Под звездами

На звонок от Уиллема Давос не хотел отвечать, но сжалился и был вознагражден. Ну, как вознагражден? В трубке раздался голос вовсе не Уиллема, а миссис Фрей: — Забирай своего братца немедленно, или я его вышвырну вон! Давос тяжело вздохнул. Опять Уиллем пил. И ладно бы просто пил, так ведь пил без гроша в кармане. Как его вообще в бар пустили? А расхлебывать все придется ему — Давосу. Мелькнула крамольная мысль оставить Уиллема на растерзание миссис Фрей, но тут же пришло осознание: Уиллем на машине, но пьян настолько, что управлять ею явно не сможет. Да даже, если и не настолько, миссис Фрей его за руль не пустит. Значит, Давос должен выступить в роли трезвого водителя. Катать пьяного брата Давосу не очень-то и хотелось, но если тот достаточно пьян, то не станет возражать, если после Давос возьмет машину. Скорее всего, он этого даже не заметит, а если и заметит, Давос просто соврет, что Уиллем ему разрешил, и хрен тот докажет обратное. До бара Давос практически бежал. Как и ожидалось, Уиллем был почти в отключке, хорошо хоть не совсем, до машины дошел сам, но едва оказался на заднем сидении, как вырубился к чертовой матери. Вот с выгрузкой проблемы возникли. Уиллем не хотел даже просыпаться, не то что выходить из машины. В другой ситуации Давос оставил бы его дрыхнуть там, вот только у него уже образовались планы на машину и отказываться от них он не собирался. Пришлось приложить Уиллема лбом о дверцу, чтобы привести в чувства. Чувств хватило ровно на то, чтобы дойти до дома и рухнуть на диван в гостиной. Давос проследил, чтобы Уиллем лежал на животе. Потом поставил возле дивана большой пластмассовый таз на случай, если Уиллема начнет тошнить. Об Уиллеме Давос не особо заботился, но вот если тот заблюет ковер, Алиссана будет в ярости. А уж узнать, кто приволок Уиллема домой, труда ей не составит. Убедившись, что Уиллем крепко спит, Давос вернулся в машину, достал телефон и написал: «Что делаешь?» Руки вспотели, и он вытер ладони о футболку, неотрывно глядя на экран. Несколько долгих секунд ничего не происходило. Вот будет забавно, если Эйрон уже спит. Нет, не будет. У них не выходило нормально встретиться уже больше недели, и Давос откровенно сходил с ума. Однако экран засветился, даря надежду. «Математику», — ответил Эйрон. Ну, да, конечно, чертов ботаник. С математикой у Эйрона не ладилось, и на, казалось бы, простые уравнения уходила целая вечность. Пару раз он даже заставлял Давоса показать ему решение, хотя тот приходил совсем не за этим. «Поехали гулять?» «У меня тут еще даже половина не сделана». «Я на машине». Эйрон писал. Останавливался и снова набирал сообщение. Давос думал, что чокнется, пока на экране не появилось лаконичное: «Приезжай». Давос едва не закричал в голос, победно вскинув руки. Ему было все равно, увидит ли кто-то его беснующимся за рулем, главное, что Эйрон согласился, даже не особо ломаясь. Нет, совсем не ломаясь! Блэквуды и Бракены не ладили столько, сколько существовали их семьи. Конечно, в двадцать первом веке вражда не выходила за рамки взаимного неуважения и словесных перепалок, но, тем не менее, общение с Бракенами не одобрялось. Уиллем вообще перестал с Давосом разговаривать, когда узнал, что он встречает с Эйроном. Конечно до первого раза, когда ему понадобилось помочь с машиной, но и после делал хмурую рожу и качал головой, едва речь заходила об Эйроне. Сам Эйрон своим благоразумно не рассказал, что с одной стороны Давоса несколько раздражало, но в другой он прекрасно понимал, почему Эйрон так поступает. До дома Эйрона он не доехал, остановился чуть дальше и написал сообщение. Эйрон появился почти сразу, видимо, только и ждал отмашки. Пока он приближался, Давос восхищенно его рассматривал. Узкие джинсы облегали стройные ноги, а объемная толстовка только подчеркивала изящество фигуры. Волосы были небрежно стянуты в пучок на