. Берг трясет меня за ноги и пытается стащить с кровати, я же, в свою очередь, начинаю его пинать. —первый спит, у первого отпуск. - отвечаю я. —ужин проспали, сос, сос. - продолжает Никита, уже со слезами на глазах от смеха. Я всё же поднимаюсь и принимаю положение сидя, осматриваясь по сторонам, все ещё не полностью проснувшись. Там, где мы жили, особо не было магазин, поэтому то, что мы проспали ужин, действительно могло стать проблемой. —пойдем на пляж, там ещё бар открыт. Напьёмся. - шучу я. —так так, так. Записываем Роменского в долбаебов. Я вновь пихаю его ногой, а тот валится на кровать и продолжает смеяться. —у меня такое чувство, будто я не на море в номере, а в палате психически больного человека. Берг закатывает глаза. Теперь вновь смеюсь и я. Я готов был просыпаться каждый день от его смеха, лишь бы понимать, что он счастлив и его ничего не тревожит. Я пытаюсь забыть ту ночь, как он кричал во сне и долго не мог проснуться, сколько бы я его не будил. Мне хотелось видеть его лишь таким. Чтобы он лежал на кровати и смеялся, чтобы шутил и обнимал меня. Этого достаточно, чтобы мое сердце пропускало удары и чтобы я продолжал жить. С пол часа мы собирались, и когда вышли из отеля, то заметили автобус, на который шли люди. Естественно, мы тоже пошли. —завезут и убьют? - спрашивает Никита. —я водитель. —вот это ролевые игры, мне нравится. - шутит тот, а после бьёт меня по заднице и бежит куда то вперёд. Я рванул за ним. —это не ролевые игры, баран, это похоже на воровство. - смеюсь я вслед, пока бегу за Никитой. Тот тормозит. —я украл у тебя часть жопы? —девственности. - меня разрывает, Никиту, в прочем, тоже. До автобуса мы успеваем дойти и садимся в самый зад возле окна. Водитель говорил на английском, поэтому Никита мне всё переводил. Если ему верить, то автобус едет в город, где мы сможем погулять и нас заберут через два часа. Я был доволен, что мы поедим. Ехать нам пришлось минут двадцать. Когда автобус остановился и открыл двери, мы с Никитой подождали, когда все выйдут, и только потом вышли сами. —сначала куда то в ресторан. - говорит Берг. Я с ним соглашаюсь. Люди с автобуса медленно начали расходиться по своим делам, а мы с Никитой направились искать ресторан. Всё было в красивых фонарях, куча больших сувенирных магазинов, и лишь через минут пять такой ходьбы мы нашли ресторан, в который зашли. Никита взял меню и начал выбирать еду, а я сидел с телефоном и фоткал его. Он мне нравился. Мы сидели на улице, где стояли небольшие мягкие пуфики и столики. Берг осматривается назад, а потом смотреть на меня. —что будешь заказывать? - спрашивает тот, а я не могу перестать улыбаться с того, какой он бывает моментами серьёзный. Я видел в нем человека, с которым было не просто смешно и забавно, а ещё и безопасно. Я знал, что в случае, если я не смогу постоять за себя, он сделает это самостоятельно, ещё лучше меня самого. Телефон всё же отправляет в карман. В руках появляется меню, и я рассматриваю картинки к блюдам. Никита помогал переводить состав и через время мы делаем заказ. Всё время ожидания мы сидели вместе. Берг обнимал меня одной рукой, а я фотографировал местность. Мне нравилось, настолько тут были живые улицы. Везде играла музыка, кто то громко смеялся, кто то пел. Посреди стоял большой фонтан, который тоже приятно шумел. Сначала нам принесли бутылку красного вина и два бокала, а после и весь заказ. Я заказал стейк и что то из риса, а Никита взял себе салат и плов. Берг разливает вино по бокалам и один отдаем мне, второй же держит в руке. —за нас? —за нас. - отвечаю я и мы делаем глоток. Тот приступает к еде, я следую его примеру. Я был рад, что сегодня мы проспали ужин. Я был рад оказаться тут и сидеть на улице, пить вино рядом с ним и понимать, что всё замечательно. Что проблемы