Неоправдавшееся ожидание

Когда Гарри вошёл в комнату, в которой находились остальные участники, то увидел их стоявшими возле камина, в ожидании. Двоих парней и девушку. Парни, Виктор Крам и Седрик Диггори, были учениками Дурмстранга и Хогвартса, а девушка, Флёр Делакур — Шармбатона. Она же и спросила, не нужно ли им вернуться в Большой зал. — Нет, мисс Делакур, — ответил Гарри. — Пока не нужно. К тому же у нас тут дела посерьёзней закрутились. — Что именно? — уточнила она. — А вот, — Гарри снова задрал рукав и продемонстрировал им знак участника Турнира. — И, прежде чем кто-то из вас начнёт возмущаться, хочу официально заявить, что, во-первых, это подстава и, во-вторых, я вам не конкурент и на ваши лавры не претендую. У меня, знаете ли, совсем другая задача. — Какая? — Выжить. Просто выжить. Впрочем, не успел объяснить Гарри свою мысль, как в комнату вошла, или даже ввалилась, куча народа. Три школьных директора, двое министерских работников и парочка учителей из Хогвартса. МакГонагалл и Снэйп. И начались разборки. Для начала Дамблдор спросил у Гарри, не сам ли он подбросил своё имя в кубок. В ответ на что Гарри уточнил, чем именно в последнее время страдает директор. Глухотой или склерозом. — Вы, видимо, моего заявления не слышали только что в Большом зале? — огрызнулся он. — Мальчишка врёт! — крикнула Олимпия Максим, директриса Шармбатона. — А вы на меня в суд подайте, — посоветовал ей Гарри. — Только не удивляйтесь, если проиграете. Игорь Каркаров, директор Дурмстранга, обозвал Гарри оборзевшим сопляком, а профессор Снэйп добавил, что он с самого момента поступления на правила плюёт и вообще по нему Азкабан плачет. По его скромному мнению. А вот дальше случилось то, чему Гарри очень удивился. Потому что в разговор вмешалась профессор МакГонагалл. — Чего это с ней? — подумалось в этот момент Гарри. — Позвоночник что ли у неё… укрепился, наконец? Сначала она лёгким движением палочки склеила им губы, ненадолго, и порекомендовала Каркарову впредь выражаться более литературным языком. А также напомнила, что тут ему не Дурмстранг, а вовсе даже Хогвартс, если он до сих пор этого не осознал. После чего спросила у Снэйпа: — Скажите-ка мне, коллега, вы видите тут хоть одного ученика вашего факультета? — Нет. — Тогда что вы здесь делаете? — Ну, ну, Минерва, — попробовал выступить в роли миротворца Дамблдор. — Я полностью доверяю Северусу. — И тем не менее, директор, — заявила не терпящим возражений голосом МакГонагалл, — профессор Снэйп не является ни судьёй Турнира, ни одним из его организаторов. Поэтому его пребывание здесь не только излишне, но также и неуместно. Так что пусть он следит за поведением учеников его факультета, а уж со своим студентом я и сама разберусь. В общем, Снэйп ушёл. Дальше участникам рассказали насчёт первого задания, не сообщив, впрочем, ничего конкретного, и все разошлись. — Скажи, Поттер, а как всё-таки тебе удалось всех «вокруг пальца обвести»? — поинтересовался Седрик, когда они оказались вдвоём. — Во-первых, Диггори, я никого не «обводил», — ответил ему Гарри. — И, во-вторых, не о том ты спрашиваешь. Ты лучше подумай, с какой зверюгой нам на первом задании столкнуться придётся. Могу дать подсказку. С вероятностью девяносто девять процентов это будут драконы. Вот о чём думать нужно. А не забивать голову всякой ерундой. Кстати, то, что на первом этапе будут драконы, они с Гермионой давно вычислили. И не удивились. Хотя бы потому, что все предыдущие Турниры проводились по стандартной схеме и не было никаких оснований полагать, что сейчас по-другому будет. Сначала участникам всегда предстояла схватка с магическим зверем. Потом был поиск «сокровища», и завершался Турнир лабиринтом. Нет, повозмущаться они повозмущались, конечно. Потому что кому охота пересекаться со здоровенной бронированной, плюющейся высокотемпературным огнём зверюгой. Для успокоения которой в обычных условиях требуется восемь-десять драконологов. Да ещё и добровольно. Но удивляться тем не менее не стали. А мысль о том