Абиссус: Перо ангела

Мэри курил на кухне, сидя на подоконнике. Он смотрел на низкое лиловое небо и наверняка видел обычный ночной небосклон. — Ну и где ты был? — спросил Мэри у вошедшего на кухню Рика. — Нужно было дела доделать, — ответил Рик и со вздохом сел за стол. Он ощущал смертельную усталость. — Прости. Как ты, Мэри? Мэри хмыкнул. — А ты как думаешь? — Думаю, что паршиво, — сказал Рик. — И хочу помочь, но не знаю, как. Мэри опустил голову и шмыгнул носом. — Я дебил, да? — Нет, — Рик отрицательно покачал головой, — это мир дебильный. А ты очень хороший. — Наивный, ты хотел сказать? — Мэри посмотрел на Рика требовательно. — Ну, может быть, немного, — ответил Рик. — Просто все мы хотим верить в лучшее. Все мы хотим верить в людей, в будущее, в шанс. И чем нам хреновее, тем сильнее хочется верить. Кто в этом виноват? Да никто, кроме паскудного мира вокруг. — Почему они такое делают? — спросил Мэри. — Такие вот бляди, как Стив и его ублюдские дружки. Ведь один из них привез девушку, которая была уверена, что он ей сделает предложение. Ты не представляешь, какая счастливая она была. Рик пожал плечами. — Думаю, потому, что сами нихрена не чувствуют, кроме своих комплексов, — ответил Рик. — Я если честно не ебу, как вообще можно до такого докатиться и какое дерьмо должно быть в голове для этого. — Они себя возомнили богами, — Мэри фыркнул, затушил в пепельнице сигарету и тут же достал из пачки новую. — Столько пафоса, столько самомнения. И они бы нас всех убили, чтобы себе продемонстрировать какие они крутые. Как я мог повестись на такого ублюдка, Рик? Почему я постоянно влипаю в эту херню? — Я полагаю, что он хорошо притворялся, — сказал Рик. — А ты красивый, добрый, обаятельный, у тебя искренняя улыбка. Мне кажется таких вот отморозков это злит, потому что у них ничего этого нет. Ни красоты, ни доброты, ни обаяния. Они только притворяться могут. — Ты тоже красивый, добрый и обаятельный, — сказал Мэри. — Ты-то так не влипаешь! Рик хмыкнул. — Ну не такой уж я и красивый и вообще не особо добрый, ты мне льстишь. С обаянием тоже, мне кажется, ты меня перехвалил. И к тому же — я влип. Просто мне, наверное, чуть больше повезло. А может быть и нет. Я понятия не имею, какие у Фроста планы на меня. — Я больше не позволю, — Мэри снова шмыгнул носом, — меня использовать. Никому. Никогда. Рик закурил, глядя на Мэри и подумал, что сраный мерзавец Стив оставил на душе Мэри незаживающую рану. От таких ран меняются характеры и привычки и, как правило, не в лучшую сторону. — Прости, что я так поздно спохватился, — сказал Рик. — Он мне сразу не понравился, надо было попытаться тебя удержать. Мэри мрачно рассмеялся. — Меня удержать? Рики, у тебя не было шансов. Мы бы просто посрались, и я бы всё равно поехал. Ты же меня знаешь. Рик вздохнул и кивнул. — Я теперь буду умнее. И осторожнее, — пообещал Мэри. — И взрослее. И на работу эту ссаную я не вернусь. Завтра поеду и уволюсь к чертям. — Чем будешь заниматься? — спросил Рик. — Буду бандитом, — ответил Мэри. — Мотики лучше буду угонять. — А учёба? — Рик поднял на Мэри удивлённый взгляд. Мэри вздохнул тяжело. — Не уверен… Какой смысл быть тонконогим студентом, если тебя каждая мразь может изнасиловать и убить? Учиться нужно другим вещам. Например, стрелять и бить ёбла. Рик печально посмотрел на Мэри и покачал сокрушённо головой, но ничего не сказал. Мэри затушил сигарету и встал с подоконника. — Рик, — он подошёл к брату и обнял его за плечи, склонившись над ним, — можно я с тобой посплю сегодня? Мне как-то страшно одному засыпать. — Конечно, — согласился Рик и погладил Мэри по руке. Проснулся Рик поздно. Мэри рядом не было. На кухне Рик нашел макароны и записку: “Поехал увольняться”. Рик потянулся, сделал себе чаю, закурил и встал с чашкой у окна. Фантомное солнце освещало крыши домов, по