больше не тронут, что я впервые так счастлив. Когда тарелки были пусты, Никита пополняет бокалы, и мы снова пьем. До автобуса ещё целый час. Я усаживаюсь возле Никиты, он вновь меня обнимает, и вот так мы сидели минут тридцать, пока медленно пили вино. Когда последний бокал опустошается, и мы вдвоем понимаем, что бутылка тоже пуста, зовём официанта, чтобы оплатить. Парень долго не приходил. —куда сейчас пойдем? - спрашивает Никита. —в сторону автобуса. По пути походим по магазинам. Я его целую. На его губах вкус вина, и это мне нравится ещё больше. Меня не волнуют люди вокруг и то, что про нас могут думать. Я был счастлив и рад, что теперь могу спокойно это показывать. Берг обнимает меня крепче. Его рука перебирает мои волосы, а мне никак не хотелось отстраняться от него. В его губах я видел продолжение всего мира. Его губы были для меня храмом. Моим спасением от всего и напоминанием, что я не один. Что я люблю и любим в ответ. К нам подходит официант, когда Никита отстраняться от меня. Он оплачивает счёт, и мы выходит отсюда. По пути к автобусу, как и хотел, мы пошли по магазинам. Набрали сувениров, купили коктейль и ушли. Автобус приехал вовремя. К этому времени мы успели выпить то, что купили. В номер мы попали довольно поздно. После того, как приехали, я потащил Никиту в бассейн, и он, естественно, пошел. Мы пробыли там целый час и только потом, полностью мокрые и довольные ушли в номер. В городе Никита купил экзотические фрукты, поэтому после душа мы уселись на кровать и принялись их пробовать. —я вчера сказал, что ты не луна и расскажу о тебе на закате. Закат мы проспали, поэтому я расскажу сейчас. - он замолкает и кладет себе в рот кусок какого то фрукта. —ты солнце, потому что греешь. Потому что даёшь понять, что даже за самыми серыми облаками есть луч тепла, который в любом случае победит и вылезет, согреет не только тело, но и душу. Ты тот, кто своим теплом может разбудить по утрам, и это будет самый лучший день. Ты тот, чья улыбка самая светлая, и она радует меня каждый день. Твои смех и карие глаза. Весь ты - это лучшее создание самого солнца. Просто помни. Я заплакал. Заплакал от счастья, так глупо.. ведь впервые я услышал, что то помимо «лежи, блять, нормально, я не могу попасть тебе в вену.» Никита меня обнимает, а я уткнулся носом ему в плече. Он гладит меня по спине, а я даже не могу понять, за что это заслужил. За все страдания или просто так? Может это правда подарок? Подарок за победу. За ту победу, над которой я долго старался морально, чтобы сделать физически. Берг кормил меня фруктами и большим пальцем вытирал слезы. Я не переставал улыбаться, пока тот, в свою очередь, пытался шутить. Мне правда была смешно, но вместе со смехом я любовался. Любовался парнем, который смог довести меня чуть ли не до истерики, а позже сам и успокоил. За это я его и любил. Впервые действительно любил. Пол ночи мы опять не спали. Смотрели фильм и обсуждали его. Никита заснул первым. Я делаю тише и глажу его по голове. Он лежал у меня на плече и тихо сопел. Я не хотел ему мешать, поэтому досмотрел фильм и уснул в том же положении, чтобы не тревожить сон Берга, который и так у него не самый лучший. Завтра целый день проведем на пляже и послезавтра тоже. Мы приехали сюда отдыхать, а значит будем отдыхать. Если бы год назад мне сказали, что я буду лежать в объятиях парня, которого я люблю, где то в номере за границей, я бы не поверил. Я бы не поверил, что смог уехать на море, что смог принять себя, полюбить, и никогда бы не поверил, что меня полюбят в ответ. Полюбит такой, как он. Тот, кто будет до последнего защищать меня и пойдет против всех правил, лишь бы я был счастлив. Я бы мог проснуться и понять, что всё ещё лежу с ней, которую ненавижу. Но счастье в том, что я не сплю. Я любим. ***