Скала под чёрным флагом

Остатки лодки вместе с лежащим на ней человеком, видимо утром после шторма, вынесло на песок. Ран присел рядом на берегу. Глядя на внезапного гостя, он покачал головой и на секунду прикрыл лицо руками. Осознание неизбежных проблем усиливалось. Все, что когда-либо было связано с людьми, приносило ему только страдания и боль. Но дело сделано, снова он в это ввязался. Собравшись с мыслями, он поднялся и подошел к лодке. Прикованный к ней человек прерывисто дышал, но был без сознания. Края его порванной рубашки безнадежно зацепились за крюк для крепления весла, а рука была переплетена веревкой и перекинута через днище перевернутой лодки. В таком растянутом состоянии он и находился до сих пор. “Пожалуй, только это его и спасло”, - подумал Ран. “В такую бурю этот человек чудом выжил”. О недавнем шторме можно было судить по линии берега острова. Место, где ранее был чистый белый песок напоминало теперь мусорную свалку. Черные водоросли своими травяными когтями зацепились за былое дно, и распластались почти по всей территории, не желая снова уходить в воду. Чуть поодаль от тропинки, по которой хозяин острова спустился к месту крушения, валялись деревянные щепки, бывшие недавно второй половиной шлюпки. Также с морского дна вынесло на берег несколько больших медуз, которые доживали свои часы под солнечными лучами, остатки от ракушек и даже камни, напоминающие цветную крошку. Ран педантично содержал свое жилье в чистоте и порядке, и был очень раздосадован последствиями недавней стихии. На острове, где он обитал, каждое дерево было на своем месте, каждый кустарник шелестел, и каждая капля воды падала в озеро четко в свое время. А самое главное, что он ценил свое уединение прежде всего. Он привык быть отшельником, и его не напрягало отсутствие людей на его территории. Однако, сегодня бедного хозяина зеленой обители ожидало двойное потрясение: помимо бардака еще и раненый непрошенный гость. Он обошел лодку и ослабил узел на веревке, державшей окровавленную руку горе-пирата. На предплечье была глубокая рана, из которой торчали остатки дерева. Рука ослабла и человек начал падать вперёд. Увидев это, Ран подскочил к противоположному краю лодки, и подхватил парня под руки, не давая ему упасть. Однако, все еще зацепившийся край рубашки не давал снять его полностью. Приобнимая раненого за пояс, Ран пытался вырвать края одежды, но безуспешно. Ткань никак не поддавалась и не хотела высвобождаться. Ниран снова вернул парня на лодку и положил руку ему на грудь, чтобы тот снова не начал падать. Он взглянул на то, что осталось от того, что некогда называлось рубашкой. В нескольких местах порванная полосами, она больше походила на жалюзи, чем на то, что можно было назвать одеждой. Широким рывком он взялся за разрез и потянул в разные стороны. Рубашка порвалась, оголив шикарное мускулистое тело. Ран на секунду застыл, в его руках по-прежнему были две части ткани, но он не мог оторвать взгляд от груди, по которой медленно спускались вниз капли морской воды, повторяя каждую выпуклость кубиков пресса. Он высвободил руки пирата, и, наконец, с пленом было покончено. Он подставил свою спину, и водрузил на нее расслабленное тело. Руки парня перекинулись через плечи и безжизненно свисали на грудь спасателя. Ниран был немного ниже своего внезапного гостя, от чего ему с трудом давалась транспортировка тела в глубь острова. Ноги раненого волочились по песку, а когда появилась трава и заросли папоротника, то они стали цепляться за листву, существенно замедляя движение. В конце концов, Ран не выдержал и устроил привал. В тени высоких пальм было прохладно и вкусно пахло мокрой зеленью. Уложив парня на поляне, он уселся рядом, переводя дух. Хозяин острова не смог побороть желание разглядеть свою ношу поподробнее. Слегка