что, скорее всего, на первом этапе будут драконы, появилась у них после того, как Чарли Уизли, один из членов этой большой рыжей семьи, сообщил своим братьям и сестре, что в этом году они увидятся гораздо раньше. Фразу эту они услышали случайно. Первого сентября на платформе 9и¾, как раз перед посадкой в Хогвартс-экспресс и отъездом в школу. Разумеется, мысль эта появилась у них далеко не сразу. А когда появилась, то сразу же появилась ещё одна. Точнее, вопрос. Что можно драконам противопоставить? Всё-таки они были не из тех созданий, встречи с которыми жаждешь. Они тут же связались с Сириусом и задали вопрос насчёт этого. А тот в ответ посоветовал связаться с Кричером и покопаться в их семейной библиотеке. — Кричером, Кричером, — бурчал Гарри, услышав этот совет. — Знать бы ещё, кто он такой, этот самый Кричер. Но оказалось, что выяснить, кто это такой, было совсем несложно, позвать его всего лишь нужно было. Потому что Кричер был домовиком Блэков. Старым, любящим побурчать сторонником теории чистоты крови. И разумеется, сначала общение с ним не очень-то и задалось. До тех самых пор, пока Гарри не обратил внимание на то, что Кричер ему кого-то напоминает. Чем-то, что Гарри и сам объяснить не мог. А когда он понял кого, то уточнил. — А скажи-ка, Кричер, — спросил он у него, — ты чего такой умный? На тебя что, тоже «Злая вещь» действует? — Откуда полукровный Поттер знает об этом? — спросил в ответ Кричер, подозрительно поглядывая на Гарри. — Да есть у меня знакомый домовик, который так же воздействию «злой вещи» подвергался длительное время. Я её, кстати, потом уничтожил. Так вот, похожи вы с ним в некоторых моментах. В итоге так и оказалось. Была «Злая вещь» на хранении у Кричера, была. А хранил он её потому, что уничтожить никак не мог. Ну, Гарри ему с этим и помог. Правда, для этого пришлось снова спуститься в Тайную комнату, воспоминания о посещении которой были у Гарри не самыми приятными, так сказать. Но дело того стоило. Так что сменил Кричер гнев на милость, так сказать, в связи с чем у Гарри и Гермионы появился допуск в дом Блэков, расположенный в Лондоне. Ну и, соответственно, отношение Кричера к ним изменилось. Нет, так-то он оставался всё тем же старым нациком, но теперь он признавал, что и полукровки с магглорождёнными тоже могут быть полезными. Особенно, если они оказывают при этом помощь Древнейшему и Благороднейшему роду Блэк. В общем, к моменту, когда состоялся отбор участников, Гарри с Гермионой знали про драконов если и не всё, то очень многое. И оказалось, что они очень слабо подвержены магическому воздействию. Настолько, что для успешного воздействия на одного дракона нужно было, чтобы колдовали не менее восьми магов одновременно. Единственными слабыми местами дракона были его глаза и открытая пасть. Но только в тот момент,когда дракон не выдыхал свой огонь. И ни Гарри, ни Гермионе не было понятно, что именно должен будет сделать один ученик против такого противника. Точнее, что сможет. Был, правда, и определённый плюс. Оказалось, что с драконами можно было «пообщаться», так сказать, используя парселтанг. Потому как драконы были хоть и очень большими, но всё же рептилиями. Так что с ними можно было договориться. Только с одними это было сделать попроще, чем с другими. Тут всё от породы зависело. Одни породы почему-то умнее других были. И, разумеется, от степени сытости самого дракона. Впрочем, пока суть задания была неизвестна, они решили этим особо не заморачиваться. Потому как прежде всего нужно было удостовериться, что первым заданием действительно будет схватка с драконом. Тогда, глядишь, подсказка о том, какое будет задание, и появится. И ещё подумали они о том, кто бы мог им помочь в этом деле. А чтобы этой самой помощью заручиться, они взяли да и отправились на кухню. К хогвартским домовикам. Заодно и узнать, прав ли был Добби в своё время, утверждая, что Гарри Поттер, сэр, для домовиков чуть ли не «свет в окошке», «путеводная звезда» и прочее. И оказалось, что прав он был. Ну не