mía, pero ajena

Te he perdido entre la gente,

Te he adorado y te he odiado,

Y en el fondo sabes bien

Que en los peores momentos

Llevas dentro un ángel negro

Que nos hunden a los dos.

Dorian "La tormenta De arena" ——— День начинается не с кофе, а с быстрых сборов на учёбу. Чертов будильник как всегда не сработал вовремя и теперь у нее было в лучшем с полчаса до начала занятий. Почистив в спешке ядрено мятной пастой зубы, Джули легонько подкрашивает тушью ресницы и хватает из холодильника яблоко, которое в местах уже начало портиться, но по-прежнему оставалось вкусным и сладким. Утренний Мадрид обещал быть нервным из-за пробок. Гонсалес чуть ли ногти не кусала, пока такси медленно ехало сквозь машинный поток, который с каждой секундой становился все теснее и теснее. Оставалось только молиться, что ее прибытие на пару не будет совсем критичным по времени, иначе лектор точно выпишет очередной выговор, и то при условии, что у него хорошее настроение. Погода была солнечной. Теплые лучики нагревали кожу сквозь черное короткое платье с длинными рукавами, отчего Джули к собственному недовольству чувствовала стекающую капельку пота по спине. В аудиторию она залетает с двух ног, едва не вышибая дверь. До этого в кабинете велась увлечённая беседа, но после внезапного вторжения студенты и преподаватель затихли и устремили свой взор на запыхавшуюся девушку, чьё лицо от быстрого бега заметно покраснело. Мужчина по фамилии Оливера, по совместительству ее учитель, как и ожидалось произнёс весьма впечатляющую тираду о безответственности студентки и угрожал новым походом в деканат, но потом его отвлек телефонный звонок, и Гонсалес быстренько проскочила за свою парту, доставая тетрадь, лежавшую на самом дне сумки ручку и наполовину засохший текст выделитель. Да, этот сухой канцелярский набор вряд ли создавал о ней образ примерной ученицы паиньки. Если бы можно было, Джули и вовсе сюда не ходила, особенно на пару по математике. Вот зачем переводчику в принципе нужно напрягать свой мозг, тратя время на решение тупых задачек из уровня фантастики? И так прошли все оставшиеся час и двадцать минут. Девушка уже через пятнадцать минут начала считать чуть ли не секунды до конца, потому что формулы и теоремы, звучащие как пьяный бред ее одноклассниц на школьной вписке, особо не доставляли позитива, а лишний раз заставляли верить в существование Бога и молить того о пощаде. Все-таки точные науки не для ее гуманитарного мозга. После окончания пары, Джули чуть ли самая первая вышла из кабинета, наконец-то вдыхая воздух полной грудью. В коридорах уже было не мало таких же студентов, которые компаниями шли и о чем-то разговаривали, иногда громко смеясь или ярко жестикулируя. Гонсалес провожала их со странным чувством в груди, ведь сама ни с кем тут дружбы никогда не водила. Правда у неё была близкая приятельница, с которой они когда-то вместе ходили на курсы по иностранным языкам, но и бедная Фредерика уже неделю валяется дома с гриппом и неизвестно, когда выйдет на занятия. Из-за этого Джули втыкает наушники в уши и на полную громкость врубает музыку, которая скорее всего была слышна за несколько метров от нее, судя по странным взглядом некоторых ребят. Но было глубоко плевать на этих людей, потому что большинство продолжало жадно рассматривать ее облик, несмотря на необлегающию одежду и практически натуральную, без лишней косметики мордашку. Это внимание, опять-таки, только надоедало и заставляло еще больше закрываться от него. До мурашек по коже раздражали нахальные взгляды парней на область груди или оценивающий свист при виде ее задницы. Радовало лишь то, что никто не кричал ей в след каких-то пошлых невоспитанных фразочек или же она их просто не слышала, иначе Джули наверняка кому-то уже начистила личико. ----------- Наконец-то наступает длинная перемена и Гонсалес решает на этот раз не идти в кафешку или куда-то ещё, а пообедать не менее вкусной едой в университетской столовой. Отстояв длинную очередь и взяв еду, девушка чудом успевает занять место у окна, пока туда не сели другие ребята. -Слышь Гонсалес, а правда слухи ходят, что твоя сеструха за богатенького парня замуж собралась? -подходит к ней местная звезда Клара, постукивая своими каблуками и светя своими открытыми стройными ногами на все помещение. Джули отрывается от телефона и смотрит на это жалкое зрелище незаинтересованно, что еще больше бесит собеседницу. -Почитай значение слова слухи, а потом уже говори мне что-то.