"История Ковбоя и Принцессы"

4.

***

Сьюзен шла впереди, уверенно и осторожно, словно разведчик, ведущий отряд через вражеские земли. Каждый её шаг был выверен, взгляд цеплялся за каждую тень, каждое движение в лесу. За её спиной Кэсс и Люси замыкали колонну — именно так решила Сьюзен, посчитав, что так будет безопаснее. Конечно, об этом никто из чужаков даже не догадывался. Наклонившись чуть ближе к сестре, Сьюзен тихо, едва слышно прошептала: — Держи оружие наготове. Если хоть что-то покажется тебе странным — сразу стреляй. Так будет надёжнее. Кто знает, вдруг нам прилетит пуля в спину? Слова повисли в воздухе, будто предупреждение самой судьбы. И тут, совершенно неожиданно, рядом с Сьюзен возникла тень. Сердце рвануло в горло. Она резко дёрнулась, рука сама метнулась к ножу — и ещё мгновение, и лезвие вонзилось бы в бок наглецу. Но вовремя остановилась. Стоп. Ты же согласилась им помочь. Они обещали вести себя тихо. Ещё не время. Фигура оказалась не кем-то, а самим Ковбоем. Его идиотская шляпа маячила прямо сбоку, и Сьюзен мгновенно поняла: просто так он бы рядом не пошёл. Значит, будет разговор. И её догадки тут же оправдались. — Ещё раз поставишь моего отца под оружием и я выстрелю тебе в лоб. – предупредил пацан с дуратской шляпой. Он что, возомнил себя крутым парнем из дуратских романов? Теперь по сюжету я должна просить прощения на коленях и поплакать? Размечтался. — Повторю хоть тысячу раз, если вы окажетесь теми, кем мне кажется, — бросила Сьюзен, не удостоив его ни малейшего взгляда. Но он, конечно, уставился прямо на неё, сверля своими якобы устрашающими глазами. — И знаешь что? В этот раз я доведу дело до конца. Напомню: вы наставили оружие на восьмилетнюю девочку и на девушку. И теперь, скажи, как мне следовало поступить? Расстелить перед вами скатерть и накормить ужином? Может, ещё подушку под голову подложить? Она резко повернулась к нему, встретив его наглый голубой взгляд. В её глазах вспыхнул ледяной огонь, а губы скривились в усмешке, полной презрения: — Мечтай дальше, ковбой. После этого Сьюзен обогнала его, давая понять, что разговор для неё закончен. Когда дом показался на горизонте, Сьюзен почувствовала лёгкое облегчение, но внутренний тревожный сигнал всё ещё дергался в животе. Люси, едва увидев родные стены, рванула вперёд, её маленькие ноги быстро касались земли, оставляя за собой лёгкий эхо-шорох. Остальные ускорились, стараясь не привлечь внимания ходячих, что могли бродить неподалёку. Сьюзен сжала лук и проверила, чтобы стрелы были наготове, затем медленно подошла к двери и резким движением захлопнула её. Щёлкнувшая защёлка звучала громче, чем ожидалось, и сердце дрогнуло. — Мааам! Мы дома! — громко закричала Люси, вбегая в дом. Из гостиной на неё выглянула мама, сидя в коляске. Сначала её лицо озарилось радостью при виде дочери, но мгновенно побледнело, когда она заметила остальных. Сейчас она не видела Сьюзен, занявшуюся закрыванием двери, но Сьюзен видела всё: испуганные глаза матери, натянутую улыбку, дрожь в руках. Мама всегда была осторожной, а тут — целая группа чужих людей. — Кассандра, а кто эти люди? — тихо спросила мама, голос дрожал, будто она боялась услышать правду. — Мам! — окликнула Сьюзен и шагнула вперёд. Лицо женщины просветлело, когда она увидела