удлиненные мокрые волосы были забраны в хвост и перевязаны то ли веревкой, то ли лентой, но после драки со стихией многие пряди волос выпали из хвоста и волнами спускались на шею. Несколько прядей закрывали глаза, и если бы человек их открыл, то непременно смахнул бы волосы в сторону, так как они мешали бы обзору. Длинная шея все еще была мокрой, и на ней были заметны следы перекрутившегося украшения из бусин и ракушек. Правая рука все еще кровоточила и по-прежнему была в деревянных щепках. На запястьях парня тоже красовались браслеты, которые совсем не украшали израненную тыльную сторону ладони. На одной из рук было круглое пятно в виде ожога, с какими-то надписями. Ран неосознанно для самого себя, придвинулся, аккуратно пальцами убрал пряди волос, спадавшие на глаза пирата в сторону, и заправил их за ухо. Он заметил круглое серое колечко в мочке уха и уставился на него, сам того не осознавая. Почему-то это показалось ему… Красивым, что ли. Что-то неприятное поселилось в груди парня, и при виде всей этой картины в совокупности: мокрые длинные волосы, разорванная рубашка на шикарном торсе, проколотое ухо, и божественно красивое лицо… Он испытывал какие-то новые чувства, которые его начали пугать, но он помотал головой, и выкинул лишние мысли из головы. Идти до убежища было довольно далеко, и он понял, что дальше так волочить это тело не удастся. И чем дольше они идут, тем меньше шансов, что человек очнется. Ниран принял единственно верное решение; он присел на корточки, просунул одну руку под лопатки парня, а вторую под коленки и поднял на руки. На спине был огромный, но неглубокий порез, и Ран старался схватиться так, чтобы он снова не начал кровоточить. Так идти было гораздо быстрее, хоть и руки ныли от тяжести. Спустя некоторое время, они добрались до центра жилища. Сам остров был небольшой, скалистый. И если не знать куда идти, можно было бы запросто заблудиться в бесконечных пещерных ответвлениях и узеньких скалистых тропах. Прямо по центру, в низине, был небольшой водопад, который, журча и брызгаясь, впадал в круглое озеро. Вокруг его берега были тропинки и пещерные ходы, входы в которые искрились на солнце, отражая свет как зеркало. Ран положил больного на высокий деревянный настил, служивший рабочим столом. Так как он много времени проводил в этом месте, у него появились занятия по обустройству своего зеленого дома. Пришлось освоить профессию плотника для необходимого прожиточного минимума. Лекарств, конечно, в пещерах не было, и пришлось импровизировать. Набрав в озере пресной воды, а это единственное место, где она была, так как ключи с родниковой водой били только там, Ран смочил остатки рубашки и принялся обрабатывать руку больного. Пришлось долго повозиться, прежде чем все щепки были извлечены. Ссадина снова кровоточила и расходовала пресную воду понапрасну. Он прикладывал мокрые холодные тряпки к месту пореза, но буквально через минуту они снова становились багровыми. Он туго перемотал руку разорванными полосками рубашки и вышел из помещения. Нужно было найти что-то, что облегчит боль и ускорит выздоровление. Чабрец рос только в одном месте на острове, как раз там, откуда они только что и пришли. Ран знал, что эта трава обладает противовоспалительным действием, а также антисептиком, что было немало важно, учитывая что обломки старой лодки могли содержать сколько угодно заразы. Собрав несколько веток, он растолок их на камне, и сделав кашицу, уложил на воспаленные участки кожи вокруг края раны и снова перевязал, чтобы порез сомкнулся. Человек на столе дернулся, издав звук выдыхания вместе со стоном. Пират понемногу начал приходить в себя, что лекаря не очень-то радовало. Он не знал, как ему себя вести и не был готов к столь раннему принятию решения на этот счет. Немного смутившись, он снова