И часы начнут отсчёт с начала...

В этот день завтрак проходил в почти полной тишине. После событий минувшего вечера многим было несколько не по себе. Главы малых кланов перебрасывались фразой-другой, но очень быстро замолкали. Из великих Орденов присутствовали только представители Гусу Лань, за исключением учителя Лань. Именно что присутствовали, ведь первый прием пищи у них уже закончился. Внезапно послышался звонкий смех и двери в зал распахнулись, являя взору деву Цзян в сопровождении детей. Мальчик и девочка вились вокруг девушки, не прекращая о чем-то переговариваться. Смеялась девочка с белыми, словно слепыми, глазами. И никто из троих не заметил вошедших следом второго молодого господина Вэнь и Цзинь Цзысюня. Оба кривили губы в презрении. Уже предчувствуя неприятности, некоторые начали поспешно отводить взгляды. Вэнь Чао резко прошел мимо, толкнув одного из детей. Дева Цзян чуть нахмурилась, помогая девочке удержаться от падения и подняла взгляд на юношу: — Второй молодой господин Вэнь, не могли бы вы быть осторожнее? - голос звучал мягко, однако в фиалковых глазах плескалось какое-то новое для нее чувство. Гнев, что только нарастал, - В спешке вы можете кому-нибудь навредить. Медленно обернувшись, Вэнь Чао вздернул бровь, после чего усмехнулся: — И почему я должен об этом беспокоиться? Эти отбросы должны сами смотреть по сторонам и быть благодарными за то, что им позволяют присутствовать среди благородных людей. Цзян Яньли была растеряна, ведь ранее она не участвовала в конфликтах, и сейчас рядом не было никого, кто мог бы помочь. Тем не менее, глядя на сжавшихся от прозвучавшей насмешки детей, она поняла, что не может отступить. Даже если потом выслушает много неприятных слов от матушки. Вскинув подбородок, она ровно произнесла: — Второй молодой господин Вэнь кажется забыл, что эти дети являются гостями Нечистой Юдоли и находятся под защитой главы Не. Одно это дает им полное право находиться здесь. Фыркнув, Вэнь Чао глумливо протянул: — Ну и что с того? Пусть сейчас они гости, это ничего не меняет. Как были бродяжками, так и останутся. А вам, дева Цзян, стоит следить за тем, что и кому вы говорите. Цзинь Цзысюнь закивал, смерив бывшую невесту кузена презрительным взглядом. Никого из старших здесь не было, а те, кто был, судя по всему, не собирались вмешиваться. Почувствовав свою неуязвимость, тот хмыкнул: — И то верно. Если будете так дерзко себя вести, то можете забыть о заключении новой помолвки даже с кем-то не очень значимым. Сюэ Ян сжимал кулаки, изо всех сил пытаясь не закричать на этих мерзавцев. Несмотря на юный возраст, он прекрасно понимал, что может навредить этой замечательной Цзе-цзе, если сделает или скажет что-то не то. В серых глазах на детском лице мелькнули алые искры. Цзян Яньли от прозвучавшего высказывания замерла, совершенно не находя слов. Она знала, что помолвка будет разорвана. Сожалела ли она об этом? Если быть искренней, то нет. Разумеется, это было обидно и действительно задело ее. Вот только настоящих чувств между ней и наследником Цзинь не было. Пока девушка пыталась подобрать слова, а Сюэ Ян терял последние крупицы контроля над собой, случилось сразу несколько вещей. Со своего места начал подниматься Лань Сичень, который уже некоторое время хмурился, слушая весьма неприятный разговор. Одновременно с этим перед девой Цзян возникли двое юношей из будущего. Лань Цзинъи и Оуян Цзычжэнь. Когда перед глазами появились бело-голубые одежды, Цзян Яньли удивленно моргнула. Еще сильнее она поразилась прозвучавшим словам: — Вы двое, кем вы себя возомнили?! Думаете, высокое положение защитит вас? Оуян Цзычжэнь в это время заметил состояние Сюэ Яна и подошёл к ему, положив руку на плечо: — Дыши, А-Ян, просто дыши. Мы не позволим навредить деве Цзян. Ты ведь об этом беспокоишься? Голос звучал мягко, успокаивающе, призывая унять злость. Вскинув утративший алые искры взгляд, мальчик почти прошипел: — Как они смеют так говорить о ней? Красивая Цзе-Цзе самая лучшая! Да этот гад в золотых одеждах еще пожалеет, что потерял ее! По залу пронесся общий пораженный вздох. Благодаря установившейся тишине после появления новых лиц, шипение ребенка услышали все. По лицу Цзинь Цзысюня пошли некрасивые багровые пятна, когда тот завопил: — Паршивый бродяжка, как ты смеешь говорить так дерзко?! Он сделал шаг вперед, намереваясь отвесить мальчишке пару оплеух. Не учел Цзинь Цзысюнь лишь одного: прямо перед ним, закрывая ребенка своим телом, стоял Оуян Цзычжэнь. Юноша хмурился и уже потянулся за мечом, но сделать ничего не успел. Злость и желание навредить исходили от представителя Ланьлин Цзинь настолько ярко, что защита сработала, реагируя на эти эманации. Цзинь Цзысюня отшвырнуло назад. Кувыркнувшись в воздухе, он влетел своим телом в Вэнь Чао, и уже их вдвоем впечатало в стену. Ошарашенные произошедшим, присутствующие смотрели, как представители двух великих орденов остались прикованными к стене в не очень удобных позах. По их телам пробежала алая дымка с зелеными бликами, блокируя любые движения. Лань Цижэнь вошел в зал и замер, увидев открывшуюся ему картину. Переведя взгляд с Вэнь Чао и Цзинь Цзысюня, что явно пребывали в не лучшем состоянии, на юношей из будущего, он нахмурился: — Что здесь происходит? Почему второй молодой господин Вэнь и молодой господин Цзинь в таком положении? Лань Цзинъи резко обернулся и ответил учителю, совершив вежливый поклон: — А они просто не привыкли получать отпор за свои слова и действия. Вот и совершают глупости. Ответ прозвучал непозволительно резко и учитель Лань нахмурился еще сильнее: — Что это значит? И что вы с ними сделали? Лань Цзинъи фыркнул: — Они все сделали сами. Сначала оскорбили деву Цзян и детей, а затем Цзинь Цзысюнь решил ударить А-Яна. Вот только его закрыл собой Оуян Цзычжэнь и сработал защитный массив. Учитывая тот факт, что оба до сих пор приклеены к стенке, навредить ребенку планировали сильно. Получили по заслугам! Лань Цижэнь вновь посмотрел на прикованных к стене юношей и заметил зеленые всполохи среди красной энергии. Нахмурившись сильнее прежнего, он с подозрением произнес: — Это темная энергия? Лань Цзинъи моргнул и чуть удивленно ответил: — Ну да, это ведь учитель Вэй ее установил. Для него в этом не было ничего особенного. Каждый из них привык к общению с темным заклинателем, и использование подобных техник не вызывало ни удивления, ни отвращения, ни осуждения. Забыл он только о том, что в этом времени подобное все еще яро порицалось. Лань Цижэнь только утвердился в мыслях о пагубном влиянии Вэй Усяня на сознание юношей. Поэтому он никак не отреагировал на пронесшийся шепот заклинателей: —... темные техники... — ... навредить... —... безумие... — ... остановить... Оуян