Сьюзен. Сьюзен быстро подошла и обняла её. — Сьюзен, господи... а я уже начала волноваться... — сказала мама, шепотом, её губы дрожали. — Это ты их привела? — Не волнуйся, мам, у меня всё под контролем. — Мама слабо кивнула. Сьюзен перевела взгляд на гостей. — Это моя мама. А это, мама, группа людей, которым нужна была помощь, и они переночуют у нас всего на одну ночь. Мама, услышав, что они вроде как гости, перевела на неё строгий взгляд, как будто пыталась понять, что Сьюзен за человек такой. — Сьюзен, это не вежливо, — шепотом строго сказала мама. Эта женщина никогда не меняется: если бы меня не было, она бы даже зомби спокойно впустила, говоря: «они же голодные, бедные!» Сьюзен закатила глаза, чувствуя раздражение. — Добрый вечер, я Цирцея Певенси, а это мои дочери Кассандра, — мама указала на Кэсси, которая кивнула в знак приветствия, — Люси, — Люси помахала им, — и Сьюзен. Сьюзен, всё ещё недоверчиво оглядывая гостей, заметила, как лидер группы натянуто улыбается и протягивает руку маме: — Я Рик Граймс, это Мишон, — он указал на Самурайшу, та кивнула маме, — Это Гленн и Мэгги, — он показал на парочку, которые держались за руки и мило улыбались, — Это Кэрол, Дэрил, Джудит, — указал на женщину с ребёнком и на арбалетчика, — А это Карл, — он указал на мальчишку, который пялился на Сьюзен с нахмуренными бровями, затем пожал маме руку. — Спасибо, что приняли нас. Мы с группой немного заблудились и не нашли подходящего ночлега. — Да, я понимаю, — с улыбкой сказала мама, наивно полагая, что всё будет спокойно. — Вы, видимо, что-то искали, раз так далеко зашли в леса Эльхалии, — сказала Сьюзен, сложив руки на груди. Лидер отбросил взгляд на неё с лёгкой тягой, а Ковбой — с враждебным блеском в глазах. — Это тебя не касается, — прорычал Ковбой. Сьюзен чуть не закатила глаза от желания ткнуть ему в голубые глаза стрелой. — Вы находитесь в моём доме, и моя обязанность — защитить своих людей. Вдруг вы там искали кого-то из своих? — сказала Сьюзен. Мама с тревогой схватила её за руку, но Сьюзен лишь цокнула языком в ответ. — Да... — начал Лидер, — Мы искали центр Эльхалии. Сьюзен поняла: они шли к тому самому магазину, который она никак не могла найти раньше, из-за постоянных возвращений домой. И ещё там было большое стадо. — В торговый центр Эльхалии? — предположила мама. Лидер неуверенно кивнул. Мама кивнула и вдруг опомнилась. — Идёмте, не стойте в прихожей, — сказала она, направляясь в гостиную и зовя всех за собой. Гости немного помедлили, но всё-таки двинулись. Все зашли в гостиную, кто-то присел, кто-то остался стоять в углах. Мама обратилась к Сьюзен: — Сью, сегодня Кассандра поймала хороший улов, приготовьте его. Сьюзен хотела было возразить: зачем кормить лишние рты, но мама использовала фирменный тон: — Сьюзен Певенси! Сьюзен закатила глаза и направилась к готовке. Она вышла во двор, чтобы забрать дрова у Кэсси. Сестра, заметив её недовольное лицо, ухмыльнулась: опять чем-то недовольна. — Кэсс, иди в дом, я сама приготовлю, я не выдержу их присутствия здесь, — сказала Сьюзен, забирая дрова с рук сестры. Кэсси рассмеялась, похлопала её по плечу в знак поддержки, и Сьюзен направилась к дому, чувствуя, как напряжение постепенно спадает, но внутренний сигнал тревоги всё ещё слегка жужжал в ушах.

