Ангелы тоже иногда грешат

      Забытый, непонятный мне порыв обуял меня с ног до головы. Заставил с не присущей мне резкостью схватить ангела за шею. Я сжала её, обманчиво хрупкую, усыпанную родинками, местоположение которых я почему-то успела выучить. Кроваво-алые глаза впились в мои, и на губах его расплылась привычная ухмылка. Однако было в ней что-то новое. Триумфальное.       — Мне нравится, когда ты такая, Лэйн, — его вкрадчивый шёпот мурашками пробежал по моей спине. —Нравится, когда ты чувствуешь.       Я прикрыла глаза, вслушиваясь в его мерное дыхание. Его рука легла на мою, надавила ещё сильнее, так, что я почувствовала его сердцебиение. — Что это за чувство, Каин?       Его пульс еле заметно ускорился. Ангел аккуратно переложил мою руку на своё лицо. — Разве я должен знать? Это ведь твоё чувство, — я ощутила, как улыбка сползает с его лица, огладила его губы, инстинктивно прижалась ближе, услышав томный вздох. — Знай, Лэйн, я желаю наполнить тебя этим чувством до краёв.       Рука Каина огладила мои бёдра, поднялась вверх, сжала талию, пожалуй, сильнее, чем следовало. Я раскрыла глаза и увидела, что он не отрывал взгляда от моего лица, смотрел беспрерывно, стараясь заново изучить каждый миллиметр, понять, что во мне изменилось. Я опустила взгляд на его губы, проследила за движением языка, когда он облизывал их. Во мне что-то беспрерывно трепетало, что-то знакомое и в то же время далёкое. Как ни пыталась, я не могла ухватиться за это, утихомирить. Оно расплывалось теплом по моему телу, вторя движениям рук Каина, вызывало во мне непреодолимую жажду. Стремясь исследовать это нечто, я подтолкнула лицо ангела навстречу своему. Он уже целовал меня прежде, но этот поцелуй казался самым первым. Сладким, желанным. Словно так целуются люди после долгой разлуки. Люди, потерявшие надежду встретиться вновь. Я с жадностью сминала его сухие губы, прижимала его ближе к себе, хотя между нами уже не осталось ни единого сантиметра. Его руки, скользящие по моему телу так, словно делали это уже тысячу раз, распаляли во мне желание. Я задрала его кофту, и Каин протяжно замычал, схватил меня за запястье, но не нашел в себе сил остановить меня. Он бы и не смог. Я провела вверх до груди, вновь начала спускаться вниз, и тогда он нехотя оторвался от моих губ. — Мы в церкви, — ангел быстро дышал и довольно улыбался. Пересилив себя, он таки сжал запястье и поднял мою руку над головой. — Я не уверен, что смогу простить тебе этот грех.       В воздухе раздался громкий звук хлопка пощёчины, который эхом отразился по сводам храма. — Тебе ли говорить мне о грехах, Каин? Ангел потёр красный след, оставшийся на его белоснежной щеке. Его глаза, не переставая пылать красным, нагло блуждали по моему телу. Я отстранилась от него, но даже так моя кожа не переставала гореть, охваченная его помутненным взглядом. Он был осязаемым, как прикосновения пару секунд назад, и желание почувствовать их вновь жарким огнём вихрилось в моей груди, как бы я его не усмиряла. Чувствовать это было в новинку, но такая жажда его близости ощущалась даже правильной. — Ты почти не изменилась, — тихо подытожил Каин. — Кто из смертных бы осмелился ударить ангела, так ещё и в священном месте?       Я недобро прищурилась: — Ангелы слишком много на себя берут. Каин усмехнулся, но не стал мне отвечать. Он осторожно подошёл ко мне, накрутил прядь моих волос на палец, наблюдая за моими эмоциями. Я смотрела на него выжидающе. Точно знать, что он сделает в следующее мгновение — свернёт мне шею или вновь поцелует — было невозможно. Я чувствовала как напрягается каждая клетка моего тела, и, уверена, он тоже. Он испытывал меня. Потому его губы растягивались в высокомерной улыбке. Его рука поползла вниз к грудной клетке, очертила выступающие ребра, ненароком задела грудь, сорвав с моих губ рваный вздох. Каин склонился к моему уху, обжёг кожу горячим дыханием: — Ангелы тоже иногда грешат.       Меня взяла дрожь. Движения его рук стали смелее, жарче. Время от времени я забывала о своей потребности дышать и вспоминала лишь когда начинала задыхаться. Его губы опустились на мою шею, оставили первый, обманчиво робкий поцелуй, затем провели влажную дорожку вдоль вен. Каин обхватил мою талию, плавно усадил меня на скамейку, стоящую позади. Что-то подсказывало мне, что сегодня использовать её мы будем не по назначению. Хотя с моих губ срывался шёпот, напоминающий слова молитвы, на деле я беспрестанно повторяла лишь его имя. Ангел опустился передо мной на колени, обхватил мои бёдра, мимолётно сжал их и придвинулся ближе. — Запомни этот момент, Лэйн, — Каин поднял взгляд и посмотрел так, что меня обдало жаром. Он сидел передо мной на коленях, слово покорялся, склонял голову, но я знала — всё точно наоборот. — Не прощу, если снова забудешь.       Мучительно медленно он обвел мои бёдра рукой, и я несдержанно подалась ему навстречу. Его глаза полыхали и внимательно следили за каждым моим движением, чутко улавливали каждое желание и каждую запретную, грязную мысль. Неловкость и скованность растворились в моём очередном жадном вдохе. Я упёрлась ногой в грудь ангела и оттолкнула его, с удовольствием наблюдая за его хмурым лицом. Я прошептала ему в губы: — Смотри, Каин.       