Цзычжэнь и Лань Цзинъи сцепили зубы от раздражения и понимания, в какой ситуации оказались. И если наследник Оуян был сдержан сам по себе, то Цзинъи начал огрызаться на окружающих в свойственной ему манере: — Вы что, серьезно?! Эти двое позволяют себе оскорблять юную деву и бить детей! А вы обратили внимание только на то, что для нашей защиты учитель Вэй использовал темную ци?! Что с вами не так?! Лань Цижэнь сурово нахмурился: — За несколько фэн вы нарушили около десятка правил ордена. Если к этому прибавить потворствование темным техникам, ваше наказание будет суровым. Волнения набирали обороты. Цзян Яньли прижимала к себе детей, желая защитить их в начавшей выходить из под контроля ситуации. Юноши из будущего сжимали кулаки в бессильной злости. Как бы ни был сдержан Оуян Цзычжэнь, но и он не мог спокойно реагировать на такую несправедливость. От входа в зал прогрохотал недовольный голос: — Что здесь происходит?! Не Минцзюэ стоял в проходе и не мог понять, почему на юношей из будущего смотрят как на первых врагов человечества. За его спиной возник Вэнь Жохань, которого заметили только после сдавленного возгласа Вэнь Чао: — Отец..! Обойдя Не Минцзюэ, Верховный заклинатель оглядел присутствующих. Едва поморщившись при взгляде на младшего сына, он произнес: — Присоединяюсь к вопросу. Хотя, судя по положению этих двоих, была глупая попытка нападения на наших гостей. А глупость, - он бросил скользящий взгляд на сына и ровно закончил, - всегда имеет последствия. Лань Цижэнь резко обернулся: — Для этой защиты используется темная энергия! Это недопустимо. Главы Вэнь и Не переглянулись в удивительный момент полного взаимопонимания. Хмыкнув, Вэнь Жохань задумчиво произнес: — Как удивительно, темный заклинатель использует темную энергию. С чего бы это? От возмущения Лань Цижэнь чуть не подпрыгнул на месте: — То есть вы это поощряете?! Прищурившись, Вэнь Жохань протянул: — Цижэнь, у меня сегодня на удивление хорошее настроение. Не советую портить его пустыми нападками. И может кто-то удосужится все-таки объяснить, что случилось? Обведя взглядом всех присутствующих, мужчина отметил закрывающую собой детей деву Цзян. Подозрение возникло сразу же, но он решил все-таки узнать подробности: — Дева Цзян, может вы объясните нам ситуацию? Вздохнув, Цзян Яньли прикусила губу, не зная, как начать рассказ. В конце концов она ровно произнесла: — Возникло некоторое недопонимание, глава Вэнь. Боюсь, это моя вина. Эта дева приносит извинения. Она склонилась в вежливом поклоне, не поднимая взгляд. Не Минцзюэ смерил ее скептическим взглядом. Затем прошелся взглядом по залу и вернул внимание девушке. Хмыкнув, он ровно произнес: — Вот как? Просто недопонимание? И в чем же ваша вина? Цзян Яньли вздохнула: — Вероятно, мои слова задели молодых господ Вэнь и Цзинь. После нашего короткого разговора возник некоторый конфликт, последствия которого вы сейчас и наблюдаете. Лань Цзинъи фыркнул, не желая мириться с таким преуменьшением: — Дева Цзян, вашей вины в случившемся нет. Эти двое оскорбили вас, а затем этот... Цзинь попытался навредить А-Яну. За что оба и поплатились. В это обоим мужчинам верилось больше, нежели в мифическую вину девы Цзян. Только Вэнь Жохань хотел что-то сказать, как дверь в зал оглушительно хлопнула. Обернувшись, они увидели супругов Цзян. И если Цзян Фэнмянь был просто удивлен и чуть обеспокоен, то Юй Цзыюань пылала гневом от представшей картины. Ее голос был подобен нарастающей буре: — Что здесь происходит? А-Ли, ты в порядке? Девушка склонилась в поклоне и со вздохом ответила: — Матушка, отец я в полном порядке. Не стоит беспокоиться. Лань Цижэнь стиснул зубы и резко произнес: — Вэй Усянь использует темную энергию даже не находясь в этом времени! Именно это меня сейчас беспокоит больше всего прочего. Цзян Чен, вошедший в зал вслед за родителями, стремительно приблизился к сестре, внимательно осматривая ее и детей. Хоть он и не представлял, как с ними обращаться, это не значило, что он не беспокоился. Видя отношение шисюна и сестры, наследник Цзян просто не мог остаться в стороне. Углядев прикованных к стене юношей, Цзян Чен уловил суть произошедшего и уставился на обоих, даже не пытаясь скрыть враждебность во взгляде. Прикосновение к руке заставило вынырнуть из мрачных мыслей. Поджав губы, Цзян Чен вернул внимание старшим, которые тем временем переглядывались между собой. По залу разносились шепотки. Что-то о темном пути и отступнике, который решил просто захватить еще и их мир. Видимо в будущем ничего не вышло, и он подчинил себе сознание детей, отправив их сюда. Скрипнув зубами, Цзян Чен тут же взорвался: — Вы что, с ума посходили?! Какой еще захват? Вам помочь пытаются, а вы строите предположения одно хуже другого! Вэнь Жоханю все это надоело, и он выпустил свою ци, подавляя всех присутствующих: — А ну успокоились все! Что вы тут устроили? Вот только и тут без сюрпризов не обошлось. В результате того, что Лань Сычжуй очистил меридианы Верховного заклинателя, сейчас он не рассчитал сил. То, что раньше требовало некоторых усилий, сейчас выходило слишком легко. Не было сопротивления при выходе силы, так называемый засор, о котором мужчина даже не подозревал, очистился, и это повлекло за собой последствия. Лань Цзинъи и Оуян Цзычжэнь встали вплотную к брату и сестре Цзян, закрывавших собой детей, и выпустили свою собственную ци, объединяя ее в один поток для создания барьера. Пусть не до конца, но это помогло не свалиться с ног, истекая кровью из всех семи цицяо. То же самое проделали главы Лань, Не и Цзян. Увеличив расстояние между собой и верховным заклинателем, они прилагали максимум усилий просто для того, чтобы устоять на ногах. — Дядя! - Вэнь Цин вбежала в зал, тут же согнувшись пополам от ударившей по ней силы. Вэнь Сюй, подхватил кузину, окружая собственной ци. Переглянувшись, они кивнули друг другу. Вэнь Цин тоже выпустила силу, усиливая барьер, созданный кузеном, и вместе они начали медленно приближаться к главе своего ордена. Каждый шаг давался с трудом. Жар огненной ци, казалось, проникал в самую суть. Заставлял кипеть кровь и задыхаться. Защитный массив трещал по швам, грозя вот-вот разбиться. И вот, когда по куполу поползли первые трещины, пространство пронзил струнный перелив. Резко обернувшись, Вэнь Цин и Вэнь Сюй увидели Лань Сычжуя. Из носа юноши тонкой струйкой шла кровь, но он делал один шаг за другим, продолжая играть. На следующей ноте к нему присоединился Лань Ванцзы, сразу узнавший композицию. Вместе они смогли немного развеять разлитую по залу ци Верховного заклинателя, а дальше он справился и сам. Мелодия оборвалась в середине и покачнувшегося от напряжения Сычжуя подхватил Цзинь