Сон в оттенках тревоги

Я сжимаю лезвие-ключ. Кровь стекает по пальцам на пол и смешивается с чернильными пятнами в комнате. Мать смотрит на меня пустыми глазницами, отец застыл в полушаге, рот открыт в немом крике. Всё вокруг вибрирует, как плёнка на порыве ветра.   — «Выбирай,»— шепчет мать, но её голос уже теряется в треске распадающегося лабиринта.   Я бросаюсь вперёд, ноне к отцу, не к матери, а в трещину между мирами. Лезвие вонзается в невидимую преграду, и стеклянный вой заполняет пространство.   ...Тишина.   Стою посреди пустой квартиры. На столе — фото: мать улыбается, отец обнимает её за плечи. Год на рамке: 2007. За окном — детская площадка, где я когда-то разбил колени. В углу — дверь с отверстием в форме капли.   Телефон в кармане вибрирует:   «Теперь ты знаешь. Но куда пойдёшь?» За окном стучит дождь. Где-то вдали, на лестничной клетке, слышен смех — то ли матери, то ли «того» парня из тусовки.  Подхожу к двери, прикладываю окровавленное лезвие к отверстию.   — «Проснись!»— говорю сам себе.   Дверь открывается. За ней — комната с жёстким матрасом, мокрыми простынями и часами, показывающими 3:14. На тумбочке — пузырёк с таблетками и записка от отца: «Прости. Это был единственный способ её успокоить». Я беру таблетку. Она тает на языке, сладкая, как ложь. За окном гаснет свет.   Мое отражение в зеркале дробится на две фигуры. Одна — мальчик с плюшевым медведем, вторая — тень с лезвием в руке. Дверь за спиной приоткрывается, впуская розовый свет. Звучит голос: «Доверься...» Конец.