Medical Referral to Hell

      За окном светило тусклое солнце, что всё время пряталось за полупрозрачными серыми тучками. Оно высовывало свои лучи, словно руки, и цеплялось за улицы, оставляя на них своё лёгкое тепло. После холодной зимы это было в новинку.       Вилки касались своими зубчиками белых холодных тарелок, после чего оказывались возле тёплого рта. Одна вилка с лязгом упала и стукнулась об тарелку, полетев вниз и с неприятным скрежетом упав на пол.       — Погоди, мы же оперировали её недавно? — спохватился Минхо, когда все трое сидели за завтраком, и полез под стол доставать свою вилку.       — Кого? — спросил Джисон с набитым ртом. Он взял стакан сока и разбавил сухость во рту, всё ещё вопросительно смотря на Минхо.       — Йеджи. — ответил он и направился к раковине, чтобы помыть вилку, — Не помнишь что ли?       — Ну, помню, — ответил Хан, — и что?       Черён непонимающе смотрела то на одного парня, то на второго. Она осторожно положила вилку на тарелку и уставилась на брата, сложив руки на коленях.       — А то, — закатил глаза Минхо и сел обратно за стол, — ты ничего не заметил за ней странного? — спросил он, а когда понял, что его не понимают, то уточнил, — ну, не вела она себя так, будто хотела сырого мяса?       — Хм, — задумался Джисон, всё ещё что-то разжёвывая и вытаскивая языком из-за щёк. Через несколько секунд раздумий он ответил: — Думаю, нет. А к чему вопрос?       Минхо раздражённо выдохнул, смотря на Джисона. Младший будто не понимал, что от него хотят, или просто не проснулся ещё.       — Чтобы понять, когда это у неё появилось. Она либо сумасшедшая, либо...       — Либо? — вклинилась в разговор Черён.       — Либо сумасшедшая, — закончил фразу Джисон, — больше у меня нет вариантов. Что тут ещё можно предположить по-вашему?       — Я не знаю. Может, какой-то вирус? — высказал своё мнение Минхо, — Хотя маловероятно. Потому что в интернете уже давно бы всё написали по этому поводу, а тут тишина.       — Не может быть это вирусом, — возразил Джисон, встряхивая рукой, — Это нельзя считать вирусом только по той причине, что «заражён» только один человек. Мы бы уже знали хотя бы несколько человек, которые заражены.       — Да и тем более, — согласилась Черён, — я не думаю, что существует такой вирус, при котором ты хочешь человеческого мяса.       — Почему? Бывает. — сказал Минхо и посмотрел на сестру. Она только в непонимании подняла брови, — Ты не веришь?       Черён лишь отрицательно помотала головой и продолжила издеваться над уже холодной яичницей, которую до этого раскромсала вилкой.       — А зомби?       — Что «зомби»? — не поняла девушка.       — Ну, по-твоему, их не существует?       — Мне иногда кажется, что ты бред несёшь, Минхо, — она поджала губы и презрительно посмотрела на брата. — Никогда этих зомби не существовало. Ты начитался каких-то сказок, а теперь мне вбиваешь в голову, — с упрёком закончила она.       — А если они всё-таки существуют? Что ты на это скажешь?       — Ты хочешь меня запугать, чтобы я вообще не спала или что? — резко встала она из-за стола, — если ты продолжишь — Я уйду ночевать на улицу.       — Тебе невыгодно. Тебя мои «выдуманные» зомби, — он показал двумя руками ковычки, — сожрут на улице.       — Да лучше уж пусть они сожрут, нежели я буду ночевать с тобой, — Черён поставила точку в их разговоре и вышла из кухни.       Джисон вздохнул и поджал губы. Аппетит совсем пропал.       — Ну и что теперь? Ты её напугал, — начал он, когда понял, что девушка окончательно оборвала связь на сегодняшнее утро. — И она устроит тебе бойкот.       — Знаю.       — Да, ты очень хорошо её знаешь. И именно поэтому вывел её из себя своими небылицами? — начал упрекать парня Джисон, — Нет, ну ты реально издевался над ней.       — Я люблю над ней «издеваться», как ты выразился, ещё с детства.       — А если серьёзно, Минхо, это не смешно. Представь, что она пережила, а ты её реально напугал. Она тебе доверилась, рассказала, думала, что ты её поддержишь, а ты только посмеялся. Какой смысл вообще было ей рассказывать про эти несуществующие вещи?       — Ой, Джисон. Ты только и умеешь, что её защищать. Она уже не маленькая, но почему-то верит во всякую ерунду. А если даже и не верит, то всё равно пугается.       — Потому что этот твой бред застревает у неё в голове. — Джисон поджал губы, — Ты же знаешь, что она очень пугливая. Да и плюсом ко всему, сейчас я не вижу смысла её упрекать, потому что эта ситуация очень... странная.       — Знаю. Ладно, я извинюсь перед ней за мою столь недоразвитую голову.       — Быстрее, а то она точно бойкот устроит, — сказал Джисон и улыбнулся.

