Подарок судьбы

      Ремус, еле волоча ноги, взбирался по истертым каменным ступеням на крыльцо дома номер двенадцать на площади Гриммо. Бдительности хватило только убедиться, что окружающее пространство свободно от посторонних лиц. Он устало стукнул волшебной палочкой по двери. Вместо серии громких металлических щелчков, с которыми обычно открывались бесчисленные запоры раздалось лёгкое продолжительное шуршание и негромкое звяканье цепочки. «Сириус смазал замки?» – отстранённо подумал маг, входя в открывшуюся дверь и почти без сил прислоняясь к ней с обратной стороны. Темнота под закрытыми веками слегка рассеялась: видимо, кто-то зажёг свет, хотя по ощущениям в прихожей он был один. Всё, чего оборотню хотелось, – так это добраться до своей комнаты и завалиться спать, но следовало всё-таки сначала разыскать друга. Дело, порученное Орденом, было сложным и изматывающим, не предполагало какой-либо связи, будь то совиная почта или камин, и заняло около двух месяцев: за это время бедолага, запертый в мрачных стенах, благо бы один, так ведь ещё вместе с ненавидящим его эльфом, наверное, уже «лез на стену». Следовало проявить участие, даже если потом придётся карабкаться к себе на четвереньках. В конце концов, Ремус был очень ответственным человеком, о чём порой несказанно жалел.       Нехотя он открыл глаза и удивлённо заморгал. Тёмная затхлая прихожая, длинный мрачный коридор с отстающими от стен обоями, пыльная люстра над головой... таковыми больше не являлись. Яркие круглые светильники на изящных держателях заменившие на стенах старинные газовые рожки освещали аккуратно оклеенные обоями стены, начищенную люстру, палас на полу, прикрепленные к стене вешалку для верхней одежды, держатель для зонтов, этажерку для обуви и ещё какие-то полочки в едином минималистичном стиле. И запах, как же он сразу не заметил: исчез гнилостный сладковатый душок, больше не тянуло пылью и сыростью. Пахло свежестью и немного свечным воском, в прихожей было тихо и прохладно.       Интересно, что здесь происходит? Кикимер решил заняться своими прямыми обязанностями? Даже если и так, то это не объясняло, как к вещам вернулись былые краски. Действительно, всё выглядело не прям новым, но больше не казалось вытертым и потрёпанным, в том числе портьеры, закрывающие портрет Вальпурги, более не являющиеся пыльными, изъеденными молью тряпками. Оригинальные цвета были сохранены, при этом вернув себе украденную временем чёткость и яркость.       Кстати, он ведь что-то заметил ещё снаружи, просто из-за сильной усталости не приглядывался. Люпин вышел из дома и повернулся ко входной двери. И действительно, чёрная краска ровным слоем покрывала её, серебряный дверной молоток ярко сверкал. Стены дома были выкрашены тёмно-серой по виду свежей краской, уже полностью высохшей, а окна вымыты.       Мужчина вернулся в прихожую и на сей раз увидел, как спустя несколько секунд светильники, выключившиеся во время его отсутствия, вновь сами собой загорелись. Интересно...       Подставку для зонтов заменили и прибили к стене надеясь, видимо, противостоять Нимфадоре. Вот только Ремус сомневался, что это сработает: метаморф сможет создать достаточно шума просто налетев на всю конструкцию даже если ничего и не повалит. В качестве проверки, удастся ли девушке разминуться со стеллажом в коридоре, оборотень изобразил её решительную походку, готовясь вовремя остановиться, но предосторожность оказалась излишней: за шаг до столкновения он натолкнулся на сгустившийся воздух, заставивший его резко замереть. Немного поэкспериментировав, маг выяснил, что если приближаться неспешно и плавно, то можно спокойно подходить вплотную и использовать вешалки и стойки по назначению. С наскока же налетаешь на плотный воздух вместо охраняемых магией предметов, и катастрофы удаётся избежать. «Вот такое вот анти-Тонкс заклинание», – подумал, широко улыбнувшись, Ремус. Что ж, осталось найти виновника сего остроумного волшебства.       Пройдя дальше по коридору, маг отметил, что со стены над лестницей, ведущей наверх, исчезли головы эльфов, и от всей души понадеялся, что Кикимера не хватил от этого удар. Мысль о старом домовике привела Люпина на кухню, где также как, видимо, и везде в доме было чисто и уютно. Очаг больше не являлся здесь единственным источником света: с потолка достаточно хаотично и при этом гармонично свисали светящиеся шары, зажегшиеся при появлении человека. Пахло корицей и свежей выпечкой, хотя самой еды нигде не наблюдалось.       