Лин, зашедший вслед за другом. Оглушительная тишина в заполненном помещении была противоестественной. Единственным звуком было тяжелое дыхание ошарашенных заклинателей. — Кажется, мы пропустили что-то интересное, - раздавшийся от входа голос заставил всех резко обернуться. Прямо за открытой дверью стоял глава Цзинь с супругой и наследником. Все тот же Лань Цзинъи хрипло ответил: — Учитель Лань, а за ним и остальные не очень умные личности разозлили главу Вэнь. Последствия на лицо. Вернее на лица, - нервный смех он подавить не смог. Лань Сычжуй прикрыл глаза, силясь не начать ругаться в лучших традициях главы Цзян при очередной выходке А-Лина или Сянь-гэгэ. Он столько сил потратил накануне вечером, и все впустую?! Открыть глаза заставил возмущенный, но такой же хриплый голос Старейшины Лань: — Я сказал правду! Использование темных техник недопустимо! Не имеет значение, где их применяют! А вам, юноши, совершенно очевидно изменили сознание, и я даже знаю кто это сделал! Растеряв все свое благородство, Лань Цижэнь почти в священном ужасе и отвращении вцепился в собственную бородку. Как эти дети не понимают всей серьезности ситуации? Как не видят, что их просто используют для своих темных целей? Гладя на окаменевшее лицо Сычжуя, Цзинь Лин отступил назад: — Ой-е, кому-то сейчас будет очень плохо. Это заявление вызвало любопытство у тех, кто был достаточно близко, чтобы услышать это. Однако чтобы там ни было, Лань Сычжуй не успел ничего сказать или сделать. Внимание собравшихся привлек начавший испускать ярко-алую энергию артефакт-книга и прозвучавший насмешливый голос: — Какие же вы жалкие. Лицемерие во плоти. В какой-то момент я поверил, что вы и впрямь способны справиться самостоятельно. Напрасно. Что же, в таком случае я не вижу иного выхода, кроме прямого вмешательства. Благо, что я имею на это право. Этот низкий, обволакивающий пространство голос, звучал отовсюду и ни откуда одновременно. Дверь в помещение вновь открылась, вот только по ту сторону были вовсе не привычные виды Нечистой Юдоли. Тьма клубилась плотным туманом, мешая разглядеть, кто за ней скрывается. Где-то в глубине темноты блеснула сталь, а затем начали проявляться очертания шести фигур. *** Когда-то давно Вэй Хенг спешил изо всех сил. Остальные наверняка уже собрались и ждут только его. Ну кто виноват, что ранние подъемы даются ему так плохо?! Мао-гэ наверняка опять будет ворчать. Фыркнув, молодой мужчина распахнул створки дверей и вошел в зал собраний. Резиденция ордена Цишань Вэнь радовала гармоничным сочетанием изящества и роскоши. Всего было в меру. Сегодня они будут подводить итог многолетней работы и планировать дальнейшие действия. После закрытия разлома прошло почти десять лет. За это время они проделали огромную работу. Каждый из его друзей основал собственный орден и теперь активно набирал и обучал адептов. Он сам решил основать клан. Земли были давно разделены и сейчас процветали под мудрым управлением своих глав. Он же взял на себя присмотр за печатью и землями под названием Илин. Зная, какой силой владеет, он не рисковал набирать много людей. Лишь самые достойные, прошедшие жесткий отбор. Из двадцати людей, подавших прошение на вступление в клан Вэй, принимался один-два человека. Погрузившись в воспоминания, Вэй Хенг не сразу обратил внимание на тишину в зале и фигуру, стоящую в центре. Чувствуя странную энергетику незванного гостя, глава Вэй насторожился и обратился к внутренней силе. Лица друзей на первый взгляд были спокойными. Не Кай так и вовсе лениво обмахивался своим веером. Вроде бы ничего особенного, если не учитывать тот факт, что этот изящный веер в любой момент мог выпустить сталь и пролить кровь. Человек в красных одеждах, с повязкой на одном глазу и саблей на поясе, спокойно обернулся к вошедшему. Усмехнувшись своим мыслям, он пробормотал: — Поразительное сходство. Вскинув брови, глава Вэй приблизился к Лань Аню и Не Каю, стоявшим рядом. Загадочный гость продолжил: — Итак, вам наверняка интересно зачем я посетил вас. Может, вы даже поняли кто я такой, и все же представлюсь. Мое имя Хуа Чен, известный как... Вэнь Мао нетерпеливо перебил его: — Собиратель цветов под кровавым дождем. Нам известно, кто ты такой. Непонятно лишь, что ты тут забыл. Я не чувствую намерения навредить. Друзья, ставшие почти семьей, кивнули в подтверждение слов старшего товарища. Ухмылка расползлась по губам демона, когда он ответил: — Я и не желаю вредить. Напротив, я здесь чтобы помочь. Не удивляйтесь, - он скрестил руки на груди, заметив приподнятые в ответ на его слова брови, - У меня есть на это причины. Я выполняю просьбу одного человека. Вэй Ин, имя в быту Усянь. Взгляд Вэй Хенга стал острее клинка на его поясе, когда он ровно спросил: — Он как-то связан со мной? И почему непревзойденный князь демонов выполняет просьбы человека? Хмыкнув, Хуа Чен ответил: — Этот юноша является твоим потомком. Ему повезло понравится и даже помочь моему возлюбленному. Весьма интересная личность, должен признать. Вскинув брови, основатели переглянулись между собой и скрестили взгляды на Вэй Хенге. Собственно, зная этого человека, не удивительно что его потомок смог заинтересовать столь значимых личностей. Вэй Хенг задал следующий вопрос: — В чем состоит просьба? Склонив голову к плечу, Хуа Чен ответил: — Вэй Усянь изобрел артефакт, способный перемещать людей в прошлое. Особенность артефакта в том, что он показывает судьбу выбранного человека. Его воспитанники решили изменить судьбу и отправились в прошлое. Вэй Усянь искренне верит в людей, даже сейчас, он считал что заклинатели прошлого достаточно разумны и смогут использовать полученную информацию во благо. Он ошибся, и в данный момент на детей готовы наброситься почти все присутствующие при чтении книги-артефакта. Больше всех усердствует некий Лань Цижэнь. Он отчего-то очень не любит Вэй Усяня. Я хочу предложить вам поучаствовать в чтениях. Лань Ань нахмурился при упоминании своей фамилии. Что это значит? Неужели с его орденом что-то не так? Что там вообще творится? Не Кай прикрылся веером, с прищуром уточнив: — И как же мы можем это сделать? У демонов нет таких сил, а Богам вмешиваться в дела смертных запрещено. Усмехнувшись, демон протянул: — С благословением небожителей никакие запреты не ведомы. В моем случае, с благословением небесного императора, что является моим возлюбленным супругом. Понимание проникло в умы основателей. Разумеется, они все слышали эту историю о любви бога и демона. Не знали только, что этот бог сам небесный император. Посмотрев на друзей, Вэнь Мао без слов все понял: — Мы согласны. Одно уточнение, мы сможем вернуться обратно в этот самый момент? Хуа Чен лишь кивнул в ответ. Вынув из рукава