настолько, конечно, как сам утверждал, но уважение определённое они к Гарри испытывали. В общем, договорились они с домовиками, чтобы те «пошустрили» вокруг Хогвартса и дали им знать в случае чего. Но только очень аккуратно. Потому как, если это действительно будут драконы, то разместят их, скорее всего, в Запретном лесу. Ну, чтобы от места проведения задания недалеко было. А Запретный лес потому так и назывался, что опасное это было место. И ещё получилось по принципу «Что ни делается — всё к лучшему». Потому что появилась у Гарри ещё домовушка. Нет, ну а чего? Где двое, там и трое. Ну, это если ещё и Кричера посчитать. А получилось как? Они когда на кухню пришли договариваться, то увидели, что там тихонечко помирает домовушка по имени Винки. В общем, нехорошая там с ней история вышла, изгнали её из семьи, в которой она прожила очень долгое время. Вот теперь она и заливала горе алкоголем. А так как алкоголь на домовиков действовал практически как яд, то выходило, что недолго ей осталось. И на вопрос, мол, делать-то с ней чего, ведь жалко же, глава местной домовиковской общины посоветовал к себе её привязать. В общем, привязали они Винки. А ещё через несколько дней после церемонии отбора сообщили им домовики, что драконов всё-таки привезли. Как, в общем-то, они и ожидали. Но вот чего не ожидал никто, так это того, что драконы окажутся самками. И не просто самками, а высиживающими свои кладки. Так что прежде чем они отправились посмотреть на драконих, пришлось им сначала успокаиваться. — Нет, ну как так-то? — «бушевала» Гермиона. — Они там вообще охренели, что ли? Её как раз это известие особо выбесило. Даже посильней, чем Гарри. Ну, женская солидарность, наверное, то, сё. Хотя Гарри тоже разозлился по самое «не могу». Но вот когда наконец они успокоились и смогли здраво рассуждать, он задал вопрос. Самому себе. Вслух. — Нет, — принялся размышлять он, — привезти самок, высиживающих своих мелких дракончиков, это уже идиотизм сам по себе. Но нам-то теперь что с ними делать? В чём суть задания будет заключаться? А что, если эти придурки скажут, что мы должны похитить из гнезда одно из яиц? У матери, которая их высиживает. Да это же заказное убийство, чистейшей воды. Причём заказали не кого-нибудь, а нас. Участников. Заодно показали домовики им место, где драконов разместили. Куда они и отправились втроём. Гарри, Гермиона и Винки. Домовушка, кстати, к тому времени уже почти оклемалась и её присутствие было совсем нелишним. Хотя бы потому, что смогла она усыпить ненадолго драконологов и дать возможность Гарри пообщаться с, так сказать, «объектами изучения». В общем, если не вдаваться в особые подробности, то драконихи были разных пород. Шведский короткокрылый, валлийский зелёный, китайский «Огненный шар» и венгерский рогохвост. Рогохвосты, кстати, были среди прочих самыми большими. Раза примерно в полтора больше, чем остальные драконы. И самыми свирепыми. Но и самыми умными в то же время. Так что поговорить на более-менее понятном друг другу языке Гарри удалось только с ней. Не обошлось при этом и без банальной взятки. Оказалось, что для драконов этой породы особенным деликатесов является молодой барашек. В связи с чем пришлось организовать доставку соответствующего блюда к её столу, так сказать. Впрочем, стоило оно того. А ещё через несколько дней после начала общения с драконихой Гарри вот что сказал. — Знаешь, Гермиона, — заявил он, — я теперь начал понимать Хагрида, когда он говорил, что ему хотелось бы иметь своего собственного дракона. Нет, до такого я, конечно, не дошёл, но ты только посмотри на них. Сила, мощь, грация. И всё это одновременно. Тяжело устоять, чтобы не влюбиться. В общем, договорились они. Оставалось только сделать так, чтобы именно эта дракониха досталась Гарри, когда придёт время задания. Впрочем, он в случае чего готов был совершить обмен, если бы его рогохвостая кому другому досталась. Но, к счастью, этого не понадобилось. Содержание задания, кстати, которое им предстояло выполнить, Гарри