Кикимер действительно находился здесь, он уставился на посетителя странным нечитаемым взглядом. В его внешности тоже произошли незначительные перемены: старая набедренная повязка была чистой и целой, да и сам он выглядел ухоженным, хотя кислое выражение лица никуда не делось. Правда теперь оно было словно смешано с выражением постоянного удивления и некоторого неверия в происходящее. По крайней мере, так показалось Ремусу. Эльф молчал, поэтому начинать разговор пришлось оборотню, не горевшему желанием опять выслушивать о себе много нового и интересного, но понимающему, что деваться некуда.       – Добрый день, Кикимер, – вежливо начал маг. – Скажи, пожалуйста, где мне найти Сириуса?       Тишина, только этот странный взгляд огромных глаз. Ремус терпеливо ждал. Наконец эльф соизволил ответить:       – Хозяин в гостиной. Терзает себе уши.       Терзает уши??? Перед мысленным взором Люпина возникло изображение Сириуса с огромными ушами, которые тот увлеченно утюжил подобно провинившемуся домовику... Да нет, это же абсурд!       Несколько ошарашенный разыгравшимся воображением и странным поведением Кикимера – эльф, не выделываясь, ответил на поставленный вопрос и не выдал при этом свою обычную уничижительную речь – оборотень, ощущая себя героем какого-то странного сна, пробормотал себе под нос благодарность, развернулся и побрёл в гостиную.       Открывшего дверь и ступившего за порог комнаты Люпина чуть не снесла звуковая волна. Зато стало понятно, что за «ушитерзание» имелось в виду. Под звуки незнакомой несколько агрессивной мелодии приятный мужской голос выводил слова:       There's one who wins the fight       And there's one who sleeps at night       There's one who will stand tall       But we will all fall       Разыскиваемый друг поднял голову от книги, улыбнулся и сделал музыку тише вручную крутанув колесико на явно магловском устройстве, стоявшем по левую руку от него. Поднялся из-за стола и быстрым шагом подошёл к гостю.       – С возвращением! – Сириус крепко обнял приятеля, затем, отстранившись на расстояние вытянутой руки и вглядевшись в его лицо, добавил:       – М-да, друг, эта миссия выпила из тебя все соки.       Ремус, не находя ответных слов, в свою очередь пораженно разглядывал стоявшего напротив волшебника. Два месяца назад он оставил на Гриммо совсем другого человека: небрежного в одежде, со спутанными волосами, слишком худого для его телосложения, с глазами старика. Сейчас же с красивого, без печати изнеможения, гладко выбритого лица на него смотрели ясные серые глаза с искорками-смешинками в глубине; прямые, цвета вороного крыла волосы, явно знакомые с расческой, ниспадали на плечи. Чёрные джинсы и чёрная же тонкая водолазка подчеркивали стройную фигуру без болезненной худобы; рубашка глубокого тёмно-фиолетового цвета, которую Блэк, не застегивая, завязал узлом на талии и закатал по локоть рукава, не скрывала проявившиеся мускулы: небольшие, но четко очерченные, словно вырезанные скульптором. Перемена была разительная.       Воцарившуюся тишину некоторое время нарушала лишь доносящаяся из колонок музыка.       Round and round and round and round we go       Where we're gonna stop nobody knows       Затем Сириус, слегка склонив набок голову, спросил:       – Что сейчас предпочитаешь: поговорить или посидеть помолчать?       Ремус вышел из ступора. Он открыл рот, чтобы задать тонну вопросов, как вдруг сокрушительная усталость, какое-то время отгоняемая любопытством и удивлением, обрушилась всей своей мощью. Оборотень аж покачнулся и сказал то, чего не собирался:       – Помолчать...       – Я так и думал. Пошли, присядем.       Оба мага расположились по одну сторону стола на небольшом расстоянии друг от друга. По мановению волшебной палочки хозяина дома на столешницу плавно опустилась бутылка вина, два бокала и поднос с небольшими сэндвичами, канапе и фруктами. Ещё один взмах и вино споро разлилось по бокалам, один из которых подъехал к Люпину. Того же начали одолевать сомнения. А Сириус ли это? Уж слишком много изменений за такое короткое время. С другой стороны, если это кто-то под Оборотным зельем или скрыт искусной иллюзией или ещё каким-то колдовством, то зачем демонстрировать такую м-м-м «улучшенную» версию его друга возбуждая ненужные подозрения? И всё же, всё же. В последнее время Блэк был небольшим фанатом дружеских объятий, тем более не был их инициатором.       