The longest fall / Самое долгое падение

Продолжение примечания от автора: Чтобы сделать опыт более полным, я сделала публичным плейлист, который слушала во время написания, чтобы вы могли услышать то, что слышала я — почувствовать то, что чувствовала я. Поставьте его на перемешивание, пусть он удивит вас. Надеюсь, он попадёт в нужные ноты. Найти его можно на спотифай: https://open.spotify.com/playlist/5mVedBuG4upEQTnxyRgyPv?si=O_x-HtSgT6azQlhluk64gg (от переводчика: стукните меня, если нельзя ссылки на фикбуке) Итак, начнём. do not go gentle into that good night. / не уходи смиренно в сумрак вечной ночи. — eight P.S. Новые главы каждый четверг и воскресенье. История полностью написана, но я редактирую по мере публикации — что, как вы понимаете, процесс небыстрый. Спасибо за ваше терпение и надеюсь, вам понравится это путешествие. 🚀 Теги от автора: интерстеллар (2014), но с большим количеством гейства; медленное развитие отношений, но время делает всё только хуже; взаимная тоска, измеряемая потерянными годами; время никого не ждёт, но любовь отказывается оставаться позади; это роман. это трагедия. это задача по физике; теория относительности делает тоску ещё невыносимее; "мы скоро увидимся", но "скоро" — понятие относительное и абсолютно разрушительное; космос безмолвен, но, к сожалению, чувства очень громкие; это история о выживании или о любви? Сюрприз: и то, и другое, и вы будете плакать *** — Ну, моя сестра была фермером. Как и все в то время, наверное. Голос спокоен. Старше. Кто-то говорит с другой стороны истории. — Конечно, она начала не с этого. Тишина. Затем... Корабль падает. Он горит. Не только корабль — она сама. Её лёгкие. Её кости. Её мозг будто сжимают в тисках. Всё идёт не так. Вай втягивает воздух и задыхается от дыма. Жара душит, её зрение мерцает чёрными пятнами, когда кабина резко кренится в сторону. — Мэйдэй, мэйдэй, это… это «Гелиос-3»… — Она хватает ртом воздух. Её руки мечутся по панели управления, пытаясь стабилизировать корабль, найти проблему, но ничего не имеет смысла. Нет одной поломки. Всё разваливается сразу. Сигнальные огни кричат на неё — отказ авионики, системы жизнеобеспечения отключены, реактивные двигатели не отвечают. Она проверяет скорость, и её желудок сжимается. Цифры не имеют смысла. Она ускоряется слишком быстро. Это невозможно. Она заставляет себя сосредоточиться. Исправь одну вещь. Это то, что вбивал в её голову инструктор в NASA. Не замирай. Исправь одну вещь. Она хватает ручку управления и борется с вращением, её мышцы напрягаются, когда перегрузки угрожают вырвать её из кресла. Она уже должна была отстыковаться от спускаемого модуля. Должна была перехватить контроль. Но она не чувствует, что корабль слушается. Система не просто медлит — она будто игнорирует её совсем. И тут она слышит это. Глубокий, пронизывающий до костей гул, вибрирующий через корпус. Вай замирает. Это не корабль. Ручки управления дёргаются в её руках. Корабль резко уходит влево без её команды. — Какого чёрта?.. Перегрузки бросают её в сторону, череп ударяется о подголовник. Зрение на секунду пропадает. Желудок сжимается. И вдруг — всё останавливается. Тряска, сигналы тревоги, рёв в ушах — всё исчезает. На один вдох остаётся только тишина. Затем... Шёпот. Едва на грани слышимости. Голос, искажённый, будто растянутый через статику. Она не может разобрать слов. Горло Вай сжимается. Затем — корабль падает. Сила вырывает воздух из её лёгких. Чёрные пятна на краях зрения поглощают всё. Она даже не успевает закричать. Вай резко проснулась, сердце колотилось в груди, и на секунду она была не в своей комнате — она падала. Ремни впивались в плечи. Запах горевшей изоляции. Огонь... Её дыхание прервалось. Она сжала простыни в кулаках, пальцы побелели от напряжения, пытаясь привязать себя к настоящему. К чему-то реальному. Ты в кровати. Ты дома. Потолок над ней был слишком низким. Воздух слишком густым от пыли и земли. Никаких сигналов тревоги. Никаких металлических стен, сжимающихся вокруг. Только тяжёлая ночь, давящая на старые деревянные стены дома. Прошла секунда, прежде чем она заметила фигуру в дверном проёме. Маленькую. Неподвижную. Наблюдающую. Живот Вай сжался — не потому, что она испугалась, а потому, что на долю секунды страх все же пробрался в неё. — Я думала, ты призрак. Голос Паудер был тихим. Не испуганным, не дразнящим, просто… констатирующим. Как будто это было совершенно логично. Вай медленно выдохнула. Провела рукой по лицу, стирая пот с виска. Господи. — Призраков не существует, Паудер. Паудер не двигалась, всё ещё наполовину скрытая дверной рамой. Просто смотрела. — Вандер в них верит. Конечно он верит. Вай резко выдохнула через нос. Паудер становилась слишком хороша в этих ночных проверках, выжидая, когда Вай сломается и расскажет то, о чём ей знать не положено. Не сегодня. — Иди спать. Паудер замешкалась. — Ты видела сон о крушении? Тело Вай напряглось. Она изо всех сил старалась, чтобы голос звучал ровно. — Я сказала, иди спать, Паудер. Строго. Бескомпромиссно. Паудер едва вздрогнула, но всё ещё держалась на месте ещё секунду — изучая лицо Вай, будто могла найти там настоящий ответ. Затем она развернулась и вышла в коридор. На её губах всё ещё была та маленькая улыбка. Та, что появлялась, когда она что-то выигрывала. Та, что она унаследовала от Вандера. Затем она исчезла. Вай выдохнула воздух, который даже не осознавала, что задерживала. Её руки всё ещё дрожали. Она разжала пальцы, вытерла ладони о пижамные штаны, спустила ноги с кровати. Ей нужно было дышать. Она встала, суставы скрипели, плечи всё ещё напряжены, будто она ждала удара. Её шаги по деревянному полу были бесшумны, когда она пересекла комнату, упёрлась руками в старый подоконник и выглянула наружу. Бесконечные поля. Фиолетовый свет растекался по горизонту, смешиваясь с растянутыми облаками и слабыми очертаниями далёкой бури. Солнце ещё не взошло, но оно приближалось. Небо было того оттенка синего, который длится лишь несколько минут перед рассветом — насыщенного и глубокого, раскинувшегося над единственным, что ещё могло здесь расти. Кукуруза. Кукуруза куда не глянь. Это всё, что осталось теперь. Это всё, что выжило. Вай медленно выдохнула. Сон цеплялся за неё. Запах огня, ощущение, будто её тело разрывают изнутри. То, как корабль сопротивлялся ей, гул, который проникал под кожу. Шёпот, который не исходил из её радио. Она стиснула зубы, заставляя себя ослабить хватку на подоконнике. Всё кончено. Эта миссия завершена. И всё же. Там, между увядающими стеблями и сломанными заборами, ветер шевелил кукурузу, будто что-то шло сквозь неё. Вай не верила в призраков. Но она всё равно смотрела. На всякий случай.