И отстранилась. Демонстративно сорвала с шеи крест, услышала звон упавшего на пол храма металла. Затем принялась за одежду. Взгляд Каина не отрывался от моих дрожащих рук, медленно задирающих кофту, оголяющих покрытую ссадинами кожу. Я встала, посмотрела на него сверху вниз и, упиваясь его голодным взглядом, скинула с себя юбку. Теперь, стоя перед ним почти обнаженная, я чувствовала себя как никогда правильно. Мысли о том, как он коснется меня, дурманили голову, и я знала, его мысли не отличались от моих. Но ангел терпеливо сидел передо мной на коленях, позволяя себе лишь наблюдать. Сгорать от страсти изнутри, но не давать ей выхода. — Можешь встать, — слетело с моих губ резко и судорожно. Ангел не спешил. — Хочу коснуться, — повторив за мной, он стряхнул с руки крест. — Нет сил ждать.       Каин прижался к моим ногам. Влажными поцелуями проложил путь от колен к бёдрам, его волосы защекотали мой живот. Я зажмурилась, впитывая в себя каждое его прикосновение. Зарылась рукой в белоснежные пряди, сжала, направляя его выше. Беспрекословное подчинение мне бессмертного, божественного создания сводило с ума, разливалось неистовым жаром внизу живота. Мои мысли путались. Он поцеловал живот, кончиком носа провёл вверх до груди, медленно обвел её языком. Каин, Каин, Каин. Жар его ладоней жёг мою спину, расплывался по всему телу, плавил меня, словно восковую свечу, освещающую своды храма. Мой, мой, мой. Укус в шею заставил меня тихо вскрикнуть и ненадолго прийти в себя. Лицо ангела было напротив моего, он смотрел с жадностью, восхищением, благоговением. — Восхитительна, идеальна, как мраморное изваяние, — тонкими пальцами очертил мой профиль, шею, прошёлся по рёбрам. — Написана вдохновленным музой художником, — подцепил край моего белья, дразняще опустил его вниз. — Порочна, как сам дьявол.       Я накрыла его губы своими. Забралась рукой под одежду, огладила точеный торс, оторвавшись на секунду, избавила его от мешающей вещи. Провела языком по его губе, затем прикусила, вызвав болезненное шипение. Моя рука поползла к его брюкам, но он ловко перехватил её. — Опять останавливаешь? — мой голос прозвучал чрезмерно недовольно. Ангел улыбнулся. — Не только тебе меня мучить, искусительница моя.       Придерживая меня за талию, он плавно опустил меня на скамью и навис сверху. Я неожиданно почувствовала прикосновение между ног и шумно втянула воздух. — Каин… Он стиснул зубы, на его лице заиграли желваки. — Если ты ещё раз простонешь моё имя так, я клянусь, Лэйн, ты не уйдешь от меня ещё пару дней. Я распахнула глаза, прекрасно зная, что его угрозы не пусты. — Не уверена, что смогу такое выдержать. Каин надавил на чувствительную точку пальцами, наконец отбросив моё белье в сторону. — И я не уверен.       Движения его пальцев стали быстрее, смелее. Я не могла сдержать стоны, что срывались с моих опухших от поцелуев губ. Я чувствовала, сколь сильно его желание, и чем больше он себя сдерживал, тем мучительнее было ожидание. Я посмотрела на него, и он тут же ответил на мой взгляд хитрой ухмылкой. — Что такое? — Хочу слиться с тобой воедино. Ангел с силой закусил губу. Собрав пальцем потекшую каплю крови, я слизала ее и посмотрела на него из-под прикрытых ресниц. — Твое желание — закон.       Привстав, он снял с себя оставшуюся одежду и вновь припал к моим губам. Желание стало почти нестерпимым, и я двинулась ему навстречу. Резкое ощущение заполненности, обдавший всю меня жар, вытесненные из головы мысли. Только он. Только я и он. Одно целое.       Первое осторожное движение, громкий стон. Он набирает темп, входит глубже. Я забываюсь. Растворяюсь в нем без остатка. Нет апокалипсиса, нет храма, нет смерти — только первородная, дикая страсть. И нечто большее. Нечто, сближающее нас, но всё ещё не обнаруженное, не исследованное мной. Нечто, тщательно скрытое моим беспамятством. — Идеальная, дьявольски идеальная… Моя. — Мой. Каин оставил жаркий поцелуй на моей шее, еле слышно шепнул: — Твой.       Ангел толкался в меня, выбивал из меня громкие несдержанные стоны, что-то непрестанно шептал. Я таяла, умирала, воскресала вновь. С каждым новым толчком в животе распускался жар. Каин замедлялся, мучая меня, затем снова ускорял темп до бешеного.       Я сжала его плечо, расцарапала спину. — Давай, Лэйн… — я слышу его хриплый шёпот.       С моих губ срывается самый громкий, сладострастный стон, я слепну, мир перестает существовать. Неистово хорошо. Ангел покрывает моё тело поцелуями. — Быть зависимым от тебя так легко, — он целует меня во влажный от пота висок, заправляет пряди волос за уши, — Не знаю, раздражает меня это или же до ужаса нравится…       Я не нахожу в себе силы ответить, лишь глажу его по голове и шепчу что-то невнятное. Однако он все понимает и без слов. Бережно придерживая, одевает меня, сопровождая каждое движение поцелуем или укусом. Затем одевается сам. Я смотрю на него, устало прикрыв глаза. Мощь бессмертного и впрямь способна вывести из равновесия.