"История Ковбоя и Принцессы"

— Господи, помедленнее нельзя? — ворчала я. Так, так. Снова я забежала вперёд. Давайте объясню, почему же я опять ворчу. Мои недовольные возгласы слышит никто иной, как Взрослый дядька. А нечего так быстро шагать! Куда он вообще спешит — загадка. Я уже миллиард раз успела пожалеть, что напросилась пойти с ним, когда увидела, как он ранним утром куда-то собирается. На мои вопросы он отвечать не захотел, а я, как вы уже поняли, сука любопытная. Так что пошла за ним. Скажем так — в роли шпиона. И довольно быстро выяснилось, что шпион из меня никудышный. Это как из Эдмунда повар (поверьте, он готовит ужасно). Позор — одним словом. Для меня позор, а для Диксона — ещё один повод насмехаться надо мной. Видите ли, у него тут, оказывается, сработали охотничьи инстинкты. Боже, что за хвастун? Но, если честно, его компания и бесконечная хвала в собственный адрес куда приятнее, чем компания Кэрол. Сегодня она вызвалась со мной готовить завтрак и теперь всеми силами пыталась завести разговор. Нет, моя отстранённость от их команды уже, пусть и немного, но остыла, однако мне всё равно комфортнее, когда моё прошлое — то, о котором Кэрол так упорно и страстно хочет узнать, — остаётся в тени. И я унесу его с собой хоть в подземный мир. Её интересовало то, о чём я не рассказывала даже Кэсс. Мои убийства. Конечно, напрямую она этого не говорила, но всячески намекала, пыталась вытащить из меня то, что я так долго и упорно загоняла глубоко внутрь себя. Нет. Они точно не станут теми, кому я расскажу об этом хоть что-нибудь. — Не по моей вине у тебя ноги короткие, — хмыкнул Дэрил. — Да-да, смейся. Ты как всегда, — фыркнула я, переступая через большие колючие заросли. — Я тебя предупреждал. Сама напросилась — вот и терпи, — ответил он. Я закатила глаза. Ну, с их группой я делаю это постоянно, так что не удивлюсь, если в один чудесный день они просто не закатятся обратно.