кости, он подкинул их вверх. Выпали две шестерки и дверь распахнулась, приглашая их сделать шаг вперед. *** Настоящее время. За пол шиченя до событий в зале. Резкий выпад саблей заставил отскочить, уворачиваясь от удара. Сила атаки была такой, что Вэй Усяня отбросило назад. Перекувыркнувшись в воздухе, он, с широкой улыбкой на лице, вновь принял боевую стойку. Тренировка с Главой Не длилась уже достаточно долго. Первое время мужчина присматривался и пытался оценить уровень подготовки первого ученика ордена Цзян. После долгих упражнений и демонстрации новых приемов, Не Минцзюэ предложил спарринг. Вэй Усянь без раздумий согласился, и вот они ведут этот боевой танец уже продолжительное время. Вновь атака сабли, и попытка не ответить, но хотя бы увернуться. Мастерство главы Не было неоспоримо, и это вызывало какой-то преувеличенный восторг. Если повезет, то эта тренировка станет не последней. Делая новый кувырок, он не рассчитал расстояние и приземлился ровно в тот момент, когда лезвие сабли практически прижалось к его горлу. Тяжело дыша, юноша не скрывал удовлетворения от проведенного времени: — Это было потрясающе, глава Не! Повторим как-нибудь? Хмыкнув, Не Минцзюэ убрал саблю одним резким движением и ответил: — Не имею ничего против. А ты неплох, хотя и есть, к чему стремиться. Вот и займемся развитием твоих способностей. Довольно засмеявшись, Вэй Усянь чуть ли не подпрыгивал на месте, заставляя мужчину поражаться бьющей из мальчишки энергии. После полутора шиченя тренировки у него еще остались силы? Предвкушение заполнило разум мужчины. Обучать того, кто хотел улучшать свои навыки было истинным удовольствием. Растрепав итак лохматые волосы, мужчина чуть насмешливо бросил: — Завтра в это же время. Если сможешь твердо стоять на ногах. Подпрыгнув от возмущения, Вэй Усянь воскликнул: — А почему я должен не встать завтра?! Нагрузка была не такой уж и большой, - не замечая диковатого блеска в глазах старшего мужчины, он продолжил, - Нужно хоть немного привести себя в порядок перед началом чтений. Этот ученик откланяется с позволения главы Не. Выполнив вежливый поклон, первый ученик ордена Цзян развернулся и вприпрыжку отправился в выделенную им с шиди комнату. Неспеша шагая по направлению к общему залу, Вэй Усянь был перехвачен Не Хуайсаном: — Вэй-сюн, доброе утро! Улыбнувшись, Усянь махнул рукой: —Доброе утро! Ты что-то хотел, Не-сюн? Не Хуайсан на миг нахмурил брови, решая, что делать. После полученного вчера знания, он все пытался продумать дальнейшие действия. Один он не справится, а значит нужно найти надежного союзника. Вэй-сюн был наиболее подходящим вариантом, чем кто бы то ни был. Вот только как рассказать обо всем так, чтобы друг поверил? Или нужно не рассказать, а показать? И, не смотря на вопиющее отступление от правил Ордена, он серьезно произнес: — Вэй-сюн, у меня есть к тебе одно дело. Только для этого мне нужно твое слово, что ты никому не расскажешь о месте, в которое мы сейчас пойдем. В миг посерьезнев, первый ученик ордена Цзян медленно кивнул: — Даю слово, Не-сюн. Что за дело такое? Раскрыв веер, второй молодой господин Не развернулся в сторону центрального двора, коротко обронив: — Идем, боюсь на слово ты не поверишь. Проходя величественные залы и дворы, Вэй Усянь нахмурился, когда они вошли в библиотеку. Это и есть то самое место? Но ведь библиотека есть в каждом Ордене, в этом нет ничего секретного. Сбившись на этой мысли, юноша бросил взгляд в спину уверенно идущего вперед друга. Если только это не конечная точка их пути. И действительно, в одном из закутков помещения Не Хуайсан сделал какой-то жест рукой и одна из стен отодвинулась. — Н-Не-сюн, это то о чем я думаю..? Не получив ответа, Вэй Усянь последовал за Не Хуайсаном. Спускаясь по плохо освещенным ступенями, юноша все больше напрягался. Судя по всему, дело не такое простое, как он вначале подумал. Махнув Усяню в сторону небольшого столика, Не Хуайсан бережно взял в руки какой-то футляр, похожий на объемный свиток. — Вот, - Не Хуайсан бережно протянул ему вынутый из футляра предмет. Это оказался и правда свиток с текстом. Весьма потрепанный на вид, с обгоревшими краями, - Читай. После обсудим. И Вэй Усянь начал читать, с каждой мяо хмурясь все сильнее. Изо всех сил сдерживал порыв сжать хрупкий пергамент сильнее. Пальцы подрагивали от приложенных усилий. Наконец закончив, он поднял взгляд на друга, хрипло обронив: — Шесть основателей? Вэй Хенг? Что это значит? Разум лихорадочно обрабатывал новую информацию. Фамилия могла быть просто совпадением, но тот факт, что написанное противоречило официально известной истории, вызывал странные эмоции. Что теперь делать? Вспомнив про месторасположение клана Вэй, Усянь невесело усмехнулся. Если написанное правда, то может он изначально должен был попасть на Луаньцзан и судьба просто взяла свое таким оригинальным способом? Не Хуайсан, убедившись что друг закончил читать, вынул свернутые в рулон портреты и протянул их Усяню: — Это еще не все. Вместе с текстом были портреты основателей. Бережно приняв новый, куда более толстый, свиток чуть дрогнувшей рукой, Вэй Усянь начал рассматривать изображения. И если при взгляде на четверых из основателей не было ничего особенного, то когда он дошел до основателей Вэй и Не, глаза его широко распахнулись в изумлении: — Это... Как такое возможно?! Почему никто не знал?! Мы же буквально их копии! Не Хуайсан сел напротив друга, тихо ответив: — Да, я тоже был весьма удивлен. И я совершенно не представляю, что со всем этим делать. Прости, Вэй-сюн, что втянул тебя в это, но я просто не знал, к кому еще обратиться. Сам текст... Ты ведь заметил, что он как будто оборвался в середине? - получив кивок в ответ, продолжил, - Так вот, я думаю что от реальной истории нашего мира старательно пытались избавиться. Разделить текст на части им видимо показалось мало и его попытались уничтожить. Вот только не вышло. Возможно им помешали, или сам пергамент был защищен. Избавиться не смогли и решили спрятать. Нам нужно найти оставшиеся части, и открыть миру правду. Мне кажется это чрезвычайно важным, будто от этого зависит не одна жизнь. Помещение погрузилось в тишину, оба юноши хмурились, погруженные в свои раздумья. Не было больше привычных масок шута и незнайки. Оба юноши видели уловки и истинную суть друг друга. В игре не было смысла. Наконец, Вэй Усянь заговорил: — Для начала нам нужны еще люди. Старших пока посвящать не будем, не думаю, что они готовы к такому. Из нашего поколения... Я бы привлек к этому делу Цзян Чена. Он на самом деле довольно умен и может найти связь там, где мы ее не увидим. Еще стоит приглядеться к юношам будущего. Возможно, это поможет и в их реальности. Я пока что