***

      Нервное напряжение скапливалось в воздухе с каждой секундой и становилось всё ощутимее. Создавалось такое ощущение, что вокруг собрались какие-то придурки, которые никак не могли разобраться с проблемой. А, может, даже и не пытались. И это сильно раздражало, ведь как можно так относиться к ситуации, когда буквально на человека напал человек?       — То есть, вы говорите, что на вас накинулась ваша подруга со словами о том, что хочет вас съесть? — полицейский с интересом наклонил голову и посмотрел в глаза Черён.       В полицейском участке было неприятно холодно. На окнах стояли толстые решётки, а обои на стенах слегка отклеились под потолком. В некоторых местах стены были залиты водой и даже заплесневели. Некомфортно. Кафельный пол идеально вымыт, и от него исходил запах, будто какие-то хлорированные средства для мытья полов, смешанные с запахом плесени.       Полицейский сидел за тёмным деревянным столом, на котором стояла лампа, тускло светившая ему прямо на листок. Тёмные волосы полицейского спадали ему на глаза. Внешность была привлекательной, но создавалось такое ощущение, что этот человек никому и никогда в своей жизни не доверял. Мужчина пристально смотрел своими тёмными глазами на пришедших к нему людей и не особо понимал, что они от него хотят.       — Да, — ответила ему девушка и с тревогой посмотрела на своего брата, — Вы мне не верите?       — Почему? Я этого не сказал, — ответил мужчина и щёлкнул ручкой, — А у вас нет никаких галлюцинаций? Просто...       — Вы мне не верите. — с упрёком и разочарованием в глазах утвердила Черён, — Хорошо, но если этот город заполнит какой-то неизвестный вирус, который будет похож по поведению на поведение Йеджи... ко мне не обращайтесь. Я ничего вам не скажу.       — Черён, — шепнул ей Минхо, — не неси ерунду про апокалипсис.       — А что? Ты же мне утром об этом втирал, — она неприятно улыбнулась и повернула голову в сторону открывшейся двери. Зашёл ещё один полицейский. Его покрашенные в чёрный волосы сзади были слегка отросшими, но не пышными, а спереди аккуратно прикрывали лоб.       — Я думал, что мы уже всё решили... — сказал также шёпотом Минхо.       — Как ещё раз? — спросил вошедший, — как вы сказали?       — Что именно? — с мокрыми глазами спросила девушка. Её голос дрогнул, и она всхлипнула от ощущения беспомощности.       — Как звали того, кто на вас накинулся? Вы говорили что-то про какой-то вирус...       — А... На меня накинулась Хван Йеджи.       — Сынмин, что за?.. — мужчина осторожно мотнул головой в сторону сидящего за столом и расширил глаза.       — Ага. Хван, только не волнуйся.       Черён в той же манере расширила глаза, как и «Хван», и застыла. Она никогда не видела брата Йеджи, потому что он всегда был занят своими расследовательскими делами, а сама девушка фотографию не показывала, потому что он «не любил фоткаться». Поэтому, когда она услышала фамилию «Хван», содрогнулась.       — Вы... вы — Хван Хёнджин? — спросила она с ещё большей дрожью в голосе.       — Да. — он прищурился и сложил руки на груди, — А вы?..       — Ли Черён. Я дружила с Йеджи, но вчера с ней случилось что-то странное... я даже не знаю...       — С моей сестрой что-то случилось, — перебил Хёнджин повествование Черён, — вы уверены? — он посмотрел на Минхо, а затем на притихшего Джисона, сидящего где-то в другом углу помещения.       — Да. Я уверена, у меня нет причин врать вам или шутить.       — Хорошо, — сказал парень и тяжело вздохнул, — Мин, может, проверим? — обратился он ко второму детективу, нервно щёлкающему ручкой.       — Выйдем на секунду? — сказал Сынмин Хвану, а в голосе прорезалось раздражение, — Простите, мы скоро вернёмся, — обратился он к пришедшим, после чего оба мужчины скрылись за дверью.       Минхо тяжело вздохнул и закатил глаза, пересекая расстояние от стола до дивана.       — Ну и что теперь? — спросил Минхо у Джисона, плюхнувшись рядом с ним на диван.       — Что? — будто вылетел из своих мыслей Джисон, — А... я не знаю? — он схватился руками за голову, — голова болит.       — У тебя кровь из носа! — вскрикнула Черён и прикрыла руками рот от ужаса.       — Да? — парень аккуратно подставил руку под свой нос и вытер капающую красную жидкость, чтобы не замарать свою белую, выглаженную с утра рубашку.       — Ой, Джисон, тебе здесь в туалет надо сходить. У тебя давление?       — Не знаю... Волнуюсь ужасно.       — А ты-то чего волнуешься? — спросила Черён, пристально смотря на него, — Не тебя же хотели убить. — она нервно усмехнулась.       — Он может волноваться за тебя́, — сказал с упрёком Минхо, — В общем, иди в туалет. Сходить с тобой?       — А Черён? — спросил невнятно Хан, держа руку у своего носа.       — Да идите уже. — сказала девушка, — Будто бы не справлюсь без вас, — она скрестила руки на груди и отвернулась, закатив глаза.       Мужчины пожали плечами и вышли в другое помещение, где на двери большими буквами было написано «мужской туалет».       Когда дверь с грохотом захлопнулась, Хёнджин чуть ли не влетел в кабинет, будучи подталкиваемый Сынмином.       — Зачем ты меня позвал? — спросил Хёнджин, потирая локоть, которым успел вписаться в дверной косяк.       — Погоди, — Ким подпёр дверь спиной и сложил руки на груди, — тебе не кажется это странным?       — Что именно? — он нахмурился и отзеркалил позу Сынмина, — Я же ничего толком не слышал.       Парень напротив закатил глаза и раздражённо выдохнул. По нему было видно, что он сегодня не в духе, так ещё его успевает достать его же напарник.       — То, что девушка утверждает, что её «маньяк» имеет симптомы, похожие на зомби.       — Во-первых, — выставил вперёд руку Хван, — не маньяк, а моя сестра.       — Извини, — он поднял руки в знак капитуляции, а затем встал в свою привычную позу, — так вот. Если окажется, что они нам врут и говорят всякий бред... а они как раз-таки врут, — сказал медленно Сынмин, смакуя языком каждое слово.       — Ты их выпрешь? — вспылил Хван, — по-твоему, можно всё так оставить, когда речь идёт о моей сестре?       — Эй, успокойся, Хёнджин. Я не говорю, что мы должны обрубить концы у этой ситуации. Я просто рассуждаю логически, ведь это вполне может оказаться очередной небылицей, которую нам вновь преподали на красивом блюде, — он тяжело вздохнул, — Просто пойми, что не всё, что здесь говорят люди — правда, ладно? Ты можешь просто поддаться эмоциям из-за своей сестры, но ты подумай: если бы там не участвовала твоя сестра, ты бы согласился на это дело?       Хёнджин прищурился и втянул воздух губами. Он прожигал Сынмина взглядом, словно перед ним был не его напарник, а кто-то, кто раздражал одним лишь своим видом. Хван поджал губы и опёрся руками на стол позади себя.       — Ты как хочешь, — сказал он, проигнорировав последний вопрос Сынмина, — а я возьму это расследование на себя. Если ты трус, то я справлюсь и без тебя.       Сынмин расширил глаза на секунду, а затем снова вернул прежнее выражение лица.       — Нет уж, Хван Хёнджин. — сказал резко Ким, — Мы с тобой... команда? Я уже сказал, я не обрываю всё в этом расследовании, ладно? Я пытаюсь выяснить и найти все выходы из данной ситуации, чтобы найти лучший.       — Нет, ты буквально назвал это бредом. Тебе сложно взять это дело? Мы и так без дела торчим здесь, почему бы не взять? — он хохотнул и облизнул губы, — Я тебя не понимаю совсем. Разве это не звучит странно и страшно? Даже если это не зомби вирус, как они нам сказали, то просто, может, что-то похожее произошло. На нервной почве можно придумать и додумать много всего, — он вздохнул, — Меня настораживает, что Йеджи так себя ведёт.       — Ты веришь этим людям? — вскинул брови Сынмин, а в голосе прорезалось что-то несвойственное ему.       — Я верю Черён, — сказал твёрдо Хёнджин, — Я знаю её. И поэтому перестань препятствовать. Знаю, что ты главнее меня по статусу, но я не хочу просто так сидеть. Мне наскучило то, что нам не дают ничего в расследование, хотя мы — полиция! По идее, это неправильно, поэтому за такое дело я с радостью возьмусь и тебе советую.       — Хёнджин.       — Ясно, — кивнул парень, — тогда я пойду и проверю, правда это, или нет.       — Как ты это проверишь?       — Не знаю. Как-нибудь да получится. Главное — выяснить всю информацию, которую они знают. Не зря же они к нам обратились за помощью, — сказал Хван и оттолкнул собеседника от двери, открыв её, — Если ты идёшь со мной, то поторапливайся, — он вышел за дверь и осторожно прикрыл её.       Когда парень вышел, то заметил в тёмном углу одну лишь девушку, сидящую слишком тихо для её обычной манеры поведения. Хёнджин нахмурился и осмотрелся по сторонам, стараясь найти двух других парней, но никого не нашёл. Он, словно глупый ребёнок, встал посреди кабинета и сложил руки за спиной.       Черён осторожно подняла голову и посмотрела на детектива. Она перестала отрывать заусенцы на пальцах, резко сложив руки вместе.       — А где остальные? — спросил Хёнджин, медленно начиная подходить       — У Джисона кровь из носа пошла, — ответила Черён и потупила взгляд в пол, — они в туалете.       — Вместе? — хохотнул Сынмин, прикрывая дверь, из-за которой только что вышел.       Черён окинула его презрительным взглядом и закатила глаза, буркнув что-то наподобие «придурок». Сынмин не услышал, а вот Хёнджин услышал это очень даже чётко. Парень прыснул, прикрыв рот ладонью, и отвернулся.       — Вообще-то, он мог упасть, — сказал серьёзно Минхо, выходя из тёмного коридора. За ним шёл Джисон, прикрывая нос туалетной бумагой.       — Ну мы поняли, — улыбнулся Хёнджин и присел за стол, за которым раньше сидел Ким. — Расскажите мне всё ещё раз. Я постараюсь записать всё в точности, только и вы не забудьте рассказать мне всё до конца, чтобы потом не выяснилось что-нибудь новое, что в край меняет поворот сюжета.       Черён пришлось объяснять всё ещё раз с самого начала. Она, честно говоря, уже устала от этой истории, потому что каждый раз вспоминала, и внутри разверзалась бездна страха и сомнения. Рассказывать это в четвёртый раз было уже не настолько тревожно, её не так сильно торкало, как в первый раз, когда она рассказывала об этом своему Минхо и Джисону, но факт того, что тревожность никуда не ушла, оставался фактом.       За окном стало пасмурно и заметно потемнело. Неизвестно, сколько все трое провели в полицейском участке, потому что время протекало слишком быстро. Парни не пошли работу, ещё с самого утра зная, что пробудут здесь слишком долго, и смысла приходить уже не будет. Они предупредили Рюджин о проблеме, девушка их поняла и сказала, что сегодня, оказывается, ничего важного для них нет.       Через некоторое время, проведённое в тишине, Чёрен услышала звук падающих на асфальт капель. Она посмотрела в окно и увидела, что пошёл ливень. Капли стекали по окну и бились об него со всей силы, иногда заставляя вздрагивать от ударов. Шуршала бумага. Сынмин заполнял какие-то бланки, а Хёнджин диктовал то, что запомнил.       Через двадцать минут все документы были подписаны. Парни и девушка вежливо поклонились следователям и остались стоять на месте.       Детективы дали свои визитные карточки с их личными номерами телефона, потому что, если что-то случится, то именно они будут вести расследование. Сказали, чтобы ребята позвонили, если увидят что-то подобное.       — Спасибо большое, — сказал Минхо тусклым голосом и потянул Джисона и Черён за локти к выходу.       — Не за что. Обращайтесь, — вежливо улыбнулся Хёнджин и помахал рукой.       