Звериная любовь Гарри Поттера

Гарри нежно поглаживал свой небольшой животик, нежно улыбнулся, чувствуя, как внутри него растет новая жизнь. Он хихикнул – за предыдущие три раза это первый, когда животик едва ли выпирает, но это неудивительно. Ведь внутри него растут котята. Трепетное ожидание наполняло его сердце. Каждый крохотный толчок изнутри отдавался волной тепла и нежности. Он представлял себе маленькие пушистые комочки, их мягкую шерстку, их игривые взгляды. Мысль о том, что он подарит жизнь этим милым созданиям, переполняла его тихой радостью и безграничной любовью. Это было чудо, и он, Гарри, был частью этого волшебства. Он чувствовал себя самым счастливым существом на свете. Он прикрыл глаза, представляя, как будет играть с ними, обучать их охоте и ласке. Как они будут мурлыкать, свернувшись клубочком у него на коленях, у тела, даря тепло и безграничную преданность. В такие моменты все тревоги и сомнения отступали, оставляя лишь светлое предвкушение будущего. Иногда, когда ночная тишина обволакивала дом, Гарри шепотом разговаривал со своими будущими котятами. Рассказывал им сказки о звездах и луне, о храбрых рыцарях и прекрасных принцессах. Он чувствовал, как они прислушиваются, как их маленькие сердечки бьются в унисон с его собственным. Он так и сидел обнаженный, поглаживая живот, ведь как рассчитал роды будет через три дня, и предвкушение родов с каждым днем становилось все сильнее, но Гарри не боялся. Он знал, что справится, что его любовь к этим маленьким существам даст ему силы и мужество пройти через все трудности. Он был готов отдать им все, что у него есть, лишь бы они были счастливы и здоровы. Он тихо прошептал: "Я люблю вас, мои маленькие котята. Скоро мы встретимся". И в ответ почувствовал легкий толчок изнутри, словно его будущие дети отвечали ему, подтверждая свою любовь и готовность появиться на свет. И Гарри знал что его котята будут все мальчиками, все шесть котят. Гарри тужился тело словно горело, Гарри тяжело дышал, он стонал как и прошлый раз он сидел на четверых его попока была опущена, его малыши котята готовы появится на свет, Гарри плакал, кричал и стонал. Гарри было , ужасно хорошо. Его член стоял колом и дёргался. Поттер Глубоко дыша при каждой схватке,но чаще Гарри просто кричал. Он чувствовал как первый котенок спустился к тазу готовый пройти через влагалище и родиться, его киска начала разрываться. Гарри заорал во все горло, чувствуя невыносимую боль, смешанную с каким-то диким, первобытным восторгом. Он ощущал себя сосудом, через который прорывается новая жизнь, хрупкой гранью между существованием и небытием. С каждым толчком, с каждой схваткой, его любовь к этим еще не родившимся созданиям росла в геометрической прогрессии. Он готов был вынести все, лишь бы они появились на свет здоровыми и невредимыми. Он чувствовал их страх, их стремление к свету, их полную зависимость от него. И вот, наконец, первый котенок скользнул из его тела, теплый и мокрый, Гарри застонал в голос чуствуя как головка скользнула вниз по краям киски, как появилась тельца и Гарри приподняв левую ногу в стоне кончил, когда котёнок появился на свет. Слабый писк новорожденного котенка эхом отозвался в комнате, растворяя остатки боли в волне нежности. Гарри, обессиленный, но счастливый, подтянул малыша к себе, прижимая его к груди. Его глаза наполнились слезами умиления, когда он увидел крохотное существо, полностью зависящее от него. Это был момент абсолютной любви и самоотдачи. Второй, третий, четвертый… каждый котенок, рождаясь, приносил новую волну боли и радости. Гарри забыл о себе, все его мысли и чувства были сосредоточены на этих маленьких комочках жизни, которые он выпустил в мир. Он умывал их, согревал своим теплом, чувствуя себя самым счастливым отцом на свете. Когда последний, шестой котенок, появился на свет, Гарри обессиленно откинулся назад, окруженный своими детьми. Он чувствовал себя опустошенным, но наполненным до краев любовью. Он смотрел на них, таких маленьких и беззащитных, и его сердце переполнялось нежностью. И каждый котёнок прильнул к его двум соском, по очереди кормясь его грудным молочком Нежность волной окатила Гарри, когда он почувствовал, как крошечные ротики жадно прильнули к его соскам. Маленькие тельца дрожали, а он чувствовал, как молоко, его собственное молоко, дарует им жизнь. Он был их источником, их защитой, их всем. Боль растворилась, уступая место всепоглощающей любви. Он смотрел на них, сосущих его, таких беззащитных и доверчивых, и понимал, что его жизнь теперь навсегда изменилась. Он был связан с ними неразрывными узами, узами любви и ответственности. Он чувствовал себя уставшим, но счастливым. Счастливым от того, что смог подарить им жизнь, от того, что может заботиться о них, от того, что они есть у него. Он был готов отдать им все, что у него есть, лишь бы они росли здоровыми и счастливыми. Каждое их прикосновение, каждое их писк заставляли его сердце трепетать от любви. Он был отцом. И это было самым важным, самым прекрасным, самым значимым, что когда-либо случалось в его жизни.