Medical Referral to Hell

      Хёнджин шаркал ногами по ещё сырому асфальту и тем самым раздражал Сынмина. Ким шёл, потупив взгляд в землю, и очень часто вздыхал, стараясь напомнить Хёнджину о себе и о том, какая у него слабая психика. Но даже если Хван это знал, он всё равно делал на зло. Его просто раздражало, что Сынмин постоянно старается выглядеть круче или... быть выше Хёнджина. Поэтому сам Хёнджин постоянно ссорился с ним и делал всё на зло, ведь зачем делать что-то хорошее человеку, который тебя топит?       — Слушай, ты дед старый или что? — прошипел Сынмин, резко остановившись и посмотрев на Хёнджина. Хван тоже остановился, — Ноги поднимать не можешь?       Хёнджин вскинул брови и прикрыл рот рукой, сдерживая лёгкую улыбку.       — Тебе бы магния попить, — ответил серьёзно он и пошёл дальше, — Нервный какой.       — Это я ещё не нервный, — он тоже пошёл вперёд, то и дело стараясь обогнать Хёнджина.       — Я знаю, — Хёнджин кивнул и завернул за угол, — Ну, они, вроде, говорили, что это где-то здесь.       — «Вроде»? ты шутишь?       — Нет, я на полном серьёзе. Я просто не запомнил адрес, который мне назвали.       — А какого лешего ты всё ещё работаешь в полиции, если до сих пор не научился записывать информацию? — вскипел и взорвался Сынмин, — Я тебе сколько раз это повторял?       — Так, стоп, — Хёнджин выставил руку вперёд, останавливая пыл Сынмина, — Ты либо сейчас заткнёшься, либо я тебя заткну.       — Чем?       — Куском печени, что здесь валяется, — он указал пальцем на нечто изуродованное и откинутое в сторону, словно совсем не нужно, — Или не веришь?       Сынмин громко сглотнул. Он повернул голову в сторону, куда указывала рука Хёнджина. Признаться честно, у него чуть не отвалилась челюсть. Парень считал, что всё, чем они сейчас занимаются, — ерунда полнейшая, но когда увидел кусок печени, ему вдруг стало совсем не по себе. До дури плохо. Его затошнило. Он почесал затылок и ближе подошёл к органу (или к его части), присаживаясь на корточки, чтобы осмотреть его.       — Это... что?       — Печень, — прыснул Хёнджин и присел рядом, но получил оплеуху, — Да за что?       — За то, что ржёшь невпопад, — закатил глаза Сынмин, — Смешно разве? Я серьёзно спрашиваю.       — А я серьёзно отвечаю, — насупился Хван и отсел чуть подальше.       — Но ржать-то при этом необязательно.       — Меня пропёрло.       — Ты пьяный?       — Нервы.       — Ты ржёшь от нервов? — после кивка Хёнджина Сынмин хлопнул себя по лицу и вернул взгляд на орган, — Когда ты вчера сказал про то, что хочешь осмотреть это место со мной, я подумал, что ты пошутил.       — Серьёзно? Я и шутки — несовместимые вещи.       — Точно? А кто сейчас ржал над, может быть, человеческой печенью?       — О, то есть, ты уже не отрицаешь, что она может быть человеческой?       — Не отрицаю.       — Но почему изменил свою точку зрения?       — Потому что ты бесишь меня, — Сынмин встал с корточек и достал телефон из кармана.       — Это не причина, — Хёнджин тоже поднялся и поравнялся с Сынмином, — Боишься?       — Кого?       — Меня, блин!       — Боюсь, что ты со своей глумной башкой наделаешь делов, — он вздохнул, набирая номер, — И, кажется, ты уже натворил.       — Напугал тебя тем, что это человеческая печень? Между прочим, это ты сам сказал.       — Знаю, заткнись, — он отвернулся.       — Кому звонишь? Папе? Сынмин выдохнул через нос и повернулся, смотря на Хёнджина.       — У меня нет отца.       — Ох, да. Как я мог забыть? — Хёнджин наигранно выдохнул, а затем сложил руки на груди и кивнул на телефон, давая понять, что вопрос остался без ответа.       — Прекрати язвить, Хван, — Ким сплюнул на землю и осмотрелся по сторонам в надежде на то, что сможет найти ещё что-нибудь.       — Это не только мне нужно перестать делать.       — У меня сеть не ловит, — перебил его Сынмин, — позвони судмедэкспертам.       — Настолько всё серьёзно? — прыснул Хёнджин, — Я уж думал, что ты опять начнёшь говорить, что это всё ерунда и наша выдумка. Может, скажешь ещё, что у нас галлюцинации?       — Ты слышишь меня? Судмедэкспертам звони.       — Ладно-ладно, — он взял телефон и набрал номер, — Чё им сказать?       — А сам что думаешь?       — Скажу, что ты сошёл с ума и видишь в куске какой-то тряпки человеческую печень, — Хёнджин расхохотался на всю улицу.       Сынмин кинул взгляд на «печень» и раскрыл рот в неверии. Он посмотрел на Хёнджина, смеющегося и держащегося за свой живот, а затем на кусок тряпки, испачканный в чём-то красном.       — Ты... — прошипел Ким, — Ты придурок?       — А ты, — гоготал Хван так, что его колени чуть ли не сгибались, — а ты повёлся, идиот!       Смех Хёнджина звонко отдавался в стенах серых домов и не был похожим на добрый смех, относящийся к шутке. Он звучал как язва для Сынмина, и Ким ничего не мог с этим поделать. Внутри его жрало отвратительное чувство. Он хотел убить Хёнджина. Просто взять, засунуть в его рот эту грязную, непойми в чём, тряпку, расчленить его и разорвать его печень, чтобы потом она лежала так. Только теперь это будет не бордовая тряпка, а печень. Печень Хёнджина. И потом он уже посмотрит, кто будет смеяться.       — Тебе смешно? — спросил Сынмин, пристально смотря на Хёнджина, — Тебе смешно?!       — Очень, — он вытер слезу, вытекающую из глаза и облегчённо выдохнул, — Всё, я проржался. Мы можем идти и смотреть дальше.       — Никуда я с тобой не пойду, ублюдок, — кинул Сынмин и развернулся на пятках, — Дуй в свою конюшню и ржи там. В полиции тебе делать нечего. Желаю удачи, — он отсалютовал рукой и пошёл в сторону полицейского участка.       — Эй, Ким! — крикнул Хёнджин и подбежал к нему, толкая кулаком в спину, — Ты что, обиделся?       — Отвали.       — Обиделся! — он схватил его за запястье и снова рассмеялся, — Из-за тряпки! Серьёзно, Сынмин?       — Хёнджин. — он резко вырвал свою руку из хватки и толкнул Хёнджина в грудь, — Я тебе эту тряпку сейчас затолкаю в одно место, а потом накручу на кое-что и это кое-что тебе оторву.       Хван остановился и покосился на Сынмина, прищурившись.       — А ты не зомби?       — А ты не придурок? — в ответ стрельнул Сынмин, тоже прищурившись.       — Нет, я просто тебя не понимаю, — хмыкнул Хёнджин, — Ты сначала творишь аморальную дичь, а теперь что? Я виноват?       — Скажи мне, Хван Хёнджин, — улыбнулся Сынмин, смотря ему в глаза, — Как ты думаешь, если я тебе скажу, что твоя сестра лежит сейчас мёртвая на дороге, а затем пошучу и скажу, что это псину сбило? Будешь так же смеяться?       Хёнджин застыл.       — Это не одно и то же.       — А по-другому ты не поймёшь, — он снова развернулся и пошёл в другую сторону.       — Эй!       — У меня имя есть, вообще-то, — кинул Сынмин и помахал ему рукой, даже не оборачиваясь и не обдавая Хёнджина своим вниманием.       — Сынмин!       — Отвали.       — Да Господи! — Хёнджин вздохнул и хлопнул себя по бёдрам, — А если это кровь?       Сынмин остановился и обернулся, стреляя взглядом.       — Опять шутишь? Не смешно.       — Вот сейчас я не шучу.       — А сейчас я тебе не верю, — гадко улыбнулся Ким, — Прежде чем шутить, ты хоть головой думай. Хотя, там думать, наверное, нечему, — он посмотрел на свои ботинки, чертыхнулся, увидев мазок грязи на носке одного из них, а затем пошёл дальше, оставив Хёнджина одного.       — Придурок, — прошипел Хёнджин и вернулся к тряпке вместе с телефоном.

***

      За окном стало слишком мрачно. Уличные фонари были окутаны густым туманом, через который ничего нельзя было разглядеть. Вороны кричали на мусорных свалках и надрывали своё горло, как бы пытаясь привлечь к себе внимание. Весь мир будто опустился в сон. Больше нет никакой оживлённой деятельности людей в городе, которую можно было бы заметить при другом раскладе событий.       Чёрная машина двигалась по пустому перекрёстку, иногда сворачивая на перекрёстках. Фары светили, но от них не было никакого смысла, ведь туман, цвета молока, через который не смог бы различить предметы ни один человек, закрывал видимость. Свет фар не мог пробиться сквозь столь плотную пелену молочной паутины.       Черён сжимала в руках сумку со своими вещами, которые парни разрешили ей забрать из своего дома.       До ушей донёсся неприятный звук, который заставил вздрогнуть. Зазвонил телефон. Громкий рингтон напугал сидящих в машине парней и девушку, которые до этого времени ехали в тишине.       — Алло? — спросил Джисон, взяв трубку, — Да, привет. Мы уже едем.       Из телефона послышалась неприятная ругань. Минхо нахмурился и сжал руль в ладонях, стараясь не обращать внимание на крики, доносившиеся из динамика, что начинали давить на виски.       — Извините, — резко перешёл на «вы». По его лицу было видно, что всё намного хуже, чем могло бы быть, — Но вчера мы не могли явиться на работу, к тому же возникли непредвиденные обстоятельства, которые мы вчера должны были обязательно решить. Мы сообщили вам об этом вчера. Приносим свои извинения.       Черён сидела и держала в руках рюкзак с вещами, которые этим утром забрала из своей квартиры. Она поехала туда вместе с парнями, потому что одной было страшно и потому, что ключ был только у Минхо. Черён собрала всё самое необходимое, переоделась и теперь ехала с рюкзаком, потому что парни решили не заезжать домой, а сразу поехать на работу.       — Чтобы сейчас приехали и написали объяснительную, — послышался строгий глухой голос Рюджин из трубки телефона, и Черён словно вылетела из своих мыслей, сжав рюкзак пальцами.       — Серьёзно?! — воскликнул Минхо и стукнул по рулю, — За то, что нас вчера не было? Мы же предупреждали! Нам сказали, что всё в порядке!       — Нет, Минхо! — закрыл Джисон рукой динамик телефона, — За то, что мы сейчас опаздываем. А это уже очень плохо... да? — он поднёс телефон к уху,       — Мы сейчас уже будем. Здесь туман, ничего не видно.       — Если вас не будет на месте через десять минут — пеняйте на себя. — Звонок прервался.       — Ну что опять такое? — простонала Черён, валявшаяся на заднем сидении. Её лодыжка опухла ещё сильнее из-за вчерашнего перенапряжения. — Опять на вас кричат... — сказала она, вздохнув.             Черён увязалась за парнями только потому, что ей страшно находиться в этой одинокой квартире, когда на улице ничего не видно из-за белой пелены, спустившейся с неба, и, кажется, не рассеивающейся.       — Просто мы опаздываем, — нервно стукнул Минхо по рулю, — Ну а что мы сделаем, если тут даже чёрта не увидеть!       — Ой, что это? — крикнула девушка, смотревшая в лобовое стекло.       Из тумана вышло какое-то странное существо. Оно двигалось прямо на машину. Это был человек, но вёл он себя весьма необычно: его ноги волочились по сырому асфальту, оставляя на нём красные полосы. Волосы были растрёпанные, а руки болтались, словно не принадлежали телу и не были под контролем мозга. Будто бы какая-то ткань. Одежда в некоторых местах была порвана и висела клочьями. Лицо чистое. Это был мужчина, шедший прямо по переулку, по которому обычно ездит уйма машин. Но не сегодня. Сегодня было пусто и туманно. Что-то произошло.       — Здравствуйте? — спросил Джисон, выглянув через только что открытое окно, — Вам чем-то помочь?       Человек взглянул на него своими пустыми, безжизненными глазами и что-то пробурчал себе под нос.       — Простите? Я не расслышал...       Мужчина вновь посмотрел на парня и резко повернул головой, а затем зарычал.       Черён шарахнула Минхо по затылку, а затем долбанула его по колену, перелезая через сиденья.       — Поехали отсюда, быстрее! — крикнула Черён, оттаскивая Джисона за воротник от окна.       — Ты обалдела? — Минхо резко надавил на газ от испуга, набирая скорость, — Совсем уже, старших не уважаешь?!       — А какой нормальный человек будет останавливаться на машине, когда рядом идёт зомби?! Да и тем более...       — Вот именно, Черён, тем более! Он нас не тронул даже, он вполне нормальный. Просто человек устал после работы.       — Ты серьёзно так думаешь? — спросила Черён.       — Ну, вполне вероятно.       — То есть, ты до сих пор отрицаешь существование зомби? Тебе вчера мало хватило? Или ты хочешь попытать свою судьбу ещё раз? — спросила с упрёком и тревогой внутри Черён, — Да у него все ноги в крови! Это разве нормальный человек?       — Натёр новыми ботинками, — прыснул Джисон.       — Да, я отрицаю существование зомби, — продолжал Минхо, — Мне кажется, у нас были просто коллективные галлюны. Вы серьёзно поверили в эту чушь? Нужно сходить ещё раз сегодня в полицию и спросить, видели ли они что-нибудь ещё.       — Минхо... я тебя бывает совсем не узнаю, — сказала ему Черён, — То ты вчера упрекал полицию в том, что они нам не поверили по поводу зомби, то теперь ты сам это отрицаешь. Быстро же ты переобуваешься.       Девушка надулась и сложила руки на груди, откидываясь на сиденье. Минхо лишь напряжённо вздохнул. Он решил не продолжать этот слишком тяжёлый для утра разговор, чтобы всем не перессориться и не испортить и так уже испорченное настроение. Он не знал, почему вдруг резко решил, что зомби не существует. Казалось бы, он вчера видел всё своими глазами, но разве это зомби? Хо снова вздохнул, качая головой. Это слишком сложно.       Наверное, вчера он просто был на эмоциях, поэтому так импульсивно действовал — рассказывал полиции о том, что за ними гналась толпа зомби. И, что самое интересное, с серьёзным лицом.       Джисон задремал, положив голову на стекло. Машина ехала слишком медленно. Минхо боялся врезаться во что-нибудь из-за того, что туман всё ещё покрывал город. Он, кажется, совсем не рассеивался. На улице было так же холодно, как и ночью. Слишком всё странно.       — Где все машины? — спросил будто бы сам у себя Минхо. Ему никто и не ответил.       Через несколько минут парень с трудом смог отличить белое здание от такой же белой пелены. На здании сквозь туман пробивались большие буквы: «Центральная больница города Пусан». Приехали.       Все трое выдохнули и выползли из машины. Подойдя ближе к зданию, они остановились и оглянулись. Машины не было видно, хотя они отошли только на семь метров... Как её потом найти? Только если наощупь, или сохранить надежду на то, что туман всё же рассеется.       Парни и девушка зашли в здание и потянулись. Как же было приятно снова видеть всё вокруг своими глазами, не напрягая их. Покумекав, Минхо и Джисон решили, что Черён просто посидит в кабинете вместе с Рюджин.       По идее, Шин давно не общалась с девушками, которые младше её почти на десять лет. Будет приятно, наверное, получить новый опыт, познакомившись с Черён. Все направились на второй этаж, во второе крыло. Джисон проводил девушку в кабинет, а Минхо неохотно поплёлся за ними.       