откинул волосы со лба пациента, чуть тщательнее, освободив все лицо. Стоны периодически повторялись, но были ели слышны. Дыхание прерывистое и очень частое. Мужчине явно было очень больно, но он не мог об этом сказать. Натерев виски мятой для обезболивания, Ран увидел под ногой лежащего лужу крови и подскочил с другой стороны. “Да что ж это?!”, - подумал он. “Сколько еще порезов?” тут он заметил, что штанина на левой ноге была сзади порвана и оттуда тоже торчала небольшая но острая деревянная щепка. Перевернув на бок пациента, Ниран уже знакомым движением разорвал штанину до самого бедра и снова извлек все лишнее и промыл водой. Также туго затянув рану, он, наконец, присел. Человек перестал стонать и потихоньку его дыхание начало нормализовываться. Новоиспеченный врач окинул взглядом все происходящее. “Зачем я опять в это ввязался?”- спрашивал он сам себя. “От них одни проблемы”. - Он вгляделся в поцарапанное лицо пирата. Губы были сухие, как песок с которого они только что пришли. Вздохнув, Ран поднес пиалу с мятной водой ему ко рту, приподняв предварительно голову пациента. Глоток дался больному нелегко, но все же мятная вода немного облегчает боль, поэтому и была необходима. Ниран поставил пиалу на стол, обмокнул руку, и, зачерпнув немного воды в ладонь, смочил ею лоб и щеки парня. Смывая грязь и остатки водорослей он провел ладонью по его щекам, вытер лоб и большим пальцем медленно провел по губам, смачивая их пресной и такой долгожданной водой. Грудь лежащего на столе пирата еле заметно двинулась вверх, и голова чуть запрокинулась назад. Ран отпрянул, заметив едва уловимые движения. “Что я делаю?” - пронеслось у него в голове. Сердце начало отстукивать частый ритм, и от греха подальше, он отставил воду и отошел на несколько шагов. “Я сделал все что мог. Далее дело за ним.” И обернувшись, он вышел из пещеры в манящую зеленую прохладу. Шей медленно открыл глаза. Вокруг было темно, и только лунный свет едва пробивался в отверстия потолка. Он огляделся, но смотреть было особо не на что, а когда глаза привыкли к темноте, попробовал встать. Рука все еще ныла от боли и спина слегка пульсировала. Это никак не помогало сосредоточиться. Опираясь ладонью на стену, он понял, что нога тоже болит и встать на нее нормально он не может. Стены внутри пещеры были шершавые и местами выпирали острыми углами, однако Шей, медленно хромая, все равно пытался найти выход. Пройдя несколько метров, он вышел в помещение, похожее на коридор. Такое же слабо освещенное и довольно тесное. Из этого коридора вело множество ходов, и пытаясь понять, что его ждет за поворотом, он медленно и осторожно заглядывал в очередные проходы. Света нигде так и не было, лишь изредка лунные лучи пронизывали потолок, но света почти не давали. За одним из поворотов Шей отчетливо услышал шум воды и ускорил шаг, как только мог. Превозмогая боль, он надеялся встретить там, на берегу, Эмиля, который позаботился о нем, и теперь ждет, когда тот проснется, чтобы угостить его свежепойманной жареной рыбой. В конце пещеры забрезжил тусклый свет, и вот, добравшись до выхода, он очутился на берегу. Но не на берегу моря или океана, а на берегу маленького озерца, и, конечно, Эмиля здесь не было. Шей, осматриваясь, медленно повернул головой. “Что это за место?”