***

— Это была пыль. Женский голос, далёкий и уставший. — Просто… постоянные её порывы. Оседала в волосах, под ногтями, во рту, если не быть осторожным. Нам приходилось носить повязки на нос и рот, чтобы не вдыхать её слишком много. Голос затихает. Его сменяет другой — глубже, медленнее, словно человек взвешивает каждое слово перед тем, как произнести его. — Нас учили ставить посуду вверх дном. Кружки, тарелки, всё. Иначе пыль попадала внутрь. Пауза, затем сухой смешок. — Так себе завтрак, если в кофе полно грязи. Утреннее солнце пробивалось через кухонное окно, резко освещая деревянный стол, столешницы, пыль, висящую в воздухе. Вай двигалась, ещё не до конца проснувшись, с блинчиком, зажатым в зубах, одним ботинком наполовину надетым, вторым — где-то потерянным. — Паудер! Шевелись, или опоздаешь! Голос Вандера громыхал из коридора. Сверху раздался грохот чего-то падающего, за которым последовал приглушённый возглас протеста Паудер. Вай усмехнулась, вытащила второй ботинок из-под стола и натянула его на ногу. Напротив неё Майло сидел, сгорбившись над тарелкой, лениво ковыряя вилкой в яичнице. — Всё ещё в четыре? Вай пробормотала с блинчиком во рту, голосом приглушенным от еды. Майло едва поднял глаза. — Чего? — Четыре часа. Амбар. Устойчивость к гербицидам 101. Майло драматично вздохнул, откинувшись на стуле. — О, радость какая. Мой любимый предмет. — Эй, ты хочешь управлять этим местом, когда меня не будет, или нет? — Да, да. «Слушаюсь, мэм». Майло ухмыльнулся. Полный говнюк, но хотя бы он был предан своей роли. Задняя дверь распахнулась, и Паудер вбежала внутрь, уже с грязью на рукавах. Она бережно держала что-то в руках, что-то маленькое, пластиковое и сломанное. Вай не пришлось смотреть дважды. — О, чёрт. Паудер осторожно поставила это в центр стола. Крошечная фигурка с лунной посадки «Аполлона», с одной ногой, отломленной начисто. Вандер едва взглянул на неё из-за своей тарелки. — Эй, нет-нет. Никаких игрушек за столом, Паудер. Паудер фыркнула, но не убрала её. Вместо этого она повернулась к Вай. — Ты можешь починить её? Вай вздохнула, взяла маленький лунный модуль и повертела его в руках. — Пау, что, чёрт возьми, ты сделала с моим модулем? — Это была не я. — Ага, конечно, вещи сами с полок теперь падают? Майло фыркнул. — Дай угадаю. Твой призрак? Паудер бросила на него сердитый взгляд. — Он сбросил его с моей полки. И книги тоже постоянно сбрасывает. Вай закатила глаза, вертя сломанную ногу модуля между пальцами. — Призраков не существует, глупышка. — Эй. Голос Вандера был спокойным, но твёрдым. Майло опустил голову, пробормотав неохотное: — Прости. Паудер, не сдаваясь, выпрямилась. — Я посмотрела. Это называется полтергейст. Вай скривилась. — Пау, ну хватит. Паудер повернулась к Вандеру в ожидании. — Вандер, скажи ей. Вай пожала плечами. — Ну, это не очень научно, Паудер. Паудер не отступала. — Ты сама говорила, что наука — это признание того, чего мы не знаем. Улыбка Вай дрогнула. Чёрт. Вандер усмехнулся, потирая бороду. — Она тебя подловила. Вай резко выдохнула через нос, покачала головой и вставила сломанную часть модуля на место. — Эй, береги наши вещи. Она протянула фигурку обратно, теперь целую. Словно закрывая тему. Паудер взяла её, но выглядела неудовлетворённой. Вай отодвинула стул, собираясь уйти, но... — Вай. Голос Вандера. Низкий. Тон, который означал: «Давай, малыш. Ты же знаешь, как надо». Вай закатила глаза, но снова села на стул, скрестив руки. Она бросила взгляд на Паудер — резкий, оценивающий. У ребёнка было то выражение лица, которое всегда появлялось, когда она слишком много думала, перебирая всё в своей голове. Вай выдохнула через нос. Чёрт возьми. — Ладно, Пау. Хочешь поговорить о науке? Паудер оживилась. — Тогда не просто говори, что боишься каких-то призраков, — продолжила Вай, постукивая пальцами по столу. — Нет, ты должна идти дальше. Записывай факты, анализируй, ищи причины и объяснения. Потом представляй свои выводы. Договорились? Паудер загорелась. — Договорились. Она поднялась со стула и направилась к двери. Паудер улыбнулась, глядя на починенный модуль в руках. Вай надела куртку, поправив потёртые рукава, пока накидывала её на плечи. Ткань была старой, смягчённой годами работы, но всё ещё сохраняла слабый запах дыма от последнего костра, который они разводили. Она завязала выцветшую красную бандану на шее — всегда готовая к буре, в любое время, в любой день. Кофе в её кружке уже остывал, но она всё равно сделала медленный глоток, глядя в окно. Небо было цвета синяков, с фиолетовыми и золотыми краями. Такое утро, которое кажется спокойным, если не знать, что за ним скрывается. Она поставила кружку на столешницу с глухим стуком, разминая плечи. — Хорошего дня в школе. Паудер застонала за столом, ковыряя вилкой в остатках яичницы. Майло даже не поднял головы, всё ещё сгорбившись над рукой. Вай повернулась к двери, взяла ключи с крючка... — Подожди. Голос Вандера, как всегда, спокойный. Вай замерла на полсекунды, губы сжались в тонкую линию, прежде чем она обернулась. Вандер облокотился на стойку, с кружкой в руке, глядя на неё тем взглядом — тем, что означал: «Мне нужна услуга, и я знаю, что ты не хочешь это слышать». — Отведи их на родительские собрания сегодня. Вай моргнула. — Что? — Мне нужно рано начать с урожаем, — продолжил Вандер, размахивая свободной рукой. — Полдня уйдёт на прочистку ирригационных линий. Решил, что ты подхватишь. Вай тяжело выдохнула, запрокинув голову к потолку. — Ты меня убиваешь, старик. — Ты выживешь, — спокойно сказал Вандер, делая глоток кофе. — Ты просто ищешь отговорки, чтобы не слушать, как учителя рассказывают, какие они невыносимые. — Ага, — легко согласился Вандер. Майло фыркнул. — Эй. Вай закатила глаза, кивнув в сторону двери. — Пошли, придурки, садитесь в машину. Солнце едва взошло, а воздух уже нёс тот сухой, электрический привкус, который означал, что позже будет буря. Вай вышла на крыльцо, её сапоги поднимали пыль, пока она спускалась по ступенькам. Не успела она пройти и трёх шагов, как раздался гудок грузовика. Она остановилась, вздохнула и обернулась, увидев Паудер, которая ухмылялась за рулём, обе руки драматично прижаты к клаксону. Вай запрокинула голову, пробормотав в небо: — Да, да, я слышу тебя. Вандер подошёл сзади, покачивая головой. Вай заметила, как он разминает плечи, как потирает колено, прежде чем поймал её взгляд и остановился. Она указала на горизонт. — Это не пыльная буря. Вандер последовал за её взглядом. Вдалеке поднимался столб дыма, густой и чёрный на фоне неба. Его лицо напряглось. — Купер сжигает весь свой урожай. Желудок Вай сжался. — Фитофтора? Вандер кивнул, уперев руки в бока. — Говорят, это последний урожай бамии. Пауза. Ветер изменил направление, принеся слабый запах горящей земли. — Совсем. Челюсть Вай напряглась. Она облокотилась на капот грузовика, скрестив руки, наблюдая, как дым поднимается всё выше. — Ему стоило посадить кукурузу, как все мы. Это прозвучало сухо, слишком резко. Вандер медленно выдохнул. — Не вся почва подходит для кукурузы, малыш. Вай не ответила. Вандер изучал её секунду, затем усмехнулся, потянувшись к двери её грузовика. — Ты будешь сидеть тут и драматизировать весь день, или всё-таки отвезёшь этих двоих в школу? Вай фыркнула. — Твой возраст даёт о себе знать, знаешь? Вандер облокотился на дверь, подняв бровь. — Да? Ну, а ты становишься злее. Вай рассмеялась, покачав головой. — Рыбак рыбака видит издалека, старик. Она захлопнула дверь и рванула по грунтовой дороге. Пыль поднялась за ними густым облаком, скрыв фигуру Вандера, который повернулся к дому. Последнее, что Вай увидела, прежде чем ферма исчезла в дымке — Дым. Всё ещё поднимающийся. Всё ещё горящий. Ещё один знак того, что всё заканчивается.