тогда угадал, пусть и непроизвольно. То есть им действительно предстояло украсть яйцо из гнезда. И было совсем неважно, что яйца были фальшивыми. Охраняли их мамаши как настоящие. Так что без травм и повреждений никто из участников не обошёлся. За исключением Гарри, конечно. Он вообще просто вышел на арену, где рогохвостая на своей кладке сидела, поговорил с ней, она ему яйцо выкатила, а Гарри её поблагодарил и уточнил, когда их обратно повезут. Чтобы в случае чего прощального барана ей доставить. Ну и ушёл с арены. Первым встреченным им, разумеется, была Гермиона. — Ох, Гарри, я так заволновалась, особенно когда другие участники начали получать травмы, — тараторила, стискивая его в объятиях, девушка. — Слава богу, всё благополучно завершилось. Вторым оказался Дамблдор. Но его, в отличие от Гермионы, больше интересовало, как Гарри задание удалось выполнить. — Как-как.. Просто попросил. Вежливо. А доброе слово и драконихе приятно, — пояснил ему Гарри. — Что, просто попросил? — Ну да. — Но как? На каком языке? — Ну, драконы у нас кто? Ящерицы. А кто такие ящерицы? Это те же змеи, только с лапами, а в нашем случае ещё и с крыльями. — То есть ты говорил на парселтанге? Боюсь, я очень разочарован, мальчик мой. Применять этот тёмный дар было не самой лучшей идеей… — Бояться нужно было, когда я, четырнадцатилетний недоучка, на встречу с драконихой отправился! — «обрубил» Гарри его разглагольствования. — И, кстати, вы уже выяснили, кто меня с Турниром подставил? Ага, вижу, что нет. Так вот, сообщаю, что моё разочарование вами гораздо сильнее, чем ваше - мной. Пошли отсюда, Гермиона. И ещё - перед уходом Гарри посоветовал заработанные им очки за выполнение задания поделить на три и добавить остальным участника. А ему за задание поставить ноль. Потому как участвовать он не собирался и участником Турнира себя не считает. А ещё через день в главном печатном органе средств массовой информации вышла статья за авторством Риты Скитер. В которой почти дословно воспроизводился разговор Дамблдора и Поттера и задавался ряд вопросов, который буквально вынуждал сделать читателей вывод о том, что Гарри Поттер будущий Тёмный лорд. Почему? Да потому что он парселтангом владеет. А также задавался вопрос, не является ли Гермиона Грэйнджер, лучшая подруга Поттера, будущей Тёмной леди. Нет, ну а чего? Ведь подруга же, да ещё и лучшая. А так же спрашивалось, куда смотрят Дамблдор и Министерство. Ну а так как британские маги были большими любителями выражать своё неудовольствие, то в адрес Гарри и Гермионы стали массово поступать так называемые Письма ненависти, громковещатели и прочие несущие угрозу послания. Впрочем, особых огорчений эта корреспонденция им не доставила. Потому что их домовушка Винки чётко знала, что делается в таких случаях. А ещё ей школьные домовики помогли. Но хоть они особо и не пострадали, оставлять без ответа такой выпад в свой адрес ни Гарри, ни Гермиона не собирались. Поэтому, через пару дней в другом печатном органе, под названием «Придира», появилась ответная статья. Почему именно там? Ну, во-первых, на Рейвенкло училась дочь издателя данной газеты. Звали её Луна Лавгуд, с ней Гарри и Гермиона познакомились, а затем и подружились, когда пару раз помогли ей справиться с несколькими хулиганами, которые третировали Луну. И потом, почему бы не дать подзаработать хорошим людям? Так что через пару дней в печати появилась ответная статья за их авторством, в которой задавались встречные вопросы. Первым из которых был вопрос: «Кто такая Рита Скитер?». — Уважаемые читатели и читательницы, — спрашивал Гарри, — будьте столь любезны ответить мне на вопрос - кто такая Рита Скитер? Является ли она общепризнанным экспертом в Тёмных искусствах? Ну, чтобы вот так, походя, навешивать на людей ярлыки. Типа, этот совсем тёмный, а этот не совсем, потому что посветлее немного. Так вот, хочу вам сообщить, что ничего подобного. Потому что сдавая свои СОВы, Рита получила «Тролля» по Защите от тёмных искусств. Вы только