Когда все трое зашли в кабинет, то их встретил суровый и серьёзный взгляд главного врача этого этажа. Рюджин сидела в своих очках для чтения, сложив руки под подбородком и пристально смотрела на пришедших, нахмурившись. Когда она увидела новое лицо в своём кабинете, то выровнялась на стуле и в удивлении подняла брови.       — Это кто? — Рюджин посмотрела на новую девушку с лёгкой, непринуждённой улыбкой.       — Это моя сестра, — сказал Минхо, — Её зовут Ли Черен. Мы не захотели её дома оставлять, поэтому, не могли бы вы с ней познакомиться? Поговорить с ней о чём-то, пока мы будем с Джисоном работать...       — Черён, — проговорила мягко Рюджин и расплылась в мягкой улыбке, даже не пытаясь её скрыть. Черён улыбнулась ей в ответ, получая приятную волну эмоций, исходивших от Шин. Они не были фальшью или чем-то ненастоящим. Черён сразу поняла, что сегодня день удался. А Рюджин, кажется, забыла про объяснительную, — Мне нравится твоё имя, — она улыбнулась и подозвала двумя пальцами девушку, чтобы та присела рядом с ней на стул, — Иди ко мне.       Девушка послушно поклонилась и присела на стул, хромая. Рюджин это заметила и посмотрела на её ногу в эластичном бинте.       — Так, мы пока что с ней пообщаемся. Я тебе что-нибудь расскажу интересного, — обратилась она уже к Черён, — А вы, оболтусы, будете сейчас отрабатывать ваши пропуски.       — Мы опоздали всего на пятнадцать минут! — сказал с обидой Минхо.       Черён усмехнулась.       — Вообще за временем не следите что ли? — спросила Шин, — Так-то с момента начала работы у вас уже прошло сорок минут... а это что значит? То, что вы идёте в подсобку, берёте швабры и идёте намывать коридор в первом крыле. Справитесь за полтора часа — начнёте свою обыденную работу сегодня, если же нет, — ну пойдёте домой тогда.       Парни поклонились и вышли из кабинета, хлопнув белой дверью.       — Ой, как же я с ними намучилась. Ты вообще как со своим братом живёшь?       — Вот так и живу, — усмехнулась Черён, посмотрев в тёмные глаза Рюджин.       — Ой, замоталась совсем и забыла представиться, — спохватилась она. — Я — Шин Рюджин, — Черён кивнула, замечая бейджик на чужой груди, а затем снова посмотрела в глаза, сложив руки на груди, — Тебе лет сколько?       — О, мне двадцать один.       — А! Да ты малышка совсем! Мне тридцать.       — Ого, здорово, — улыбнулась Черён, осматриваясь в кабинете.       — Ну, что тебе рассказать? Может, что-то из медицины?       — Расскажите лучше уж, как ведёт себя мой братик и Джисон.       Рюджин звонко рассмеялась.       — О, погоди, я отойду за чаем, — Рюджин остановилась смеяться и вышла из кабинета, — Посиди тут! — крикнула она, закрывая дверь.       — Ладно, — сказала Черён и потянулась, снова окидывая взглядом помещение.       В кабинете было просторно и красиво. Правда, стены были как и везде — белые, но это не мешало говорить о том красивом интерьере, который здесь присутствовал. И особая атмосфера. И запах... запах духов Черён. Странно, что Черён почувствовала их только сейчас, хотя наносила их утром. Молекулы разлетелись по всему кабинету и заполнили его полностью, насыщая цветочным ароматом всё помещение.

***

      По коридору разносились тяжёлые вздохи и кряхтенья. Шлёпанье мокрой тряпки по полу отдавалось в ушах и предельно раздражало.       — Нет, ну почему это всегда мы, а? — возмущался Минхо, в очередной раз отжимая порванную тряпку.       Коридоры пустые. Сегодня пятница, а значит, многие уже отработали свой день и ушли на заслуженные выходные. Остались только те, кто работает здесь круглосуточно.       — Я уже задолбался... ни разу не было, чтобы нас просто отпустили работать без отработки после опоздания! — он вытер свой потный лоб оголённой рукой с подвёрнутым рукавом. — Раздражает.       — Да ладно тебе... — сказал Джисон, облокотившись руками на швабру и поправляя очки, — Обычно, мы виноваты, ну тут, значит, судьба так сложилась. Не бери в голову, зато полы помоем.       — Тут уборщицы вообще есть так-то.       — Видимо, они тоже взяли выходной, — усмехнулся Джисон и продолжил орудовать шваброй.       Минхо поднял ведро, но схватил его неудачно, поэтому оно упало и часть воды вылилась ему на брюки и на рукава халата. Хо закатил глаза и тяжело вздохнул.       — Обычно ты кричишь, когда такое случается, — сказал Джисон, не обращая внимания на парня, который полностью лёг на уже чистый пол, — Эй, ты что делаешь, чертёныш!       — Лежу. Я устал.       — Нет, ты обнаглел.       — Нет, я устал. Хан-а, давай уже пойдём домой... мы всё равно не успеем, у нас осталось пятнадцать минут.       — Она имела в виду, что если мы не успеем, то будем мыть столько, сколько нам понадобится. Так что вставай, я не собираюсь тут перемывать всё без тебя.       Минхо встал и выпрямился, потирая поясницу, которой ударился, когда неаккуратно садился на пол.       — Ладно, что ж. Надо вытереть эту лужу. — сказал он, оглядывая грязную воду, что текла маленькой струйкой по полу куда-то в другую сторону от него.