Выйдя на улицу, Черён поёжилась и спрятала нос в воротник своей куртки. Она кивнула, когда Минхо спросил о том, поедет ли она к нему.       — Да. Я поеду к тебе. — она вздохнула, — Я домой возвращаться не хочу.       — Ладно, поехали, — он посмотрел на Джисона, — уже нет смысла ехать на работу, мы проторчали тут невесть сколько. Завтра выйдем на полный рабочий день. — сказал он Джисону.       Парень, к которому были обращены эти слова, кажется, вообще ничего не слышал. Он смотрел стеклянными глазами куда-то вперёд, в пустоту.       — Эй, Сон? — Минхо подошёл и пощёлкал возле лица парня. Тот дёрнулся и вопросительно посмотрел на собеседника, — чего молчишь?       — Не знаю. Задумался просто.       Черён поджала губы и отвернулась от парней. Она вышла из-под навеса и посмотрела в пасмурное небо. На её тёплое лицо стали падать холодные и неприятные капли дождя. Или всё же приятные? Приятные.

***

      Вокруг тихо. Не видно ни единой персоны, что могла бы спасти безгрешные души детей. Если оглянуться и посмотреть вокруг — никого не найдёшь. Будто все люди исчезли и оставили кого-то маленького на произвол судьбы. Маленький мальчик стоял возле выхода из детского садика и смотрел по сторонам, стараясь кого-то найти. Он сжимал края своей синей курточки и переминался с ноги на ногу. Во второй руке покоился коричневый плюшевый мишка, которого сжимали не меньше, чем курточку. В его глазах полно страха и обиды. На глаза подступали слёзы, потому что он понял, что мама за ним не пришла.       — Здравствуйте... — он подошёл к незнакомой рыжеволосой девушке и взял её за ладонь, заставляя обратить на него внимание, — вы не видели мою маму?       — Ага, привет, — сказала Йеджи и улыбнулась своими окровавленными губами, присев на корточки и взяв руки мальчика в свои, — О... хочешь поиграть в догонялки, пока твою маму ждать будем? — она сжимала его ладошки всё сильнее, чувствуя, как мальчик начинает дрожать. Её холодные руки заставляли вздрагивать, когда она начинала давить на пальцы сильнее, — Как тебя зовут?       — Где моя мама? — спросил мальчик и поджал губы, смотря то на рот Йеджи, то ей в глаза. Он увидел кровь и вздрогнул, но до конца не понял, почему она именно на губах.       — Как тебя зовут? — её тон становился всё твёрже и грубее.       — Чонсан...       — Хорошо, — Хван облизнула губы и улыбнулась, чуть потянув мальчика за руку, — пойдёшь со мной?       — Где моя мама... — мальчик вырвал руки и крепко сжал в своих руках своего медвежёнка, — Где мама?! — он взвизгнул, а из его глаз покатились слёзы.       — Ай, не ори, — цыкнула Йеджи и пригрозила пальцем, — Давай так. — она прищурилась и ухмыльнулась, — мы сейчас поиграем в игру: я тигр, а ты не смог от меня убежать. Я тебя понарошку укушу, а ты сделаешь вид, что тебе больно, потом придёт твоя мама, и мы разойдёмся. Понятно?       Чонсан ничего не ответил, лишь как-то неопределённо кивнул.       — Вот и славно. Какой послушный, — она вновь улыбнулась и приблизилась к ребёнку, укусив его за шею.       Если проходить около лицевой стороны детского сада, то можно было и вообще ничего не увидеть. Зато услышать. Услышать, как маленький ребёнок кричит, что есть мо́чи, потому что какая-то непонятная девушка откусила ему часть шеи. Было очень больно. Чонсан плакал и кричал, но сделать ничего не мог, потому что почти сразу отключился.       Йеджи резко отпустила мальчика, и он рухнул на землю, а из его тела потекла красная кровь. Десять секунд понадобилось Йеджи на то, чтобы пережевать его мясо.       — М, — хмыкнула девушка, облизывая кровавые пальцы, — хорошо, но не то.       Из её горла послышался какой-то странный рык, которого сама девушка не ожидала услышать, и она прогнулась в спине в этот момент. Будто это ей тело не принадлежало. Будто не она собой управляла.       — Ну и что это за бред, — сказала Йеджи сама себе и хрустнула шеей, присев на землю.       Хван выпрямила ноги и легла полностью, распластавшись рядом с мальчиком. До её локтя доставала его кровь, вытекавшая из шеи ребёнка, и пачкала одежду. Кровь совсем тёплая, создавался прекрасный контраст температур — уличной и тридцати шести градусной температуры детской крови.       Через некоторое время отдыха Йеджи поднялась на локте и посмотрела на Чонсана.       — Эх, а я думала, ты станешь таким же, как я, — тяжело вздохнула она, по её лицу стекали капли начавшегося дождя, — Но, по-моему, это работает немного по-другому, да? — начала она рассуждать вслух, встав на ноги.       Через некоторое время позади себя Йеджи услышала какое-то копошение. Девушка повернулась и увидела, что тот мальчик, от которого она только недавно откусила кусок плоти, встал и не шевелился, смотря сквозь неё. Его глаза налились красным, из носа и шеи тонкой струйкой вытекала уже багровая кровь.       Тело мальчика то и дело передёргивало, словно какими-то разрядами тока. Он стоял, смотря в одну точку, и, кажется, не дышал.       — Ну, как тебе? — попыталась заговорить Йеджи, но собеседник лишь мотанул головой на звук, а затем опять уставился в пустоту.       Через некоторое время, пока Йеджи осматривала его, ощупывала его холодную кожу, за ребёнком пришла его мать. Йеджи напряглась, услышав какой-то крик с другой стороны детского сада.       — Эй, сынок? Чонсан! Ли Чонсан! — слышался приглушённый голос женщины, будто он был где-то далеко, но он просто отражался от стен сада и возвращался обратно к женщине.       Чонсан повернул голову на звук, зрачки его расширились, а рот исказился в неприятной и противной улыбке. Он наклонил голову, а затем из его горла тоже послышался рык, похожий на рык Йеджи.       Чонсан помчался к передней части детского сада. Вскоре оттуда послышались отчаянные крики и просьба о помощи.