фальшивому небу плыли белые пушистые облака. — Что же ты делаешь с нами, Ад? — пробормотал Рик и, не дождавшись ответа, принялся сооружать себе бутерброд. Засиживаться было некогда — на сегодня были срочные дела. Был большой соблазн посидеть в баре, потрындеть с Лукасом и Ро, но Рик, не заходя в "Рюкзак", сел на мотоцикл и направился сразу к району Землероек. Нужно было закончить уже это дело и сгонять к Ракиэлю за пером. Рик остановился на границе квартала и принялся оглядываться в поисках постовых. — Чего тебе? — в окне ближайшего дома появился мельком уже знакомый парнишка. Он, перегнувшись через подоконник, курил и разглядывал Рика. — Я к Луису, — сказал Рик. — Дело есть важное. — Опять? — воскликнул парень, — Снова разборки? — Да нет, — Рик отмахнулся. — Никаких разборок, всё, вроде, мирно в районе. Я по другому делу. — Уф, — парень рассмеялся, — ну хорошо. Езжай до вон того дома с граффити с крысами, там поори, позови Луиса. Он где-то там был. Рик кивнул и, поблагодарив парня, поехал к нарисованным на стене ядовито-розовым крысам. Луис встретил Рика радушно. Широко улыбаясь, он пожал ему руку. — Рад тебя видеть! — сказал он. — Пиво будешь? Рик задумчиво хмыкнул. — Да нет… Наверное, для пива мне сегодня ещё рано, у меня дел ещё много. И по одному из них я как раз к тебе. Рик достал сигареты, закурил и, прищурившись, посмотрел на небо, собираясь с мыслями. — Мне нужно попасть в самый центр подземелий под Свободным. Сможешь провести? Луис внезапно посерьёзнел и бросил на Рика короткий пристальный взгляд. — А зачем? — спросил он осторожно. — Мне нужно туда предмет один отнести. Больше рассказать, боюсь, не могу. — Это не просто место, — понизив голос, сказал Луис. Он тоже достал сигарету, закурил и какое-то время собирался с мыслями. — Центр, он… это почти храм. Это… знаешь, мы, Землеройки, считаем Свободный в каком-то смысле живым. И центр — он очень для него важен. Если ты принесёшь туда какую-нибудь херню, то… мне кажется, что району будет плохо. Рик удивлённо посмотрел на Луиса и кивнул. — Я специально ездил гадать, чтобы убедиться, что это не причинит району вреда, — сказал он. — Это безопасно и даже, вроде как, на пользу. Потом — ты мне задолжал “что угодно”. Вот, шанс отдать должок. Луис вздохнул и кивнул. — Тогда подожди. Мне нужно собраться, предупредить Сару и пойдём. Это небыстро, часа два идти будем. Шли молча. Луис был задумчив и сосредоточен. Рик чувствовал его тревогу — Луису явно не нравилась эта затея. А самому Рику было всё интереснее и интереснее, что же это за место такое в подземельях в центре Свободного, что Луис так его оберегает и говорит о нём, как о храме. Впрочем, Землеройки странные. Как Рик однажды уже отметил, больше похожи на секту, чем на банду. Сперва шли по старым канализационным служебным тоннелям — по узкому проходу вдоль труб. Всё это выглядело неработающим и заброшенным, только периодически встречающиеся граффити на стенах давали понять, что тут иногда кто-то бывает. Рик впервые за всё то время, что жил в Свободном районе, задумался о том, откуда здесь вода и как здесь работает канализация. Ведь никакие коммунальные службы Абиссуса не обслуживали Свободный район. Газ был в баллонах. Электричество вырабатывалось бензиновым генератором на заднем дворе "Рюкзака", ветряками в квартале ЗБС, велосипедной электрофабрикой Людей Джорджа и так далее, кто во что горазд. А вот вода… откуда она? — Луис, — нарушил Рик молчание, — а откуда в Свободном берётся вода? — Из водопровода Абиссуса, откуда ещё, — сказал Луис. — Но ведь вроде Свободный Абиссус не обслуживает? Луис усмехнулся весело. — Зато мы хорошо умеем копать и варить трубы, — ответил он, широко улыбаясь. — Ого! — Рик удивился, — то есть, это благодаря вам в Свободном вода есть? — Ага, — Луис кивнул и остановился перед ржавой дверью. Он достал из