***

      А вот на первом этаже больницы никто не знал, что такое «тишина». Наверное, никто никогда и не узнает, ведь тут людей было не меньше, чем в Рождество на площади у ёлки.       — Здравствуйте, — к стойке регистратуры подошла девушка с русыми волосами и кошачьим разрезом глаз, — Могу ли я узнать... где работает врач — Хан Джисон?       — Здравствуйте, — ответила девушке Юна, — Сейчас его нет на месте, но вы можете подождать около сто двадцать восьмого кабинета, это на втором этаже, во втором крыле. Врач должен скоро вернуться.       — Спасибо большое, а про сестру Ли Минхо вы не знаете?       — Она у нас не работает, — пожала плечами Юна и уткнулась взглядом в какой-то исписанный листок, что лежал у неё на столе, — Так что, я не знаю её.       — Спасибо большое, — русоволосая девушка улыбнулась и отвернулась от стойки.       Она направилась к кабинету, в котором должен был заседать Хан Джисон. Девушке стало жарко, и она расстегнула свою кожанку, чтобы хоть как-то охладиться. Затем она поправила свои волосы, которые ну уж слишком ей мешали. Персона остановилась. «Какой классный и знакомый аромат, — подумала она, — и доносится прямо из кабинета, который мне сейчас нужен».       Она дёрнула ручку и зашла в кабинет, повернувшись лицом к двери.       — Здравствуйте? — вздрогнув, спросила Черён, сидевшая на стуле. Она удивлённо похлопала своими карими глазами, — Вы кого-то ищете? Шин Рюджин ушла, скоро вернётся, а Джисона и Минхо здесь тоже нет. Не знаю, где они.       — Мне ты нужна, — хохотнула девушка, — Кстати, классные духи.       — Что? — Черён смутилась и нахмурила брови, — Простите, но я вас не знаю. Пожалуйста, выйдите из этого кабинета, — она встала на ноги. Руки её задрожали, как только она услышала, что в двери повернулся ключ. Она взаперти.       — Ты не узнаёшь меня? — девушка всё ещё стояла спиной к своей собеседнице, — Я думала, мы настолько хорошо знакомы, что ты будешь узнавать меня по фигуре... — наконец она повернулась, — Или хотя бы по голосу.       Перед Черён стояла она. Йеджи. Но не та, Йеджи, которую привыкла видеть девушка, нет. Это была странная Йеджи. Глаза её выглядели сумасшедшими, пугающими и одновременно странно-спокойными. В них витала пустота. Хван потянулась рукой к своим волосам и стянула с них парик.       — Боже, как хорошо, — она помотала своими рыжими волосами, — Ну, чем займёмся?       — Уйди... — Черён задрожала, а голос сломался, — Пожалуйста, уйди!       — А то что? — она посмотрела за спину собеседницы и взглянула на окно, в котором была лишь одна маленькая форточка, — Тебе не сбежать, Черри. Не в этот раз.       Из глаз Черён покатились те самые противные слёзы страха. Она ужасно боялась того, что может произойти дальше. Внутри расцветала тревога, словно цветок, распускавшийся только в определённые моменты. Тревога поглотила её всю. Разум затуманился, перед глазами возникла почти та же пелена, которая сейчас была на улице в виде тумана. Черён затряслась и присела обратно на стул, схватившись за свою голову руками.       Йеджи смотрела на эту интересную картину и как-то неестественно улыбалась.       — Знаешь, что я тебе скажу, Черён? Ты, вроде бы, и живучая, но невезучая... сейчас тебе ничего не поможет, — она облизнулась и направила свой взгляд на обнажённую шею девушки, — Не хочешь со мной принять трапезу? Я сначала откушу от тебя кусочек, поем сама, а затем поешь ты. Здорово я придумала? — в её глазах расплывалось сумасшествие, которого до этого Черён никогда не видела.       Девушка и подумать не могла, что с её подругой может такое случиться. Йеджи всегда была доброй и проницательной... сейчас же с ней творилось что-то неладное. Она заражена. Она стала зомби, а если человек превращается в зомби, то в нём поселяется другая сущность, и человек меняется полностью.       — Ну же, — не унималась Йеджи, подходя всё ближе к Черён, — у меня уже слюнки текут. А я, кстати, почувствовала твои духи ещё в коридоре, — перевела она резко тему,       — Я помню, как они пахнут.       Черён подняла свои испуганные глаза на девушку. Если бы она не побрызгалась сегодня духами, вероятно, заражённой было бы сложнее её выследить. И Черён выиграла бы хоть какое-то, но время. Однако она не знала, что Йеджи уже давно продумала свой коварный план, зная, что парни не оставят девушку одну дома.       — Ну? Не хочешь со мной разговаривать, что ли?       Взгляд Черён пробежался по столу, а затем по стене за спиной Йеджи. Она увидела на стене красную кнопку, которая вызвала бы сигнал бедствия. Может, она успеет нажать? Может, её спасут? Кнопка находилась практически рядом с дверью. Чтобы до неё дотянуться, нужно было пройти через убийцу и не вызвать никаких подозрений. Интересно, а Йеджи уже мертва?       — Давай обнимемся? — сказала Черён. Она смотрела в одну точку на полу, не поднимая взгляда.       Хван опешила и помотала головой, не понимая, почудилось ей или девушке и вправду это сказала.       — Что? — решила всё же спросить Йеджи.       — Я сказала — давай обнимемся... ну, на последок? Если ты хочешь меня съесть... я, в целом, не против... только я бы хотела тебя обнять. Ты ведь моя подруга. Или была ей? В любом случае...       Йеджи расплылась в искренней улыбке. Кажется, что-то человеческое в ней всё ещё осталось. Черён горько улыбнулась в ответ и подошла ближе к своей смерти. Йеджи раскинула руки и приняла девушку в свои объятия.       — Не боишься, что я тебя укушу в шею?       — Я в любом случае умру... — сказала Черён, выжидая паузу, — Но не от твоих рук.       Она резко повернула ключ в двери, обхватив девушку руками полностью, а затем нажала на кнопку тревоги, оттолкнув убийцу от себя поглубже в кабинет.       Черён вылетела из кабинета, как пуля, а по больнице стал раздаваться неприятный вой сирены.

