Танец на льду

Тэхён плавно закончил выполнение элементов, его дыхание было немного учащённым, но он чувствовал приятное удовлетворение от хорошо проделанной работы. Он подъехал к бортику, где его уже ждал Чонгук, наблюдая за ним с неизменной теплотой в глазах. — Отличная работа, — похвалил он, прежде чем уверенно обнять Тэхёна за талию, направляя его к выходу. Тэхён послушно поехал рядом, наслаждаясь теплом руки Чонгука на своём теле. Когда они добрались до края катка, старший легко сошёл со льда и протянул руку Тэхёну, чтобы помочь ему. Тэхён чуть улыбнулся и потянулся за его ладонью, но не успел толком ухватиться, как Чонгук резко дёрнул его к себе, заставляя потерять равновесие и в буквальном смысле врезаться в его крепкую грудь. Тэхён испуганно выдохнул, но прежде чем успел хоть что-то сказать, Чонгук коротко чмокнул его в губы. Глаза Тэхёна тут же расширились, а щёки мгновенно запылали от смущения. Он поспешно отстранился, судорожно оглядывая каток, проверяя, не увидел ли кто-то этот внезапный жест. — Эй! Не при всех же! — зашептал он, возмущённо глядя на Чонгука. — А если нас кто-то заметит?! Чонгук лишь усмехнулся и, не отпуская его, нагло ответил: — Ну и пусть замечают. Пусть все знают, что самый красивый человек на земле — мой парень. Сердце Тэхёна пропустило удар, а затем запрыгало в груди с бешеной скоростью. Он бы, возможно, даже нашёл достойный ответ, но его язык, кажется, отказывался слушаться, а мысли смешались в один сплошной хаос. Вместо этого он только ещё сильнее покраснел, отвернувшись в сторону. Они сели на скамейку у бортика, наслаждаясь небольшим перерывом. Тэхён снял перчатки и растёр ладони, пытаясь согреться, а Чонгук молча наблюдал за ним, будто решаясь что-то сказать. — Тэхён… — наконец заговорил он, привлекая внимание младшего. — Я хотел поговорить с тобой об одном. — О чём? — Тэхён вопросительно склонил голову набок. — Родители хотят познакомиться с тобой. И не только с тобой, но и с твоими родными. Они предложили устроить семейный ужин, когда отец вернётся из командировки. Тэхён удивлённо заморгал, слегка замявшись. Он даже не знал, что сказать на это. — Семейный ужин?.. — повторил он, неуверенно сжав руки. Чонгук кивнул, внимательно наблюдая за его реакцией. — Я знаю, что это немного неожиданно, но, правда, ничего страшного. Им просто интересно познакомиться с тобой поближе. Тэхён опустил взгляд, нервно сжимая край олимпийки. — А что если… я им не понравлюсь? — тихо спросил он. Чонгук нахмурился, не понимая, почему он вдруг так занервничал. — С чего бы тебе не понравиться? Тэхён вздохнул, наконец решившись высказать то, что его тревожило. — Ты ведь из богатой семьи… — пробормотал он, всё ещё избегая взгляда Чонгука. — И, наверное, у твоих родителей большие ожидания насчёт твоей пары. Они могли представить себе кого-то другого рядом с тобой… может, человека из своего круга… а я… Он замолчал, не зная, как закончить мысль, но Чонгук уже всё понял. — Ты серьёзно сейчас? — он мягко взял Тэхёна за руку, заставляя его посмотреть на себя. — Моим родителям не важно, богат ты или нет. Им важно, чтобы я был счастлив. Тэхён всё ещё выглядел немного неуверенным, но в глазах Чонгука не было ни капли сомнений. — Они знают, что ты мне дорог, — продолжил он. — И если ты важен для меня, значит, они примут тебя таким, какой ты есть. Тэхён слабо улыбнулся, чуть расслабляясь под его уверенным взглядом. — Ладно… — наконец кивнул он. — Тогда… когда ужин? Чонгук довольно усмехнулся. — Как только отец вернётся. Я напишу тебе, и мы всё решим. Тэхён кивнул, позволяя себе немного расслабиться. Пусть волнение ещё оставалось, но одно он понял точно — рядом с Чонгуком он никогда не останется один на один со своими страхами. *** Чонгук