кармана огромную связку ключей и принялся искать нужный. — А почему об этом никто не знает? — спросил Рик. — Вы бы в большей безопасности были, если бы народ знал это. — Вожаки, в основном, в курсе, — сказал Луис. Он подобрал ключ и с трудом и скрежетом открыл дверь. — Нам сюда. Держи фонарик, тут света нет. Рик взял у Луиса фонарик и, переваривая полученную информацию, пошёл за своим провожатым, подсвечивая себе путь. Технические проходы вдоль труб сменились странными узкими коридорами и тяжёлыми металлическими дверьми. Периодически приходилось спускаться по лестницам в узких колодцах. Рик понимал, что они уже довольно глубоко под землёй. — Сколько же тут места! — удивлённо сказал Рик, когда очередной колодец с лестницей привел их в пустую довольно большую комнату с низким потолком. Луис хмыкнул и, помедлив, ответил: — Очень много. Но для жизни не всё пригодно. Тут вот, например, очень хреновая вентиляция. Пошли… Здесь и правда было душно. Воздух пах железом и пылью и был неподвижен. Липкий пот заливал глаза, и идти стало сложно. Рик перестал болтать и шёл молча, экономя силы. Луис провёл Рика по настоящему лабиринту коридоров и небольших пустых комнат к ещё одному колодцу с лестницей. — Так, — сказал Луис, остановившись. — Сейчас важное. Там внизу — участок пути, на котором нельзя включать свет. — Почему? — удивился Рик. — Потому что нельзя, — ответил Луис упрямо. — Не спрашивай. Просто нельзя и всё. Я там ориентируюсь по поворотам, я их считаю. Будешь держаться за мой рюкзак, а я нас проведу. Только не отвлекай меня и отдай фонарь. — А фонарь зачем? — не понял Рик и насторожился. — Потому что я должен быть уверен, что ты не включишь свет, — сказал Луис терпеливо. — Ну а почему нельзя-то?! — воскликнул Рик, не понимая. — Рик, — произнёс Луис спокойно, — есть вещи, которые просто есть. И правила есть, которые просто нужно соблюдать, чтобы всё было хорошо. Я тебя согласился провести в очень сакральное место. Будь добр — соблюдай правила. Рик хмыкнул и протянул Луису фонарь. — Спасибо, — сказал Луис, выключил фонарь Рика и убрал его в рюкзак. — Я спускаюсь первым и тебя жду у лестницы внизу. Луис полез вниз, а Рик, чувствуя смутную тревогу, остался наверху. Выждав секунд тридцать, он полез в колодец вслед за Луисом. Здесь было непроглядно темно. Настолько темно, что казалось, что эта темнота глушит ещё и звуки. — Я тут, — раздался в темноте голос Луиса. Рик протянул руку и нащупал плечо Землеройки. — Вот, — Луис взял Рика за руку и положил её на свой рюкзак. — Держись крепко и иди за мной. Пол здесь ровный, можешь идти свободно. Рик вцепился пальцами в брезент рюкзака и вздохнул. Здесь было тихо. Даже звук шагов казался глухим и негромким. “Если он меня тут бросит, — подумал вдруг Рик, — я никогда в жизни отсюда не выберусь”. Стало неприятно и тревожно от этой мысли. Луис шёл уверенно и размеренно и предупреждал заранее о поворотах. Рик молчал, боролся с тревогой и старался не дёргать за рюкзак Луиса и не отставать. Любопытства ради Рик вытянул вбок левую руку, но ничего не нащупал. Видимо, ближайшая стена была справа. Рик перехватил рюкзак Луиса левой рукой и вытянул в сторону правую, и его пальцы наткнулись на шершавую прохладную стену. Рик пошёл, ведя кончиками пальцев по этой стене. Он всё пытался определить, из чего она сделана. На бетон было не очень похоже. Стена была сухая, пальцы то и дело натыкались на борозды и канавки на поверхности стены. Стыков, какие были бы у бетонных плит, Рик нащупать не смог. "Неужели, это резьба? — подумал вдруг он. — Неужели это камень, на котором что-то вырезано?" Эта мысль его ошарашила, но чем дольше они шли, чем дольше Рик ощупывал неровную поверхность стены, тем больше убеждался в этом своём предположении. — Тут стены резьбой покрыты? — спросил он Луиса, не выдержав. — Да, — помедлив, коротко