***

Улов действительно оказался неплохим — три кролика. Сьюзен быстро разделала их, приготовила и решила, что, как бы ни злилась, поставит добычу на стол. На столе вскоре появилась и лапша, и консервы, и редкий «подарок судьбы» — найденный ею чай. Она накрыла, поправила посуду и направилась в гостиную, где сидела мама с этими людьми. — Я... не знаю даже... — говорила мама, но, заметив дочь, резко осеклась. Сьюзен остановилась на пороге, холодным взглядом обвела всех присутствующих, нахмурив брови. — Ужин готов, — произнесла она, сложив руки на груди. — Что тут происходит? — Сьюзен, потом я тебе расскажу, — поспешно ответила мама, натянуто улыбнувшись. — Сейчас давайте поедим. Я ужасно голодна. Сьюзен задержала на ней недовольный, изучающий взгляд, но промолчала. Мама повела всех в кухню. Сьюзен пошла следом, ощущая на себе взгляды «гостей». За стол уселись так, словно это была маленькая сцена, а каждый занял свою роль. Мама — во главе. Справа от неё Кассандра, рядом Люси. С другой стороны — Сьюзен, а рядом с ней арбалетчик и влюблённая парочка. Ковбой устроился возле Люси, поставив рядом маленькую девочку, а напротив них — Лидер с Самурайшой. Некоторое время стояла почти мёртвая тишина, нарушаемая только звоном ложек и посуды. Все ели с жадностью — голод стирал границы, и даже напряжение на миг растворилось. Но, как всегда, слишком быстро — еда исчезла так же внезапно, как уходят праздники: миг назад — стол ломился, а теперь лишь пустые тарелки. Зато сытые взгляды, облегчённые вздохи. Кэсси молча собрала посуду и унесла её на кухню. А мама, всё ещё стараясь держать показное спокойствие, перевела взгляд на Сьюзен: — Сью... нам нужно поговорить. — тихо сказала мама, и по её голосу я сразу поняла: разговор будет тяжёлым. Люси оставлять здесь — точно не вариант. Я быстро приняла решение. — Люси, я завтра пойду на вылазку. Посмотри, может, тебе нужно чего-нибудь? — спросила я, стараясь звучать ровно, но уже подмигнув Кэсси, которая сразу уловила мой намёк. — А Кэсси тебе поможет. — Идём, Лу, — позвала сестра, и Люси, доверчиво кивнув, обняла меня и с улыбкой пошла за ней. Но уйти им не удалось сразу. — Подождите, — вмешался Лидер, и вся комната будто напряглась. — Мэгги, иди, поиграй с Джудит. Ей не обязательно всё это слышать. — Он мягко улыбнулся маленькой девочке, которая обняла его и нехотя пошла с девушкой-каре вслед за Кассандрой и Люси. Комната погрузилась в тягостную паузу. Мама нервно теребила руки, словно искала правильные слова, а этот несносный Ковбой сидел напротив и буквально сверлил меня взглядом. Его голубые глаза будто кричали вызовом. Это бесило до дрожи. Я не выдержала — устало, зло вздохнула и резко нарушила молчание. — Мне, конечно, весело играть с вами в молчанку, но давайте попробуем другую игру, — сказала я с натянутой улыбкой, сложив руки на груди. — Она называется: «Кто, чёрт возьми, наконец, скажет мне, в чём дело?» Ну? Кто первый? — Сьюзен, — строго шикнула мама, осудив ругательство, но я лишь закатила глаза. — У нас есть для вас предложение, — начал Лидер. Его голос был ровным, почти заученным, и я сразу насторожилась. Вот оно. — Недалеко отсюда есть сообщество. Александрия. Это цивилизованная, защищённая территория... — Цивилизованная и защищённая? — перебила я, саркастически выгнув бровь. — Такая же, как Терминус? Мои слова прозвучали громче, чем я ожидала. На секунду в комнате повисло гробовое молчание. Лидер замер, а его люди переглянулись. Я видела по их лицам — они не ожидали этого. — Ты знаешь про Терминус? — наконец заговорила седоволосая женщина. Я не отрывала взгляда от Лидера. Нет, в самом Терминусе я, к счастью, не бывала. Но с его «посланниками» сталкивалась, и таких встреч никому не пожелаешь. — Что за Терминус? — вмешалась мама, сбитая с толку. — Неважно. Просто знаю, — бросила я коротко. Она нахмурилась — ей всегда не нравилось, что я умалчиваю о некоторых вещах из своей жизни. — Ладно, допустим, — продолжила я, сузив глаза. — Допустим, я поверила, что у вас там всё мило и безопасно. Но зачем вам помогать нам? — Потому что вы помогли нам, — спокойно ответил парень с азиатской внешностью. Я нахмурилась. Логично. Слишком логично. Снова наступила тишина, и теперь все явно ждали моего ответа. Но почему-то никто не смотрел на маму. И я знала почему: в нашей семье слово за мной. Она всегда умела слушать меня и доверять, даже если не соглашалась. Именно поэтому я её и любила. Мама вдруг