не уверен насчет братьев Лань, стоит еще приглядеться. И нужно подумать, где могут быть остальные части. Вэй Усянь замолк от пришедшей в голову ужасающей мысли. Вглядываясь в сложное выражение на лице Вэй-сюна, Не Хуайсан прищурился: — О чем ты подумал? Вэй Усянь куснул губу, вновь растрепав высокий хвост: — Я думал о местах, где могли бы спрятать одну из частей, возможно самую важную. Такое место, куда никто в здравом уме не сунется, - подняв взгляд на замершего в раздумьях друга, Усянь продолжил, - Я вспомнил самую первую главу истории. ЛуаньЦзан и путь тьмы, который я будущий избрал для себя. Это не может быть совпадением. Почему ЛуаньЦзан? Туда скидывают ненужные трупы, которые усиливают энергию обиды, от туда невозможно выбраться живому. Даже если узнаешь что-то полезное, выйти и рассказать не сможешь... — Идеальный тайник... - прошептал второй молодой господин Не, чувствуя пробежавший по спине холодок. Пальцы до хруста сжали веер. Резко поднявшись на ноги, юноша принялся убирать свитки в футляр, после чего нервно произнес, - Думаю, нам нужно идти. Скоро должны начаться чтения. Вернемся к этому разговору позднее, нужно как следует все обдумать. Решив так, оба юноши в задумчивости отправились в зал собраний. Уже свернув на нужную тропу, они увидели неуверенно оглядывающегося юношу в одеждах Цишань Вэнь. Склонив голову, Вэй Усянь с любопытством прищурился и радостно позвал: — Вэнь-сюн, ты в порядке? Что-то потерял? Подскочив на месте, юноша бросил на них затравленный взгляд и пробормотал: — П-простите, я п-прос-спал. А п-пот-том з-заб-блудилс-ся. Весело рассмеявшись, Усянь подскочил к явно расстроенному мальчику: — Не переживай, все в порядке! Тебе повезло встретить нас, мы как раз идем в зал. Прости, у меня не очень хорошая память на имена. Сжавшись еще сильнее, юноша чуть склонился, не удивившись, что его имя не запомнили: — И-имя этого уч-ченика Вэнь Н-Нин, им-мя в быту Ц-цюнл-линь. Усянь просиял: — Точно! Теперь я точно запомню! Ну что, идемте уже? Получив кивки, он потянул робкого юношу за рукав. Уже у входа он почувствовал нечто странное. Какую-то незнакомую, но очень сильную энергию. Оглянувшись на товарищей, он попробовал открыть дверь. И не смог. Вскинув голову, он возмутился: — Что такое?! Мы же не опоздали! Зачем закрыли дверь? Дернув ручку еще раз, он решил действовать более решительно. Оглянувшись, он широко улыбнулся: — Не-сюн, ты прости если что. Не Хуайсан только хотел спросить за что друг просит прощения, как глаза его расширились от изумления. Открыв рот и чувствуя вцепившиеся в него руки Вэнь Цюнлиня, он смотрел, как Вэй Усянь отошел подальше и бросился вперед. Прикрывшись веером, второй молодой господин Не ожидал, что его новообретенный друг и союзник что-нибудь себе отобьет. Только зажмуриться не успел, потому как Вэй Усянь ввалился в распахнувшуюся перед ним дверь. Не удержавшись на месте, он с громким возгласом споткнулся и упал на какого-то человека. С протяжным стоном подняв голову, он увидел... Себя. Хлопнув ресницами, он ошарашенно поднял руку и потыкал щеку неизвестного с его лицом. Хмыкнув, пробомотал: — Настоящий вроде. Ты кто такой? И почему с моим лицом ходишь? Взрыв хохота заставил его почти подскочить на месте, заехав острым локтем прямо в живот своей копии. Игнорируя протяжный стон и ругательства под собой, Усянь вскинул голову и увидел склонившегося над ним Не-сюна, только в другой одежде. Когда только переодеться успел? Мозг подавал сигналы бедствия, во всей этой ситуации что-то не так. Но что именно? Нахмурившись, он обернулся назад, уже заняв сидячее положение, и увидел... Не-сюна. Понимая, что ничего не понимает, он вернул внимание веселящейся группе людей. Приглядевшись, он понял, что уже видел эти лица. На пергаменте в тайной комнате ордена Цинхе Не. Подскочив, он обвел диким взглядом шестерых мужчин, один из которых уже успел подняться и теперь потирал ребра и живот, с усмешкой глядя на него. Растеряв все веселье и понятия о приличиях, он воскликнул: — Вы?! Как вы тут оказались?! *** Шесть высоких фигур становились все ближе и четче. Все они были одеты в цвета великих орденов. Кроме одного, что носил одежды черного цвета с красными вставками. Пораженный вздох пролетел по залу при взгляде на лица двоих из шести появившихся мужчин. Они выглядели как Вэй Усянь и второй молодой господин Не. Почти точная копия, но исходящая от них энергетика не позволяла ошибиться. Сходство было лишь внешним. Дверь за их спинами закрылась и мужчина в одеждах ордена Цишань Вэнь заговорил: — Приветствую благородных заклинателей. Вэнь Жохань, уже успевший взять силу под контроль, склонил голову на бок, ответив: — Этот глава приветствует новоприбывших. Не желаете назваться? Смерив заговорившего мужчину любопытным взглядом, Вэнь Мао уже собирался заговорить, как дверь за их спинами вновь открылась. Затем последовал вскрик и грохот, сопровождаемый тихими ругательствами. Обернувшись, он имел удовольствие лицезреть потрясающую в своей сюрреалистичности картину. На полу распластался Вэй Хенг, придавленный юношей в черно-красных одеждах. Этот самый юноша поднялся и первое, что он сделал – это потыкал его друга в щеку. Усмешка расплылась на его губах, когда он обменялся смеющимися взглядами с остальными спутниками. Обостренный слух уловил бормотание:" Настоящий вроде. Ты кто такой? И почему с моим лицом ходишь?". Не сдержавшись, мужчина откинул голову и расхохотался во всю мощь своих легких. Рядом он услышал такой же удивленно-веселый смех друзей. Невероятно просто! Они только прибыли, а уже такая ситуация. И с кем? С главным шутником всей их компании. Смех оборвался, когда юноша вскинул лицо, как две капли похожее на лицо Вэй Хенга и, подскочив, спустя пару мяо воскликнул, распахнув от изумления глаза: — Вы?! Как вы тут оказались?! Эта фраза могла значить только одно: Вэй Усянь, а иных вариантов личности этого юноши не было, точно знал, кто они такие. Это вызывало вопросы. Хуа Чен предупредил его? Тогда почему он так удивлен? Вэнь Мао все больше хмурился от непонимания ситуации, но сказать ничего не успел. Его рукава коснулась тонкая рука, а следом прозвучал спокойный голос Цзян Чи: — Предлагаю всем успокоится и начать с представления. Этого главу зовут Цзян Чи, - с этими словами он сделал намек на поклон, сложив руки в традиционном жесте. Его статус позволял не кланяться вовсе, однако это могло быть воспринято неверно. Изумление достигло своего пика, когда Цзян Ваньинь пораженно выдохнул, все еще закрывая своей спиной сестру и детей: — Вас зовут как основателя ордена? Своим вопросом юноша привлек всеобщее внимание. При взгляде на деву Цзян собравшиеся вспомнили, что вообще происходило до того, как появились