***

— Ладно, Пау, дай мне секунду. Паудер сидела посередине грузовика, колени согнуты вокруг рычага переключения передач, руки крепко сжимали его с сосредоточенной решимостью. Вай вела одной рукой, держа кружку кофе в другой, легко управляя, даже несмотря на тряску грунтовой дороги. Паудер плавно переключила передачу, и Вай удовлетворённо кивнула. — Угу. Паудер ухмыльнулась, её уверенность росла. Она крепче сжала рычаг. — Третья. Шестерни скрежетали друг о друга, металл скрипел. — Найди передачу, бестолочь, — подколол Майло с пассажирского сиденья. Вай только ухмыльнулась. — Перемолоти его. — Заткнись, Майло! — Паудер огрызнулась, раздражение вспыхнуло. И тут — хлоп. Грузовик дёрнулся. Вай услышала резкий звук выходящего воздуха, даже не глядя в боковое зеркало. Одна из задних шин была пробита, спускаясь на глазах. — Что ты сделала, Пау? — язвительно спросил Майло. Вай щёлкнула его по плечу, не глядя. — Хм, она ничего не сделала. Просто шину пробило. Её голос был ровным, спокойным — давая понять, что это не проблема, а просто то, что случилось. Майло не слушал. — Джинкс. Это прозвучало мимоходом, будто он даже не задумался. Но Паудер рядом с ней напряглась. — Заткнись, — пробормотала Паудер, чуть резче, чем раньше. Вай поставила грузовик на ручник и открыла дверь. — Бери запасное колесо, Майло. Майло вздохнул, будто она попросила его тащить целый трактор, и вышел, направляясь к задней части грузовика. — Это и есть запасное. Вай остановилась, наполовину обойдя грузовик, один сапог уткнулся в землю. На секунду она просто смотрела на него. Затем вздохнула, упёрла руки в бока и запрокинула голову к небу. — Бери набор для ремонта. — Как, чёрт возьми, мы будем чинить его здесь? — развёл руками Майло. Вай усмехнулась, шагнув вперёд и постучав двумя пальцами по его виску. — Ты разберёшься. Он застонал. Однако Вай больше не смотрела на него. Её взгляд переключился на Паудер, всё ещё стоящую у грузовика, обхватившую себя руками и упорно смотрящую в землю. Она узнала этот взгляд. Знакомый слишком хорошо. Поэтому она прислонилась к грузовику рядом с ней, скрестила руки и сказала мягче: — Что случилось, Пау? Паудер пнула камень. — Ненавижу, когда он меня так называет. Вай не стала спрашивать, что она имела в виду. Она уже знала. — Ненавижу чувствовать себя проклятием. Вай наклонила голову к ней, изучая её лицо — нахмуренные брови, то, как она кусала внутреннюю сторону щеки, будто пытаясь остановить слова. Вай посмотрела на поля. Вдохнула. — Джинкс — это не проклятие, — сказала она тихо и ровно. — Это просто вселенная напоминает тебе, что ничто никогда не было гарантировано с самого начала. Паудер нахмурилась. Вай пожала плечами. — Некоторым это не нравится. Но я думаю, это делает жизнь интереснее. Паудер не ответила сразу. Но напряжение в её плечах немного ослабло. Вай посчитала это победой. Затем... Она услышала это раньше, чем увидела. Низкий гул, едва заметный над ветром, гуляющим по кукурузе. Но Вай знала этот звук. Её голова резко поднялась. Что-то было над ними. Быстрое. Она едва успела притянуть Паудер ближе, инстинктивно прикрывая её, прежде чем... Дрон пронёсся по небу над ними. Не их. Не местный. Его здесь не должно было быть. — Садитесь. Голос Вай был резким, твёрдым. Паудер моргнула. Майло всё ещё стоял у кузова грузовика, вытянув шею, чтобы наблюдать, как он исчезает за деревьями. Вай обошла грузовик за три быстрых шага, сильно хлопнув Майло по руке. — Садись, давай, поехали. — Что... — Садись! Как только дверь захлопнулась, Вай повернула ключ в замке зажигания. Грузовик рычал, оживая. — А как насчёт спущенного колеса?! — закричал Майло, указывая на него. Грузовик работал на холостом ходу, двигатель урчал. Руки Вай крепко сжимали руль. Наступила долгая пауза. Момент тишины, когда мир затаил дыхание. Затем... Она включила передачу. Пыль поднялась за ними облаком, скрывая дорогу за их спиной. Они преследовали его. Грузовик мчался по грунтовой дороге, поднимая за собой бурю пыли и гравия. Вай наклонилась к рулю, глаза прикованы к дрону над головой, а на её лице расплывалась довольная ухмылка. — Да. Дрон резко повернул вправо — резкий, внезапный манёвр. Вай не колебалась. Она крутанула руль, резко развернув грузовик, прорываясь прямо через кукурузное поле без раздумий. Стебли ломались и разлетались вокруг них, пыль клубилась за их спиной. — Вай! — закричал Майло, хватаясь за ручку над окном. — Это дрон индийских ВВС, — кричала Вай поверх рёва двигателя, глаза горели, голос звенел от возбуждения. — Его солнечные батареи могли бы питать целую ферму! Она едва закончила предложение, как развернулась к заднему сиденью. — Бери руль, Майло. — Что?! Не успел он возразить, как Вай сунула руль ему, перегнувшись через сиденье в заднюю часть. — Давай, давай, давай! — рявкнула она, наполовину себе, наполовину ему. Майло едва успел схватить руль, слегка уведя их влево, прежде чем выровнял. Вай схватила свой промышленный ноутбук и глушитель, бросив его себе на колени, а затем сунула устройство в форме пистолета в руки Паудер. — Держи его направленным прямо на него. Пальцы Паудер инстинктивно сжались вокруг устройства, глаза загорелись интересом. Вай опустилась на среднее сиденье, ноутбук балансировал на её коленях, её пальцы уже стучали по клавишам, пока грузовик трясло на ухабах среди посевов. — Быстрее, Майло, — сказала она, не отрывая глаз от экрана. — Я теряю его. — О, конечно, дай мне просто нарушить законы физики, Вай, — огрызнулся Майло, но его нога всё же сильнее нажала на газ. Вай не подняла головы. — Прямо на него, Пау, — пробормотала она, поправляя глушитель в руках Паудер. Паудер кивнула, теперь улыбаясь. Сигнал мелькнул на экране Вай — слабый, мерцающий. Почти пойман. — Держи его, — пробормотала Вай, полностью погружённая в работу. Грузовик нёсся через посевы, кукуруза мелькала за окнами золотистыми, освещёнными солнцем пятнами. — Вот так. Вот так. Пальцы Вай летали по клавиатуре. Сигнал дрона вспыхнул, затем зафиксировался. — Ого! Майло резко дёрнул руль вправо, как раз вовремя, чтобы избежать ярко-красного трактора, припаркованного посреди поля. Вай едва отреагировала, всё ещё сосредоточена. — Очень хорошо, Майло, — сказала она, не поднимая головы. Майло фыркнул, но не стал спорить. Его руки теперь белели на руле. Они прорвались через забор, деревянные столбы ломались, когда грузовик ворвался в открытое поле. Дрон всё ещё был над ними, летя ниже. Прямо перед ними. — Я почти поймала его, — сказала Вай, экран отражался в её глазах. — Не останавливайся. Не останавливайся. Но глаза Майло были прикованы к чему-то, чего Вай не видела. К обрыву. Поле просто обрывалось. Резкий, внезапный спуск к воде внизу. — Вай… — начал Майло, в его голосе прокралась паника. — Не останавливайся. — Вай! — Майло! В последний момент Майло ударил по тормозам. Грузовик заскользил вперёд, шины визжали по сухой земле, подъезжая к самому краю. Ещё несколько футов — и они бы упали вниз. Долгая тишина. Вай выдохнула, наконец оторвав взгляд от экрана. Майло коротко, с недоверием рассмеялся, руки всё ещё сжимали руль. — Ну что ж, — сказал он сухо, — думаю, это отвечает на старый вопрос «если бы я попросила тебя съехать с обрыва». Вай рассмеялась, запыхавшись, и толкнула его в плечо. — Придурок. Она открыла дверь и вышла. Ветер бил по её куртке, сдувая пыль с края обрыва. Паудер сидела неподвижно, задумчиво глядя в небо. — Мы потеряли его, — пробормотала она. Вай не ответила сразу. Вместо этого она наклонила ноутбук вперёд, пальцы скользили по тачпаду. Дрон, когда-то далёкий и недосягаемый, вдруг развернулся влево и пошёл обратно. Прямо перед ними. Глаза Паудер расширились. Вай усмехнулась. — Нет, не потеряли. Она опустила ноутбук, протянув его Паудер. — Хочешь попробовать? Паудер моргнула. Затем улыбнулась. Вай присела рядом с ней, положив руки на её, направляя её пальцы по тачпаду. Дрон наклонился и повернул, реагируя на её прикосновения. — Давай посадим его прямо там, у края водохранилища, — тихо сказала Вай, спокойно, будто показывала Паудер, как доставать звёзды с неба. И на мгновение мир состоял только из них, ветра и машины, движущейся под их руками. Дрон мягко приземлился на противоположном холме, его посадка была контролируемой, точной, будто он ждал этого момента. Вай на секунду замерла, наблюдая, как он останавливается. — Отлично сработано. Её голос был лёгким, полным чего-то, что заставило и Паудер, и Майло невольно улыбнуться. На этот раз Паудер не спорила. Не сопротивлялась. Она просто сияла, и Вай почувствовала это, как тепло солнца, которого она давно не видела. Они позволили моменту осесть, буквально на полвдоха — затем Вай включила передачу. — Ладно, поехали забирать нашу новую игрушку. Грузовик заурчал, шины поднимали пыль, пока они объезжали край водохранилища, следуя изгибу земли. Вода была спокойной, тёмной, слишком неподвижной, будто её не тревожили годами. К тому времени, как они подъехали к дрону, Вай уже снова переключилась в режим решения проблем. Она схватила свой набор инструментов из кузова грузовика, перекинула его через плечо и выпрыгнула. — Как думаешь, сколько он там был? — спросил Майло, следуя за ней. Он перекинул болторез через плечо, сапоги хрустели по гравию. Вай провела рукой по гладкому, покрытому пылью корпусу дрона, пальцы скользили по потускневшим опознавательным знакам. — Миссия Дели прекратила работу, — сказала она рассеянно, уже рассчитывая. — Как и наша. Десять лет назад. — Вау, — Майло тихо свистнул, поправляя хватку инструментов. — То есть в течение десяти лет? Вай не ответила сразу. Она провела пальцем по вмятине на корпусе дрона, её взгляд сузился. — Почему он так низко спустился? — продолжил Майло, бросая гаечный ключ в ящик с инструментами с глухим стуком. Вай выдохнула, разминая плечи. — Не знаю. Она взглянула на открытое небо, всё ещё окрашенное утренним фиолетовым оттенком. Воздух был сухим, ветер едва шевелился. — Может, солнце перегрело его мозги. Или, подумала она, может, он искал что-то. Паудер пошевелилась рядом. — Например? Вай не ответила сразу. Вместо этого она протянула руку. — Дай мне большую плоскую отвёртку. Майло порылся в ящике с инструментами и бросил отвёртку ей в ладонь. Вай поправила хватку, опустившись на колени рядом с панелью управления дрона. — Может, какой-то сигнал? — наконец ответила она на вопрос Паудер. Первый заржавевший болт со скрипом поддался. Затем второй. Панель со скрипом открылась, обнажив провода, схемы и аккумулятор, который всё ещё слабо гудёл, сохраняя заряд. Паудер наклонилась ближе, её глаза блеснули чем-то вроде сочувствия. — Что ты собираешься с ним делать? — тихо спросила она. Вай выдохнула через нос, ухватившись за тяжёлый аккумулятор и приготовившись, прежде чем резко дёрнуть. Модуль выскользнул, и она поморщилась от веса, мышцы напряглись под курткой. — Я собираюсь определить на какую-нибудь социально-ответственную работу. Она полностью вытащила его, вставая с удовлетворением, пыль оседала на её перчатках. — Например, управлять комбайном. Паудер нахмурилась, скрестив руки. — Мы не можем просто отпустить его? — спросила она, теперь тише. — Он никому не вредил. Вай замерла. Она взглянула на покрытый пылью корпус, на дрон, который провёл десятилетие в одиночестве в небе, вращаясь без тех, кому нужно было отвечать. Её губы дрогнули — не совсем улыбка. — Этой штуке нужно научиться адаптироваться, Пау. Вай посмотрела на неё, глаза тёплые, но решительные. — Как и всем нам. Паудер прикусила губу, но на этот раз не стала спорить.