затылке, и Давос уже предвкушал, как стянет резинку и запустит в них пальцы. Эйрон быстро скользнул в машину. — Привет. Он замялся, но все же подался навстречу и легонько чмокнул Давоса в губы, сразу же отстранился. Наедине он становился таким застенчивым, так и не скажешь, что в школе постоянно нарывался на драку и откровенно крыл Давоса матом. Впрочем, это было раньше. Теперь он старался держаться от Давоса подальше, но порой все равно отпускал в его сторону неприятные комментарии. Справедливости ради, надо сказать, что и Давос за словом в карман не лез, довольно часто начиная нарываться первым. — Куда поедем? — спросил Давос. — Не знаю, — пожал плечами Эйрон. — А куда ты хочешь? Давос хотел бы в церквушку на окраине, где служил пожилой священник с весьма вольными взглядами. Однако у этой идеи было немало проблем, первая из которых заключалась в почти пустом баке. — Бензина мало, — вздохнул Давос. — Денег нет вообще. Так что как насчет немного отъехать от домов и посмотреть на звезды. — Идет, — улыбнулся Эйрон. Все же Давос отъехал довольно далеко, свернул в кукурузное поле, так что с дороги их наверняка нельзя будет увидеть. В свое оправдание он мог бы сказать, что с поля лучше можно рассмотреть звезды, но Эйрон не спрашивал. Давос расстелил плед на капоте машины, и они устроились под открытым небом. Если бы Уиллем увидел это безобразие, точно никогда больше не дал бы ключи, но Уиллем крепко спал дома, и вряд ли сможет определить новые вмятины и царапины, если они вдруг появятся. Эйрон устроил голову у Давоса на плече и прижался так тесно, что можно было почувствовать тепло его тела даже через толстовку. Давос совершенно не знал, о чем говорить, да и говорить не хотелось, но сидеть молча становилось как-то неловко. — О, смотри, видишь мигающая точка? Это спутник. Давос мог бы что-нибудь рассказать о спутниках, не очень много, но наверняка Эйрон и этого не знал. Эйрона не интересовала наука и техника, он увлекался театром и поэзией. Давос посмотрел на него и встретил влюбленный взгляд. Сердце екнуло. Очень хотелось верить, что ему не кажется, и Эйрон действительно смотрит на него с теплотой. Давос чуть наклонился, и Эйрон тут же подался навстречу, встретив его губы. Целовался он жарко, жадно и, что несколько смущало Давоса, умело. Конечно, Давос и сам не был неопытным, но кроткий укол ревности испытывал каждый раз, когда язык Эйрона напористо проникал ему в рот. Эйрон отстранился, тяжело дыша, и быстро склонился над его ширинкой. Давос не успел опомниться, как он расстегнул джинсы и высвободил уже возбужденный член. Не то, чтобы это было впервые. Они уже пару раз дрочили друг другу, и Давос ожидал чего-то подобного, но Эйрон наклонился ниже и взял его член в рот. От того, как уверенно он это сделал, дыхание перехватило. Хотя, возможно, это от самого действия. Эйрон обхватил его член губами и начал двигать головой, скользя по стволу. Ужасно хотелось, запустить пальцы ему в волосы, но получалось только стонать. Мысли мгновенно покинули голову, осталась только одна: Эйрон ему сосет. И как же охрененно он это делал! Словно занимался этим профессионально и не пропускал ни одной тренировки. Эта мысль обрела очертание даже сквозь пелену возбуждения. Давос дернулся, оттолкнул голову Эйрона и кубарем скатился с машины. Быстро заправился. Эйрон почти сразу оказался рядом, попытался тронуть Давоса за плечо, но тот зло дернулся. — Что слу?.. — Сколько у тебя их было?! — зло выпалил Давос, поймал недоуменный взгляд и пояснил: — Парней, которым ты сосал. Эйрон поджал губы, но взгляд не отвел. — Какая разница? Это было до тебя. А ведь и правда, какая? Умом Давос понимал, что ведет себя глупо. В конце концов, у него тоже были отношения, хоть и с девчонками. Но вот сердцем или душой, или какой там орган отвечает за ревность?.. Всей своей сущностью он ненавидел тех парней, что были у