эти загадочные личности. Тут же поднялся вощмущенный ропот. Гул нарастал, напряжение вновь растеклось по залу собраний. Нахмурившись, Вэнь Мао выпустил толику своей силы, сковывая особо громких и возмущенных. Его голос был подобен раскату грома, когда мужчина процедил: — Немедленно угомонитесь все! Что вы тут устроили? И это - цвет мира заклинателей? Ведете себя хуже торговок в базарный час. Куда подевалось ваше воспитание и уважение друг к другу? Придавленные силой и словами этого странного мужчины, возмущенные застыли, в ужасе распахнув глаза. Основатель Вэнь продолжил: — Имя этого главы Вэнь Мао. Основатель ордена Цишань Вэнь. В случае Вэнь Мао не было даже намека на поклон. Много чести для тех, кто был жалким подобием того, к чему они вели своих людей. Отпустив силу, мужчина вернулся взглядом к заговорившему юноше в пурпурных одеждах. За его спиной стояла юная дева в платье такого же цвета. За ее спиной жались двое детей, что сейчас с испугом смотрели на всех собравшихся, цепляясь за платье девушки. Прищурившись, он вглядывался в изумленные лица людей. Нужно заканчивать этот балаган. Глубоко вздохнув, и решив разбираться в ситуации постепенно, он кивнул друзьям. Следующим едва заметно наклонил голову мужчина в золотых одеждах: — Этого главу зовут Цзинь Чуаньли. Его взгляд скользнул к фигурам в одеждах его ордена, пытаясь понять, что это за люди. Выражение высокомерия и превосходства на лице мужчины с веером сразу не понравилось Цзинь Чуаньли, но он решил отложить более близкое знакомство. Следующим назвался мужчина в одеждах монаха: — Имя этого главы Лань Ань, - в отличие от друзей, он совершил традиционный вежливый поклон. Единственное упущение это острый, пронзительный взгляд льдистых глаз, что ни на миг не опустился. Выпрямившись, он перевел значительно смягчившийся взгляд на самого младшего из их компании. Вскинув подбородок, Не Кай раскрыл свой веер, уверенно сказав: — Этого главу зовут Не Кай. Не Минцзюэ внимательно вглядывался в такое знакомое и, вместе с тем, чужое лицо. Внешне Не Кай был полной копией диди. Вот только взгляд выдавал опытного воина. Решительный блеск глаз почти умолял бросить ему вызов. Никто не знал, каких сил Не Минцзюэ стоило не делать этого. Последний из прибывших, что лицом был копией Вэй Усяня, еще раз потерев грудную клетку и бросив на первого ученика ордена Цзян насмешливый взгляд, произнес: — Имя этого главы Вэй Хенг. Как вы уже поняли, мы являемся основателями орденов, сейчас называемых Великими. За исключением меня, я основал клан. Теперь предлагаю разобраться в ситуации. Что здесь происходило до нашего появления? Лань Цижэнь все больше хмурился от творящегося хаоса. Как эти люди посмели назваться основателями? Поверить в то, что они говорят правду было решительно невозможно. Сделав шаг вперед, он резко ответил: — Имя этого старейшины Лань Цижэнь. Прежде всего хочу спросить: почему вы думаете, что мы вам поверим? Как вы можете доказать, что действительно являетесь основателями? Тем более, что орденов было только пять. Так откуда взялся еще один? Вскинув брови, Вэнь Мао смерил заговорившего мужчину почти пренебрежительным взглядом. Как они докажут? А почему они вообще должны что-то доказывать? Он перевел взгляд на, явно недовольного, Лань Аня. Если старику не повезет его разозлить, это будет интересное зрелище. Для него и его друзей, разумеется. Остальные вероятнее всего не оценят столь редкую картину. Прежде чем кто-то успел вмешаться, Вэй Усянь переглянулся с Не Хуайсаном и получив медленный кивок, выступил вперед: — Это правда, они действительно основатели великих орденов. Пять великих орденов и один клан. Вэй Хенг переглянулся с Не Каем, понимая, что их потомки видимо единственные, кто не просто верит, а точно знает, кто они такие. Как так вышло? Мужчины уже поняли, что ситуация хуже, чем они предпологали. Вэй Хенг склонил голову на бок, алые губы растянулись в насмешливой усмешке: — И как же вы двое можете быть в этом уверены? Что если мы действительно просто лжецы?, - не обращая внимания на тычок в бок, он продолжил, - Учитывая все уже услышанное, образование в вашем времени оставляет желать лучшего. Так что же отличает вас от всех остальных, даже ваших старших? Не Хуайсан прошептал другу: — Сам разбирайся со своим предком. Вы явно похожи не только внешне. Возмутившись подобному предположению, Вэй Усянь почти подпрыгнул на месте. Правда делать что-то все-таки было нужно и он фыркнул, старательно игнорируя многочисленные взгляды: — Мы с Не-сюном видели ваши портреты. Читали часть истории нашего мира. Часть настоящей истории. Не поверили с начала, но вот вы стоите перед нами и иных вариантов не осталось. Ну и лица некоторых из вас, говорят о явной кровной связи. - Усянь не сдержал легкого смеха от всей ситуации, растрепав попутно свои волосы и продолжил, - Предлагаю всем устроиться поудобнее и просто поговорить. И может стоит освободить молодых господ Вэнь и Цзинь? Присутствующие в едином порыве обернулись к юношам, что все еще были прикованы к стене в крайне неудобных позах. Тишина с их стороны объяснялась тугими канатами энергии, закрывшими их рты. Лица же юношей были краснее свадебного наряда. Вэнь Жохань поморщился. К стыду своему, он совсем забыл о младшем сыне. Хмыкнув, он бросил: — Может и стоит. Заодно разберемся, что же сподвигло их на очередную глупость. Мужчина приблизился к стене и протянул руку к скованным юношам. Послав импульс ци, на этот раз вложив крайне мало силы, он вскинул бровь в изумлении. Ничего не произошло. Совершив еще одну попытку, с примеением большей силы, он сделал шаг назад. Результата все еще не было. Более того, почувствовав попытку вмешательства, тонкие нити отсоединились от общего сплетентя энергии и поползли в его сторону. Быстро отступив на несколько шагов назад, Верховный заклинатель не сдержал восхищенного смешка: — Силен Старейшина, действительно силен. И талантлив, - мужчина обернулся к представителям фамилии Вэй, бросив, - Думаю, освободить их может только тот, кто наложил защиту или имеет представление о подобных техниках. С нарастающим интересом Вэй Хенг стремительно приблизился к стене. Коснувшись энергии, он пропустил ее через себя. Попытался понять и увидеть, что представляет собой этот массив. Спустя всего пару мяо оба юноши рухнули на пол, завопив от боли после неожиданного и жесткого приземления. Вэй Хенг потыкал носком обуви сначала одного, затем другого и хмыкнул: — Готово. Накладывал защиту мой потомок? Исключительное сплетение двух, по сути, противоположных техник. Темная и светлая ци, объединенные в один массив. Причем светлая энергия призвана лишь смягчить разрушительный эффект темной. Великолепная работа, даже я не смог бы лучше. Звенящая тишина за спиной заставила резко обернуться. Обводя присутсвующих взглядом, молодой мужчина все больше хмурился, не понимая почти безумного ужаса, написанного на лицах. В итоге его взгляд остановился на старейшине Лань, что стоял с распахнутыми глазами и стремительно багровеющим лицом. Долго ждать не пришлось и тот, кто выглядел как старик, почти выплюнул: — Отступники, использующие путь тьмы, не должны восхваляться! Энергия обиды развращает разум и уничтожает душу..! Его прервал громкий, издевательский смех Вэй Хенга и его же слова: — Отступники? Развращает и уничтожает? Человека с моей кровью в жилах?! - резко успокоившись, мужчина полыхнул ставшими алыми глазами, - Вздор полнейший! Тот, в ком течет моя кровь, призван для укрощения и использования энергии обиды. И все-таки, образование в этом времени просто отвратительное. Не знать основ, не помнить своей истории...