аккуратно поставил последнюю тарелку на стол, убедившись, что всё готово к ужину. В доме витали тёплые ароматы домашних блюд, создавая уютную атмосферу. Его мама, Чон Хана, в последний раз проверяла сервировку, а отец, Чон Минчоль, сидел в гостиной, листая газету, но и он с нетерпением ждал гостей. Вдруг раздался звонок в дверь. — Это, наверное, Тэхён с родными, — с улыбкой сказал Чонгук, вытирая руки о полотенце. — Иди встречай, сынок, — кивнула мама, — мы сейчас всё закончим. Чонгук направился к двери и, открыв её, тут же увидел Тэхёна, стоящего на пороге с небольшой коробкой в руках. Позади него стояли его родители, Ким Дже Хёк и Ким Миён. — Привет, — немного смущённо улыбнулся Тэхён, протягивая коробку. — Мы принесли небольшой гостинец. — Спасибо, — Чонгук с благодарностью принял коробку и коротко обнял Тэхёна, чувствуя, как его сердце на мгновение замирает от этого близкого контакта. Затем он шагнул назад и почтительно поклонился родителям возлюбленного. — Здравствуйте, мистер и миссис Ким. Добро пожаловать. Он сделал паузу, глядя на них с лёгким волнением. — Наша прошлая встреча прошла довольно сумбурно, и, возможно, я показался вам бестактным… Но я просто не мог смотреть, как Тэхён плачет. Миён с тёплой улыбкой покачала головой, спеша его заверить: — Нет-нет, Чонгук, мы не подумали о тебе ничего плохого. — Более того, после твоего визита мы пересмотрели свои взгляды, — добавил Дже Хёк, — и поняли, что фигурное катание никак не мешает Тэхёну. — Даже наоборот, — поддержала его жена, бросив на сына ласковый взгляд. — Мы заметили, что занятия с тобой приносят ему радость и помогают эмоционально. Он стал приходить домой отдохнувшим, счастливым… Даже учиться стал лучше. Тэхён тут же смутился, опустив голову, но Чонгук почувствовал, как его сердце наполнилось теплом. — Мне очень приятно это слышать, — искренне сказал он, отступая в сторону. — Проходите, мои родители уже ждут вас. Как только семья Ким вошла в дом, в коридор тут же вышли родители Чонгука. Они приветствовали гостей с вежливыми, но дружелюбными улыбками. — Добрый вечер, — первым заговорил Минчоль, протягивая руку Дже Хёку. — Добрый вечер, — мужчина ответил крепким рукопожатием, оценивающе глядя на хозяина дома. — Добро пожаловать, — добавила Хана, мягко улыбаясь Миён. — Спасибо за приглашение, — с теплотой сказала она, — ваш дом очень уютный. — Проходите в гостиную, — пригласила хозяйка дома, жестом указывая в сторону просторной комнаты, где уже был накрыт стол. Чонгук и Тэхён переглянулись, а затем незаметно переплели пальцы. Оба были немного напряжены, но с каждым мгновением атмосфера становилась всё более тёплой. Когда все уселись за стол, завязался неторопливый разговор. Чонгук чувствовал, как с каждой минутой родители всё больше проникаются симпатией к Тэхёну и его семье, а сам он не мог оторвать взгляда от любимого, который, несмотря на волнение, старался поддерживать беседу. «Всё будет хорошо», — подумал Чонгук, чуть крепче сжимая ладонь Тэхёна под столом. Разговор за ужином шёл легко, словно семьи знали друг друга уже давно. Минчоль расспрашивал Дже Хёка о работе, Миён с интересом говорила с Ханой о готовке, а Чонгук и Тэхён сидели рядом, порой украдкой переглядываясь. — Чонгук, — внезапно заговорила его мама, поднимая на него внимательный взгляд, — ты так и не рассказал, как вы с Тэхёном… гм, начали встречаться. Тэхён тут же поперхнулся соком и закашлялся, прикрывая рот рукой. Чонгук поспешно похлопал его по спине, а Хана с Миён с лёгкой улыбкой переглянулись. — М-мы… — начал Чонгук, отчего-то тоже почувствовав жар на лице. — Ну, это… произошло само собой? — Само собой? — с лёгкой усмешкой повторил Дже Хёк, поднимая бровь. — Ну… — Чонгук поёрзал на стуле. — Просто