ответил Луис. — А кто это всё вырезал? — спросил Рик. — Понятия не имею, — сказал Луис. — А ты видел это при свете? — Я же говорю, нет! — с лёгким раздражением произнёс Землеройка. — Тут нельзя включать свет. И я никогда это правило не нарушал. — То есть, тебе просто сказали, что тут нельзя включать свет, потому что всегда было нельзя, и никто никогда не включал? — Да, — коротко ответил Луис. Рик вздохнул и перестал донимать Луиса вопросами. Было нестерпимо любопытно. Какое-то время снова шли молча. Видимо, смягчившись, Луис наконец произнёс: — Немного осталось, ещё два поворота, и выйдем на место. Рик внутренне воспрял от этой новости. Темнота и замкнутое пространство давили на нервы. Выступивший от неподвижности воздуха пот заливал глаза. Вот первый поворот, вот второй. — Сейчас осторожно и медленно, — предупредил Луис, — впереди пять ступенек вверх. Рик замедлился. Носок его ботинка уперся в ступеньку, и Рик, считая про себя до пяти, поднялся куда-то по ступеням. Пройдя ещё метров пять, Луис остановился и полез в свой рюкзак. Щёлкнула кнопка, и темноту разрезал свет фонарика. Включённый фонарик Луис передал Рику и достал из рюкзака второй. Рик, направив луч фонаря перед собой, медленно пошёл по кругу. Они оказались в большом помещении. Стены тут были из какого-то тёмного камня, сложенные из огромных каменных блоков. Никакой резьбы тут на стенах уже не было, и Рика это расстроило. Помещение было большим, наверное, размером со спортивный зал в школе. В центре потолок поддерживало несколько толстых каменных колонн. Рик перевёл луч фонаря к центру зала и увидел ровно в его середине высокий постамент, своего рода алтарь, по крайней мере, именно эта ассоциация пришла Рику на ум. Рик подошёл к этому алтарю, навёл на него яркий луч фонаря и остолбенел. На поверхности каменного возвышения, в небольшом углублении лежало выцветшее, ветхое, истлевшее тряпичное сердце. Швы между лоскутами его разошлись, и из него высыпался чёрный блестящий песок. Рику показалось, что сердце его забилось так сильно, что даже Луис может услышать его стук. Рик полез в свой рюкзак и достал оттуда тяжёлое, плотное, крепкое сердце из разноцветных лоскутов. Точно такое же, как на алтаре, только новое. И сразу перед глазами пронеслись все эти разборки последнего времени, постоянные жалобы старожилов о том, что такого в районе никогда не было, что Свободный меняется, что началась невиданная резня. "Вот оно что! — подумал Рик. — А может, это ты защищаешь район, странное сердце?" Рик осторожно убрал из углубления в камне остатки старого сердца. Ткань расползлась под пальцами, и остатки песка посыпались на пол. Затем Рик бережно положил новое, красивое сердце в углубление алтаря. И вдруг как будто пелена спала с глаз и звуки прорезали тишину. Рик охнул. Он ощутил вдруг бесконечные улицы, граффити, заброшенные, но такие живые дома, людей, нелюдей, настроения, эмоции, дружбу, вражду, отчаяние и много маленьких и таких ярких надежд. Весь Свободный район возник внезапно в чувствах Рика как продолжение собственного разума, как продолжение собственного тела. Он ощутил его травмы, его раны, его паразитов и нестерпимо захотелось вылечить, очистить, исцелить, прогнать гнус. Рик прислушался к новым ощущениям и понял, что паразитами район ощущает оборотней. Они были чужими. Они не были частью Свободного. Рик нехотя убрал руки от сердца, и ощущение ослабло, почти пропало, но, если закрыть глаза… Рик по-прежнему его чувствовал, и это было как принадлежность к чему-то большому, живому и по-своему прекрасному. Это давало ощущение крепкой стены за спиной, ощущение дома, ощущение смысла. — Это же… — прошептал Луис, подойдя к алтарю. — Это же новое сердце! — его голос дрогнул. — Откуда?! — Даже не знаю, что ответить, — сказал Рик. — Не знаю, можно ли… — Не уверен — не