***

Грузовик заурчал, въезжая на школьную парковку, подпрыгнув на выбоине, прежде чем остановиться. В кузове была сложена разобранная часть дрона, металл сверкал в лучах позднего утреннего солнца. Вай постучала пальцами по рулю, слегка наклонив голову. — Так как поступим? — спросила она, поставив машину на ручной тормоз. — Вы, ребята, идёте со мной, или…? — У меня уроки, — сразу сказал Майло, уже собирая свои вещи. Вай фыркнула. — С каких пор ты заботишься об уроках? — С тех пор, как не хочу сидеть на собрании о том, как мне «не хватает академического энтузиазма», — парировал Майло, открывая дверь. Прежде чем выпрыгнуть, он дважды похлопал Паудер по колену, слишком самодовольно. — А вот ей? Нужно остаться. Паудер бросила на него убийственный взгляд. Брови Вай приподнялись, ей было забавно. — Что ты натворила? Её тон был лёгким, непринуждённым — она никогда не давила на Паудер. Никогда не вела себя как старшая сестра, которая ругает. Вместо этого она спросила, искренне заинтересованная. Паудер перевернула страницу в своей тетради, что-то быстро записывая, не поднимая головы. — Они тебе всё расскажут, когда ты зайдёшь туда. Вай взглянула на страницу, заметив быстрые, чёткие отметки. Точки и тире. Азбука Морзе. Интересно. — Ну, — Вай слегка откинулась назад, глядя на неё, — я буду злиться? Паудер замешкалась на достаточно долгое время, чтобы Вай это заметила. Затем, не поднимая головы, она пробормотала: — Не на меня. Вай тихо фыркнула, покачав головой. Паудер тяжело вздохнула, закрывая тетрадь. — Просто постарайся не… Она неопределённо махнула рукой, подбирая нужные слова. Вай ухмыльнулась. — Не увлекаться? Паудер посмотрела на неё без эмоций. — Да. Назовём это так. Вай взяла свою кружку с кофе, поставила её на торпеду, затем потянулась к ручке двери. — Эй, — сказала она тише. — Расслабься. Паудер не выглядела убеждённой. Вай усмехнулась. — Я справлюсь. Она вышла, её сапоги гулко ударились о асфальт. Паудер наблюдала, как она уходит, пальцы машинально выстукивали ритм на обложке тетради.

***

Вай постучала костяшками пальцев по двери кабинета, прежде чем открыть её, заходя внутрь, не дожидаясь ответа. Комната пахла старыми книгами, кофе и лёгким запахом застоявшегося кондиционированного воздуха, который не работал должным образом уже годы. За массивным деревянным столом сидел директор Уэллс, усталый мужчина с лицом, навсегда застывшим в недовольстве. Рядом с ним — женщина, вероятно учительница Паудер, если бы Вай нужно было угадывать. Оба выглядели мрачно. И осуждающе. Вай уже знала, что ей придётся прикусить язык. — Немного опоздали, Вай. Голос директора Уэллса был ровным, без эмоций. Он указал на часы на стене, будто Вай было дело. Вай просто лениво пожала плечами, бросив свои перчатки на стол, пока садилась в кресло. — Да, ну, у нас спустило колесо. Директор Уэллс не выглядел заинтересованным. Вместо этого он взглянул в окно, выглядывая наружу. Его бровь приподнялась. — И, видимо, вам пришлось заехать в магазин азиатских истребителей. Вай последовала за его взглядом к грузовику, где в кузове лежали остатки дрона. Она ухмыльнулась. — Вообще-то нет, сэр. Она откинулась назад, вытянув ноги и скрестив сапоги в лодыжках. — Это разведывательный дрон. Она подняла палец в сторону окна, указывая на него деловито. — С отличными солнечными батареями. Пауза. — Он индийский. Всё ещё ухмыляясь. Всё ещё без капли извинений. Директор Уэллс тяжело вздохнул, потирая висок. Вай узнала этот взгляд. Тот же самый, что был у Вандера каждый раз, когда он понимал, что проигрывает спор. — Садитесь, — сказал он, будто она уже не сидела. Рядом с ним учительница Паудер неловко поёрзала, будто хотела оказаться где угодно, только не здесь. Вай просто наклонила голову, выдохнув через нос. — Так, эм… мы получили результаты Майло. Директор Уэллс протянул ей один лист бумаги через стол. Вай взяла его, быстро пробежав глазами. Вся будущая жизнь 15-летнего, сведённая к одному числу. — Он станет отличным фермером. Вай медленно кивнула, переворачивая бумагу в руках. — Да, у него талант к этому. Она подняла взгляд, её выражение лица изменилось. — А как насчёт колледжа? Директор Уэллс едва замешкался. — Ну, университет принимает лишь малую часть, — сказал он, уже готовясь к её реакции. — У них просто нет ресурсов, чтобы… — Я всё ещё плачу налоги, — перебила Вай, наклонившись вперёд. Её тон не был повышен, но в нём появилась острота. — Куда идут эти деньги? Армий больше нет. Мужчина вздохнул, сложив руки на столе. — Ну, они не идут в университет. Вай почувствовала, как сжимается её челюсть. — Послушайте, Вай, вам нужно быть реалистичной… Она наклонилась ещё ближе, положив руки на стол. — Вы уже списываете моего брата со счетов? — Она покачала головой, пытаясь подавить жар, поднимающийся в груди. — Ему всего пятнадцать. — Оценка Майло просто недостаточно высока. Вай смотрела на него, её выражение лица было нечитаемым. Затем, медленно, она наклонила голову. — Какой у вас размер талии? Около 32? Может, 33 по длине? Директор Уэллс моргнул. — Не уверен, что понимаю, к чему вы клоните. Вай откинулась на стуле, сложив пальцы. — Вы говорите мне, что нужно два числа, чтобы измерить вашу задницу, — сказала она плавно, голос спокойный, как всегда, — но только одно, чтобы измерить будущее моего брата? Директор Уэллс резко выдохнул, взглянув на учительницу Паудер, будто ему нужна была поддержка. Она не проронила ни слова. — Ну же, Вай. Вы образованная женщина. Обученный пилот. — И инженер. — Верно. — Он откинулся назад, размахивая рукой. — Но сейчас нам не нужно больше инженеров. Ногти Вай впились в ладонь. — Мы не исчерпали телевизоры и самолёты, — продолжил Уэллс, голос усталый. — Мы исчерпали еду. Вай фыркнула. — Необразованные фермеры. — Мы поколение хранителей, Вай. Слова повисли в воздухе. Директор Уэллс снова наклонился вперёд с решительным взглядом. — Всё становится лучше. Может, ваши внуки станут инженерами. Вай смотрела на него. Её костяшки побелели, упираясь в стол. Она медленно вдохнула, заставляя себя разжать кулаки. — Мы закончили, сэр? Её голос теперь был холодным. Отрывистым. Она больше не смотрела на него. Она смотрела на дверь. На выход. Директор Уэллс снова вздохнул, долго и медленно. — Нет. Вай наконец повернулась обратно, бровь приподнята. — Мисс Андерсон здесь, чтобы поговорить о Паудер. Пауза. Челюсть Вай дёрнулась. — Паудер — отличный ребёнок. Руки Вай едва успели оторваться от стола, как мисс Андерсон, учительница Паудер, уже начала свою речь. — Она очень умная. Но в последнее время у неё небольшие проблемы. Пальцы Вай дёрнулись. Ей уже не нравилось, куда это идёт. Учительница достала из сумки потрёпанный учебник в твёрдом переплёте и положила его между ними. — Она принесла это, чтобы показать другим ученикам раздел о лунных посадках. Вай нахмурилась, затем наклонила голову, мгновенно узнав его. Небольшая улыбка тронула её губы. — Да, это один из моих старых учебников. Она взяла его, проводя пальцами по потрёпанному корешку. — Ей всегда нравились картинки. Мисс Андерсон не улыбнулась в ответ. — Это старый федеральный учебник. Мы заменили их исправленными версиями. Вай замерла. Она перевернула книгу в руках, пальцы слегка сжали края. — Исправленными? Директор Уэллс вздохнул, потирая переносицу, будто теперь он хотел оказаться где угодно, только не здесь. Мисс Андерсон, однако, говорила ровно, будто зачитывала что-то, заученное давным-давно. — Объясняем, как миссии «Аполлон» были подделаны, чтобы обанкротить Советский Союз. Мозг Вай остановился. Она моргнула, рот полуоткрыт в безмолвном недоверии, затем снова закрыла его. Её пальцы разжали книгу. Она положила её, медленно, осторожно, прежде чем поднять на них взгляд полный настоящего шока. — Вы не верите, что мы были на Луне? Учительница поёрзала на стуле, застигнутая врасплох. — Я верю, что это была блестящая пропаганда, — сказала она тем же ровным тоном, будто это был простой факт. — Что Советы обанкротили себя, вкладывая ресурсы в ракеты и другие бесполезные машины. Вай резко повернула голову к ней. — Бесполезные машины. Это не было вопросом. Это даже не было эхом. Просто тихое, острое заявление, пропитанное недоверием. Мисс Андерсон выдержала её взгляд, не моргнув. — И если мы не хотим повторения излишеств и расточительства 20-го века, то нам нужно учить наших детей этой планете, а не сказкам о её покидании. Тишина. Вай медленно кивнула. Её челюсть напряглась. Её глаза скользнули к директору Уэллсу, затем снова к книге. Она резко выдохнула через нос, пальцы постукивали по краю стола. — Знаете, — сказала она тихо, ровно, спокойно, но в этом спокойствии не было ничего спокойного. — Одну из тех бесполезных машин, которые они делали, называли МРТ. Она наклонилась вперёд, локти на столе, руки сложены свободно. — И если бы у нас остались такие, врачи смогли бы найти кисту в мозгу моей матери. Мисс Андерсон не шевельнулась. Голос Вай оставался ровным, спокойным, но за каждым словом был вес. — До того, как она умерла, а не после. В комнате было не просто тихо. Была гробовая тишина. Вай постучала пальцами по столу, один раз. — И она бы сидела здесь, слушая это, вместо меня. Пауза. Вай слегка наклонила голову. — Что было бы хорошо. Ещё пауза. — Потому что она всегда была спокойнее. Директор Уэллс медленно выдохнул. — Мне жаль слышать о вашей матери, мисс Грейвз. Его голос был искренним. Мисс Андерсон даже слегка кивнула, часть напряжённости в её позе ушла. Но Вай едва обратила на это внимание. Потому что она уже знала, что будет дальше. — Но Паудер подралась с несколькими одноклассниками из-за этой ерунды про «Аполлон». Пальцы Вай перестали постукивать. — Поэтому мы подумали, что лучше пригласить вас и обсудить, какие у вас могут быть идеи по поводу её поведения дома. Мисс Андерсон аккуратно сложила руки перед собой. Закончила. Будто это было какое-то переговоры. Будто Вай должна была согласиться с решением. Вай откинулась назад. Провела языком по зубам. Медленно выдохнула. — Ладно. Она кивнула, голос тихий. — Да, знаете что? Эм… Она замолчала, слегка наклонив голову, глаза скользнули к потолку, будто она что-то обдумывала. — Завтра вечером игра. Директор Уэллс посмотрел на неё так, будто знал, к чему она клонит, и ему это уже не нравилось. Вай продолжила, легко и непринуждённо. — Она сейчас немного увлечена бейсболом. Её любимая команда играет. Она слегка кивнула, будто решила что-то на ходу. — И там будут конфеты. И газировка. Она посмотрела на мисс Андерсон, слегка прищурившись, будто только что придумала гениальную идею. Она указала пальцем. — Думаю, я свожу её туда. Лицо учительницы едва скрывало её недоверие. Директор Уэллс просто откинулся назад, глядя на потолок, будто умоляя Бога о терпении. Вай улыбнулась.