***

      Минхо поджал губы и засунул руки в карманы куртки. Он тяжело вздохнул и повернул голову в сторону, где на лавочке сидела Черен, а рядом с ней стоял Джисон и закрывал её от ветра и капель, прилетавших ему в спину.       — Ну? Мы так и будем здесь стоять и мокнуть? — спросил Минхо. — Я уже есть хочу.       — Так мы могли уже давно отсюда смотаться, — сказал Джисон, — Только почему-то Черён сидит молча и не двигается, — он указал рукой на девушку, сидящую на лавочке. Она смотрела в лужу, на которой расплывались широкие круги от падающих капель, и расходилась рябь от дуновений ветра.       — Может, думает о чём-то? — спросил Хо и подошёл чуть ближе, снова вздыхая, — Возможно, думает, что делать дальше. Она ведь не собирается возвращаться в свою квартиру. Но не может же она жить у меня вечно... хотя, — он пожал плечами и поёжился, нащупав что-то в кармане, — И плюсом ко всему, — Минхо достал пачку сигарет, а оттуда — саму сигарету, — представь, если бы мы с тобой такое пережили, как бы мы себя повели?       — Хм, не знаю даже. И что это вообще может быть такое? — сказал немного нервно Джисон, протирая в очередной раз свои очки, которые запотели от дыхания и от сырости на улице, — Странно, что ты так активно говоришь о ней, когда она буквально рядом.       — Не с нами она, — ответил невнятно Минхр с сигаретой в зубах. Он судорожно стал искать зажигалку, щупая свои карманы. — Возможен ли зомби апокалипсис? Хотя, это даже смешно звучит. — затем Джисон протянул ему его пропажу, — Спасибо. Будешь?       — Нет, спасибо, — Джисон щёлкнул языком, — предложи лучше Черён, — он кивнул в сторону девушки. Минхо поправил чёрное пальто на своих плечах и медленными шагами пошёл в сторону сестры, приближаясь к лавочке.       Черён молча сидела и даже ничего не сказала, когда к ней подошёл брат. Она окинула его незаинтересованным взглядом и снова окунулась в свои тёмные мысли. Минхо позвал её два раза, но после тщетных попыток махнул рукой, мол, плевать, и повернулся к Джисону.       — Бесполезно? — спросил Джисон, отрывая взгляд от лужи.       Парни отошли от девушки на несколько шагов и встали рядом друг с другом, смотря то на серые дома вокруг, то себе под ноги, то в тёмные глаза напротив.       — Ага, — он выпустил едкий дым прямо в лицо Джисону, который от этого закашлялся, — Ой, прости. — сказал он с ноткой вины в голосе, — Она даже не реагирует на меня, — продолжил Минхо, — будто в каком-то своём мире, — он снова затянулся.       — Ясно, — Джисон махал рукой возле своего носа и щурил глаза от дыма. — Ты не предложил сигарету?       — Я хотел сначала поговорить, а потом уже предложить. Не знаю, кажется, она не хочет разговаривать.       — Интересно, почему, — вздрогнул Джисон, — Это странно. Она никогда такой не была, всегда в разговор встревала. А сейчас даже не слушает нас.       — Боится?       — Чего тут можно бояться? — спросил Джисон и снял очки, протирая лицо ладонью, — Не знаю. Как по мне, так она эту историю выдумала. Мне даже кажется, что полиция нам не поверит. Никогда в жизни такой ерунды не было, а сейчас резко произошло.       — Зачем ей выдумывать, Сон? Она же не девочка пяти лет. Она девушка, и ей двадцать лет.       — Ей двадцать один год, Минхо.       — Я округлил, не придирайся к словам. Я просто говорю о том, что ей нет смысла нам врать, а уж тем более полиции.       — Ну не знаю. Может быть, всё так, как ты и говоришь, — согласился Джисон, — но всё же. Тебе не кажется это странным?       — Что именно?       — Минхо, не тупи. Я говорю о том, что Черён на полном серьёзе сказала, что Йеджи с ума сошла. Это ли не странно? Типа, они столько общались, а тут она даже в полицию заявила.       — С ума может сойти любой человек. — ответил Минхо и пожал плечами, начиная ходить по кругу. — Это не зависит от пола или от возраста. Скорее от окружения. Ну или просто так получилось... случайно? В этом не было бы ничего удивительного, если бы Йеджи просто сошла с ума. Но ведь Черён говорит, что Йеджи хотела её съесть. Это тоже сумасшествие или что-то иного рода?       — Не знаю, я в этом не разбираюсь. Вообще никак.       — Плохо учился что ли?       — Эй. У нас не было предмета по типу психологии или чего-то там. Точнее был, но не углублённо. Так что не выпендривайся, а лучше дай сигарету. — взгляд Джисона снова упал на девушку. Только теперь в её взгляде читался непонятный ужас и страх, а рот был слегка приоткрыт. Губы дрожали. — Эй, что с ней? — спросил Джисон. Он протянул руку и взял сигарету из рук Минхо, даже не смотря на неё. Взгляд был прикован к Черён. — Давай подойдём?       — Пошли, — Хо вскинул брови и потянулся перед тем, как подойти к девушке.       Обувь хлюпала по лужам, отбрасывая капли на большое расстояние. Дождь не прекращался. Это огромный минус. Особенно для тех, кто пытается убежать от судьбы.       — Эй, всё в порядке? Куда смотришь? — спросил Минхо, подходя ближе к ней и наклоняясь, чтобы посмотреть в ей лицо. — Черён?       Черён вся дрожала от страха. И было совсем непонятно, почему. Это её мысли, страхи и сомнения? Или же всё-таки есть то, что могло её напугать на данный момент?       — Эй, Черри, — сказал Джисон, шедший за Минхо, — не пугай нас. Ответь, пожалуйста.       Руки девушки затряслись, когда она подняла их, чтобы вытереть слёзы, выступавшие из глаз. Она резко провела ладонями по лицу, оставив красные полосы на нежной коже. Черён всхлипнула и проморгалась. Джисон и Минхо переглянулись. Хо пожал плечами и нахмурился, не понимая: что-то творится у неё в голове или есть причина страха?       На секунду время замерло, а внутри всё сжалось от страха. Мир перед глазами будто бы покрылся мутной пеленой и поплыл. Невозможно было сфокусироваться на чём-либо, и паника накрыла с головой. В горле встал ком, слюна казалась слишком вязкой, и Черëн пару мгновений судорожно пыталась её сглотнуть.             Сердце стучало, как бешеное, отбивая грудную клетку изнутри и трескаясь от силы, с которой бьётся. Кровь лилась по венам, и с каждым новым ударом поток становился сильнее, отдаваясь глухими ударами внутри черепной коробки. Не было ясности мыслей, в голове как будто стучали тысячами крыльев бабочки, сильными взмахами отталкивая друг от друга кусочки формировавшихся фраз. Всё как в тумане. Остался только ужас и отчаяние.       — Черён? — снова спросил Минхо и пощёлкал пальцами возле её лица, — Да куда она смотрит? — он повернулся в сторону, в которую был направлен взгляд сестры.       Из-за дальнего дома, у которого были уже насквозь мокрые тёмно-серые кирпичи, выглядывала рыжая, такая же мокрая макушка. Минхо прищурился и разглядел девушку. Из её рта тонкой струйкой текла кровь. В некоторых местах она уже высохла, но дождь восстановил изначальную структуру. Эта девушка смотрела прямо на Черён и облизывала свои красные и пухлые губы.       — Это... — наконец подала свой дрожащий голос Черён, — это Йеджи... — из её стеклянных глаз хлынул поток слёз, а голос полностью осип. Слёзы смешивались с каплями дождя, и если бы не красные глаза и щёки девушки, можно было бы и не заметить её слёз. Руки стали трястись ещё сильнее. Голос дрожал, а каждый вздох сопровождался новым всхлипом.       — Черён? — подбежал к ней ближе Минхо, — ты в порядке? — он присел на корточки и взял её руки в свои, — Не бойся, пожалуйста. Это точно Йеджи?       Девушка посмотрела на него своими красными глазами и неоднозначно кивнула. Брат попытался отвлечь её от этого, перевести взгляд и внимание.       — Нам надо бежать или как? — спросил вдруг Джисон, смотрящий туда же, куда до этого смотрела Черён.       Минхо повернул голову. За их спинами возле того самого дальнего дома стала образовываться кучка людей, которые странно себя вели. Они толкались и двигались в хаотичном порядке. Как странно.                   Присмотревшись, Джисон увидел, что на их ртах тоже была кровь. Что вообще тут постоянно происходит? Чертовщина какая-то.       Через несколько мгновений все семь зомби одновременно, наклонив, повернули свои головы в сторону парней и Черён. Йеджи стояла в самом начале этого табора и, кажется, управляла им.       — Ну, что, Чёрен? — крикнула вдруг она. Голос её исказился и стал каким-то нечеловеческим, проникая сквозь шум дождя, — хочешь поиграть в догонялки?       Зрачки Черён сразу же сузились, и она вздрогнула от такого странного предложения, особенно когда это говорит человек, который весь в крови. Минхо изогнул брови в немом вопросе и стал смотреть то на сестру, то на Джисона. Он заметил, что Йеджи будто бы разминается, наклоняя голову то вправо, то влево.       — Я есть хочу! — вновь крикнула Хван, — не хотите ли вы мне в этом помочь?       — Лучше не отвечайте ей... — сказал тихо Джисон и испуганно посмотрел на девушку, которую уже полностью трясло.       Буквально через секунду Йеджи взвыла, как какой-то лесной оборотень, и кинулась в сторону ребят. За ней побежала вся остальная толпа.       — Значит ли это, что нам надо бежать? — спросил Джисон, смотря на то, как Минхо пытался привести Черён в чувства.       — Придурок! — крикнул Минхо, — помогай мне, надо бежать!       — Так точно бежать?       — Идиот, бежим! — крикнул Минхо, подняв на руки девушку.