***

Сейчас я стояла… нет, мы стояли на поле, и я всеми возможными проклятиями проклинала Рика — чёрт бы его побрал — Граймса. А всё потому, что этот лидер, человек-вопрос, а теперь ещё и недо-учитель, решил обучить нас стрельбе из пистолета. Жаль, что папа не учил меня этому раньше. Единственный раз, когда я стреляла, был ещё тогда, когда с нами были братья и Каспиан. И то — я промахнулась миллиард раз и смогла попасть в цель лишь тогда, когда ходячий сам подошёл ко мне максимально близко. И дело вовсе не в моей меткости — зрение у меня орлиное. Я стреляла из лука, и получалось отлично. Проблема в другом — в отдаче после выстрела. Как бы это объяснить?.. Вот стреляешь, да? А потом тебя будто резко толкают плечом — так сильно, что ты невольно отшатываешься. Из-за этого выстрел выходит неровным, неправильным и летит куда угодно, но не в цель. Именно поэтому я не хотела бы иметь дело с огнестрельным оружием. Но кого это вообще волнует? Рик сказал, что стрелять из пистолета быстрее, чем из лука. Мама его поддержала, заявив, что это «на всякий случай». А Кэсс с радостью согласилась на обучение. Вот так мы и стояли на поле: я, мама, Кэсс, Рик, Ковбой — к моему огромному сожалению, — и Гленн. Дэрил остался вместе с Кэрол, как и все остальные. — …так, до нажатия на спусковой крючок примите удобную позу и постарайтесь удержаться после выстрела, чтобы не промахнуться. Смотрите, — сказал Рик. Он встал ровно, прицелился в банки из-под фасоли и выстрелил. Через долю секунды банки с грохотом разлетелись в разные стороны. Мама вздрогнула от шума, который поднял выстрел, а Рик остался стоять как ни в чём не бывало. Даже не дёрнулся. Привык. — Видите? Теперь попробуйте вы, — предложил он. Мама и Кэсс неуверенно подняли оружие, стараясь сфокусироваться. К маме сразу подошёл Рик, подсказывая, под каким углом лучше стрелять. Ей всё это явно не нравилось, но она понимала: за себя тоже нужно уметь постоять. Как бы я ни отрицала это вслух, внутри я соглашалась — в один момент меня может не оказаться рядом. Мама понимала это тоже. Поэтому эта упрямая женщина слушала Рика и старалась следовать его советам. А вот Кэсс… Она была умницей. Гленн пытался помочь — вертелся туда-сюда, вставлял свои пять копеек, но Кэсс прекрасно справлялась сама. В отличие от меня, она умела стрелять из огнестрельного оружия. Я — нет. Давно ещё Саймон говорил мне: «Научись, пригодится». Кэсс выстрелила — и банки с громким, неприятным шумом разлетелись в стороны. Она ухмыльнулась, явно гордая собой. Рик, заметив успех, показал ей большой палец вверх. Я по-доброму фыркнула. — Отдельное приглашение тебе нужно? Может, покажешь на что способна? Я закатила глаза, набрала в лёгкие побольше воздуха и повернулась к Ковбою. Он стоял, глядя на меня с привычной усмешкой, засунув руки в карманы. Рукава его рубашки были закатаны до локтей — к моему огромному несчастью. Это открывало вид на его руки, которые невольно притягивали мой взгляд. Синие вены отчётливо выделялись на фоне мертвенно-белой кожи, и, должна признать, это выглядело… чертовски привлекательно. К тому же телосложение у засранца было крепкое — не перекачанное, но мужественное. И… Так. Стоп. О чём я вообще думаю? Я что, считаю этого засранца привлекательным? Фу. Со мной явно что-то не так. Это всё жара. Солнце. Апокалипсис. Да, точно апокалипсис. Я проморгалась и подняла взгляд в его голубые глаза. О боже... Он заметил мою заминку. — Что такое? — с ухмылкой спросил он, чуть наклоняя голову вправо. — Что? — лучший способ избежать позора — притвориться дурочкой. — Ну не знаю… — протянул он. — Ты будто зависла. — Я просто задумалась, — сухо ответила я. — Или засмотрелась, — он кивнул сам себе. — Извращенка. Я нахмурилась. — Чего? Что за херню ты несёшь? — Ты буквально раздевала меня глазами, Сьюзи. Я сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Как. Он. Только. Что. Меня. Назвал? — Что это ещё за фигня? — я поморщилась. — Сьюзи? Серьёзно? — А что не так? — с притворно-милой улыбкой поинтересовался он. — Это тупо. Мерзко. И… — я запнулась, подбирая слова. — Пошло. — Пошло? — он успешно проигнорировал всё остальное. — Думаю, самое то для тебя, извращенка. Он усмехнулся, глядя на меня исподлобья. — Если ты сейчас не заткнёшься, мой первый выстрел полетит не в банки, а тебе прямо в задницу, — прошипела я. — Видишь? — усмехнулся он. — Я же говорил. Я решила его игнорировать и подняла оружие, стараясь вспомнить всё, что говорил Рик: удобная поза, не дёргаться, держать равновесие. Но засранец, разумеется, не заткнулся. — Сьюзи, мне даже показалось, что ты сейчас набросишься на меня прямо тут, — осуждающе покачал он головой. — Заткнись. — Ты даже покраснела… - Он неожиданно оказался слишком близко, рисуя пальцем круг в воздухе возле моего лица. — Ты нарываешься, — холодно сказала я, подаваясь ближе. — Очень опасно стоять напротив человека с пистолетом, который тебя ненавидит. — Ещё и стерва, — выдал он спустя паузу. Я самодовольно ухмыльнулась. Граймс отошёл и встал у дерева, сложив руки на груди. — Давай. Сперва научись стрелять. — Если ты станешь мишенью, я и с закрытыми глазами попаду тебе в лоб, — уверила я нас обоих. Я глубоко вздохнула. Левая нога чуть впереди. Обе руки сжимают пистолет. Палец на спуске. Я прищурилась и нажала на курок. Выстрел. Мимо. Сзади раздалась усмешка. Я упрямо проигнорировала. Ещё выстрел. Мимо. — Ты просто патроны зря тратишь, — фыркнул он. Он подошёл сбоку — спокойно, без издёвок. — Учитель мне не нужен, — фыркнула я. — Ты сейчас себя убеждаешь или меня? — сухо бросил он. — Чёрт, ты мне мешаешь. Ещё. Пуля прошла над верхушкой банки. — Криворукая. Я вздрогнула, когда он оказался сзади. Его грудь прижалась к моей спине, а руки накрыли мои, направляя пистолет. Я почувствовала его дыхание у щеки. Чёрт. Что он творит? — Я вроде сказала, что учитель мне не нужен, нет? Вроде сказала, — кивнула я сама себе, стараясь придать голосу уверенность, чтобы дрожь, которую я ощущала изнутри, не выдала меня. Ну уж извините, я никогда не подпускала к себе представителей противоположного пола так близко. Не считая папы — даже для Каспиана существовали границы. А этот засранец без разрешения и без малейших колебаний вторгался в моё личное пространство. — Тогда какого хрена ты делаешь? — Расслабься. Мне это тоже не в радость, — ответил он, повернувшись ко мне так, что наши носы почти соприкоснулись. — Но ты теперь часть Александрии. Я хочу, чтобы ты могла за себя постоять. — Ого. Ангел, — фыркнула я. — Заканчивай хамить. Поверьте, я бы с превеликим удовольствием оттолкнула его. Но понимала: со стороны это будет выглядеть странно. Слишком по-детски. Поэтому я смирилась и попыталась представить на его месте кого-то другого. Признаться, действия младшего Граймса вызвали во мне чувство ностальгии. Всё это уже было. Учитель подсказывает, я не справляюсь, он подходит, встаёт точно так же, направляет мои руки — и я стреляю, попадая прямо в цель. Только вместо пистолета тогда был лук. И позади стоял не Карл Граймс, а мой отец — улыбающийся каждый раз, когда я попадала. Я резко отмахнулась от воспоминаний и снова сосредоточилась, слишком сильно сжимая пистолет. — Какого хрена ты его так сжимаешь? — проворчал засранец. — Он не живой. Не улетит. Я закатила глаза, но всё же ослабила хватку. — Да не бойся ты. Не наругаю, если промахнёшься, — усмехнулся он. — Ага, прям боюсь тебя, — фыркнула я. — Чуть левее, — сказал он. Я повернула. — Нет, правее. Я повернула. — Слишком. Левее. — Чёрт, засранец, ты издеваешься?! — раздражённо взглянула я на него. — Не по моей вине у тебя руки кривые. — Я знаю! — вспыхнула я. — Один про руки, другой про ноги! — Да, отлично, — резко сказал Карл, сжав мою руку. — Сейчас. Я замерла. Даже дышать перестала. Прищурилась — и нажала на курок. Выстрел. — Да! Получилось! Попала! — радостно выдохнула я и, отступив, машинально протянула руку, чтобы дать ему пять. — Если ты собираешься ударить меня в знак благодарности, то не стоит, — сказал он. Я смутилась. Так я делала с папой. Зачем вообще потянулась к засранцу? Мозг вспомнил — тело среагировало раньше, чем я успела подумать. — Что? — не понял он. — Да так… забей. Привычка, — отмахнулась я, ощущая неловкость. — Ладно. Ты не самый ужасный наставник. — Комплимент? — усмехнулся он. — Не дождёшься. Я направилась к Кэсс, которая стояла под деревом, наблюдая за мной и мамой, и хрустела яблоком вместе с Гленном. — Всё-таки попала, — улыбнулась Кэсс и протянула мне яблоко. — Не без моей помощи, — раздалось сбоку. Карл нагло выхватил яблоко из моих рук под мой возмущённый взгляд и смешки Кэсс с Гленном. — Это я считаю оплатой, — подмигнул он и направился к отцу. — Сьюзен, не убивай его, — сквозь смех сказала Кэсс. — Он не стоит того, чтобы ты потом два часа избавлялась от тела. — А кто сказал, что избавляться? — пожала плечами я. — Кину ходячим. Им ужин, мне спокойствие, еды меньше тратить. Все в плюсе. Я пошла к маме, которой Рик уже битый час пытался объяснить, что банки не живые, по ним можно стрелять — и за это не попадают в ад. Да уж… весёленький у нас выдался денёк.