***

Вай распахнула школьные двери, выйдя на позднее утреннее солнце с медленным, ленивым свистом. Она не спеша пересекла парковку, машинально перелистывая старый учебник в руках, потрёпанные страницы гнулись под её пальцами. Паудер уже сидела в грузовике, тетрадь лежала на коленях, карандаш ритмично постукивал по странице. Как только она заметила выражение лица Вай, она нахмурилась. — Как всё прошло? Вай открыла дверь и залезла внутрь. Она бросила учебник на торпеду, взяла свою кружку с кофе, оттуда, куда ее поставила, и сделала медленный глоток, прежде чем ответить. — Я добилась твоего отстранения. Паудер уставилась на неё. Её карандаш замер на полпути. — Что? Это был не просто шок. Это была злость, замешательство и разочарование, слитые воедино. Вай просто пожала плечами, поставив кружку обратно. Прежде чем Паудер успела начать, рация ожила. Помехи. Затем... — Вай. Голос Вандера, грубый и слегка искажённый через сигнал. Вай подняла палец, молча указывая Паудер подождать, прежде чем взяла приёмник. — Это Вай, слушаю. Пауза. Ещё помехи. — Вай, те комбайны, которые ты переделала, слетели с катушек. Вай закатила глаза. — Эм, просто перезагрузи контроллеры. Она отпустила кнопку, откинувшись на подголовник. — Да, я это сделал. Что-то в голосе Вандера заставило Вай замереть. Он был не просто раздражён. Он был удивлён. — Тебе стоит приехать и взглянуть. Рука Вай замерла над приёмником на полсекунды. Затем она взглянула на Паудер, которая всё ещё смотрела на неё с недовольством, скрестив руки. Вай вдохнула через нос. — Ну, думаю, ты поедешь со мной, — пробормотала она, включая передачу. Паудер фыркнула. Но Вай заметила, как её пальцы слегка сжали тетрадь. Отстранили её или нет, Паудер уже думала о чём-то другом.

***

Грузовик заурчал, поднимаясь по грунтовой дороге, пыль клубилась за ними длинными, извивающимися облаками. Руки Вай слегка сжали руль, когда она увидела картину впереди — огромные автоматизированные комбайны и тракторы, сворачивающие с полей, все движутся в одном направлении. К дому. Паудер выпрямилась, брови сдвинулись, пока она наблюдала, как машины катятся мимо, их длинные тени растягиваются над высохшими посевами. — Это странно. — Ага. Вай замедлила грузовик, остановившись на подъездной дорожке, двигатель работал на холостом ходу, машины всё ещё подползали ближе, будто их притягивало что-то невидимое. Она отстегнула ремень и выпрыгнула, сапоги ударились о землю. Вандер уже стоял на крыльце, скрестив руки, наблюдая, как ещё один огромный красный трактор медленно приближается, колёса тянутся по рыхлой земле. — Один за другим они сворачивают с полей и направляются сюда. Вай поднялась по боковой лестнице комбайна, запрыгнув в кабину. Панель управления слабо мерцала, но координаты были бессмысленными. Вандер продолжил, руки всё ещё скрещены, в его голосе была нотка чего-то, что Вай редко слышала от него — неуверенности. — Что-то мешает компасу. Брови Вай нахмурились, пока она нажимала несколько кнопок, пытаясь переопределить дрейф. Никакой реакции. — Магнетизм или что-то вроде того, — пробормотал Вандер. Вай замерла, взглянув на небо. Ничего, кроме синевы. Но что-то в этом ощущалось… неправильным. Она спрыгнула вниз, приземлившись рядом с Вандером. Без слов она развернулась и направилась к дому. Паудер замешкалась, затем бросилась за ней. Внутри дом был тихим, если не считать редких стонов ветра в старых деревянных балках. Глаза Вай скользнули по кухне, когда она вошла, почти ожидая, что что-то выскочит на неё. Чувство в груди — это ползучее ощущение, что что-то не так — не исчезло. Затем... Резкий стук. Прямо над ними. Голова Вай резко поднялась, глаза устремились к потолку. Прямо над кухней. Паудер последовала за её взглядом, но не проронила ни слова. Вай выдохнула через нос, затем направилась к лестнице. Паудер последовала за ней. Второй этаж был тусклым, коридор уставлен старыми фотографиями и полуоткрытыми дверями. Вай направилась прямо в комнату Паудер. Дверь уже была приоткрыта. Она толкнула её до конца, заходя внутрь. Первое, что она увидела — книги, разбросанные по полу. Они лежали неровными стопками, страницы согнуты, пыль кружилась в утреннем свете, пробивающемся через шторы. Вай нахмурилась, заходя дальше, носком сапога подталкивая одну из упавших книг. Она наклонила голову, взглянув на книжную полку. До сих пор полная. До сих пор аккуратно расставленная от края до края. — Нет ничего особенного в том, какая это книга, — тихо, но уверенно сказала Паудер. Вай повернулась к ней. Паудер стояла в дверном проёме, скрестив руки, глаза прикованы к книгам, будто она ждала, когда Вай догонит. — Я работала над этим, — продолжила она. — Как ты сказала. Вай нахмурилась ещё сильнее. — Что? Паудер медленно вдохнула. — Я считала промежутки. Вай моргнула, пытаясь понять, что, чёрт возьми, это значит. — Зачем? — её голос стал тише. Паудер наконец подняла глаза, они теперь горели, наполненные чем-то, что Вай не могла понять. — На случай, если призрак пытается общаться. Вай замерла. Паудер открыла свою тетрадь, ту, в которой всегда что-то писала. Вай посмотрела на неё — действительно посмотрела. Тире. Точки. Упорядоченный способ, которым Паудер писала. Морзе. Всё встало на свои места. — Я пробую Азбуку Морзе, — сказала Паудер почти небрежно, будто это было самой очевидной вещью в мире. Вай медленно выдохнула, снова взглянув на книжную полку, будто она вдруг даст ей объяснение. — Морзе? — повторила она. — Да… — Точки и тире, используются для… — Я знаю, что такое азбука Морзе, Пау, — тихо перебила Вай. Паудер замолчала. Вай смотрела на книги. Она была пилотом. Инженером. Человеком логики, механики, вещей, которые имели смысл, когда ты разбирала их и собирала обратно. Это? Это не было этим. — Я просто не думаю, что твоя книжная полка пытается с тобой говорить. Она наклонилась, подняла одну из упавших книг и поставила её на место. Паудер не спорила. Она просто стояла там, больше не глядя на Вай. Горло Вай сжалось. Она снова осмотрела комнату, на этот раз медленнее, будто могла найти другой ответ, если просто посмотрит достаточно внимательно. Ничего. Только пыль, книги и странный, блестящий ум её сестры, пытающийся осмыслить мир так, как Вай никогда не могла. Без лишних слов Вай развернулась и вышла. Оставив Паудер одну с тетрадью в руках.