-отвечает Гонсалес и не успевает отвернуться, как Клара резко разворачивает ее обратно, грубо хватая за подбородок. -Не много ли ты на себя берёшь? Думаешь, что самая крутая тут из-за того, что к декану ходишь как к себе домой и фигурой не обделённая? Разочарую тебя милая, но ты пустое место в этой социальной лестнице без своей сестрёнки, которая собирается стать чьей-то содержанкой. - шепчет гневно Клара, и от ее крепкой хватки начинает ломить нижнюю челюсть. -Заткни свой рот, Паредес. Ведёшь себя как сука.-сдавленно шепчет Джули, все таки вырываясь от цепкого захвата. -Здесь одна сука - ты. Пока, было приятно пообщаться. -сладко тянет последние слова девушка и разворачиваясь уходит из столовой под сопровождающий гогот зевак. -Хамка...-тихо, практически про себя говорит Гонсалес, окончательно теряя аппетит и убрав остатки обеда, тоже уходит. _______________ -Джули, ты не хочешь сходить с моими коллегами сегодня в клуб? Мы собираемся отметить мою помолвку! -радостно щебечет в трубку Габриэла, и девушке даже приходиться убрать смартфон подальше от уха, чтобы не оглохнуть. Честно, куда-то идти не сильно хотелось. Во-первых, она никогда не была в таких заведениях, поэтому они отталкивали и ей не хотелось идти туда, где будет некомфортно. Во-вторых, надо было уже начинать готовиться к парам, а то скоро все эти угрозы начнут воплощаться в жизнь и не видать ей диплома переводчика и долгожданного переезда в Штаты. В-третьих, не хотелось лишний раз ссориться с матерью, потому что той эта затея точно не понравится, учитывая, что там еще будет и Габи, с которой они сейчас не в ладах. -Извини, но у меня скорее всего не получится. Много дел. -Ты мне врёшь! Джули, никакая учёба и прочая ерунда не заменят тебе хорошего вечера в дружной позитивной компании. Пойдём, как раз у нас в коллективе есть иностранцы и попрактикуешь английский с истинными носителями в качестве подготовки к сессии. -Габриэль, мне даже одеть нечего! А в такие места нужен дресс-код. -Одень ту джинсовую юбку, которую мы с тобой в прошлом году купили в Барселоне и маечку синтетическую, я тебе недавно ее отдавала. -отвечает старшая Гонсалес. -А еще мои старые конверсы, которые у вас дома остались, они к этому луку сто процентов подойдут. -Это же разврат! Ты знаешь, как я не люблю лишние внимание к моей персоне, а тут такая открытая одежда... На меня весь вечер будут пялиться и пытаться закадрить. -говорит Джули, дописывая домашнее задание по арабскому. -Тогда одень что-то поскромнее, но не слишком закрытое. Кому я уже несколько лет говорю, что нельзя такое красивое стройное тело скрывать за оверсайзом. -бурчит Габи, и Гонсалес может поклясться, что видит, как та закатывает глаза. -За тобой нужно будет заехать? Если что к нашим услугам есть таксист Джуд! У нее только от этих четырех букв сердце делает секундную остановку и начинает биться в бешеном темпе, готовясь выпрыгнуть из груди. Господи, не дай бог Бэллингхэм будет с ними на самой тусовке! -Давай я тебе позже скажу, пойду или не пойду. -сухо говорит она, захлопывая тетрадку и отъезжая на стуле в другую половину комнаты, где с размаху бухается на заправленную кровать. -Хорошо,у тебя два часа, не затягивай.-говорит Габи и попрощавшись сбрасывает вызов. ——— Спустя полтора часа младшая Гонсалес стоит полностью готовая и по тысячному кругу проверяет уведомления на телефоне. Элегантное платье салатового цвета с открытой спиной и небольшим вырезом на бедре смотрелось на ней как вторая кожа, но при этом не делало из нее распутницу. Нарисованные стрелки, ради которых были потрачены несколько сотен нервных клеток и нежно-розовая помада добавляли образу невинности и скромности. Длинные локоны на концах были завиты, а окрашенные пряди свисали по обе стороны лица. Джули казалось, что она выглядит превосходно, хотя она редко видела в себе эффектную молодую девочку. Габи написала, что они выезжают еще минут пятнадцать назад. Насколько ей было известно, Джуд жил не так далеко от их дома, и они должны были в идеале уже подъехать. Потому мандраж перед встречей начинал ещё сильнее заполнять разум. Девушка чувствовала мелкие неприятные мурашки, идущие по всему телу и ей, становилось