поразительное невежество и легкомыслие. Лань Цижэнь хотел продолжить возмущаться, но его губы склеились в одну полоску. Лань Ань, что все больше хмурился, поднял ледяной взгляд и произнес: — Довольно. Пока все не займут свои места никаких объяснений не будет. Медленно и настороженно заклинатели рассаживались по своим местам. Дети отказались отходить от Цзян Яньли и девушка с мягкой улыбкой устроила их рядом с собой. Руки слегка тряслись, уж слишком много всего случилось за недолгое время. Пытаясь спрятать дрожь, она начала поглаживать плечи А-Яна и А-Цин. Бросив успокаивающий взгляд родителям и братьям, она вновь устремила взгляд на основателей. Супруги Цзян в этот раз устроились совсем рядом с дочерью и сыном. Случившееся до их прихода все еще оставалось непонятным. Единственное, что оба поняли точно - это то, что их дочь обидели. Юй Цзыюань полыхала искрами Цзыдяня. Цзян Фэнмянь сохранял внешнюю невозмутимость, однако в обычно светлых глазах залегли тени. Цзян Ваньинь устроился рядом с А-Яном, хмуро глядя на Вэнь Чао и Цзинь Цзысюня. Остальные ордена расположились похожим образом, желая быть как можно ближе к семье. Только все устроились и собрались начать разговор, как дверь в зал вновь распахнулась. Это уже даже не смешно! Что там еще? Четыре фигуры, вошедшие в помещение, застыли под прицелом более чем полусотни взглядов. Трое из прибывших оказались юношами: один в белых одеждах странствующего монаха, второй был облачён в одеяния ученика храма Байсюэ, а третий в простых одеждах обычных людей. Шедший первым старший мужчина склонился в приветствии: — Этот глава клана просит прощения за опоздание. Видимо, что-то успело случиться. Не смотря на то, что подразумевался вопрос, прозвучало это как утверждение. Хань Лисинг медленно скользил взглядом по залу, отмечая новые лица и общую напряженность. Увидев мужчин, что были копиями молодых господ Вэй и Не, брови главы Хань едва дрогнули в удивлении. Однако имея немалый опыт прожитых лет, он смог сохранить спокойное выражение лица. Чего нельзя было сказать о его юных спутниках. Не получив ответа, он обернулся к юношам: — Вы можете сесть рядом со мной. Совершив вежливые поклоны, все четверо проследовали в одном направлении. В полной тишине каждый шаг звучал все громче. Устроившись, Хань Лисинг вновь поклонился в пространство перед собой. Ни кому и всем одновременно. Глубоко вздохнув, Вэнь Мао начал: — Надеюсь, это все кто должен присутствовать? Оглядев зал и присутствующих, Вэй Усянь энергично кивнул: — Теперь все, основатель Вэнь! Ничуть не удивившись, что именно Вэй Усянь проявил инициативу, мужчина произнес: — Прекрасно. В таком случае мы представимся заново, а после выслушаем и вас. Дальше все проходило относительно спокойно. Основатели вновь представились и коротко рассказали о поступившем им предложении. Умолчали только о личности загадочного благодетеля. На этот раз им поверили. Затем представились наиболее значимые личности Поднебесной. К ним относились главы Великих орденов и их семьи. Так же удостоились чести представиться основателям некоторые из глав более мелких кланов. Вэнь Мао слушал все это несколько отстраненно. Все это время он то и дело бросал взгляды на юношу в одеждах Ордена Гусу Лань. Чем больше смотрел, тем сильнее было недоумение: почему ребенок его крови носит одежды чужого ордена? Возможно, его мать была из Цишань Вэнь? Это имело бы смысл, не ощущай он очень тесного кровного родства с главной ветвью Ордена. Насколько мужчина смог понять, у нынешнего главы Ордена Вэнь не было дочери, которую можно было бы выдать замуж. Лишь племянница, что была все еще свободна. Решив пока просто понаблюдать, основатель Вэнь продолжил слушать. Со своих мест встали четверо юношей в одеждах разных Орденов, что сели отдельно от всех. Выслушав детей, основатели переглянулись. Так вот о ком говорил непревзойденный князь демонов. Именно эти дети решили бросить вызов самой судьбе и времени. Когда все замолкли, Не Кай раскрыл веер, спокойно произнеся: — Теперь, раз уж все представились, вернемся к тому, что случилось до нашего появления. Эта фраза заставила Цзян Яньли опустить взгляд в ожидании очередного конфликта. Просто... Почему все обязательно должны ссориться? А-Ян почти оскалился, переводя полный яростного негодования взгляд с Вэнь Чао на Цзинь Цзысюня. Сами же юноши сжали губы, вздернув подбородок. Оба были уверены в своей правоте, хотя Цзинь Цзысюнь испугался реакции тетушки. Уж слишком сильно она защищала бывшую невесту кузена. Цзян Чи отметил реакцию всех предполагаемых участников конфликта и едва заметно нахмурился. Когда он заговорил, голос, в противовес взгляду, звучал мягко: — Если мы верно все поняли, то молодые господа Вэнь и Цзинь сделали что-то, за что получили наказание от творения молодого господина Вэй. Не дожидаясь, пока эти двое попытаются вывернуть ситуацию себе на пользу, Лань Цзинъи и Оуян Цзычжэнь встали со своих мест. Коротко, стараясь не поддаваться эмоциям, они рассказали, чему стали свидетелями. Возмущенный и полный уверенности в собственной неприкосновенности, Вэнь Чао подскочил со своего места: — Кому-то просто нужно было следить за словами! Дева Цзян оскорбила меня и молодого господина Цзинь. Мы ей ничего не сделали! Цзинь Лин подскочил со своего места, сжимая руки в кулаки. Он уже открыл рот, собираясь поставить мерзавца на место, но его прервал спокойный, уверенный голос: — Это не правда, - Лань Ванцзы поднялся на ноги, поклонившись присутствующим, - Дева Цзян не сказала и не сделала ничего дурного. Лань Сичень пораженно вздохнул. В отличие от всех остальных он видел, как тяжело дались его младшему брату эти слова. Чуть сведенные к переносице брови говорили о крайнем напряжении второго молодого господина Лань. Сам же Лань Ванцзы с невероятным усилием