***

      — Сынмин, твою за ногу! — Хёнджин влетел в кабинет и осмотрелся по сторонам. Дверь ударилась об стену ручкой, а штукатурка осыпалась на пол, — Эй, Ким?       — Чё те надо опять? — послышалось с дивана. Хёнджин вздрогнул и повернулся, увидев развалившегося на диване Сынмина, — Я тебе сказал валить домой со своими приколами.       — Эй, — он подошёл ближе и присел на диван рядом, — это кровь была.       — Да ладно? — прыснул Сынмин, — Может, ты мне ещё скажешь, из какого органа она вылилась?       — Не смешно же! — всплеснул руками Хёнджин, тряся листком возле лица Кима.       — А мне вот — очень, — он рассмеялся, — Что это?       — Заключение судмедэкспертов. Я попросил их приехать туда и взять... эм... ну, эту тряпку и проверить, что это.       — И в итоге?       — Ты что, не услышал? Это кровь!       — Твоя, надеюсь?       — Я грязными тряпками не вытираюсь.       — О, правда?       — Слушай, — сказал Хёнджин, — Ты опять начинаешь? Сколько можно уже? Я к тебе со всей серьёзностью, а ты начинаешь ржать с меня!       — Вообще-то, конь — это ты.       — Что?       — Забыл уже?       — Ещё бы птеродактилем меня назвал, — Хёнджин встал под смех Сынмина, — Очень, блин, смешно!       — Согласен с тобой, — он протёр лицо ладонью, — Ладно, показывай. Что там?       — Это человеческая кровь, — Хван сел обратно, — Они выжали всё из этой тряпки и подсчитали, что там было около двух литров.       — Что? Два литра? Это же смертельно.       — Ты дослушай, — поджал губы Хёнджин, — Да, это смертельно. Но они не нашли никаких следов рядом и не знают, куда могли деть тело. Если бы его кто-нибудь унёс, то вряд ли бы оставил тряпку там просто так. А сам человек не смог бы уйти, потеряв при этом два литра крови, а то и больше, впитав их тряпкой.       — Может, он надеялся, что потом возьмёт эту тряпку и зальёт себе кровь обратно? Хотя... кровавый след он него остался бы по любому.       — Ты сейчас смеёшься надо мной?       — Сказал же, что да.       — Сынмин!       — Да?       — Провода, — сплюнул Хёнджин, — Ты можешь хоть раз принять меня всерьёз?       — А ты можешь хоть раз заняться нормальным делом? — в ответ стрельнул Ким.       — Ты все нормальные дела себе забираешь! Что мне ещё остаётся делать?       — Массаж.       — Чего?       — Массаж мне сделай, — Сынмин лёг на живот и кивнул Хёнджину, — Можешь приступать.       — Я тебе сейчас позвоночник сломаю, ясно? — он кинул бумаги на стол, — Кровь была человеческой... — продолжил он.       — Мгм, — Сынмин прикрыл глаза и кивнул, положив голову на согнутые руки.       — Но судмедэксперты сказали, что она была не совсем такой, какой должна быть.       — В плане?       — В плане, что цвет у неё отличается. Может, нам и показалось, что она выглядит вполне нормальной, но они сказали, что оттенок странный. А ещё сказали, что ей не меньше восьми часов, но она не подаёт никаких признаков разложения, — он выдохнул, — Вот.       — А сейчас сколько времени?       — Сейчас уже одиннадцать, но это не имеет значения, потому что кровь они проверяли несколько часов назад. Сынмин хмыкнул и кивнул.       — И? Что ты думаешь?       — В смысле? — не понял Хёнджин.       — Ну, — усмехнулся Сынмин, — Хочешь сказать, что с кровью было что-то не так?       — А ты так не считаешь?       — Вовсе нет.       — Почему?       — Ну потому что это бред.       — Это не ответ, Сынмин, — Хёнджин раздражённо выдохнул и сел на стол, свесив ноги, — Я серьёзно, Ким.       — И я тоже. Только вот твоя «серьёзность», — он прыснул, — Выглядит очень уж несерьёзно.       — Я тебя понял, — он взял бумаги со стола и пошёл к выходу.       — Так что ты хотел сказать по поводу крови? Что это кровь зомби?       Хван окинул его презрительным взглядом и вышел из кабинета, хлопнув дверью.