я давно понял, что Тэхён мне нравится. А потом как-то набрался смелости и признался. — Он признался первым, — тихо добавил Тэхён, всё ещё смущённый. — Оу, вот как? — Миён улыбнулась. — А что, если бы я тебе отказал? — поддразнил его Тэхён, хитро прищурившись. — Ну, тогда мне бы пришлось продолжать вести себя как ответственный тренер, но в душе страдать от неразделённой любви, — драматично вздохнул Чонгук. За столом раздался дружный смех. *** После ужина, когда взрослые продолжали беседу в гостиной за чашкой чая, Тэхён вдруг повернулся к Чонгуку, хитро прищурился и, состроив самую невинную мордашку, протянул: — Чонгук, Чонгук, а покажи мне свою комнату! Чонгук замер, неожиданно для самого себя ощутив какое-то странное беспокойство. Он уже давно не заходил в свою комнату в родительском доме. Но… этой милой мордашке он просто не мог отказать. — Пожалуйста? — добавил Тэхён, потянув его за рукав. Чонгук тихо вздохнул и, бросив взгляд на родителей, которые с улыбкой наблюдали за ними, кивнул: — Ладно, пойдём. Он взял Тэхёна за руку и повёл по знакомому коридору. Поднявшись по лестнице на второй этаж, Чонгук замедлил шаг у двери в конеце коридора. На мгновение он даже заколебался, прежде чем, наконец, положил руку на дверную ручку и толкнул дверь. — Заходи, — негромко сказал он, отступая в сторону. Тэхён с любопытством вошёл в комнату… и замер, поражённый. — Вау… — выдохнул он, оглядываясь. Комната была просторной, но не выглядела пустой или безжизненной. Напротив, она словно дышала воспоминаниями. Почти все стены были украшены рамками с грамотами и медалями, на полках гордо стояли многочисленные кубки. В одном из углов висели фигурные коньки — старые, совсем крошечные, уже неиспользуемые, но явно дорогие сердцу. Фотографии запечатлели десятки моментов: Чонгук на пьедестале, Чонгук в окружении тренеров и товарищей по команде, Чонгук, сияющий от счастья после победного проката. — Сколько всего… — поражённо прошептал Тэхён, проходя вдоль полок и разглядывая награды. Но Чонгук его радости не разделял. Он стоял на пороге, будто боялся сделать шаг внутрь. Едва он переступил порог комнаты, в груди что-то сжалось, а по телу прошла неприятная дрожь. — Я уже больше года здесь не был, — едва слышно произнёс он, горько усмехнувшись. Тэхён повернулся к нему, заметив в его голосе странную нотку. — Каждый раз, когда я приезжал к родителям, я останавливался в гостевой, — продолжил Чонгук, неловко переступая с ноги на ногу. — А сюда не заходил. Не хотел видеть всё это и в очередной раз понимать, что потерял… Тэхён задумчиво посмотрел на него, а потом осторожно спросил: — Поэтому твоя квартира… пустая? Чонгук слабо кивнул. — Да… Раньше в ней тоже были медали, фотографии, кубки… — Он стиснул челюсть. — Но после ухода… я всё убрал. Запрятал подальше, чтобы не видеть. Чтобы не вспоминать… В комнате повисла тишина. Тэхён смотрел на него, не зная, что сказать. Он привык видеть Чонгука уверенным, сильным, надёжным. А сейчас перед ним стоял человек, которому было больно просто находиться в этой комнате. Не раздумывая, Тэхён сделал шаг вперёд и обнял его. Чонгук напрягся, но спустя пару секунд сдался и крепко сжал Тэхёна в ответ, спрятав лицо у него на плече. — Знаешь… — тихо заговорил Тэхён. — Всё, что здесь есть… Это же не просто награды. Это доказательство того, кем ты был. И, может быть, кем ты всё ещё можешь быть. Чонгук молчал, только крепче прижимая его к себе. — Ты же не просто фигурист, Чонгук. Ты человек, который вдохновляет. И который однажды вдохновил меня, — добавил Тэхён, чуть улыбнувшись. Чонгук глубоко вздохнул и наконец отстранился, посмотрев на него. — Спасибо, — тихо сказал он, и его губы дрогнули в слабой, но искренней улыбке. Убедившись, что