проталкивал слова. Звук будто сопротивлялся, не желая покидать его рта. И все же... Все же самому себе он должен был признаться, что хочет стать тем Ханьгуан-цзюнем, о котором с таким уважением и доверием говорили эти дети. Все прошедшее время он пытался понять, что же такого сделал он из будущего, чтобы заслужить подобное отношение. Это было не пустое восхваление к статусу или таланту. Это было безграничное доверие, что рождается лишь при определенных обстоятельствах. И сейчас он наконец набрался решимости сделать первый шаг на пути к человеку, которым он желал бы стать. Выпрямившись, он бестрепетно встретил острый взгляд Вэнь Жоханя. Мужчина смотрел пристально, будто испытывал на прочность и, наконец, произнес: — Второй молодой господин Лань, ты обвиняешь моего младшего сына во лжи? Вэнь Чао заухмылялся, совсем не замечая иронии в словах отца и прожигающего, злого взгляда старшего брата. Этот второй нефрит не посмеет... — Да. - короткий, уверенный ответ, заставивший старшего брата в страхе уставиться на него. Все знали вспыльчивый и переменчивый нрав верховного заклинателя. А теперь еще и основатель самого могущественного Ордена присутствовал. Что же будет с их кланом и с ними всеми? Звенящую тишину прервал спокойный, полный непонятной многими мудрости голос Лань Аня: — Есть ли кто-то, способный подтвердить слова второго молодого господина Лань? Пока представители мелких орденов с опаской переглядывались, а кто-то предвкушал новую порцию сплетен, со своего места поднялся Лань Сичень. Молча поклонившись, он встал плечом к плечу с братом, однозначно выражая свою позицию. Цзинь Цзысюнь подскочил со своего места, завопив: — Вранье! Они сговорились против нас с молодым господином Вэнь! Все это просто от зависти! Не трогали мы деву Цзян, а эти бродяжки сами виноваты! Не чего путаться под ногами благородных господ! В порыве злости и испуга он вовсе не следил за тем, что говорит. Прервало его сразу две вещи: подзатыльник, полученный от тетушки и голос Главы Не, что громыхнул подобно сходу камней с гор: — Эти дети гости Нечистой Юдоли! Находясь здесь, они получают мою полную защиту! Так вы, молодой господин Цзинь, хотите сказать, что напали на тех, кто находится под моей защитой?! Подобный напор заставил поумерить пыл, с замиранием ожидая, что же последует дальше. Ко всеобщему удивлению, послышался смешок. Обернувшись, все наткнулись на ухмылки основателей. Не Кай обмахивался раскрытым веером. Его лицо выражало какое-то нездоровое предвкушение, когда он протянул: — Вэй-сюююн, раз уж никто не хочет признаваться, а ситуация обостряется, не хочешь помочь? Вэй Хенг сидел, подперев подбородок кулаком. Прищурившись, он энергично кивнул: — А почему бы и нет? С этими словами мужчина соединил ладони. Пространство заволокла красноватая, полупрозрачная пелена с зелеными вкраплениями и центр зала пошел рябью. По помещению пронесся шепот, подобно шелесту листвы, но проникал он в самые души: —Раз уж никто не хочет признаваться, давайте увидим все своими глазами. Единственное светлое место осталось в центра помещения, где, как на яву, воспроизвелись события недавнего прошлого. Вот заходит дева Цзян с детьми, вот Вэнь Чао намеренно сбивает с ног одного из детей. Затем короткий, однако крайне неприятный диалог. Появление Лань Цзинъи и Оуян Цзычжэня. Новый диалог, переросший в откровенную ругань и полет обоих зачинщиков в стену. Они просмотрели события до самого появления основателей в полной тишине. Вэй Хенг отпустил силу и свет вернулся в зал. Лица собравшихся были разными. Кто-то смутился от собственного бездействия, кто-то злился на то, что правда раскрыта и смотрел теперь на Вэй Хенга с откровенной ненавистью. Вэй Усянь сидел рядом с Не Хуайсаном. Его руки были сжаты в кулаки, а тело подрагивало от напряжения. Черты лица заострились, губы были сжаты в тонкую нить. Эти твари посмели сказать и сделать такое с шицзе и детьми, которых он уже признал важными для себя. О которых хотел позаботиться. Дыхание стало прерывистым, а разум помутился от гнева. Он подскочил и не в силах себя более сдерживать, процедил: — Вот оно как, значит. Кем вы двое себя возомнили?! - голос его звенел яростью и сталью, заставляя виновных неосознанно сделать шаг назад, - Думаете, ваш статус защитит вас? Я с вас шкуру спущу и плевать что со мной будет! Вэнь Чао и Цзинь Цзысюнь сделали еще один шаг назад, но вовсе не слова их напугали так сильно. Взгляд человека, которого они считали незначительным, полыхал решимостью, а глаза горели красным огнем, готовым пожрать их души. Цзинь Цзысюнь в панике сделал шаг назад, споткнулся и начал медленно отползать, бормоча: — Д-демон, демон среди нас! Не зря его убили в будущем! Вэй Хенг застыл при этих словах. Его потомка убили? Что тут вообще творится? Ситуация сулила большие неприятности. Мужчина стремительно оказался рядом с потомком и положил руку ему на плечо, сильно сжав: — Дыши, А-Ин, просто дыши. Укроти свою ярость. Виновные получат по заслугам, когда придет время. Подняв все еще алый взгляд на человека, что так похож на него, Вэй Усянь сделал глубокий вздох. Злость не ушла, но разум немного прояснился. Он делал один вдох за другим, стараясь ни о чем не думать. Когда способность ясно мыслить вернулась, взгляд сам нашел Цзян Чена. Кажется, не только Вэй Усянь был в ярости. Шиди с трудом удерживали с двух сторон Цзинь Линь и Лань Сычжуй. Лицо наследника Цзян пылало негодованием, но ни единого слова не сорвалось с губ. Приглядевшись, он понял, что кто-то применил заклинание молчания. Скрипнув зубами, он сказал: — Я в порядке, но слов своих назад не возьму. И извиняться не стану. Хмыкнув, Вэй Хенг ответил с легкой насмешкой: — Другого от своего потомка я и не ждал. Обостренное чувство справедливости и гнев, что затмевает разум при угрозе близким. Отступив, Вэй Хенг вернулся на свое место, заключив: — Теперь, когда мы знаем о ситуации все, предлагаю главам Орденов провинившихся назначить достойное наказание. Однако если предпринятые меры не удовлетварят нас, мы возьмем эту обязанность на себя. Тишина стала ему ответом. Собравшиеся чувстововали легкое головокружение от всех событий, что происходили одно за другим. Все, что они поняли - это то, что возразить все равно не смогут. Остается лишь ждать и смотреть, что будет дальше. Не Хуайсан робко предложил: — Тогда, раз правда прояснилась, как насчет того, чтобы сделать короткий перерыв на перекус и продолжить чтение? Возражений не нашлось и слугам велели накрыть столы заново, а кому-то просто заменить закуски на свежие. Спустя примерно половину шиченя столы были убраны, а заклинатели стали решать кто будет читать дальше. Вызвался Цзян Чи. Сделав глоток чая, он начал чтение: — Храбрость.