***

Сейчас мы с Кэсс готовили ужин. Впервые за долгое — слишком долгое — время мы побыли одни. На охоту вышли вдвоём. И, признаюсь, я давно так не расслаблялась, давно не говорила с кем-то по душам. Кэсс — человек, без которого я, скорее всего, уже давно померла бы где-нибудь в собственных муках. Она помогала мне всегда и во всём. Была той самой опорой после Каспиана и Саймона. Эта рыжая стерва, которую я безумно люблю. Мы провели время как настоящие сёстры: обсуждали всё подряд, шутили, смеялись, просто говорили. Короче, были вместе. А домой вернулись с тремя зайцами и одной белкой — вполне себе удачный день. Под музыку, которую мы исполняли сами (а именно под Backstreet Boys), мы готовили ужин, подпевали, фальшивили и ржали. После того как всё было готово, я пошла звать остальных — проиграла Кэсс в камень-ножницы-бумагу, так что выбора у меня не было. Когда Люси и мама спустились, мы начали ужин, не дожидаясь остальных. Ну а что? Голодных, как говорится, не судят. — Сьюзен, загадка! Отгадай, — с улыбкой сказала Люси, глядя на меня так, что я за эту улыбку готова умереть. — Что принадлежит тебе, а пользуются им другие? — Знаешь, Лу, — протянула я, — сейчас мне в голову приходят совсем неприличные варианты. Мама подавилась чаем, а Кэсс начала откровенно хрюкать от смеха. — Сьюзен! — попыталась возмутиться мама, но я видела, как она изо всех сил сдерживает улыбку. — Это имя, извращенка ты невоспитанная! — выдала Кэсс сквозь смех. — Ну вот, какого чёрта все считают меня извращенкой? — недовольно пробурчала я. — Все? — удивилась мама. — Кто все? Вот тут я попала. Не могу же я сказать, что я зажала в угол младшего Граймса. Хотя, если быть честной… это он меня зажал. — Ну-у-у… это-о-о… — тянула я, судорожно придумывая оправдание. К счастью, в этот момент появился Рик — и вместе с ним все остальные. — Цирцея, — обратился он к нам, мгновенно привлекая внимание. — Нам нужно поговорить. Нам всем, — сказал он слишком уж серьёзным тоном. У-у-у. Беда. Если Рик Граймс говорит, что нужно поговорить — жди проблем. Жопа чувствует… беда будет.