противно от собственной реакции. Мама что-то оживлённо уже минут двадцать рассказала своей бывшей коллеге по работе, готовя свежий ужин на кухне. Джули пока не знала, как она планирует уходить из дома и каким скандалом это закончится, но ей было всё равно. Родительница ничего нового ей не сделает и не скажет. Решаясь не дожидаться сообщения от сестры, Гонсалес тихо выходит из комнаты и на цыпочках крадётся в коридор, хватая с обувницы белые туфли на тонком каблучке. Когда девушка уже начинала проворачивать ключ в замочной скважине, то услышала приближающиеся шаги. -Куда ты собралась, Джули? - раздражённо спрашивает женщина, рывком разворачивая дочку и недовольно разглядывая ее внешний вид своим чутким внимательным взглядом. - Да и в таком прикиде!? Милочка, ты совсем забыла кто ты такая и чья ты дочь?! Хочешь меня опозорить? Все соседи потом будут шушукаться о том, что у меня кровиночка проститутка! -Успокойся, и не кричи. Соседи и так о нас шепчутся и все в универе тоже по поводу замужества Габриэлы. И к тому же, это платье не открывает ничего совсем уж личного, а эти твои закидоны в моих печёнках уже сидят! -огрызается в ответ она и чувствует обжигающую боль на щеке. Осознание того, что родная мать вновь ее ударила, приходит не сразу, но как только появляется, у Гонсалес начинают наворачиваться слезы в глазах от несправедливости. -Ты, поганая меркантильная шлюха! Проваливай из этого дома и не появляйся, пока не поймёшь, кто ты в этом мире без меня! -яростно говорит та и хмыкнув уходит прочь. Джули не секунды не мешкая бросается к входной двери и практически бегом бежит на улицу, пытаясь остановить падающую со щёк влагу. На свежем воздухе становится зябко и прохладный вечерний ветер заставляет ее продрогнуть. Но эта холодная осеняя ночь ничто по сравнению с поганым чувством под сердцем. Их отношения с мамой всегда были тяжёлыми, но с ее взрослением становилось все труднее и труднее ужиться с ней. И теперь все рухнуло вновь, пробивая дно все больше и больше. Джули сейчас было тяжело представить, как возвращаться домой и делать вид, что все простила и эти слова больше не заставляют плакать навзрыд во дворе собственного дома. Скоро она слышит, как незнакомая машина, судя по звуку паркуется прямо около ворот. Гонсалес вытирает еще не высохшие следы от слёз и молится всем богам, чтобы через несколько часов на скуле не появился синяк, и никто не догадался, что недавно произошло. Девушка выходит с территории дома, закрывая калитку и подходит к автомобилю, откуда ей с переднего сиденья радостно махала Габриэль. Силуэт было трудно разглядеть из-за тонированного лобового стекла, но Джули знала, что на водительском сидении Бэллингхэм. И без того испорченное настроение непонятно от чего стало ещё хуже. -Привет, ты так красиво выглядишь! - воодушевлённо приветствует её сестра, пока Джуд разворачивался и попутно через голосового помощника пытался вбить адрес нужного клуба. -Мама без происшествий отпустила? -Да, наоборот даже сказала, что мне нужно развеяться. -нагло соврала Гонсалес, не желая портить сестре весь настрой. В конце концов сегодня не тот день, чтобы жаловаться и откровенничать. Но вот взгляд парня, который она увидела в зеркале заднего вида будто давал понять, что ложь раскрыта и он в курсе, что все прошло не идеально. Эти проницательные карие глаза продолжали действовать на нее не лучшим образом, потому Джули поспешила отвернуться, игнорируя ноющее чувство внутри. К клубу доехали относительно спокойно, за исключением безостановочной болтовни Габриэлы. Сестра была необычно активная, какой не была уже долгое время. Джули невольно вспомнила детские годы, когда неугомонная старшая носилась по жёсткой площадке, пока молчаливая тихая младшая сидела на лавочке и играла в поломанные куклы. Габи всегда возвращалась домой с царапинами и ссадинами и Джули ей их обрабатывала, пока мамы нет дома, чтобы сестра не получила за свою беспечность. Детство все-таки было не таким уж и плохим. Вход клуба светился различными пестрыми огнями, которые не привлекали внимание, а только отталкивали. Но Габриэла видела, как та сразу начала колеблется и схватив ее за запястье повела к охранникам, с которыми уже как с друзьями разговаривал Джуд, расслаблено скрестив руки на уровне грудной клетки. Джули вновь засмотрелась на его широкую спину и