***

      Минхо прокряхтел и хрустнул спиной, прогнувшись и уставившись взглядом в потолок. Рядом пыхтел Джисон, вытирая мокрую шею рукой. Хо выпрямился и огляделся.       — Всё? Мы закончили? — спросил он и снова посмотрел по сторонам. Пол блестел.       — Вроде, да, — кивнул Джисон и вздрогнул, услышав вой сирены.       Минхо прищурился, подняв взгляд на колонку, из которой доносился этот протяжный и тревожный вой. Парень испуганно посмотрел на Джисона и поднял брови. Джисон только пожал плечами, смотря в ответ на Минхо.       — Что это такое? — спросил с тревогой Хо, — У нас уже полтора года ничего такого не было.       — Я не знаю, — со странной интонацией проговорил Джисон, — Может, это проверка?       — Чего проверка? — он нахмурился, вслушиваясь в тишину и в сирену, разбивающую её в дребезги. В момент руки Минхо опустились по швам, а лицо приобрело выражение глубокого страха и волнения, — Черён...       Джисон испуганно посмотрел на него, и его глаза расширились. Минхо кинулся к лестнице. Хан побежал за ним, поскальзываясь на ещё мокром полу.       Кабинет номер сто двадцать восемь находился на втором этаже, во втором крыле, до которого можно было добраться лишь через первый этаж. По второму никак не пройти, там была стена.       Парни летели по лестнице вниз, затем по первому этажу к другой лестнице. Колени болели и хрустели от неаккуратных движений. Ноги подворачивались, а в груди сжималось что-то неприятное, от чего было сложно дышать. Из грудной клетки доносились прерывистые выдохи, сопровождаемые кашлем. В горле пересохло. Минхо махал локтями, разрезая воздух, Джисон бежал за ним и осматривался по сторонам.       Парни добрались до второго крыла и остановились. Здесь происходило что-то странное: врачи и медсёстры метались по этажу как сумасшедшие, в хаотичном порядке. Не было совместного массового движения, которое вырабатывалось долгими годами. Не было никакой собранности, а дисциплиной тут даже не пахло. Стоял визг и писк. А ещё чьё-то рычание. Все кричали в ужасе и толкались, не понимая, куда бегут. Джисон и Минхо стояли возле спуска с лестницы и смотрели на эту пугающую картину.       Тут из-за угла вылетела толпа непонятно, кого. Да, это были врачи. И да, они выглядели странно. Все белые халаты окрасились в красную крапинку. Они были забрызганы линиями из крови, а лица совсем не узнать, насколько же изменила их эта ситуация, что даже очень важного и знакомого человека можно было бы не отличить от остальных тварей. Они все были заражены.       И тут Минхо осенило.       — Черён! — он подставил руки ко рту, чтобы усилить звук. Джисон повторил за ним это движение.       — Черён! Ли Черён! — кричал Джисон, надрывая горло.       Парни звали почти в унисон. Они словно и не замечали, что творится вокруг них. В разные стороны летали клочья одежды вместе с кусками чужого мяса, отбиваясь о стены и окрашивая их в бордово-красный цвет.       Все кричали и в панике не понимали, что делать. Творился настоящий хаос. Больница превратилась в поле битвы, где нет ни правил, ни какого бы то ни было порядка.       Минхо быстро нащупал в кармане телефон и стал набирать номер девушки, которую парни потеряли из виду и никак не могли дозваться до неё. Минхо резко толкнули в плечо, и телефон вылетел у него из рук.       — Чёрт! Эй! — крикнул он громко. Его крик разлетелся и ударился о белые стены больницы, — Поаккуратней можно? — и тут он обернулся. Джисон смотрел на него испуганными глазами и не двигался.       Позади Минхо стояло то же самое существо, которое недавно кинуло в стену кусок сырого человеческого мяса. Оно улыбалось — зловеще, неестественно, но улыбалось. А затем зарычало. Минхо взгляделся в знакомое лицо, стараясь не падать в руки паники. Он вздрогнул и отошёл на несколько шагов назад.       Это была Рюджин. Шин Рюджин.       — Рюджин? — сказал дрожащим голосом Минхо. Он не знал, что делать в таком случае. Конечно, в первый раз попал в зомби апокалипсис или что это там ещё такое.       Его главный врач заражён и теперь находится в кругу остальных заражённых. Это конец. Конец больнице.       — Придурок! Отойди от неё! — крикнул Джисон и побежал к окну.       Он оторвал деревянную раму, которая уже давно бесхозно болталась там, и долбанул заражённую со всей дури по затылку. Та упала лицом вниз и больше не двигалась.       — Идиот! Что смотришь по сторонам? Ты умереть хочешь?!       На глазах Минхо появились слёзы. Он весь задрожал и не смог сказать ни слова.       — Эй? Чего ты плачешь? — Джисон быстро подбежал к нему и схватил парня за плечи и потряс его, — Что случилось?       — Черён... я не вижу её... — сказал неровным и ломающимся голосом он.       Сквозь сирену донёсся пронзительный визг и крик. Из-за угла выбежала девушка с растрёпанными чёрными волосами. Её макияж размазался, а рубашка и новые синие джинсы были в крови. Минхо надеялся, что в чужой крови.       Минхо подпрыгнул на одном месте, а после помчался на помощь к девушке.       — Черён! — крикнул он, чтобы привлечь её внимание.       Взгляд Черён блуждал по мёртвым телам, по мертвецам, двигающимся в разные стороны. Она боялась. Она жутко боялась всего того, что сейчас происходит. Кажется, из её грудной клетки сейчас вылетит сердце. Или кто-то другой его вырвет.       — Черён! — снова попытался позвать её Минхо, пробираясь сквозь ещё не оклемавшихся заражённых и через трупы, — Ли Черён!       Девушка повернулась. Она увидела брата и кинулась к нему с криками. Пока Черён бежала, на неё со стороны бежал заражённый. Он снёс Черён влево и накрыл её своим телом. Черён ударилась головой об стену.       — Черён! — завопил Минхо своим уже сиплым голосом.       Черён отбивалась ногами, лёжа на трупах врачей. Она била зомби руками и ногами, стараясь не контактировать с его пастью. Джисон подбежал ближе и оттащил мужчину от девушки а затем вдарил ему по щеке той палкой, которую оторвал от окна, что зомби аж свалился.       — Ого! — сказал Минхо, который только что подбежал. Он бы успел первым, но споткнулся и запутался между сплетёнными навечно руками заражённых. — Не знал, что ты драться умеешь.       — Не об этом сейчас! — сказал Хан, закашлявшись, и посмотрел на девушку, — Эй, Черён? О, Господи! Её трясёт! Возьми её на руки, а я буду отбивать остальных.       Минхо кивнул и подхватил Черён, закинув её руки себе на плечи. Черён вцепилась руками в его халат на груди, а Хо взял её колени и приподнял, поудобнее усаживая на своей спине и одновременно следя за тем, чтобы Джисон не пропустил нападений.       — Куда мы сейчас? — крикнул Минхо, когда окончательно разместил Черён на спине.       — В первое крыло! Там не должно быть заражённых!       Хан шёл спереди, иногда проверяя, нет ли сзади Минхо новых заражённых. Он прочищал остальным путь своей деревянной рамой. Она уже была не настолько прочная, даже немного рыхлая, но всё равно била отлично. Как только они очутились на лестнице, Джисон подбежал к двери и закрыл её. Заражённые остались во втором крыле.       Минхо осторожно спускался по лестнице, чтобы случайно не уронить девушку, которая понемногу начала приходить в себя.       — Эй, Черри? — спросил Джисон, смотря на неё через Минхо, — Ты в порядке?       — А? Да...       — Тебя не укусили? — спросил Минхо, начиная подниматься по ступенькам.       Ответа не последовало.       — Эй, Черён? Тебя не укусили?       — Я не помню...       — Отлично, значит, проверим, когда доберёмся до первого крыла. — натянуто улыбнулся Джисон и снова отвернулся.       В первом крыле было так же тихо, как и до этого. Только через прозрачное стекло, что открывало картину на другое помещение, было видно второе крыло, где до сих пор происходило что-то страшное.       Джисон пропустил вперёд парня и девушку, чтобы они прошли в пустой коридор первого крыла, а сам закрыл дверь на щеколды сверху и снизу, обмотав после этого ручки двери цепочкой, которую только что подобрал на полу.       Минхо посадил сестру на пол и стал приводить в чувства, потому что та опять отключилась.       — У нас здесь есть где-то вода? — спросил он, похлопывая сестру по щекам.       — Вроде, есть. У нас тут запасы еды... но...       — Что «но»? — Минхо в панике не помнил ничего, что до этого знал как свои пять пальцев.       — Склад на первом этаже.       — А здесь ничего нет?       В следующую секунду Джисон метнулся по коридору, держа палку в руках и оглядываясь. Он просматривал все кабинеты и в конце концов нашёл одну бутылку воды, которую, кажется, забыл врач, торопившийся домой на отдых.       — Вот! — он потряс бутылкой, показывая её остальным.       Через несколько минут Черён окончательно очнулась. С её лица стекали капельки воды, смешиваясь с каплями пота.       — Что там случилось? — осторожно спросил Минхо.       Черён огляделась по сторонам и зачесала волосы назад. Она тяжело вздохнула и посмотрела на Минхо.       — Джисон где?       — Тут, — отозвался Джисон. Он сидел в углу и как-то неспокойно дышал, поглядывая на друзей.       — Всё нормально, Сон?       — Да, просто что-то внутри тревожно... а так всё в порядке, — он натянуто улыбнулся, а затем отвернулся.       — Так... что там случилось, Черён?       Девушка тяжело вздохнула и начала.       — Сначала мы с Рюджин разговаривали... ну, о разном. В целом, не было какой-то прям сильно важной темы для разговора, мы обсуждали практически всё. Потом Рюджин ушла за чаем, она обещала вернуться через пять минут. Но... в кабинет зашла какая-то странная девушка с русыми волосами. Это оказалась Йеджи... она опять попыталась меня съесть или что? В общем, не знаю. Йеджи сняла парик и закрыла дверь на замок. Я подумала, что мне нужно бежать, поэтому придумала какой-то не очень безопасный, но всё же план. Я её обняла и открыла дверь, нажав на кнопку тревоги.       Черён замолчала. Минхо сидел и смотрел в одну точку, переваривая информацию.       — А дальше что?       — А потом началась полная вакханалия. Йеджи укусила пару человек, а те разнесли заразу на оставшихся врачей. И на Рюджин...       — Ох, — он обнял её за плечи, — а ты как через зомби прорвалась?       — Я не знаю, как-то удачно получилось. Я вообще не понимаю вот эту вашу систему, как тут вообще попадают в другое крыло?       — Смотри, мы сейчас в первом крыле, — Минхо встал и подошёл к стене, на которой висел план эвакуации в больнице, — Чтобы пройти во второе крыло, нам нужно спуститься по лестнице на первый этаж, после чего пройти почти весь первый этаж, найти лестницу в другом конце коридора и только после этого попасть во второе крыло. Аналогично, если мы будем идти из второго в первое.       — То есть... туда попасть можно только через первый этаж?       — Ещё и через третий. Сейчас мы в безопасности... учитывая, что заражение пока что дошло только до первого этажа и второго крыла. К первому крылу доступа у них нет, зато есть к третьему этажу. Возможно, они уже́ на третьем, это непонятно.       — Нужно забаррикадироваться здесь, чтобы они точно не добрались сюда, — сказал Джисон, встав со своего места. — Плюсом было бы неплохо закрыть ещё и третий этаж, чтобы они не пробрались к нам через верх, — он отряхнул брюки, — Я пойду, проверю все ходы сюда, чтобы всё было закрыто.       Джисон направился к стеклу, через которое можно было увидеть второе крыло. Кажется, вирус там уже более-менее успокоился. Заразились все. Хан медленно прошёл дальше, осматривая лица знакомых, которых он больше не узнавал. Тут он увидел девушку с красными волосами. Юна — девушка, которая раньше стояла за столиком регистратуры. Шин Юна. Она выбралась с первого этажа и попала во второе крыло, когда началась тревога. Её заразили. Юна так же странно и криво ходила по этажу, врезаясь в других заражённых.       Хан резко повернулся, увидев, как что-то яркое мелькнуло перед глазами. Он прищурился и всмотрелся через стекло на помещение по ту сторону. Из-за угла выглянула рыжая макушка.       Йеджи подмигнула, посмотрев прямо в глаза Джисону, зло ухмыльнулась и скрылась за поворотом. Джисон хмыкнул и отошёл от стекла.       Интересно, а Йеджи уже мертва?