Эйрона. Мелькнула мысль сбежать, оставить Эйрона посреди поля и никогда к нему больше не подходить. Вместо этого Давос шагнул навстречу, сгреб его в объятия и жадно впился в губы. Эйрон удивленно что-то промычал, но Давос не дал ему возможности говорить. Толкнул к машине, вжал в нее спиной и сам прижался так тесно, что почти чувствовал возбуждение Эйрона под узкими джинсами. Оторвался от его губ он только потому, что так было удобнее расстегивать джинсы. — Не смущает, что этими губами я только что сосал твой член? — насмешливо выдохнул Эйрон. — Ни капли. Давос схватился за член Эйрона, и наглая улыбка пропала с его лица, уступив место напряженному ожиданию. Давос приспустил и свои джинсы, вновь прижался, теперь его собственный член соприкасался с членом Эйрона. Он обхватил их вместе и быстро задвигал рукой. Запоздало подумал, что если у Эйрона были парни до него, то простой дрочкой его не удивишь, но Эйрон застонал так сладко, так жадно, что Давос не сдержал довольную улыбку. Он сам был возбужден до предела, но не мог закрыть глаза и наслаждался видом Эйрона, который в свете звезд казался невероятно красивым. Наверняка его щеки раскраснелись. Рот приоткрылся в долгом стоне. Прядь волос выбилась из пучка, упав на лицо. Эйрон кончил первым. Застонал почти жалобно, дернулся навстречу кулаку Давоса и обмяк, привалившись к машине. Впрочем, отдыхал он недолго. Почти сразу оттолкнул Давоса, но лишь затем, чтобы опуститься перед ним на колени. Давос хотел бы растянуть это на всю ночь. Хотел бы наслаждаться ртом Эйрона, проверить, на что тот способен, может быть сказать пару грязных шуточек, но его хватило на пару секунд. Ощущение горячего рта, плотно сомкнутых губ и просто вид Эйрона, стоявшего перед ним на коленях, сделали свое дело. Давос запрокинул голову и протяжно застонал, кончая. Ноги стали ватными, он едва удержался, чтобы не свалиться на землю. Они привели себя в порядок. Смотреть на звезды уже не хотелось, да и не за этим они сюда приехали. — Я замерз, — пожаловался Эйрон. — Поехали, выпьем чего-нибудь горячего. «Красная рыба» работает круглосуточно. — Денег нет, — буркнул Давос. — Ну, я заплачу, — пожал плечами Эйрон и лукаво ему подмигнул. — Будешь мне должен. Давос фыркнул и отправился за руль. Эйрон устроился рядом. Они выехали с кукурузного поля. — Двое, — внезапно сказал Эйрон. — Если тебе это важно. — Что? — До тебя у меня было двое парней. Ну, с одним мы просто встречались, а с другим был секс. Давос стиснул руки на руле. Его не должна была задевать эта информация, но она его задевала. Может быть, если бы он не был таким идиотом и подошел к Эйрону, скажем, в прошлом году, то стал бы его первым и единственным. — Мне все равно, — выдохнул он. Даже если это не так, он постарается приложить все усилия, чтобы не думать о бывших Эйрона. В конце концов, теперь-то они вместе. — А ты? — Что? Давос не ожидал, что разговор продолжится. — Сколько у тебя было парней? — Нисколько, — машинально ответил он и понял, что влип. Он быстро глянул на Эйрона и заметил, как хитро тот на него смотрит. Его рука мягко легла на колено Давоса. — Так значит ты девственник? — Нет! В смысле у меня были девушки. — Это не считается. — Еще как считается! — Ну, задница-то твоя будет моей. Давосу понадобилась вся его сила воли, чтобы удержать руль в руках. Нет, он, конечно, предполагал, что когда-нибудь у них дойдет до настоящего секса, но то, как запросто Эйрон об этом говорил, выбивало из колеи. Эйрон сидел с довольным видом. Еще недавно Давос злился на него и готов был навсегда расстаться, а теперь чувствовал себя не в своей тарелке и пытался подавить смущение. Хорошо хоть Эйрон не стал расспрашивать о девчонках Давоса, иначе пришлось бы признаться, что там все ограничилось поцелуями и взаимным петтингом. Давос решил, что не станет больше заводить речь о бывших. Судя по хитрой улыбке Эйрона, он это понял.