Танец на льду

Когда Тэхён вернулся домой, он буквально упал на кровать, раскинув руки и устремив взгляд в потолок. Сердце всё ещё билось учащённо, а глупая улыбка никак не хотела сходить с его губ. Он снова встретился с Чонгуком. Не просто увидел его мельком, не просто прошёл мимо, а поговорил, покатался с ним на льду, провёл вечер в его компании. Ему казалось, что всё это было сном, слишком уж невероятным, чтобы быть правдой. Сердце снова сжалось от тёплого, почти родного ощущения. Тэхён не сразу понял, что телефон завибрировал на прикроватной тумбочке. Он машинально протянул руку, не глядя на экран, и поднёс его к уху. — Алло, — произнёс он, всё ещё глупо улыбаясь. — Хотел бы я увидеть сейчас твоё лицо, — раздался в динамике знакомый голос, полный веселья. — Хотя более чем уверен, что ты сидишь и тупо лыбишься. Тэхён даже не удивился. Хосок всегда чувствовал его настроение, как бы далеко ни был. — Рассказывай давай, что у тебя там случилось, что ты такой счастливый? — нетерпеливо продолжил Хоби. Тэхён вздохнул, закусил губу, но сдерживать переполняющие эмоции было невозможно. — Я снова встретился с Чонгуком… — Ну вот! — воскликнул Хоби с таким энтузиазмом, будто это случилось с ним самим. — А я же говорил, что если судьба, то вы обязательно встретитесь вновь! И что же вы делали? Рассказывай скорее! Тэхён перевернулся на бок, крепче прижимая телефон к уху, и начал говорить. Он рассказал, как заметил Чонгука на катке, как замер, ошеломлённый его присутствием, как их взгляды пересеклись, а он сам, засмотревшись, не заметил бортик и упал. — Ты не представляешь, какой это был позор. Я уже во второй раз падаю перед ним! — простонал Тэхён, закрывая лицо рукой. — Да ну, это же идеальный способ привлечь внимание, — рассмеялся Хосок. Тэхён фыркнул и продолжил. Он рассказал, как Чонгук подошёл к нему, помог встать, как сказал, что рад снова встретить его. Как протянул ему браслет. — Понимаешь, он хранил его, Хоби! Целую неделю! — Это судьба, — протянул Хосок. — Не начинай… — пробормотал Тэхён, но улыбка вновь появилась на его губах. Он рассказывал, как Чонгук спросил его имя, как предложил покататься вместе, как учил его делать сальхов, объясняя технику движения, показывая, как правильно группироваться, и терпеливо помогая исправлять ошибки. — Он не просто объяснял, он реально пытался помочь, — сказал Тэхён, глядя в потолок. — Конечно, он же хороший человек. А потом было кафе. — Мы сидели, пили кофе, разговаривали. Обычные вещи. О школе, о жизни. Он попросил, чтобы я обращался к нему на "ты", потому что чувствовал себя стариком из-за моего официального тона, — засмеялся Тэхён, вспоминая смущённую улыбку Чонгука. — Так ты теперь с ним на "ты"? — Пока нет, но… я попробую. Хосок одобрительно хмыкнул. — А в конце… — Тэхён на мгновение замолчал, чуть сжимая телефон. — Он попросил обменяться номерами. Наступила тишина, а затем раздался восторженный вопль: — ЧТО?! Тэхён отдёрнул телефон от уха, поморщившись от громкости. — Ты шутишь?! Чонгук сам предложил?! — Ну да… — Чувак, это точно судьба! Тэхён лишь закрыл глаза и улыбнулся. Возможно, судьба. Возможно, просто случайность. Но одно он знал точно — этот день изменил всё. — Я... кажется, я влюбился... — голос его был тихим, почти неуверенным, будто это признание само вырвалось наружу, прежде чем разум успел остановить его. Тэхён замер, сам не веря в слова, что только что слетели с его губ. Сердце пропустило удар, а затем бешено заколотилось в груди, разгоняя по венам горячую волну смущения и чего-то ещё... чего-то тёплого, волнующего, почти пугающего. В комнате повисла тишина. В телефонной трубке тоже. Тэхён вдруг осознал, что сказал это вслух. Что это не просто мысли, кружащиеся в его голове, не просто мимолётное ощущение, а нечто большее. Настоящее. — Подожди… — наконец подал голос Хоби, и было слышно, как он шумно выдохнул. — Ты это серьёзно сейчас? Тэхён сглотнул, закусил губу, нервно сжал простыню пальцами. Серьёзно ли он? Он вспомнил Чонгука. Его тёплую, мягкую улыбку, взгляд, полный искреннего интереса. Его смущённый смех, когда он просил обращаться к нему на «ты». Спокойный голос, когда он объяснял технику сальхова. Лёгкий, почти неуловимый румянец на скулах, когда они обменялись номерами. От этих воспоминаний сердце сжалось с новой силой. — Я… не знаю, — выдохнул Тэхён. — Но когда я с ним… всё будто становится другим. Теплее. Легче. Он... Он заставляет меня чувствовать себя по-особенному. Хосок снова замолчал, но теперь Тэхён чувствовал, что тот улыбается. — Ох, дружище… — протянул он, и в голосе его звучала неподдельная нежность. — Ты по уши влип. Тэхён прикрыл глаза, выдыхая. Да. Он и сам это знал. Тэхён говорил, сам не замечая, как голос его становился всё тише, теплее, наполненнее чувствами, которые даже ему самому пока было сложно осознать до конца. — Ты не понимаешь, Хоби… В такого, как он, просто невозможно было не влюбиться... На