взглянув на меня, коротко кивнула в сторону прихожей. Ей нужно было поговорить наедине. Отлично. Я тоже этого хотела. — Нам нужно немного времени, — сказала мама группе. — Мы подумаем и скажем вам ответ. Лидер кивнул, и мы с мамой вышли в прихожую, оставив за спиной всю эту компанию. Я устроилась в кресле, а мама, как всегда, напротив — в своей коляске. Я пыталась рассматривать всё, что угодно: стены, пол, окно, лишь бы не её глаза. Но мама, наоборот, не сводила с меня взгляда. Этот взгляд прожигал, пробивал до костей. Она прекрасно знала: я ненавижу зрительный контакт во время спора. Особенно её — такой пронзительный, безжалостный. Манипуляторша, блин. — Сьюзен, — мама заговорила мягко, но с тем самым давлением, от которого сложно отмахнуться. — Я думаю, что это хорошая идея. Наш шанс. Если мы попадём в цивилизованное место, где есть еда, люди... я уверена, что наша жизнь станет легче... — она не сводила глаз с моих, а я упорно упрямо смотрела на стену справа. — И тебе станет легче. Мы только сидим у тебя на шее. Не вечно же ты будешь таскать меня. Я... я только груз для тебя... Я устало выдохнула. Эта тема была стара, как сам апокалипсис. Мама постоянно твердила, что она — обуза. Я её умоляла перестать, но каждый раз всё возвращалось. — Не говори так, мама, — тихо бросила я. — Это не так. — Сьюзен, пожалуйста, просто соглашайся, — перебила она. — Я хочу, чтобы у моих дочерей была спокойная, счастливая жизнь... жизнь, которой не было у твоих братьев... — Хватит, — резко остановила я её, и в груди всё болезненно сжалось. Она и сюда умудрилась вплести братьев и Каспиана. Господи. — Мам, ты что, не доверяешь мне? — я наконец встретилась с ней взглядом, сужая глаза. — Думаешь, я не справляюсь? Я думала, ты гордишься мной. Гордишься, что я не сломалась, что я сильная. А выходит, ты считаешь меня слабой. Я отвернулась. Было обидно до слёз. Но мама вдруг схватила моё лицо обеими руками и буквально заставила посмотреть на неё. — Сьюзен Певенси, что ты несёшь? — голос её дрогнул, но стал твёрже. — Я думаю, что ты слабая? Да ни за что! Ты — самый сильный человек, которого я знала. Ты такая же сильная, как и твой отец. И я уверена: он гордился бы тобой так же, как и я. У него была бы гордость за такую дочь. Сердиться дальше не получалось. Я молча обняла её, уткнувшись в плечо. Мама гладила меня по спине и оставила поцелуй на макушке. — Ты сильная, Сью. Чертовски сильная. Но пойми, в этом мире каждый нуждается в помощи. Я не считаю тебя слабой. Слабая тут я. Я очень боюсь потерять вас. Вы — всё, что у меня осталось. Мальчиков я не уберегла. Но дочерей не потеряю. — её голос дрогнул. — Просто... давай согласимся. Это наш шанс. Я отстранилась и посмотрела вниз, на свои колени. Так, что мы имеем? Группу незнакомцев, которые сначала просились к нам в дом, а теперь предлагают идти в какое-то сообщество — Александрию. Маму, готовую поверить каждому слову. И сестёр, за которых отвечаю не только она, но и я. Я понимала: одна я не вытяну вечно. Помощь нужна. — Ладно, мам, — тихо сказала я. Она вскинула голову, глаза округлились, и в них мелькнула надежда. Наверное, была уверена, что я откажусь. — Что? — не поверила своим ушам мама. — Мы пойдём с ними, — повторила я, с трудом сдерживая раздражение. — Но пообещай: если что, ты позволишь мне защитить вас. — Сьюзен... — нахмурилась мама, явно недовольная моими словами. — Пообещай! — резко перебила я. — Иначе мы никуда не пойдём. — Ладно... — тяжело выдохнула она. — Обещаю. Я кивнула. Мы вернулись в кухню. Все разговоры там тут же стихли. Я помогла маме устроиться на её месте, а сама встала у окна, подальше от чужих глаз. — Мы согласны, — сказала мама с улыбкой, бросив на меня взгляд, полный счастья и благодарности. Я тут же отвернулась. Слишком уж рано радоваться. — Верное решение, — сказал Лидер, довольно улыбнувшись. — Вы не пожалеете. — Очень на это надеюсь, — буркнула я, уходя в свою комнату готовиться к дежурству. Впереди ещё длинная ночь — и слишком много мыслей. Мы спали в отдельной комнате. Их группа спала в другой. А я — дежурила в прихожей. Мама уговаривала лечь спать, но какой там сон? Дома чужие люди. Теоретически они могли перерезать нам горло во сне. Да и в голове слишком громко. Нужно было разложить всё по полочкам. Кто они такие? Опасны ли? Не каннибалы ли, не мародёры? Не сделала ли я ошибку, впустив их? Но один вопрос почему-то бился громче всех остальных. Что приготовить на завтрак?