***

      Тишина давила на уши и заставляла непроизвольно жмуриться. Что-то пищало в ушах и не давало сконцентрироваться на чём-то определённом. Листы бумаги то и дело шуршали, не давая сосредоточиться.       Хёнджин тяжело выдохнул и потёр свои уставшие глаза. Он кинул взгляд на лампу, неохотно светившую ему на стол, а затем на дверь, которая неожиданно резко открылась, и за ней появился Сынмин.       — И долго ты тут собираешься сидеть? — он зашёл внутрь с бумажным стаканчиком, — Я тебе кофе принёс.       — Благодарю, — кивнул Хёнджин, даже не отрывая взгляда от двери.       — Что с тобой? — Ким присел напротив и посмотрел на напарника, — всё хорошо?       Хёнджин тяжело выдохнул и закрыл глаза, откидываясь на спинку стула.       — Я устал.       — Понимаю. Кофе выпей.       — Думаешь, мне что-то поможет? — он потянулся рукой за стаканчиком и медленно поднёс его к губам, — Вкусно, спасибо.       — Я повторю вопрос, — прочистил горло Ким, сложив руки в замок на животе, — ты долго собираешься тут сидеть?       — Не знаю, — он пожал плечами, — Сколько времени?       — Уже пол-одиннадцатого. Знаешь, сколько ты тут проторчал?       Глаза Хёнджина полезли на лоб. Он со стоном выдохнул и зажмурился.       — Я услышал тебя, — кивнул Сынмин, — Что ты вообще делаешь?       — А-то ты не знаешь, — съязвил Хёнджин и сел ровно на стуле, — Я пытаюсь найти хотя бы какую-то информацию о зомби.       — Ты сейчас прикалываешься? — не понял Ким и вскинул брови, — Сказа́ть тебе честно? Не смешно.       — Я на полном серьёзе, Сынмин, — выдохнул Хёнджин.       — О, закрой рот, — парень выставил руку перед собой, как бы давая понять, что Хёнджин может не продолжать, — ты сейчас серьёзно? Хёнджин, ты, может быть, очнёшься?       — От чего?       — От этой ерунды. Ты будто утонул где-то, я тебя весь день не вижу, думал, ты делами занимаешься, поэтому не тревожил тебя. А ты такой ерундой страдаешь!       — С какой стати это я ерундой страдаю? — резко ответил Хёнджин.       — А ты хотя бы что-нибудь нашёл по этому поводу? — Сынмин постучал пальцем по стопке бумаг.       — Нет.       Сынмин с язвительной улыбкой откинулся на спинку стула.       — Вот видишь. Ты прозанимался ерундой. Весь день потратил. Очень умно и очень... организованно, детектив Хван, — похлопал в ладоши Сынмин.       Он кинул взгляд на бумаги, где были написаны показания Черён, а затем перевёл его на компьютер Хёнджина, где, как он предполагал, не было никакой нужной информации.       — Заткнись, Ким. Доведёшь сейчас, — он прикрыл глаза и выдохнул. Яркий экран компьютера светил в глаза и не давал посмотреть в глаза собеседника.       — Я тебе уже сказал закончить заниматься этим делом, — закинул ногу на ногу Сынмин, — а ты не слушаешь. Сколько ты ещё собираешься делать то, о чём тебя просят?       — А разве полиция не создана для того, чтобы помогать людям и рассматривать их просьбы и вопросы? — спросил Хёнджин, а Сынмин замолчал, — вот именно.       — Мог бы и позвонить своей сестре, — сплюнул Ким и ухмыльнулся, — неужели не додумался?       — А неужели ты такой тупой? — сплюнул Хёнджин, — я не настолько придурок.       — О, а я думал, что придурок, — он снова кивнул на стол Хёнджина, говоря буквально: «ты занимаешься хренью».       — Я звонил ей, — выдохнул Хван, стараясь успокоиться и не отвечать агрессией на агрессию, — она мне не отвечает.       — Может, не услышала. Или не увидела.       — Тридцать с лишним раз за весь день. Ты бы не увидел?       — Ну, не знаю, — он покачал головой.       — Это не день, а ужас какой-то, — простонал Хёнджин, уткнувшись лицом в ладони, — ты не представляешь, как я задолбался.       — Сам виноват.       — Заткнись.       — Сам заткнись, — Сынмин поднял на него взгляд, — ты не слышишь меня совсем? Прекрати заниматься непонятно чем.       — Это связано с моей сестрой! — крикнул Хёнджин, стукнув рукой по столу так, что всё, что там лежало, на секунду взлетело, — Ты... совсем не понимаешь?       — Обо всём, что случилось с твоей сестрой, — он показал пальцами ковычки, — сказали какие-то люди. Я их вижу в первый раз. И ты, похоже, тоже. Тогда какого ты продолжаешь верить в их слова?       — Я знаю Черён, — сглотнул Хёнджин, — Минхо — её брат.       — А тот парень, что тихонько сидел в уголке, а потом двинулся в туалет из-за того, что кровь из носа пошла? — спросил Сынмин, садясь ровнее на стуле, — ты его тоже знаешь?       Его раздражение с каждой секундой возрастало, и напряжение в воздухе становилось всё гуще. Сынмин прищурился и усмехнулся, видя растерянность Хёнджина.       — Ты его не знаешь.       — И что? Двух из трёх знаю.       — Лично?       — Нет.       — Ну? И о чём это говорит? — Сынмин прикусил палец, смотря на Хёнджина, — Не думаю, что о том, что им можно доверять.       — Знаешь, ты придурок, — выпалил Хёнджин и встал со стула, направляясь к дивану.       — О, а точно я?       — Ты здесь кого-то ещё видишь?       — Тебя.       — Я тебя ненавижу, — прошипел Хёнджин, садясь на диван.       — Взаимно, Хван, — он улыбнулся, — только заметь, эта твоя ненависть ко мне появилась после того, как эти люди пришли к нам и рассказали о твоей сестре. А ты поверил.       — И? Это моя сестра. Почему я не должен за неё беспокоиться?       — Да потому что ты никак с ней связь не поддерживаешь. Сам же говорил, что последний раз вы созванивались... полгода назад? Тогда с какой стати тебе за неё волноваться?       — С такой стати, что даже если мы не общаемся, она всё ещё моя сестра, — он сжал руки в кулаки и отвёл взгляд, показывая своё безразличие к ситуации, — тебе этого не понять. У тебя никогда семьи нормальной не было, поэтому ты не понимаешь, как можно волноваться за родного человека.       Повисла напряжённая тишина. Было слышно только как сглотнул Сынмин.       — Закрой свой рот, — сказал он сквозь зубы, смотря прямо в глаза Хёнджину, — ты ни черта обо мне не знаешь.       — О, правда? Разве я не прав?       — Хёнджин, — выдохнул Сынмин, — я тебе на больное не давил.       — Ты всегда давишь, — сплюнул Хёнджин, — не сейчас, так раньше.       — Вот именно! Не сейчас! А ты давишь сейчас.       — А когда ты на меня давишь, то я на тебя не давлю.       — И?       — Палку согни, — прыснул Хёнджин, — ты думаешь, я это всё специально?       — А разве нет?       — Да ты достал меня. Ты несёшь бред и заставляешь меня в него верить.       — А, — рассмеялся Сынмин, — то есть, когда ты всерьёз говоришь о зомби, то ты бред не несёшь?       — Совсем нет, — выпрямился Хван.       — И почему же? — с язвой улыбнулся Сынмин, — Разве зомби реалистичнее чем то, что я тебе говорю?       — Может, и так, — кивнул Хёнджин, — но я хотя бы не заставляю в них верить.       — Но ты занимаешься ерундой.       — Ким, прекрати, — выдохнул парень и отвернулся.       — Я-то прекращу. Но только когда прекратишь ты.       — Я и не начинал.       — О, правда? А кто тогда начал? Я?       — Действительно.       — Слушай, я когда-нибудь тебя заткну, — выдохнул Сынмин и потёр переносицу, — ты меня достал.       — Тогда зачем выбрал меня в напарники?       — Я не думал, что ты будешь таким.       — Каким?       — Таким, какой ты сейчас. — О-о, — протянул Хёнджин и усмехнулся, — я тебя понял.       Сынмин только кивнул. Он потупил взгляд в пол и подпёр голову, поставив руку на стол.       — Ты ненавидишь меня? — спросил Хёнджин, нарушая тишину.       — Терпеть тебя не могу.       — Взаимно, — в голосе послышалась горечь, и Сынмин замолчал.       Через несколько секунд молчания Ким выдохнул и спросил:       — Почему ты целый день просидел в кабинете? Разве ты не знаешь, где Йеджи живёт?       — Знаю.       — Тогда какого ты не сходил к ней?       — Сходил.       Сынмин поднял брови и поджал губы.       — И?       — Палку согни.       — Да ты задрал меня, — резко встал со стула Сынмин, толкнув его ногами так, что он с грохотом упал на пол, — Ещё раз ты мне съязвишь, я тебе врежу.       — Мечтаю, — цокнул языком Хёнджин и противно улыбнулся, — Терпеть не могу тебя и твоё поведение. Ты надоел мне со своими упрёками, когда сам ничего сделать не можешь.       — Это я-то не могу?       — А кто? Санта Клаус?       — Я тебе сейчас врежу, Хван.       — Я же сказал, что мечтаю, — он облизнул губы и хохотнул, смотря на Сынмина, — Вот видишь. Ты опять ничего сделать не можешь, именно поэтому у меня сложилось о тебе такое мн...       Хёнджин не договорил. Он не заметил, как Сынмин через секунду оказался возле него. Хван успел почувствовать резкую боль в скуле и колющие иголочки, нагло дравшие кожу. Хёнджин кашлянул и сплюнул кровь.       — Придурок.       — Ты ещё получить хочешь? — Сынмин тряханул рукой, на которой горели костяшки.       — Козёл.       — У тебя рот не закрывается? — он замахнулся кулаком, но, увидев, что Хёнджин сгруппировался, свернувшись комочком на диване, остановился, — Вали домой, Хван. Я видеть тебя не могу.       — И я тебя тоже.       Хёнджин встал, держась рукой за щёку, и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью. Сынмин остался стоять в тёмном пространстве, где источником света остался только лишь экран компьютера.