представила, какая у парня кожа на ощупь. Захотелось провести кистью по рельефным накаченным мышцам и поцеловать каждый миллиметр этой притягательной плоти. Гонсалес с отвращением к себе понимала, что Бэллингхэм все таки не ушёл из ее мыслей,только еще больше засев в голове. -Откуда он их знает? -поинтересовалась девушка, нервно закусывая губы до крови. -В этом клубе бывает зависают игроки Реала в свободное от матчей и тренировок время. Джуд по правде и договорился о том, чтобы снять нам тут вип-ложу, так как мест тут не бывает никогда свободных. -шепотом отвечает та, успокаивающе поглаживая сестру по плечу. -Не переживай, мои коллеги тире приятели точно тебе понравятся! Джули может только наигранно улыбнуться и покивать головой, внутри продолжая гореть от стыда от собственной фантазии. Тем более ещё сцена скандала с матерью по-прежнему стояла перед глазами, а пострадавшая часть лица предательски продолжала ныть. Наконец-то они втроём проходят внутрь, где играла громкая музыка, состоящая из ремиксов различных песен, от местных испанских до зарубежных годов так девяностых. Джули подмечает большое количество людей на танцполе и успевает поймать взгляд красивого парня, который подмигнул ей и показал лайк, мол молодец, выглядишь на все сто. Гонсалес кивнула головой в знак благодарности и отправила воздушный поцелуй, под улюлюканье друзей незнакомца. -Ты там кому уже глазки строишь? Тому юноше в клетчатой рубашке? -спрашивает Габи, прослеживая за чужим взглядом. -Не советую тебе с ним контачить. Как-то в СМИ информация пролетала, что он девочку наркотиками накачал и изнасиловал на камеру, позже слив видос в сеть. -Ужас, а почему его не посадили в тюрьму? -поражается Гонсалес, тут же кардинально меняя свое мнение насчет этого человека. -Тут бедные не развлекаются, милая. Его папенька просто заплатил кругленькую сумму полиции и жертве, чтобы те забыли об этом раз и навсегда. К сожалению, таков мир богатых влиятельных людей. -отвечает та и ускоряется, нагоняя идущего впереди Джуда, который о чем-то с кем-то говорил по телефону, пытаясь перекричать шум помещения. -С кем это он? -С Килианом. Может быть слышала о Мбаппе, футболист если что такой во Франции существует. Просто пока мы тут будем отжигать и кутить, он планировал к нему смотаться, тем более тому какая-та помощь по дому нужна, только недавно его купил . -говорит Габи, но Джули не может вспомнить это имя, поэтому просто непринуждённо дает понять, что все поняла. В их заранее забронированой ложе просторно и гораздо тише, чем в основном помещении. На столе стоит уже несколько бутылок с предварительно выбранным алкоголем, а на стенах висели картины, которые в полумраке было не разглядеть. -Ладно, я поеду уже. Когда собираться будете, позвони мне, хорошо? -говорит Джуд и целует в щеку свою невесту. - Постарайтесь только не сильно допоздна, у меня завтра тренировка с утра стоит. -Хорошо, дорогой, до встречи! -отвечает Габи и Бэллингхэм огибает её, направляясь к выходу. Джули чувствует носом едва уловимые нотки мужского одеколона, которым пользуется парень и закрывает глаза, вдыхая все глубже. Он замечает эту реакцию на него и ухмыляется уголками губ, поспешив быстрее уйти. ——— Душно. В комнате, где человек десять и все изрядно подвыпившие нечем дышать. Друзья Габи что-то бурно обсуждали и попутно раскуривали один кальян на всех, заполняя и без того жаркую комнату едким дымом, заполняющим лёгкие. Гонсалес ели сдерживалась, чтобы не расчихаться и не закашляться. Очередной глоток горького невкусного пойла, который расщепляет горло и обжигает пищевод ситуацию лучше не делает. Девушка облокачивается на мягкую спинку дивана и сквозь пелену перед глазами видит, как кто-то кладёт свою руку ей на бедро, аккуратно то сжимая. Это позволяет немного протрезветь, потому что это прикосновение не было похоже на касание женщины, значит ее лапал какой-то малознакомый мужчина. -Ты же Джули? Не хочешь покурить с нами? -спрашивает на идеальном английском смутно припоминаемый Питер, наклоняясь совсем близко, от чего его длинные покрашенные в блонд волосы щекочут ее лицо. -Нет...