***

Ночь, к счастью, прошла тихо. Ходячие пару раз бродили у дома, постукивали по стенам, но, не услышав признаков жизни, в конце концов уходили. Сьюзен, как только рассвело, решила не терять времени: пока остальные спят, можно сходить на охоту. Хоть что-то, да добудет. И повезло. Четыре кролика. Пусть не самые большие, но для завтрака хватит. Она уже представляла, как вернётся гордая, когда вдруг застыла на месте: прямо на крыльце дома стоял арбалетчик. Тот самый, мрачный, как грозовая туча. И чего он здесь? Спать не умеет, что ли? Он тоже заметил её и трофеи. И — хмыкнул. Просто хмыкнул! Сьюзен аж закипела: он что, этим звуком хотел сказать, что улов так себе? Она закатила глаза, решив не устраивать сцен. Его мнение ей абсолютно неинтересно. Она прошла к костру — Кэсси ещё вчера подготовила место: стояла чугунная кастрюля, рядом аккуратно сложенные дрова, спички и кочерга. Сьюзен специально села спиной к арбалетчику, чтобы не видеть это кислое лицо. Но даже спиной чувствовала: он продолжает пялиться. И снова — хмык. Она начала работу: быстро освежевала кроликов, отделяя конечности от тушек, потом взялась за палку, чтобы насадить мясо и поджарить. Когда уже собиралась ставить первую ногу над огнём, за спиной раздался голос: — Что ты делаешь? Сьюзен вздрогнула, чуть не уронив палку, и резко обернулась. Конечно, это он. Стоял, уставившись на её руки. — Господи... кто тебя готовить учил? — хмуро сказал он, но без злости. Сьюзен тут же нахмурилась. Её учил отец. Лучший охотник в мире. — Меня учил мой отец, — выпалила она. — Лучший охотник на свете! Арбалетчик снова хмыкнул. — Ну, не такой уж он и лучший, раз не объяснил, как мясо правильно готовить. — Он прищурился, не дав ей даже возмутиться. — Если так делать, оно будет сырым и безвкусным. С этими словами он ушёл куда-то. Сьюзен уже собиралась выдохнуть с облегчением, но ненадолго: он вернулся с несколькими крепкими палками. — Отойди. Всё испортишь. Дай это сделать тому, кто умеет. И, как ни в чём не бывало, полез на её место. Сьюзен аж подскочила, уступая, и начала зло дышать через нос. — Ну ты и наглый, — пробормотала она, скрестив руки. — Такой умный, да? — Просто я не доверяю малявкам, которые воображают себя взрослыми, — бросил он, расчищая палку. Она закатила глаза и, демонстративно усевшись напротив, схватила у него одну из кроличьих ножек. — А я не доверяю взрослым дяденькам, которые строят из себя папочку. Вдруг ты решишь нас отравить? — огрызнулась она, подражая его тону. На этот раз уголок его губ дёрнулся вверх. Ему явно нравилась перепалка. Они продолжили молча, но вместе. И, как бы неприятно это было признавать, завтрак вышел отличным. Мясо прожарилось ровно, запах был таким, что даже Сьюзен пришлось мысленно признать: старый хмырь умеет готовить. Закончив, он, будто ничего не произошло, сказал: — Отойду. И ушёл. Сьюзен, кипя внутри, но стараясь не показывать, стала накрывать стол. Через полчаса всё было готово. Осталось лишь позвать всех к завтраку. Сьюзен первым делом разбудила маму, Кэсси и Люси. Те сонно потянулись, но довольно быстро поднялись и уселись