***

Солнце висело низко, разливая глубокий оранжевый и мягкий розовый по горизонту, растягивая тени высоких комбайнов по полю. Вай спрыгнула с одного, приземлившись сапогами на сухую землю с глухим стуком и подняла бандану, чтобы вытереть пот со лба. За ней машина захрипела, кашлянула, затем снова заработала, возвращаясь в строй с остальными. Она повернулась, уперев руки в бока и наблюдая, как она уезжает. Комбайны и тракторы гудят, двигаясь по полям — снова на своём пути, снова за работой. Но Вай не ощущала уверенности. Она всё ещё чувствовала это, это беспокойство, клубящееся в её животе, как буря на горизонте. Со вздохом она направилась к дому, сапоги поднимали пыль рыхлой земли, плечи поникли от усталости. Вандер сидел на крыльце, одна нога поднята, книга лежала на коленях, он листал страницы, которые, вероятно, не читал. Вай поднялась на крыльцо, схватила полупустую бутылку пива рядом с его стулом и сделала долгий глоток, прежде чем сесть. — Пришлось сбросить каждый компас, часы и GPS, чтобы компенсировать аномалию. Вандер не поднял глаз от книги. — Которую? Вай фыркнула, покачав головой, сделав ещё один глоток. — Не знаю. В её голосе было что-то... что-то тревожное. Вандер наконец взглянул на неё. Вай резко выдохнула, проводя пальцами по волосам, бандана свободно висела на шее. — Я имею в виду, если бы дом был построен на магнитной руде, мы бы заметили это ещё при первом включении трактора. Она небрежно махнула рукой в сторону полей, где машины продолжали свой ровный гул в угасающем свете. Вандер положил книгу, потирая бороду. — Я слышал, встреча в школе прошла не очень хорошо. Вай тихо рассмеялась, откинувшись на стуле, позволяя телу погрузиться в него. — Ты слышал? Вандер наклонил голову в её сторону, в его глазах была теплота. — Как будто мы забыли, кто мы такие, Вандер. Голос Вай стал тише. Уставшее. Она покачала головой, взгляд прикован к небу, к первым звёздам, едва начинающим проглядывать. — Исследователи. Первопроходцы. Не хранители. Вандер промычал. — Когда я был ребёнком, казалось, что они создавали что-то новое каждый день. Его голос стал тише, задумчивым. — Какой-то гаджет, какая-то идея. Как будто каждый день был Рождеством. Вай слегка повернула голову, наблюдая за ним. — Но шесть миллиардов людей… — Он медленно выдохнул, покачав головой. — Просто попробуй представить это. И каждый из них пытался получить всё. Его пальцы слегка постукивали по книге, тихий, ритмичный звук. — Этот мир не так уж плох, — наконец сказал Вандер, хотя в его словах была какая-то неуверенность. Может, он пытался убедить её. Может, он пытался убедить себя. — И Майло справится. Он повернулся к ней, его выражение лица было нечитаемым. — Это ты здесь не на своём месте, малыш. Вай фыркнула, покачав головой, сдерживая улыбку. — Родилась на сорок лет позже или на сорок лет раньше. Вандер тоже усмехнулся, его плечи расслабились. Вай прислонила голову к стене дома, позволяя телу расслабиться в кресле. Долгая тишина протянулась между ними. — Твоя мать знала это, — наконец сказал Вандер. Вай не шевельнулась. — Боже, она так гордилась. Небольшая, почти грустная улыбка тронула его губы. — И твои братья и сёстры тоже это знают. Его взгляд смягчился. — Особенно Паудер. Вай сглотнула. Она сделала ещё один глоток пива, выдыхая через нос, наблюдая, как горизонт темнеет. — Хорошо. Она выдохнула, слегка запрокинув голову. — Раньше мы смотрели в небо и удивлялись нашему месту среди звёзд. Её голос стал тише, более подавленным. — Теперь мы просто смотрим вниз и беспокоимся о нашем месте в грязи. Вандер изучал её на протяжении долгого момента. Затем он вздохнул, покачав головой. — Вай, ты была хороша в этом. Вай не отводила глаз от поля. — Чёртовски хороша. Он сглотнул, слегка наклонившись вперёд в кресле. — И у тебя не было шанса что-то с этим сделать… Он замешкался, голос дрогнул на секунду. — Мне жаль. Вай медленно выдохнула. На секунду она подумала сказать ему, что всё в порядке. Что она в порядке. Но она не стала. Вместо этого она просто откинулась назад, наклоняя бутылку в руках, наблюдая, как небо становится темнее. И не сказала ничего.