говори, — сказал Луис. Рик посмотрел на Землеройку по-новому, более уважительно, и кивнул. Дорога обратно показалась Рику короче и проще. Как будто произошедшее с ним в “храме” придало ему сил. Рик и правда чувствовал себя бодро, как после энергетика или порошка. Немногословный Луис больше вопросов не задавал, но Рик видел, что произошедшее повлияло и на него. Он не выглядел больше настороженным и угрюмым. Когда Луис с Риком вылезли из подземных катакомб через канализационный люк во внутреннем дворе в квартале землероек, небо уже начало темнеть. — Хочешь с нами пообедать? — спросил Луис. Рик задумался. Есть хотелось, но ещё больше хотелось поскорее закончить с делами. — Нет, спасибо. У меня ещё дела есть сегодня, так что я поспешу. Спасибо за помощь! Луис посмотрел на Рика внимательно и улыбнулся. — Тебе спасибо за помощь, Рик, — ответил он. Рик, умудрившийся ни с кем не встретиться на входе в "Рюкзак", оставил мотоцикл у заброшенного дома и побежал вверх по лестнице к своей колдовской лаборатории. Не дав себе даже времени на перекур, Рик начертил на двери символы перехода в своеобразную приёмную Ада и Рая и, открыв дверь, шагнул под пронизывающий ветер. Не обращая внимания на холод, Рик побежал в сторону вагончика и, быстро преодолев расстояние, в прошлый раз показавшееся бесконечным, постучал в стену вагона рядом с дверью. — Заходи, — раздался низкий голос Исифа. Рик заглянул внутрь и поднялся в вагон. Ракиэль и Исиф сидели за столом и играли в карты. Увидев Рика, Ракиэль сгрёб карты со стола и улыбнулся Рику довольно и лукаво. — Я отнёс его! — выпалил Рик. Он подошёл к столу, и Ракиэль похлопал по стулу рядом с собой, предлагая Рику присесть. Рик сел за стол и достал сигареты из кармана. — Отлично! — сказал Ракиэль, глядя хитро на Рика. — Понравилось тебе? — Ох… — Рик закурил, глядя Ракиэлю в зелёные глаза. — Это было… вдохновляюще. — Я верил в тебя, мальчик! — сказал демон и жестом фокусника вытащил из-под стола большое серебристо-белое красивое перо. — Держи! Настоящее качественное маховое перо ангела. Свежевыдернутое. Рик расплылся в улыбке и взял перо. Как током, его пальцы ударило ощущение бешеной, бурлящей энергии, заключённой в этом пере. Это была яркая, мощная, подвижная сила, огромная сила. — Ого… — сказал Рик, изумлённо глядя на перо. — Надеюсь, ты-таки придумаешь, зачем оно тебе вообще нужно, — сказал Ракиэль и подмигнул. — А это сердце… — начало было Рик, но Ракиэль приложил палец к губам. — Сам, — произнес он, — всё сам. Сам выясняй, сам делай выводы. Я свою часть сделки выполнил. Рик досадливо поморщился и кивнул. — Спасибо. — Обращайся, малыш, — ответил демон и налил Рику крепкого чаю в гранёный стакан. Уже стемнело. В "Рюкзаке" было весело. Пришли в гости ребята из ЗБС и несколько парней Йена. И сам Йен должен был скоро прийти. Рик и Лукас сидели на ступеньках бара, соприкасаясь плечами, и курили. Лукас был задумчив и смотрел на Рика во все глаза. Рик рассказывал ему о своих сегодняшних приключениях. — То есть, ты его теперь чувствуешь? — уточнил Лукас. — Ага… Я ещё не разобрался с этим толком, но я его ощущаю… как часть своего тела, что ли. У меня свербит в квартале оборотней, например. Лукас рассмеялся. — Короче, — Рик снял рюкзак с плеча и достал из него перо. Оно было плотное, жёсткое. Об него можно было порезаться. — Бля… — прошептал Лукас. — Это оно? Перо ангела? — Да! — Рик кивнул. Он поднял перо перед собой. В сумерках казалось, что оно источает свет. — Что планируешь? — спросил Лукас. — Ты собираешься сбежать из Ада? — Нет, — ответил Рик. — Я там умер, кому я там теперь нужен? — Я тоже обратно не спешу, — сказал Лукас. — Так что с ним теперь делать? Рик повертел перо в пальцах, любуясь на него. — А хрен его знает, — ответил он безалаберно. — Пусть лежит в рюкзаке. Когда-нибудь пригодится.

Конец пятой части