за стол. Мама окинула взглядом накрытое и вдруг спросила: — Где остальные, Сьюзен? — А кто? Вроде всех позвала, — демонстративно оглядев стол, протянула та. — Сьюзен, — предупредила мама, и в её голосе послышалась та самая интонация, после которой спорить было опасно. Сьюзен театрально закатила глаза. — Кэсс, давай на «камень, ножницы, бумага»? Кто проиграет — идёт их будить, — предложила она, хитро глянув на Кассандру. — Нет уж. Тебе велели — вот ты и иди, — ответила Кассандра, аккуратно закрепляя Люси заколку. — Боишься? — с ухмылкой поддела её Сьюзен. — Ну ладно, понимаю. Я же всё-таки такая непобедимая, что... — Давай, — перебила её Кассандра. Сьюзен знала: та ненавидит, когда её берут на слабо. — Камень, ножницы, бумага! Раз, два, три! Ножницы. Бумага. — Ну, иди, — торжествующе сказала Кассандра, убирая руку. В её взгляде ясно читалось: «Ага, знала, что выиграю». — Да бл... — сорвалось у Сьюзен, но она вовремя прикусила язык. Люси уже прыснула со смеху, а у мамы глаза полезли из орбит. — ин... чики... — поспешно выкрутилась Сьюзен и махнула рукой. — Ладно, пошла их будить. Хотя сомневаюсь, что они вообще спали, — пробормотала себе под нос. Она прекрасно знала главное правило выживших: не спи, пока не уверен в безопасности. Эти точно не расслабились бы в чужом доме. Она постучала в дверь. Внутри тут же стихли голоса. Через минуту дверь открылась, и... ну, конечно. Сьюзен только мысленно выругалась на свою «охрененную удачу». Перед ней стоял сам Несносный Ковбой. Он хмыкнул, заметив её, и отошёл в угол. Сьюзен вошла. Всё оказалось именно так, как она ожидала: почти все сидели с мешками под глазами, только седоволосая женщина и девочка уже полностью проснулись и тоже наблюдали за ней. Она посмотрела прямо на лидера: — Я приготовила завтрак. — И сразу же перешла к делу: — Вы говорили, что можем поехать с вами в лагерь? Лидер кивнул. — Когда собираетесь выдвигаться? Сегодня? — Пока нет, — спокойно ответил он. — Надо проверить округу. Вдруг найдём что-то. Сьюзен согласилась про себя — идея здравая, сама она не успела проверить всё. — Я могу пойти с вами, — предложила она. Лидер слегка приподнял брови, удивившись. — Здесь раньше жили мои бабушка и дедушка. Я знаю местность куда лучше вас. — Мы и без тебя справимся, — тут же вставил Ковбой. Сьюзен с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Но язвительный комментарий сдержать не смогла: — Да уж, я это видела. Как вы заблудились в лесах Эльхалии, когда искали центр города. Ковбой открыл рот, будто собирался что-то возразить, но слов не нашёл. В итоге он только зло отвернулся. Сьюзен про себя победно ухмыльнулась и снова повернулась к лидеру: — Ладно, потом обсудим. Сейчас пора подкрепиться. Она уже направилась к двери, но на пороге едва не столкнулась с взрослым дядькой. — О! Взрослый дядька вернулся! — не удержалась Сьюзен и выскользнула в коридор. За её спиной арбалетчик только хмыкнул, едва заметно приподняв уголок губ. Все остальные переглянулись, явно ожидая объяснений. Что ж... так ему и надо. Нечего было про моего папу рот разевать. Доброе утро, господа!