Чонгук в порядке, Тэхён медленно отстранился, но продолжал внимательно разглядывать его лицо. В глазах ещё теплилась тревога, но Чонгук, похоже, уже немного успокоился. — Спасибо, — повторил он. Тэхён кивнул и, не желая больше давить на него, сделал несколько шагов по комнате. Он снова перевёл взгляд на многочисленные кубки, медали и фотографии, а потом заметил что-то особенное. На одной из полок стояли несколько рамок с детскими фотографиями, а рядом был сложен толстый альбом. — Ого! — воскликнул он, подойдя ближе. — Это твои детские фото? Чонгук, всё ещё стоявший у двери, вздрогнул и смущённо почесал затылок. — Ну да… — пробормотал он, но Тэхёна уже было не остановить. Он схватил одну из рамок и присмотрелся. — Боже мой! — воскликнул он, и его лицо озарилось восторгом. — Каким ты был милым ребёнком! Чонгук, понимая, к чему всё идёт, закатил глаза, но в глубине души ему было приятно видеть такую реакцию Тэхёна. — У тебя есть альбом с детскими фотографиями? — с надеждой спросил младший, обернувшись к нему с горящими глазами. — Я хочу посмотреть! Очень-очень хочу! Чонгук тихо рассмеялся, покачав головой. — Ох, ну и как вот тебе отказать? Он подошёл к полке, взял толстый фотоальбом и бросил взгляд на Тэхёна. — Но если ты начнёшь смеяться, я тебя укушу. — Я не буду смеяться! — тут же заверил Тэхён, уже вытягивая руки к альбому. — Ну, может, чуть-чуть… Чонгук хмыкнул, но ничего не сказал. Вместо этого он подошёл к кровати, уселся на неё, а Тэхён тут же плюхнулся рядом, нетерпеливо подтягивая альбом ближе. — Ладно, смотрим, — сказал Чонгук, открывая первую страницу. Тэхён тут же издал восторженный писк. — Аааа! Я сейчас умру от милоты! На первой странице были фотографии совсем маленького Чонгука — красивого малыша с огромными карими глазами и милыми ямочками на щеках. — Сколько тебе тут лет? — спросил Тэхён, не отрывая взгляда от снимков. — Тут мне четыре года, — ответил Чонгук, усмехнувшись. — Это была моя первая зима на льду. Меня тогда учила мама. Тэхён пригляделся и заметил, что на одной из фотографий маленький Чонгук стоит на коньках, надув губки и глядя исподлобья. — Ой, а что у тебя за недовольное выражение лица? — Ааа, это… — Чонгук хохотнул. — Я тогда не хотел заниматься фигурным катанием. Мне хотелось бегать, играть, а не повторять движения под музыку. Мама тогда буквально заманивала меня на лёд шоколадками. Тэхён прыснул, представляя эту картину. — И что, сработало? — Конечно, — усмехнулся Чонгук. — Ради сладкого я был готов терпеть. Тэхён продолжил листать альбом и вскоре наткнулся на фото, где Чонгук уже выглядел немного старше. — А здесь сколько тебе? — Тут мне пять, — сказал Чонгук, чуть склонив голову, рассматривая снимок. — Это было моё первое занятие в группе с другим тренером. Тэхён заметил, что выражение лица на фото было уже не надутым, а скорее напряжённым. — Ты выглядишь таким серьёзным… Ты волновался? — Ага, — кивнул Чонгук. — До этого целый год меня учила только мама. А тут — совершенно чужой человек, новые дети… Я тогда очень переживал, вдруг у меня ничего не получится. Тэхён на секунду представил, каким же трогательным и маленьким был Чонгук в тот момент — крошечный мальчик в коньках, старающийся не показать волнения, но переживающий внутри. — Но ты справился, да? — Конечно, — ухмыльнулся Чонгук. — Уже через месяц я катался, как ветер. Тэхён покачал головой с улыбкой. — Я так и знал, что ты был прирождённым фигуристом. Чонгук ничего не ответил, но в его глазах мелькнуло что-то тёплое. Они продолжили листать альбом, и с каждой страницей Тэхён открывал для себя нового Чонгука — не только сильного и уверенного, каким он был сейчас, но и трогательного, упрямого, полного мечтаний. И от этого он только влюблялся сильнее.