***

— Вы не ожидали, что эта земля, которая давала вам эту еду, обернётся против вас и уничтожит вас. Голос был старым, изношенным годами потерь. — В апреле, если не ошибаюсь... 15 апреля, кажется. Мужской голос, уверенный, твёрдый. — Потому что это случилось около половины второго, когда эта штука сошла с вершины каньона… Поле было маленьким, такое, что едва можно было назвать стадионом. Просто набор ржавых металлических трибун, неровное поле и полустёртое табло, которое даже не старалось показывать счёт. Но это всё ещё был бейсбол. Этого было достаточно. Вандер сидел, лениво закинув руку на спинку скамейки, наблюдая за игрой с лёгким неодобрением. — В моё время у нас были настоящие игроки. Паудер, сидящая рядом с ним на скамейке, лениво болтала ногами. — Кто эти неудачники? Вай, растянувшаяся рядом с Майло, скрестив руки на груди, даже не подняла взгляд. — Ну, в моё время люди слишком заняты борьбой за еду, чтобы играть в бейсбол. Вандер фыркнул, покачав головой. — Попкорн на бейсболе — это неестественно. Я хочу хот-дог. Вай просто ухмыльнулась, потягивая полуостывшее пиво. Майло поёрзал рядом с ней, наблюдая за игрой, но не совсем. В его позе было что-то задумчивое, пальцы машинально постукивали по колену. — Школа говорит, что ты пойдёшь по нашим стопам. Вай слегка наклонилась, подтолкнув его. — Я думаю, это здорово. Она пыталась звучать искренне. Честно. Но Майло фыркнул. — Ты думаешь, это здорово? Прежде чем Вай успела ответить, Паудер вклинилась в розговор. — Ты ненавидишь фермерство, Вай. Вай приподняла бровь, слегка повернувшись к ней. — Вандер сказал. Паудер пожала плечами, будто это были пустяки. Вай взглянула на Вандера, который просто потягивал свой напиток, совершенно невозмутимый. Она усмехнулась, перекинув руку через плечо Майло. — Вандер сказал, да? Майло ничего не сказал на секунду. Затем, наконец… — Мне нравится то, чем вы занимаетесь. Вай замерла. Его голос не был неуверенным. Не был неохотным. Просто честным. — Мне нравится наша ферма. Вай смотрела на него мгновение, затем улыбнулась — на этот раз искренне. Она протянула руку и взъерошила его волосы, вызвав слабый протест. — У тебя всё получится. Толпа зааплодировала, и на секунду всё стало нормальным. Они вернулись к игре. Затем... Аплодисменты прекратились. Сначала Вай не заметила этого. Но затем, один за другим, игроки перестали двигаться. Один за другим зрители начали поворачиваться. Смотреть на горизонт. Вай почувствовала это раньше, чем увидела — изменение в воздухе, тишина, ползущая на поле. Затем завыли сирены. Она мгновенно встала, тело напряглось чем-то острым и инстинктивным. Паудер схватила её за рукав, глаза широко раскрыты. Вай обернулась... И её желудок сжался. Стена пыли, густая и поглощающая небо, двигалась к ним. Так много пыли. Чёртовски много. Её пульс участился, тело уже двигалось, прежде чем мозг успел сообразить. — Давайте выбираться отсюда. Она схватила Паудер за запястье, поднимая её, пока толпа начала двигаться. Люди хлынули с трибун, направляясь к своим машинам, к чему угодно, только бы подальше отсюда. Вай едва оглядывалась, пока они бежали. Буря приближалась. И её было не остановить. Грузовик мчался по главной дороге, его шины поднимали грязь, которая мгновенно исчезала в буре вокруг них. Вай крепко держала руль, глаза прищурены от дымки, подступающей со всех сторон. Пыль сгущалась, заглушая уличные фонари, здания, людей. Она едва различала фигуры, шатающиеся в дымке, их силуэты растворялись в буре. Голос Вандера, как всегда спокойный, прорвался сквозь напряжённую тишину. — Ладно, надевайте маски. Тон Вай был спокойным, даже лёгким, будто они не мчались сквозь чёртову пыльную бурю с видимостью, падающей с каждой секундой. Все потянулись к дверям, доставая свои маски. Потрёпанные, пыльные штуки, использованные слишком часто. Вай взглянула в зеркало заднего вида, закрепляя свою, наблюдая, как Майло и Паудер настраивают свои. Небольшой центр города уже исчез за ними, поглощённый бурей. Вай потянулась за своими аварийными очками, надевая их, пока спрашивала: — Майло, Паудер, всё в порядке? — В порядке, — они ответили сразу. Она кивнула, заставляя пальцы ослабить хватку на руле. Становилось темнее. Темнее и громче. Ветер выл, швыряя обломки в грузовик волнами, сначала мелкие — рыхлую грязь, случайные листья — затем крупнее. Кусок дерева ударился о лобовое стекло, и Вай едва сдержала себя, чтобы не вздрогнуть. В машине было тихо. Ни шуток. Ни подколов. Только дыхание. Вай следовала по длинной, прямой дороге, едва видя десять футов перед собой. Если бы не эти дороги — дороги, которые она знала лучше, чем свои пять пальцев — они могли бы оказаться где-нибудь в канаве. Она двигалась вперёд. Не колебалась. Затем, наконец... Сквозь густую оранжево-чёрную дымку появились очертания фермерского дома. Вай выдохнула. — Почти на месте. Её руки слегка расслабились на руле. Затем... Металлический лист с грохотом ударился о капот грузовика. Паудер вскрикнула. Майло дёрнулся назад, упираясь руками в торпеду. Вай не колебалась. — Всё в порядке, — сразу сказала она спокойным голосом, прежде чем распахнула дверь и вылезла наружу. Как только она вышла, ветер чуть не сбил её с ног. Она устояла, затем распахнула заднюю дверь, где сидела Паудер. Глаза ребёнка были широко раскрыты, бегая вокруг, пока пыль и обломки хлестали по воздуху. Вай не теряла времени — она потянула Паудер вперёд и обернула своим пальто её лицо, защищая её, пока они пробивались к крыльцу. Вандер уже тащил Майло вперёд, держа одну руку крепко на спине его куртки, чтобы направлять его сквозь ветер. Сапоги Вай врезались в грязь, каждый шаг был битвой, пока она пробивалась вперёд с Паудер. Порывы ветра были яростными, непредсказуемыми, и как только они приблизились к ступенькам... Нога Паудер поскользнулась. Вай почувствовала это — смещение веса, как тело Паудер напряглось. Она бросилась вперёд, схватив ребёнка за руку, прежде чем ветер унёс её. На одну ужасающую секунду ей пришлось тянуть против самой бури. Затем — она дёрнула Паудер к себе. Вместе они спотыкались по ступенькам, Вандер практически вталкивая их обоих через входную дверь. Как только они оказались внутри, дверь захлопнулась за ними, ветер всё ещё бился о неё, как разъярённый зверь. Несколько секунд они просто стояли, тяжело дыша. Небольшая кучка пыли уже образовывалась под дверной рамой. Вандер щёлкнул выключателем. Слабое жёлтое свечение заполнило пространство, делая видимыми частицы пыли в воздухе, кружащиеся медленными, гипнотическими спиралями. Вай сняла маску, потирая лицо рукой, прежде чем пройти по дому, проверяя двери, проверяя окна. — Майло, Пау, вы закрыли свои окна? — спросил Вандер, его голос хриплый от пыли. Паудер напряглась. Вай поймала её взгляд, прежде чем она развернулась и бросилась вверх по лестнице. — Паудер! — Вай бросилась за ней. Она поднималась по ступенькам по две, плечи напряжены от чувства, которое она не могла сбросить. Когда она добралась до комнаты Паудер... Пыль. Везде. Паудер уже была у широко открытого окна, руки упирались в раму, борясь с ветром, чтобы закрыть его. Её рубашка была натянута на рот, а волосы яростно хлестали по лицу. Вай едва сдержала себя, чтобы не выругаться, пока помогала. Вместе они навалились на окно. Ветер сопротивлялся. Они толкали сильнее. И затем, с последним щелчком, окно захлопнулось. Внезапная тишина звенела в ушах Вай. Паудер медленно, дрожа выдохнула, опуская свою импровизированную маску. Вай обернулась... И замерла. Пыль в воздухе... Она не просто оседала случайно. Она двигалась узорами. Сложные, закрученные линии, почти слишком идеальные, чтобы быть естественными. Голова Паудер наклонилась. Её голос был тихим. — Призрак. Вай смотрела, не отвечая, наблюдая, как пыль дрейфует и падает... Не вразнобой. Не хаотично. Линиями. Что-то щёлкнуло в голове Вай, но она не была уверена, что именно. Её горло сжалось. — Возьми свою подушку, — тихо сказала она. Паудер моргнула. — Сегодня ты спишь с Майло. Паудер посмотрела на неё, затем снова на пыль. Затем, без слов, она взяла подушку и вышла. Вай не последовала за ней. Она присела на корточки, взгляд прикован к половицам. К тому, как пыль падала. К линиям. К тому, как она не оседала так, как должна была. Её ум работал, пытаясь осмыслить это. Она сглотнула, оставаясь в тишине, наблюдая. И пыль продолжала падать линиями.