Ремус встретился с внимательным взглядом серых глаз, обладатель которых вдруг вновь встал, заставив немного занервничать... И вот уже перед ним огромный чёрный пёс. Зверь положил передние лапы на колени человека и игриво толкнулся лобастой башкой ему в плечо, приветливо виляя хвостом. Маг облегченно рассмеялся, зарывшись пальцами в тёплую густую шерсть. Лучшей демонстрации подлинности не придумаешь.       Позволивший себя погладить и перекинувшийся обратно анимаг вновь занял своё место за столом. На сей раз Люпин охотно чокнулся с другом и отдал должное превосходному вину. С некоторым удивлением посмотрел, как Сириус, отставив бокал, взял себе сэндвич – вроде как закусывать вино не английская традиция – однако решил последовать его примеру. И не зря: было очень вкусно, и до сего момента путник даже не осознавал, насколько проголодался.       Подозрения развеялись как дым, а вопросы стали накапливаться. Если приглядеться, то можно было легко увидеть привычные морщинки, оставленные временем и выпавшими на долю анимага испытаниями, несколько сглаженные нормальным питанием и поддержанием себя в хорошей физической форме. Из глаз исчезла обреченность, но в них не было и беззаботности, помимо смешинок и общей открытости взора присутствовали и серьёзность, и некоторая настороженность. Возникало странное ощущение, что его друг вроде как внешне помолодел, приведя себя в порядок, и одновременно стал старше: как будто они расстались года на три-четыре, что, конечно, невозможно...       Уставший с дороги, расслабленный вином и вкусностями Ремус краем сознания упрямо цеплялся за мысль о дружеской беседе, на которую был настроен по возвращении. Найти бы ещё на неё энергию. Впрочем, Сириус разрешил оставшиеся сомнения бросив на него ещё один внимательный взгляд и сказав:       – Я обязательно отвечу на твои вопросы, но давай не здесь и не сейчас. Отдыхай.       И Ремус сдался: потом, всё потом. Взгляд лениво заскользил по окружающей обстановке, отметив, что гобелен на стене с родовым древом Блэков теперь закрыт многосекционной ширмой в японском стиле; на туго натянутых светло-зелёных шелковых поверхностях искусно вышиты природные пейзажи и различная живность. В камине весело пылает огонь, шторы на окнах раздвинуты, впуская дневной свет, свободно льющийся через сверкающие чистотой панорамные окна.       Всё это создавало совершенно другое настроение чем раньше, казалось, даже дышать стало свободнее. А ещё было тепло, исчезла вымораживающая сырость, несмотря на ветреную холодную погоду снаружи. Интересно, во всём доме так? Почему-то казалось, что да.       They can't keep their chains on me       When the truth has set me free       This is how it feels when you take your life back       This is how it feels when you finally fight back       «Тоже неплохая песня», – подумалось Люпину. – «И где Сириус откопал это магловское устройство и магловскую же, судя по всему, музыку? Кстати, как оно вообще работает в пропитанном магией особняке? Должно же хотя бы сбоить».       Переведя внимание на друга, оборотень наконец заметил, что Сириус не просто читает лежащую перед ним книгу, а занимается переводом рунического текста на незнакомый Ремусу язык. Блэк увлечённо и очень быстро переносил какие-то древние знания (с такого расстояния и угла обзора было трудно разобрать по-старинному витиевато выведенные руны) с ветхих, пожелтевших от времени страниц на чистые листы бумаги, периодически отвлекаясь чтобы сделать глоток вина и взять с блюда очередную вкусняшку. Вот и ещё один вопрос на будущее «не здесь и не сейчас».       Анимаг вдруг поднял голову и будто прислушался к себе, а затем, привычным жестом откинув с лица длинные чёрные волосы, сказал:       – Кто-то из наших воспользовался камином на кухне.       – Моё появление ты тоже почувствовал? – спросил Люпин.       – Да. Странный эффект, возникший после того, как я привёл это место в порядок. Честно говоря, ни разу не слышал о таком раньше. Однако жаловаться не собираюсь, это очень удобно.       Спустя некоторое время дверь в гостиную отворилась и на пороге застыли Дамблдор со Снейпом с несколько ошарашенными лицами. Ах да, Сириус же опять прибавил громкости, когда они уже сидели за столом – вон снова крутит колесико, уменьшая децибелы. Ремус-то уже привык, да и понравилось.       Don't you want to feel?       Don't you want to live your life?       How much longer are you gonna       Give in to the fear?       Holding you down until you're...       