Перекрёсток

Глава 1: Там, где сходятся тени.       Туман обволакивал всё вокруг, словно живой организм, пульсируя в такт незримому сердцу. Вэй Усянь провёл рукой по влажному воздуху, ощущая, как капли оседают на ресницах, превращая мир в акварельный кошмар. Под ногами хрустел гравий, но тропа то и дело исчезала, сменяясь сетью трещин, светящихся мертвенным голубизной. Он прижал к груди свою флейту, почувствовав, как холодок от инструмента проникает сквозь ткань.       — Интересно, Лань Чжань сейчас тоже блуждает в этой дьявольской дымке? — пробормотал он, вслушиваясь в эхо собственного голоса. Ветер завыл в ответ, но звук напоминал скорее стон запертого в железной клетке существа.       Из тумана выступила фигура в нефритовых одеждах. Шэнь Цинцю замер, веер с кинжальными клинками застыл у горла. Его глаза метались, выискивая лазейку в этой ловушке, а губы шептали проклятия системе, подбросившей ему этот «квест».       — О, пополнение! — Вэй Усянь грациозно развернулся, пряча страх за ухмылкой. — Вы тоже заплутали в этом танце теней? Или, может, ищете кого-то… особенного?       Шэнь Цинцю щёлкнул веером, отсекая фамильярность:       — Ваши шутки неуместны. Мы в межмировом шлюзе. Одно неверное движение — и наши души растянет между измерениями, как фарш для цзяоцзы.       Земля дрогнула, и в разломе засветился зелёноватый дым. Оттуда вышел Ци Жун. Лезвие его меча угрожающе блестнул. Но его глаза горели намного яростнее, яростнее тысячи солнц. Взгляд скользнул по спутникам, задержавшись на их оружии чуть дольше, чем следовало.       — Доигрался хуй на скрипке, какого хуя я здесь делаю? — было его первой фразой в этом месте.       — Объясните. Почему я чувствую здесь его след? — Голос Ци Жуна звучал как скрежет стали по камню.       — Чей след? — Вэй Усянь приподнял бровь, играя с чёрной кисточкой на поясе.       — Боюсь, что кем бы он ни был, он не единственный, чьё отсутствие жжёт грудь…       Ци Жун вздрогнул, меч нацелился в горло насмешника, но Шэнь Цинцю встал между ними:       — Прекратите! Эти трещины — не просто порталы. Они реагируют на эмоции. Хотите стать кормом для сущностей из пустоты — продолжайте в том же духе.       Внезапно туман сгустился, приняв очертания трёх фигур. Первая — Лань Чжань с завязанными глазами, его белые одежды пропитаны кровью. Вторая — Ло Бинхэ, держащий окровавленный меч у горла Шэнь Цинцю. Третья — Лань Цяньцю, лежащий в гробу.       — Иллюзии, — прошептал Вэй Усянь, и пальцы сжали флейту до побеления костяшек. — Они вытягивают наши страхи…       — Нет, — Шень Цинцю шагнул вперёд, рассекая мечом видение Ло Бинхе. Образ рассыпался, оставив в воздухе запах жасмина и металла. — Это ключи. Система требует платы за проход — наших самых тёмных воспоминаний. Глава 2: Вихри воспоминаний       Пространство взорвалось калейдоскопом кошмаров.       Жертва.       Вэй Усянь стоял посреди горы из костей, держа в руках обугленный свиток с неким заклятьем. Лань Чжань лежал у его ног, лицо искажено болью, а губы шептали:       — Прекрати…       — Ты всё-таки стал моей слабостью, — засмеялся Вэй Усянь, чувствуя, как слезы жгут щёки. Его пальцы сами выводили кровавые руны на земле.       Предательство.       Шэнь Цинцю смотрел, как Ло Бинхэ разрывает свиток защиты — тот самый, что он подбросил ученику перед Бездной.       — Учитель думает, я не знаю? — демон в облике юноши улыбался, прижимая клинок к его горлу. — Вы всегда боитесь быть увиденным… настоящим…       Клятва.       Ци Жун видел Лань Цяньцю в гробу. Из рта его текла кровь… Отравление. Его пальцы впивались в доску, оставляя кровавые полосы.       — Почему убил мою семью, — шептал Лань Цяньцю, глаза полные слёз. — и не убил меня?       — Молчи! — Ци Жун рубанул мечом, но лезвие прошло сквозь призрак, оставив лишь плач и отчаянные крики эхом.       Вернувшись в реальность перекрёстка, троица обнаружила символы над головами: чёрная роза (Вэй Усянь), расщеплённый бамбук (Шэнь Цинцю) и разбитое зеркало (Ци Жун).       — Нам нужно переиграть воспоминания, — Шэнь Цинцю коснулся символа, вызвав голограмму интерфейса. — Система требует замены боли на…       — На любовь? — Вэй Усянь язвительно фыркнул, но в глазах мелькнула надежда. — Что ж, попробуем станцевать на краю бездны.       Никто даже не подумал спросить, что за система. Всё её видели.       «Странное место, — решил Шень Цинцю, — раз тут она отображается не только для меня.» Глава 3: Разорванные небеса       Когда три символа слились в портал, из бездны вырвались чёрные щупальца. Ло Бинхэ, Лань Чжань и Лан Цяньцю тянули их обратно.       — Учитель, — Ло Бинхэ обвил Шэнь Цинцю цепью из теней, — вы действительно думали сбежать от меня снова?       Шэнь Цинцю вонзил веер в грудь демона, но вместо крови хлынули лепестки пионов. Воспоминание вновь вспыхнуло на глазах. Ночь, когда он тайно лечил спящего Ло Бинхэ, смазывая его раны бальзамом.       — Я… не хотел терять тебя, — выдохнул он, и цепи рассыпались.       Ци Жун столкнулся лицом к лицу с Лань Цяньцю, чьи глаза горели обидой:       — Ты предпочёл месть вместо наших отношений!       — Нет! — Ци Жун разбил мечом зеркальный символ, явив правду: как он выменивал у демонов годы жизни, чтобы спасти Лань Цяньцю от казни.       Вэй Усянь же стоял перед Лань Чжанем, чей меч дрожал у его сердца:       — Выбери: вернуться со мной или?.. — он не договорил, замер, пристально взглянув на Вэй Усяня, и пусть он ставил его перед выбором, он смотрел нежно, показывая, что примет любое решение возлюбленного.       — Ты всегда будешь моим выбором, — Вэй Усянь прижал ладонь к лезвию, прочертив кровью иероглиф «верность».       Портал взорвался светом. Когда туман рассеялся, Лань Чжань держал Вэй Усяня в объятиях, шепча: «Больше никогда не исчезай». Ло Бинхэ прижимал Шэнь Цинцю к стене, стирая кровь с его губ:       — Вы мой, Учитель.       А Ци Жун, наконец, обнял Лань Цяньцю, пряча лицо в его волосах, неразборчиво пробормотал:       — Прости…       Но в глубине перекрёстка, среди обломков иллюзий, зажглось новое зелёное пламя. Голос с примесью стальных ноток произнёс:       — Следующая жертва… уже в пути. Эпилог: Тени будущего       В библиотеке облачных глубин Лань Чжань нашёл странный свиток с тремя печатями. Вэй Усянь, смеясь, развернул его — и замер. На пергаменте плавали силуэты Шэнь Цинцю и Ци Жуна.       — Кажется, наш танец с тенями только начинается… Где-то в далёком мире Ло Бинхэ ловил падающее перо с символами тропы, а Лань Цяньцю гадал, почему во сне видит человека с мечом цвета крови…