- Он подался вперед и сел на камень возле воды. Теперь, при лунном свете, он мог оглядеть свое тело. Рука болела, но была аккуратно кем-то перевязана. Нога, в общем, тоже. Только царапина на спине оставалась открытой. Он снова огляделся вокруг в поисках того, кто проделал с ним такую работу. Но лунный свет освещал лишь небольшую поляну возле озера, и увидеть дальше метров десяти не представлялось возможным. Шей машинально положил руку на повязку на второй руке и нащупал узел. Сам не зная зачем, он стал развязывать узелок, но тот никак не поддавался. Вдруг “Хлоп”, что-то шлепнуло его по ладони здоровой руки, и пришлось убрать руку с повязки. Шей поднял глаза. Перед ним стоял высокий молодой мужчина, на вид лет двадцати пяти, но черты лица были скрыты в тени. Он сразу понял, что это был не Эмиль. Стройное телосложение, густые темные ниспадающие волосы... В руках он держал глубокую миску и активно в ней намешивал какую-то массу. - Кто ты? - спросил Шей у незнакомца. Тот лишь молча обошел его сзади, и он почувствовал, как что-то прохладное стало происходить у него на спине. Шей хотел было встать, но резким движением, положив холодную руку на плечо, человек за спиной снова усадил пациента. Он старательно намазывал смесь на царапину, и жжение потихоньку прекращалось. - Ты врач? - снова попытался завести разговор Шей. - Где я нахожусь? Давно я здесь? Ты не видел моего друга? - Но молчаливый собеседник все еще не издал ни звука, и продолжал заниматься спиной, не убирая руку с плеча Шея. Когда рана была обработана, врач снова подошел спереди и жестом приказал вставать с камня. Шей с трудом поднялся, но встал как вкопанный, увидев с другого ракурса, кто же стоит перед ним. Человек рукой отодвинул пряди своих волос, закрывавших лицо, и луна осветила прекрасные черты. Пухлые губы, идеальный нос и блестящие большие миндалевидные глаза, которые смотрели прямо на него. Стало как-то неловко, Шей чувствовал себя дворовым котенком, побитым и клочкастым, весь перебинтованный, он стоял напротив произведения искусства. Так ему казалось. Красавец взял его за запястье и пытался куда-то тащить. Ноги Шея не слушались, да и идти он не особо то куда-то хотел в данный момент. Взгляд человека напротив слегка посуровел, он подошел ближе, нырнул под здоровую руку Шея и взвалил его на себя, перекинув через плечо. Тот даже не успел сообразить что произошло, но рана на спине натянулась и снова стала поднывать. Сил сопротивляться не было, кричать было бы бесполезно, так как остров не подавал никаких признаков жизни, и Шей сдался. Незнакомец тащил его куда-то теми же темными коридорами. Пират почувствовал, что все тело, на котором он висел было довольно холодным. Как если бы вы долго плавали в холодной воде, а потом пожали бы руку кому-то кто грелся в этот момент на солнце. Это было странно, но спрашивать было бесполезно, очевидно, что этот человек не понимал о чем его спрашивают. “В какой я стране?” - подумалось Шею. Через несколько минут пункт назначения был достигнут. Его принесли в хорошо освещенную комнату, и бережно усадили на некое подобие жесткого дощатого дивана. Шикарный парень был в одних штанах, старых и потрепанных, и босиком. Его ноги, видимо, не боялись ни скал ни раскаленного песка, ни веток. Очевидно, это было его логово. В нем было все необходимое для жизни. В центре комнаты, под огромной дырой в потолке, было кострище, на котором уже что-то активно шкварчало. Были полки, заставленные небольшой, но нужной утварью. Придвинув самодельный стол из пня и досок ближе к гостю, парень заботливо поставил на него деревянный стакан с мятной водой и махнул рукой, показывая, что Шей должен это выпить. Тот осторожно, не сводя с него глаз, взял стакан и и медленно начал пить. Вкус был травяной, и немного холодный. Как будто проглотил кусочек льда, и все внутри похолодело. Это было то, что нужно. Не обращая внимания на Шея, красавец что-то продолжал готовить, передвигаясь по полевой кухне. Это был отличный момент, чтобы разглядеть незнакомца. Он стоял спиной, и не мог видеть, что его разглядывают с ног до головы. Широкие плечи и красивая длинная ложбинка позвоночника привлекали внимание. Шей осознал, что такой оценивающий взгляд он раньше бросал только на красавиц в Исла де ла Вита, свистя им вслед, и притупил взгляд, скрыв его за