***

На следующее утро пыль осела. Ни воющего ветра. Ни дребезжащих окон. Только тишина. Паудер шла по коридору, закутанная в одеяло, её босые ноги мягко ступали по половицам. Дом всё ещё пах бурей, сухо и тяжело, но воздух был спокоен. Она дошла до своей комнаты, приоткрыв дверь... И остановилась. Вай всё ещё была там. Она сидела на полу, скрестив ноги, смотря на кучки пыли, будто они могли смотреть в ответ. Паудер замешкалась всего на секунду, прежде чем войти, сесть рядом с ней, с тетрадью в руках. Пыль не осела нормально. Она легла линиями. Идеальными, жуткими линиями. Пальцы Вай скользнули по одной из них, брови нахмурены в концентрации. — Это не призрак, — просто сказала она. Паудер наклонила голову. Вай достала четвертак из кармана и подбросила его в воздух... Он упал быстро. Слишком быстро. Он ударился в одну из линий пыли, как магнит, отскочил один раз, затем полностью замер. Губы Вай слегка разошлись, глаза блеснули чем-то пронзительным, живым. Она потерла руки, слегка улыбаясь себе. Затем она повернулась к Паудер, её возбуждение едва сдерживалось. — Это гравитация, — прошептала она. Её руки всё ещё потирали друг друга, пальцы дёргались у подбородка. Паудер выдохнула через нос, сдерживая улыбку. Из дверного проёма громовой голос Вандера нарушил тишину. — Я отвезу Майло, затем поеду в город. Они обе подняли глаза, когда он облокотился на дверной косяк, скрестив руки, рассматривая пыль, будто это мог быть настоящий алтарь. — Хочешь убрать, когда закончишь молиться на это? Вай самодовольно ухмыльнулась, указывая на пыль, будто только что сделала великое открытие. — Нашла нашу аномалию. Вандер долго смотрел на неё, затем просто кивнул. — Ладно. Он развернулся, бормоча себе под нос, пока уходил. Вай, однако, уже снова сосредоточилась на пыли. Её пальцы слегка дёргались, мысли крутились. Затем она протянула руку к Паудер, ладонью вверх. Паудер сразу же передала ей свою тетрадь с любопытством. Вай открыла чистую страницу, взяла карандаш и начала писать. Прошёл час. Паудер сделала перерыв, чтобы взять хлеб и воду, оставив Вай всё ещё сгорбленной над тетрадью, яростно пишущей. Даже когда она вернулась в комнату, осторожно держа тарелку и стакан, Вай не сдвинулась с места. Теперь она стояла у двери, тетрадь всё ещё открыта, карандаш зажат между пальцами. Паудер задержалась на секунду, наблюдая за ней. Затем... — Это не Морзе, Пау. Паудер замерла на полпути, брови нахмурились. Вай всё ещё стояла спиной, но продолжала говорить, её голос заряжен чем-то острым, живым. — Это бинарный код. Паудер моргнула. Вай наконец повернулась, захлопнув тетрадь, улыбка расползалась по её лицу. — Толстая линия — единица, тонкая — ноль. Она слегка подняла тетрадь, держа её, будто говоря: «Я разгадала это». — Координаты. Паудер даже не успела вставить слово, как Вай уже прошла мимо неё, направляясь прямо на кухню. Паудер поставила тарелку и стакан, следуя за ней, всё ещё осмысливая. Вай уже открыла ящик, доставая карты, разворачивая их на столе быстрым, плавным движением. Паудер просто наблюдала за ней. Она хорошо знала эту версию Вай — полностью сосредоточенную, полностью в своей стихии. Ни колебаний. Ни сомнений. Только чистый инстинкт и движение. Вай сунула карту к ней. — Разверни эту. Паудер без слов подчинилась, разглаживая складки, раскладывая её на столе. Вай едва взглянула на неё. — Нет. Она сдвинула её в сторону, бросая другую карту Паудер. Паудер развернула её. — Нет. Ещё одну. Паудер закатила глаза. — Сколько ещё— — Вот она. Вай наклонилась вперёд, локти упёрлись в стол, карандаш был уже в руке. Паудер оставила тарелку, подойдя ближе, наблюдая, как Вай проводит пальцами по бумаге. — Ладно… широта… долгота… Её голос перешёл в шёпот, бормоча числа, карандаш плавно двигался по поверхности. Паудер, стоящая чуть позади, заглянула через её плечо, следя за движением руки Вай. Последняя строка чисел. Резкий круг, нарисованный на карте. Вай замерла. Затем она слегка откинулась, постучав карандашом по столу. — Вот оно. Она повернулась к Паудер, выражение задумчивое, всё ещё обдумывая ответ. Затем, наконец— Небольшая улыбка. Менее чем через двадцать минут Вай уже перекинула рюкзак через плечо, спальник под одной рукой и термос с кофе в другой. Она уже вышла за дверь, не колеблясь, не замедляясь. Паудер шла по пятам. — Я не могу это пропустить! Вай вздохнула, но продолжала идти, поправляя ремень на плече, пока пересекала крыльцо. — Давай, Вай— Вай бросила свои вещи в кузов грузовика, спальник упал с глухим стуком. — Вандер вернётся через пару часов, Пау. Она распахнула дверь водителя, смахнув пыль с сиденья, прежде чем бросить туда рюкзак. Паудер скрестила руки, наблюдая за ней, раздражённая. — Но ты даже не знаешь, что найдёшь. Вай фыркнула, коротко рассмеявшись, потирая лицо рукой. Сухой ветер поднялся, разбрасывая пыль по борту грузовика, по их ногам, по окнам, которые Вай только что вымыла. Она не переставала их протирать. — И именно поэтому, — просто сказала она, — я не могу взять тебя с собой. Она захлопнула дверь, не оставляя места для обсуждения. Паудер пробормотала что-то себе под нос, пиная грязь. Вай вздохнула. Затем, через секунду, протянула руку и быстро похлопала Паудер по спине — наполовину извинение, наполовину утешение. — Я свяжусь с Вандером по рации, — сказала она через плечо, уже направляясь обратно в дом. — Пау! — крикнула она с кухни. — Вандер скоро вернётся! Паудер не ответила. Вай схватила свою карту, аккуратно сложенную и лежащую рядом с кофейником. Она открыла термос, сделала быстрый глоток, затем снова распахнула дверь, направляясь обратно к грузовику. Через минуту она уехала. Дорога тянулась перед ней, длинная, бесконечная, золотистая в угасающем свете. Вай разложила карту на руле, одной рукой держа руль, другой переключаясь между координатами, пытаясь сопоставить свой маршрут. Она машинально постукивала карандашом по приборной панели, затем зажала его между зубами, пока тянулась— Её холодильник стоял на полу пассажирского сиденья, накрытый сложенным одеялом. Она наклонилась, схватив угол одеяла— Что-то вскрикнуло. Вай едва успела осознать это, прежде чем— — ГОСПОДИ ИИСУСЕ! Паудер выскочила из-под одеяла, ухмыляясь, будто только что провернула величайший трюк в истории. Вай физически отшатнулась, грузовик резко свернул в кукурузу. — ЧЁРТ! — Вай дёрнула руль, сердце колотилось, пока она едва выравнивала машину на дороге. Пыль осела. Паудер, совершенно невозмутимая, просто смеялась до упаду. Грудь Вай вздымалась. Затем она резко повернула голову к Паудер. — Какого хрена ты делаешь, Паудер?! Паудер только ухмыльнулась шире, голос полон самодовольства. — Поймала попутку. Вай уставилась на нее. Паудер захихикала ещё сильнее. На секунду Вай попыталась остаться злой. Затем — невольно — она начала улыбаться. Она покачала головой, резко выдохнув. — О, ты думаешь, это смешно? Да? Паудер кивнула, всё ещё сияя. Вай драматично вздохнула, затем усмехнулась. — Ты бы здесь не была, если бы не я, — гордо заявила Паудер, устроившись поудобнее на пассажирском сиденье, будто ей там и место. Вай закатила глаза, затем протянула руку и взъерошила её волосы. Паудер с визгом отпрянула, отмахиваясь от её руки, но всё равно смеялась. — Будь полезной, — пробормотала Вай, сунув карту ей на колени. Паудер показала язык, но всё же развернула её, уже высматривая следующий поворот. Вай усмехнулась, позволяя грузовику войти в ровный гул, пока они ехали по длинной грунтовой дороге. Небо бесконечно раскинулось над ними. И мир продолжал двигаться вперёд. Поздний день перешёл в вечер, небо углубилось в оттенки индиго и фиолетового, пока грузовик ехал по давно забытой дороге. Рядом с ней Паудер наполовину задремала, свернувшись на пассажирском сиденье, её маленькая фигура поднималась и опускалась в такт с медленным, ровным дыханием. Вай продолжала ехать, одна рука крепко держала руль, другая подняла одеяло, чтобы мягко накрыть плечи Паудер. Она продолжала ехать. Мимо озера, его поверхность тёмная и неподвижная. Через деревья, где дорога сузилась до едва проезжей. По дорогам, которые, вероятно, уже не должны были существовать. Фары прорезали единственный путь сквозь ночь, освещая потрескавшийся асфальт и случайные ветки на пути. Затем, наконец— Забор. Высокий. Ржавый. Колючая проволока вилась сверху, старые предупреждающие знаки цеплялись за металл, едва читаемые. Вай медленно, устало вздохнула, пальцы постукивали по рулю. Она слегка наклонилась, её голос опустился до мягкого шёпота. — Эй, Паудер. Паудер не шевельнулась. Вай усмехнулась. — Паудер. Паудер пошевелилась, пробормотала что-то невнятное, прежде чем наконец проснуться. Она медленно села, потирая глаза, прежде чем её взгляд упал на забор. Вай кивнула в его сторону. — Думаю, это конец дороги. Паудер моргнула, глядя на него, затем снова опустилась на сиденье. Не пропуская ни секунды— — Ты ведь взяла болторез? Улыбка Вай расплылась шире, тепло разлилось по её груди. — Вот это моя девочка. Она провела рукой по спутанным волосам Паудер, где её голова лежала на центральной консоли, прежде чем достать болторез из кузова. К тому времени, как она вышла из грузовика, Паудер уже перебралась на водительское сиденье, наблюдая. Вай подошла к забору, сапоги хрустели по сухому гравию, фонарь зажат между зубами. Луч света слегка дрожал, пока она наклоняла голову, осматривая линию забора. Затем, обеими руками, она подняла болторез — Вспышка. Ослепляющая. Вай отшатнулась, сердце колотилось в груди. Прожектор прорезал тьму, пригвоздив её к месту. — Отойдите от забора! Громовой голос. Громкоговоритель. Авторитетный. Военный. Чёрт. Желудок Вай перевернулся, дыхание участилось, она сразу же бросила болторез, руки взлетели вверх. — Нет, нет, нет, не стреляйте — не стреляйте! Свет был слишком ярким. Она не могла их видеть. — Я безоружна! Её голос слегка дрогнул, глаза метнулись к грузовику. Паудер широко раскрытыми глазами смотрела на неё через лобовое стекло. Вай заставила себя дышать. — Пожалуйста — пожалуйста, не стреляйте, в машине ребёнок— Резкий треск электричества. Вспышка боли— Её тело сжалось. Всё погрузилось во тьму.