том конце провода друг молчал, давая ему возможность выговориться. — Вот подумай сам, — продолжил Тэхён, чуть нахмурившись, будто сам пытался разобрать собственные мысли. — Каким, по-твоему, должен быть человек из богатой семьи, где отец — успешный бизнесмен, а мать — известная фигуристка? Причём он сам — настоящая легенда. — Эм… — задумался Хосок, и даже не видя его, Тэхён мог представить, как тот прикрыл глаза, прикидывая в голове нужный образ. — Ну, наверное, самовлюблённым? Немного наглым, таким, который ставит себя выше других? — Вот и я думал так же! — воскликнул Тэхён, чуть повысив голос от переполнявших его эмоций. Он резко сел на кровати, крепче сжимая телефон в руке. — Но Чонгук... он другой. Хоби хмыкнул. — Ну, давай, удиви меня. — Он добрый, милый… я бы даже сказал стеснительный. Тэхён снова лёг, уставившись в потолок, его губы тронула лёгкая улыбка. — Тогда, когда он предлагал мне покататься вместе, приглашал в кафе, а потом попросил обменяться номерами… Он выглядел так, будто сам не верил в то, что делает. Будто не был уверен в себе, в своих действиях. Как будто боялся, что я могу отказаться. На том конце провода раздался тихий смешок. — И ты, конечно же, отказать ему не мог. — Конечно, не мог, — тихо сказал Тэхён, и в этих словах звучала неоспоримая истина. Как он мог бы отказаться? Как можно было не ответить на этот робкий, почти неуверенный порыв человека, которого он всегда видел непоколебимой легендой, а теперь… теперь вдруг увидел его настоящего? Того, кто просто хотел подружиться. Того, чьё присутствие теперь не выходило у него из головы. *** За семейным ужином царила привычная атмосфера: звон палочек о тарелки, негромкий разговор родителей о бытовых делах, редкие вопросы, адресованные Тэхёну, на которые он машинально отвечал, продолжая мысленно перебирать события сегодняшнего дня. Он снова и снова прокручивал в голове моменты, связанные с Чонгуком. Каждое из этих воспоминаний вызывало у Тэхёна глупую улыбку, и он даже не заметил, что мама уже некоторое время смотрит на него. — Ты прямо весь светишься сегодня, — вдруг сказала она, тепло улыбаясь. — Что-то хорошее случилось в школе? Тэхён вздрогнул, выныривая из мыслей, и встретился с её внимательным взглядом. — Я… — Он запнулся, внезапно не зная, стоит ли рассказывать. Родители всё равно не поддерживали его увлечение фигурным катанием. Они не поймут, почему это так важно для него. Но желание поделиться было сильнее. — Я… встретил сегодня своего кумира. Вернее, уже во второй раз столкнулся с ним, — тихо произнёс он, смущённо улыбаясь. Отец оторвался от тарелки и взглянул на него поверх очков. — Кумира? Того фигуриста, что ли? — Да… Чон Чонгука. Отец лишь кивнул, явно не испытывая особого интереса, а вот мама взглянула на сына чуть внимательнее. — А ещё… смотрите. — Тэхён протянул руку, показывая тонкий серебряный браслет. — Оказывается, я его обронил, а он его нашёл и отдал мне сегодня. Мама прищурилась, разглядывая украшение, и в её глазах промелькнуло облегчение. Браслет был семейной реликвией, передававшейся из поколения в поколение, и его потеря могла стать серьёзным поводом для разговора. — Ну, хоть нашёлся, это уже хорошо, — сказала она мягко, но потом добавила с легкой строгостью: — Мы рады, что ты встретил своего кумира, но это не отменяет того факта, что ты потерял браслет. Тэхён сжал губы, уже предчувствуя, что последует дальше. — А значит, коньки ты всё равно получишь обратно только по истечении месяца. Тэхён молча опустил взгляд на тарелку, ковыряя вилкой кусочек рыбы. Ожидал ли он другого решения? Нет. Но почему-то внутри всё равно было неприятное чувство — будто родители не видели, насколько важным для него было фигурное катание. — Папа, мама… — тихо начал он, всё же надеясь, что сможет хоть немного повлиять на их мнение. — Я правда не хотел терять браслет. Это вышло случайно. — Случайности случаются, — отозвался отец, не отвлекаясь от еды. — Но ты должен учиться быть более ответственным, Тэхён. — Я понимаю… — Он сжал пальцы в кулак, чувствуя, как внутри закипает детское желание спорить, но понимал, что это бессмысленно. В их семье слово родителей было законом. Мама, видя его расстроенный взгляд, протянула руку и мягко сжала его запястье. — Нам не хочется тебя наказывать, — сказала она спокойным, тёплым голосом. — Просто мы хотим, чтобы ты осознал ценность вещей, которые принадлежат твоей семье. Тэхён лишь кивнул, не поднимая глаз. В комнате повисла тишина, нарушаемая только звуком приборов о тарелки. Еда вдруг потеряла для него вкус, и он чувствовал, как внутри неприятным комом застряли эмоции — разочарование, обида, усталость. Но стоило вспомнить, как Чонгук сегодня смотрел на него, как улыбался, помогая с элементами, как смущённо предлагал обменяться номерами — и вдруг стало чуть легче. «Ничего, месяц пролетит быстро», — успокаивал он себя, доедая ужин и мечтая, чтобы день поскорее закончился.