вдумайтесь! «Тролля»! Отсюда у меня вопрос, почему вы прислушиваетесь к мнению человека, который совершенно не разбирается в освещаемом ею вопросе? Далее в статье напоминалось, что за Каналом тоже живут волшебники, среди которых тоже встречаются змееусты. Которые, в свою очередь, являются весьма уважаемыми магами. Потому что благодаря им спасены десятки, а может и сотни жизней, которые могли бы оборваться из-за укуса ядовитых змей. — Далее, о чём я хотел бы вас спросить, — писалось в статье, — делает ли дар парселтанга мага тёмным? Ведь если это так, то значит, тёмными были и Парацельс, и святой Патрик, которого весьма уважают ирландцы. Да даже Мерлин, и тот был тёмным, следуя вашей логике, потому что он, по легендам, умел общаться вообще с любыми животными. Включая змей. — И подумайте вот ещё над чем, — призывали в своей стае Гарри с Гермионой. — Если следовать вашей логике, то тёмными являются и все английские маги. Потому что Сами-Знаете-Кто тоже, как и вы, был англичанином. Для тех, кто не знает, сообщаем. На самом деле его звали Том Марволо Риддл. Он, как и вы все, учился в Хогвартсе, в период с тридцать восьмого по сорок пятый год. Был отличником, старостой факультета и старостой школы. Далее они спрашивали, а может, теперь и всех старост тоже объявить тёмными, потому что Том старостой был? — Теперь, что касается будущей Тёмной леди. Уж если вы готовы объявить таковой мою подругу, то давайте объявим тёмными Альбуса Дамблдора и Горацио Слагхорна. Почему? Ну, потому что первый, будучи в то время заместителем директора Хогвартса, лично доставил Тому Риддлу письмо-приглашение, а второй был его деканом в течении семи лет. И ещё заодно объявим тёмными всех слизеринцев, потому что именно на Слизерине обучался Том Риддл. — К тому же, — делал вывод Гарри в своей статье, — насколько известно из истории, никогда ни у одного из Тёмных лордов не было своей Тёмной леди. Так что делать подобный вывод нелепо, как минимум. И уж если ни у одного Тёмного лорда не было своей Тёмной леди, то можно ли считать таковым меня? Далее Гарри с Гермионой заостряли внимание на том, как именно Рита добывает те сведения, которые потом интерпретирует в своих статьях выгодным ей образом. И спрашивали, а не применяет ли сама Рита тёмную магию, чтобы добывать разные сведения? И не является ли также тёмным главный редактор «Пророка», на страницах которого печатаются статьи Риты. И может, именно на эти моменты следует обратить внимание Министерству магии, а не на змееустость одного, отдельно взятого Гарри Поттера. И в конце статьи они задавали вопрос, а не следует ли им, с таким отношением поискать себе другую школу для продолжения образования и страну для проживания. То есть уехать туда, где к ним не будут относиться столь предвзято. Также Гарри с Гермионой пришлось отбивать нападки некоторых «особо одарённых» учеников. Которые непременно должны были высказать им своё неудовольствие после выхода статьи Риты Скитер. И не только словесно. Некоторые пытались и колдануть в них исподтишка. Правда, забыли они, видимо, что им всем сказано было в вечер выбора участников. Что ответка в таком случае «прилетит». А чтобы побыстрее отбить таким «умникам» охоту «предъявы кидать», Гарри с Гермионой применяли «фирменные» блэковские заклинания. Нелетальные, конечно, но очень запоминающиеся по воздействию. Отбивающие всякое желание ещё раз прочувствовать на себе их эффект. А чтобы оградить Гермиону от наказаний, они её по совету говорящего портрета Вальбурги Блэк, с которым их Кричер познакомил после уничтожения «Злой вещи», официально подопечной рода Блэк сделали. Покровительство это называлось. И хоть его в последнее время практиковать перестали, но и отменить не отменили. Так что законно всё было. В общем, за нарушение Гермионой школьных правил отвечал теперь Гарри, как покровитель. А так как он был участник Турнира, то наказаниям его подвергать права ни у кого не было. В общем, добились они, что их в покое оставили и принялись ко второму заданию Турнира готовиться.