стаканом. Нельзя, нельзя было на него не смотреть. Снова волосы закрывали лицо хозяина острова и свет так заманчиво играет на этих мышцах.. Шей украдкой снова бросил взгляд на парня. Тот, наконец, развернулся и поставил перед гостем тарелку с жареной в травах рыбы. Запах так и манил, казалось, что он несколько дней уже ничего не ел, и сейчас даже лист папоротника показался бы ему самым вкусным лакомством. Парень сел напротив, положив ногу на ногу, и раскинув руки на спинке сидения. Шею пришлось есть рыбу под пристальным взглядом незнакомого человека, но, видимо, выбора у него не было, уж очень суров был этот взгляд. К слову, еда была приготовлена очень не плохо, в рыбе почти не было мелких костей, и мясо пахло дымком и разнотравием. Давно он так вкусно не ел. Возможно даже никогда. Закончив с трапезой, Шей по привычке сказал “спасибо”, забыв, что человек напротив не разговаривает и не понимает его языка. Тот лишь молча встал, убрал тарелку и стакан, и снова взял Шея за запястье. Пират непонимающе уставился сначала на руку, а потом в глаза незнакомца, но не увидел в них ничего, кроме решимости. Медленно и хромая выходя из комнаты в темный коридор, Шей пытался держаться за стены, но только поранил ладонь об острые выступы. -Айщ, - чуть раздраженно вскрикнул он, в очередной раз напарываясь в темноте на скальные наросты. Спутник остановился и отпустил запястье, подскочив к другой руке и перевернул ладонь. Крови не было, но кожа кое-где была поцарапана. Он внезапно переменился в лице, и в в новом выражении появились нотки досады. Перекинув руку через свое плечо, он дал возможность Шею опереться на него, вместо стен. Тот не стал сопротивляться, ибо на теле итак уже не осталось свободного, не израненного места, а прикосновения к холодному телу незнакомца действовали лучше любого анестетика. Пройдя несколько метров, Шей почувствовал, что чья-то холодная рука ползет по его спине, и приобнимая, поддерживает его с другой стороны. Неизвестно почему, но Шею нравилось находиться рядом с таким красивым и заботливым человеком. Он поймал себя на мысли, что вряд ли кто-то на Исла де ла Вита стал бы с ним так возиться. Разве что только сестра, но глупо было бы ее просить носить такую тяжесть на себе. Дойдя снова до темной комнаты, откуда он некогда вышел, хозяин “дома” остановился и зажег факел на стене. Комната сразу залилась теплым светом и стало более уютно. В углу комнатушки стояла “кровать”, если так можно было сказать. С трудом преодолев вместе последние метры, уже дойдя до места привала, Шей оступился, и с грохотом повалился на расстеленное покрывало, утягивая за собой и своего нового друга. Руки расцепились, и красавец, не удержав равновесие, упал было прямо на грудь пирата, если бы не подставил руку. Столкновения удалось избежать, но по инерции, тело продолжило движение, голова предательски опускалась вниз, и щекой впечаталась прямо в щеку Шея. Тут же незнакомец отпрянул и поднялся на локтях, застыв на секунду над его лицом. Волосы снова свесились вниз, заслоняя лицо, и Шей ловким движением ладони медленно провел по его лбу и закинул его волосы назад, оголяя опешивший взгляд. Глаза пирата забегали, пытаясь поймать эмоцию в глазах напротив, но встретили только непонимание, раздражение и смущение. Хозяин дома быстро поднялся, затушил факел и молниеносно вышел из комнаты, пытаясь восстановить предавшее его дыхание. “Что это было?” - спрашивал Ниран сам себя. Он шел по коридору в свое убежище, держа руку на груди. “Чего так колотишься?” - Дойдя до лежбища на своей кухне, он сел и глубоко вздохнул. Недавнее событие никак не выходило из головы. Ран запустил руку в волосы, яростно взъерошил их и повалился на покрывало, отгоняя от себя все непрошенные мысли. ---------- Во что бы то ни стало, Ран решил избавиться от своего