Судя по внимательности, с которой новоприбывшие вслушивались в текст складывалось впечатление будто вопросы в песне адресованы лично им и требуют немедленного ответа. Оборотень слегка наклонил голову, пряча улыбку.       Поднявшийся из-за стола Сириус переключил внимание на себя. Он шагнул навстречу гостям и улыбнувшись заметил:       – Добрый день! Сегодня это прямо день визитов. Чем обязан?       – Оказались поблизости, – ответил Дамблдор, – а до следующей встречи ещё около часа. Вот решили зайти отдохнуть немного, если, конечно, ты не против.       – Не вопрос. Ремус только что вернулся, решили с ним посидеть помолчать. Если подобное времяпровождение устроит, присоединяйтесь.       – С удовольствием.       Новый взмах волшебной палочки и ещё два бокала спланировали на столешницу, оперативно наполнившись вином.       Мастер зелий с недовольным видом сел напротив хозяина дома, Дамблдор занял место на противоположной стороне от Люпина. Старый маг заинтересовано рассматривал источник звука.       All alone, all alone       And drowning in your past       Take it back, take it back       I still believe you can       – Я смотрю, Блэк, ты стал образцовой домохозяйкой. Вылизал весь дом, аж сверкает. Молодец.       «Ну конечно», – с отвращением подумал Ремус, – «Снейп просто не может удержаться, чтобы не оскорбить Сириуса».       Перевёл взгляд на друга, решая, как лучше поддержать его и увидел, что анимаг с лёгкой улыбкой внимательно разглядывает противника, словно редкий экземпляр какой-то диковинной зверушки. Затем он пренебрежительно закатил глаза и невозмутимо вернулся к прерванному переводу, не удостоив неприятеля ответом.       Снейп побагровел. «Ага, гад, не нравится», – мстительно подумал оборотень. Зельевар открыл было рот, но в воздухе перед ним завис бокал, легонько стукнув по кончику носа. А затем раздался укоризненный голос директора Хогвартса:       – Северус...       Снейп с кислым лицом отхлебнул вина и с возмущением посмотрел сначала на вспорхнувший на уровень глаз сэндвич, а затем на улыбающегося начальника. В глазах Дамблдора плясали смешинки, он уставился на подчинённого и не отводил взгляд, пока тот не принялся сумрачно жевать угощение.       – Сириус, откуда у тебя это устройство? Сделано маглами, верно? И как оно умудряется играть музыку в наполненном магией доме? – спросил Дамблдор.       – Это подарок от друзей, сам плеер и музыкальные подборки. Они действительно маглы и не имеют никакого отношения к волшебному миру, поэтому я предпочёл бы не рассказывать о них, – ответил Сириус. – Что касается работоспособности, то меня уведомили, что плеер «отлично экранирован и хорошо защищён от внешнего воздействия широкого спектра различных видов полей и излучений», чтобы это ни значило. К тому же я поставил на него ещё и заглушку от магического воздействия, так что всё функционирует.       – Интересно. И выбор песен чудесный, судя по тому, что я слышу, – задумчиво промолвил Дамблдор.       I won't give up so don't give in       You've fallen down but you can rise again       So don't give up       – Ну, это хотя бы не Селестина Уорлок. Ты, видимо, решил составить конкуренцию миссис Уизли? В музыке, в кулинарии... Как хорошо, когда у человека столь много свободного времени, – снова влез Снейп.       – Рад, что угощение пришлось тебе по вкусу и ты посчитал его конкурентноспособным. Ведь в готовке Молли не знает равных, – спокойно ответил Сириус.       – Мы вроде решили посидеть в комфортном молчании и тем набраться сил перед ожидающими нас делами? – включился в разговор Ремус которому постоянные ядовитые выпады профессора зельеварения в сторону его друга уже встали поперек горла.       – И то верно! – откликнулся Дамблдор. – Поговорить всегда успеем на встречах Ордена. А сейчас я действительно хотел бы послушать эти новые для меня произведения: ты ведь знаешь, как я отношусь к магии музыки, Северус.       Директор школы чародейства и волшебства с бокалом вина в одной руке и канапе на шпажке в другой откинулся на удобную спинку стула всем своим видом выражая полнейшую готовность погрузиться в чарующий мир звуков. Остальные также замолчали.       Сделав глоток рубиново-красной жидкости и отправив в рот виноградину анимаг обратил внимание обратно на лежащий перед ним манускрипт; Снейп также откинулся на спинку, продолжая сжимать в руке бокал и молча сверля не обращающего на это внимания Сириуса тяжёлым взглядом; Ремус взял сэндвич и постарался расслабиться.       Are you ready to begin?       This is a battle that we are gonna win...