-устало шепчет она в ответ, на что тот недовольно кривит губы, но навязываться не решается. По правде, вся эта вечеринка начинала надоедать. Непонятная болтовня на тему журналистики и глупые сплетни, которые они друг другу рассказывали интересовали мало. Потом пошли тосты и пожелания счастливой семейной жизни, побольше детишек и кучу подобной фигни. Джули молча слушала все это, продолжая напиваться в хлам, изредка ловя боковым зрением, обеспокоенный взгляд сестры, которая подходила к ней пару раз и спрашивала, всё ли в порядке. Гонсалес только поднимала вверх наполненный чем-то стакан и натянуто смеялась с чьей-то тупой бестолковой шутки. -Питер, прекрати подкатывать к ней! -слышит она голос предполагаемой возлюбленной ее неудачного ухажёра, но супружеские споры девушку мало интересовали, потому она встала и пошла прочь из комнаты, решив немного потанцевать. Музыка здесь по-прежнему грохотала. Народу как будто меньше не становилось, а только больше. Джули на ватных ногах пробирается к танцполу, виляя бёдрами и высоко поднимая руки вверх, чтобы никого не задеть. Встав почти в самой середине площадки, она постаралась полностью отключиться от реальности, давая своему телу полную свободу. В свете неоновых прожекторов она представляла себя той самой Баби из любимого фильма сестры, которая в подростковые годы завесила всю свою комнату плакатами с Марией Вальверде и Марио Касасосом, мечтая встретить таково же красавчика как Ачи. Джули искренне не понимала, как Габи представляет себе отношения в реальной с таким отбитым собственником, на что та лишь говорила, что она зануда и душнила. Гонсалес представляла, что сзади ее могли бы обнимать чьи-то сильные надёжные руки, в которых можно было бы не бояться ничего. Во всех подростковых фильмах были такие сцены, и несмотря на предвзятое отношение Джули к любви, порой хотелось тоже быть любимой и желанной. Пока все одноклассницы встречались с кем-то, сбегали с уроков и делились своим сексуальным опытом, пытаясь переплюнуть в извращенности друг друга, она сидела по ночам на крыльце дома, облокотившись на стену и ждала, пока сестра вернётся домой, боясь находиться с матерью в одном доме. Их отношения всегда были натянутыми, но в ее шестнадцать стали становиться хуже некуда. Джули продолжала танцевать, не замечая, как композиции сменяются одна за другой. Ритмично двигая бедрами, прогибаясь в спине, выставляя свою грудь, обтянутую тонкой тканью платья на показ. Гонсалес впервые за долгое время хотелось обратить на себя чужое внимание, ведь только оно могло помочь вернуть ту Джули, которой она была пару часов назад. В мыслях вновь всплыл Джуд. Ей нужно было сейчас его присутствие рядом, потому что лишь карие холодные глаза, обращённые на неё, заставляли чувствовать себя в безопасности. Странно, они знакомы всего два дня, а Гонсалес уже плывёт от него, растекаясь жалкой лужой от его присутствия. Ох, что она вообще творит! Нельзя думать о будущем муже родной сестры в таком ключе! Вот только как понять не только мозгом, но и сердцем то, что с этим мужчиной им не по пути? Неизвестно. Вдруг она чувствует тот самый пристальный взгляд и обернувшись, видит стоящего у барной стойки Джуда, который приветственно ей помахал, стоило ей обернуться. Все желание танцевать и купаться в чужом внимании в миг испарилось. - Ты чего тут? Мы уже едем домой? -спрашивает она, когда подходит к нему, выжидающе поставив руки на пояс. Джуд в ответ только хмыкает, замечая показушную стойкость этой барышни. -Едешь только ты. Габи попросила отвезти тебя домой, потому что, по ее мнению, кто-то уже накидался до нужной кондиции. -говорит Бэллингхэм, наклоняясь и заглядывая ей в глаза. -И она права, выглядишь как малолетняя алкашка. -Тебе всего двадцать один год, прекрати строить из себя опытного взрослого. - сказала обиженно Джули, толкнув его в предплечье -Если хочешь быть моим таксистом, тогда вези к себе. -Ничего себе, у нас уже такой уровень в отношениях? Милочка, я без минуты женатый парень, ты опоздала. -Нет, просто мне категорически нельзя появляться сегодня у матери. Потому поехали к вам с Габи, надеюсь найдётся свободная комната в твоем особняке? -Для тебя точно. -отвечает он ей и через мгновение она возмущённо мычит, когда Джуд закидывает ее себе на плечо и несет в сторону выхода из клуба.-Ты чего творишь вообще? -Предотвращаю твои ноги от ужасного падения с лестницы. Советую не дёргаться, а то с такой высоты лететь будет еще больнее. -Больной псих...- только лишь на выдохе произносит Гонсалес, решая не бороться и не спорить с ним.