раненного гостя и как можно скорее спровадить его домой. Новые испытанные эмоции были ему незнакомы, и потому пугали. Он не знал, как себя вести, и нормально ли это, испытывать то, что испытывал он. Приготовив в очередной раз лечебную мазь, он рано утром навестил больного. Тот крепко спал на здоровом боку. Резкими, но осторожными движениями Ран снял повязку с руки и к его облегчению, увидел что краснота пропала, а царапина понемногу подсыхала и затягивалась. Он снова намазал это место травяной смесью и начал перевязывать. Гость проснулся и дернулся, но крепкая хватка Нирана не давала ему двигаться. Тот, поняв в чем дело, успокоился и наблюдал за процессом. Когда перевязка руки завершилась, Ран перевалил раненного на живот и отдернул разорванную ранее штанину. Он старался смотреть только на место пореза и не замечать красоту рядом лежащих жилистых рук. С ногой тоже было лучше, все явно шло на поправку, что не могло не радовать. Перевязав и эту часть тела чистыми тряпками, он молча вышел и начал прорабатывать план как же ему избавиться от этого человека. А тот так и остался лежать, тоже не сказав ни слова. “Он уже достаточно у меня погостил и я сделал для него все что мог.” - Убеждал он самого себя. И тут в голову пришла шикарная мысль, которая решала все его проблемы. Спустя пару часов, он вернулся в комнату с большим стаканом. Пират все еще был там, и сидя дремал на кровати. Поставив стакан на стол, Ран потрепал спящего за плечо, кивком указывая на напиток. Убрать руку с плеча ему не сразу удалось. Его ладонь накрыла чья-то теплая рука. И сжала его пальцы. Ран попытался сделать шаг назад, но не тут то было. В растерянности он уставился в лицо незнакомца. Тот смотрел на него пристальным но добрым взглядом. Второй рукой человек потянулся к его лицу, которое снова закрывали непослушные волосы. Ран понял, что тот хотел сделать, но сопротивляться не очень то хотелось. Пират поднял локоны волос с лица и заправил их за ухо стоящего над ним красавца. Возвращая руку, он как бы случайно задел пальцем его подбородок. Все еще крепко держа его руку второй рукой, он посмотрел Рану в глаза и тихо но отчетливо сказал “Спасибо”. Он не знал, понял ли тот его или нет, ему просто хотелось поблагодарить его за заботу несмотря ни на что. Отпустив руку, он сделал несколько больших глотков отвара, и опустошил стакан. Ран не успел опомниться от прикосновений, как голова у наивного гостя закружилась, и он повалился на покрывало, уснув глубоким сном. *** Утро только разгоралось, солнце нещадно палило, но нужно было срочно отправляться в путь. Ниран четко решил, что парню не стоит оставаться здесь еще на несколько дней. Ведь тот не знал где находится остров, и что он скрывает пират тоже еще не догадался. «Будет гораздо лучше, если так и останется.» - Он погрузил больного в починенную на досуге лодку. Ну не то чтобы починенную, а скорее сколоченную заново. Тот все еще крепко спал. Ран заботливо накрыл лодку огромным пальмовым листом, так как путь предстоял не близкий, а солнце сегодня точно не пощадило бы никого. Не взяв даже припасов и съестного, он толкнул лодку в воду, и сам следом нырнул в глубину. Толкая руками судно, он быстро бил хвостом об воду, отталкиваясь и наращивая скорость. Спустя несколько часов, он увидел тоненькую полоску берега и поплыл еще быстрее. “Не важно где он окажется, главное подальше от моего дома.” - думал Ран, продолжая двигать лодку. Вдалеке послышались голоса. Пришло время прощаться. Он заглянул в лодку, убрал пальмовый лист,который за несколько часов выцвел почти до бела. Шей мирно спал. Приподняв двумя пальцами его подбородок, Ран вгляделся в уже знакомые черты лица. В груди что-то тихо заныло. - Прощай, пират. - Тихо произнес он, взмахнул голубым хвостом и отправился назад, в глубокую синюю воду.