Medical Referral to Hell

      Сынмин сложил руки в замочек и положил на них голову, уставившись куда-то в пол. Он сидел за столом уже второй час и перебирал в голове всевозможные варианты разрешения событий, которые сейчас произошли.       Ким хотел спать. Но также сильно он хотел разобраться во всём этом и доказать Хёнджину, что тот говорит ерунду и полный бред. Доказать.       В глубине души Сынмин понимал, что если так и дальше продолжится, то их и так некрепкая дружба может совсем пропасть. Рухнуть в пропасть, и её уже никогда оттуда не получится достать. Но он смотрел и с другой стороны, понимая, что если не будет выставлять свои, как он думал, личные границы, то всё станет намного хуже.       Сынмин приподнялся и потянулся, постучав ручкой по столу. Он нахмурился, смотря на время. Хёнджин ушёл несколько часов назад и не вернулся. По идее, сейчас его рабочий день, а он его так нагло прогуливает.       Ким решил, что позвонит ему позже, если тот не вернётся, и выскажет ему всё, что о нём думает. А лучше позвонит повыше, и Хвану урежут зарплату на месяц за то, что отлынивает от работы и шляется не пойми где.       Резкий звук заставил Сынмина вздрогнуть и повернуться. Сначала он даже не понял, что это было, а потом моргнул и решил, что это что-то похожее на стук. Можно было подумать, что это глыба снега свалилась с крыши. Но снега на улице не было. Да даже если и был бы, стук не соответствовал количеству снега, которое могло бы находиться на крыше.       Ким нахмурился и прислушался. Он замер, стараясь не издавать лишних звуков, заострив внимание только на тишине, которая могла нарушиться в любой момент. Через какое-то время послышался ещё один стук. Затем грохот и чей-то крик. Парень привстал из-за стола и посмотрел на дверь напротив, которая, для его же спокойствия, была закрыта.       Сынмин прикусил губу, потупив взгляд прямо перед собой, а затем снова вздрогнул, когда дверь открылась и с грохотом закрылась. В промежутке между открытием двери и громким хлопком в помещение залетел Хёнджин. Сынмин сразу подметил его странное поведение: он тяжело дышал, подперев дверь спиной и испуганно перебирая руками магазины. Да и выглядел, мягко говоря, не очень — кофта перекручена, а волосы, некогда собранные в аккуратный хвостик на макушке, растрепались и теперь свисали неаккуратными прядями на глаза Хвана.       — Это ты там гремишь? — спросил Сынмин на облегчённом выдохе и присел на стул. — С ума сошёл?       — Сынмин, — чуть ли не заикался Хёнджин.       — Ты двери не ломай, ладно? — продолжил Сынмин, возвращаясь к своим мыслям. — А то у нас не такая большая зарплата, чтобы новые покупать. — Он кинул взгляд на испуганного Хёнджина. — Ты что, уже сломал всё? Чего дрожишь как осенний лист?       — Сынмин... — казалось, Хёнджин не мог выговорить ничего больше, кроме этого имени.       — Ну что? — спросил он и почесал затылок. — Что ты там сломать успел? Тут такой грохот стоял. Я, честно, чуть в штаны не наложил.       — Сынмин! — крикнул Хван. — Там зомби...       — Вот и я о чём, — он усмехнулся, продолжая свою мысль. — Я на нервах тоже подумал, что там зомби. Ты же накрутил меня. — Его голос звучал максимально расслабленно и обыденно. — А потом я понял, что это бред какой-то. Не могу же я верить в ерунду, верно?       — Сынмин, там зомби, — повторил Хёнджин.       — Со всем моим уважением к тебе, а я напомню, что у меня его немного, я скажу тебе вот что. Ты опять начинаешь нести всякую чушь. Ты уже довёл меня, заставив решить, что за окном у меня зомби! Подумать только! Зомби за окном! Это такой бред, Хван. Прекрати. Я уважаю твои интересы, но сейчас это уже не смешно. Лучше бы ты занялся делом и...       — Сынмин, там зомби! — завопил Хёнджин и упал на колени. — Боже, ты меня дослушаешь когда-нибудь?       Сынмин остановился и вопросительно посмотрел на него.       — Что?       — Сел на что и ножки свесил! — почти орал Хёнджин, метаясь по помещению в панике. — Манатки собирай, и валим отсюда!       — Ты сейчас о чём? — он сдвинул брови. — Ты опять прикалываешься? Знаешь, с меня хватило твоей «печени» сегодня утром. Я устал от этого бреда, извини уж.       — Ты не слышишь меня?! Там зомби, Сынмин! Заражённые люди! Они кидаются на других людей и снимают с них скальп! Они сжирают их!       Ким резко мотнулся и посмотрел в окно. По улицам ходили странные люди в разодранных и окровавленных одеждах. Они кидались на других людей, что проходили мимо, и кусали их, отрывая большие куски кожи и мяса.       — Это чё за флешмоб, — прыснул Сынмин, смотря в окно.       Хёнджин замер, стоя на месте.       — Знаешь, что? — спросил он. — Не верь мне и дальше. Оставайся тут. Только учти, что я не приду спасать тебя, когда тебя будут жрать эти твари.       Сынмин резко повернулся.       — Ты же шутишь.       — Тебе смешно?! — крикнул Хёнджин, держа в руках свою сумку. — А мне нет! Меня чуть не сожрали! Это не смешно, Сынмин. Я не шучу.       Парень напротив глухо сглотнул, смотря на Хвана. Он поставил руки на бёдра, прищурившись.       — Ты... серьёзно не веришь мне после того, как увидел это? — Хёнджин указал рукой на окно. — Серьёзно?       — А вдруг ты это всё подстроил, чтобы постебаться надо мной как утром?       — Ты... настолько мне не доверяешь? Сынмин, очнись! Зачем мне это делать?       — Откуда я знаю? Ты всегда какой-то ерундой страдаешь. Никогда не знаешь, что тебе в голову взбредёт.       Хёнджин закинул сумку на плечо, перезарядил пистолет и опустил руку вместе с ним.       — Оставайся здесь. Я не пойду тебя спасать. — Хван вышел и закрыл дверь.       Сынмин стоял возле своего стола как вкопанный. Он не знал, что делать до того момента, как в окно не прилетел камень, а через оконную раму не перевесился человек с окровавленным ртом и зубами. Ким чертыхнулся, схватил свою сумку и пулей выбежал из помещения, осматриваясь по сторонам.       Полицейский участок был пуст. Все рабочие давно ушли со смены, ведь начальство отпустило всех. Всех, но не Сынмина с Хёнджином. Они оба остались здесь, ожидая своей кончины.       Ким кинул взгляд на выход, откуда, через стеклянную дверь на него пялилось несколько отвратительных гримас с разинутыми красными ртами.       Невероятно, слабая стеклянная дверь выдерживает вес десятка человек! Когда он услышал позади себя вопль, то поспешил закрыть дверь, из которой выбежал. Он провернул ключ в замке и стал взглядом искать Хёнджина.       — Хван! — проорал он, надрывая горло. — Хван, твою дивизию, мать его за ногу!       Хёнджин выглянул из-за угла и вопросительно посмотрел на него.       — Не ори, придурок, нас сейчас сожрут!       Сынмин присел, по полу переполз к Хёнджину и сел рядом, достав пистолет.       — Ты как тут? — спросил он.       — Обычно, — безразлично ответил Хёнджин. — И не ори, если, конечно, жить хочется.       — Без тебя разберусь.       — Я тебя услышал, — кивнул Хёнджин и подмигнул, снимая пистолет с предохранителя. — Удачи.       Сынмин не успел понять, что именно произошло. А пока до него доходило, Хёнджин несколько раз выстрелил в стеклянные двери и перекатился по полу в другой конец офиса.       — Ты что творишь?! — крикнул Ким, расширенными глазами смотря на стёкла, что посыпались на пол.       Хёнджин прищурился и кинул какую-то стопку бумаг в другую сторону от себя, тем самым отвлекая заражённых, что уже начали переползать через разбитое стекло.       Зомби пробирались друг через друга и друг под другом. Они ревели и рычали, царапаясь и кусаясь. Но когда они понимали, что кусают кого-то не того, а своего сородича, то сразу же морщились и глухо скулили, сплёвывая заражённую кровь.       Сынмин вопросительно посмотрел на Хёнджина. Он послушал его совет — не издавать звуков — поэтому просто смотрел на него, ожидая действий Хёнджина или его указаний. Хёнджин же просто наблюдал. Он кинул ещё несколько вещей в ту же сторону, где теперь лежала разодранная стопка каких-то отчётов, и посмотрел на выход. Там осталось несколько заражённых, которые сразу же кинулись к толпе других, собравшихся вокруг клочка бумаги.       Хван повернул голову и посмотрел на Сынмина, кивнув ему в сторону свободного выхода. Почти свободного. Ким отреагировал сразу же. Он тихо перекатился к Хёнджину и замер, прислушиваясь к рычаниям зомби, которые вдруг начали казаться странными.       Хёнджин привстал и, согнувшись почти пополам, пошёл к выходу, держа пистолет в руках. Сынмин последовал за ним, приняв такое же положение. Он повернул голову и заметил заражённого, что смотрел прямо на них. Ким направил пистолет на него и выстрелил. Он попал точно в голову и вздрогнул, смотря на то, как из дыры вытекает покорённый вирусом мозг.       — Не стреляй! — крикнул Хёнджин и схватил Сынмина за руку, резко потащив к выходу.       Сынмин не вырвался из хватки. Он побежал ещё быстрее, стараясь не смотреть назад и оторваться от толпы, которая после выстрела сразу же сменила своё направление.       — Ты придурок! — крикнул Хван, задыхаясь.       — Я знаю! — крикнул в ответ Сынмин и затащил Хёнджина за угол.       — Ты идиот... — Хёнджин упал на колени. — Ты просто идиот!       — Да знаю я! — прошипел Сынмин. — И не ори. Больше внимания привлекаешь. — Он выглянул из-за угла и нахмурился. — Я ни черта не вижу из-за этого тумана.       Хван сел и облокотился на стену дома спиной. Он хохотнул и зачесал назад свои растрёпанные волосы.       — Что ты опять ржёшь? — обернулся Сынмин.       — Мы в ловушке, Минни, — он нервно рассмеялся, перекладывая пистолет из одной руки в другую.       — Прекрати играться, — Ким вырвал его пистолет. — Не дай Бог ты застрелишься. Ей-богу, я тебя убью.       — Я тебя понял, — выдохнул Хёнджин. — Но я попрошу тебя отдать мне мой пистолет обратно.       — Зачем?       — Так я чувствую себя безопаснее.       — Так я же с тобой.       — А ты сильно доверенная личность? — он прищурился. — Да брось. Тебе я тоже не доверяю.       Сынмин замер, задержав дыхание. Он медленно опустился на корточки рядом с Хёнджином, не поворачиваясь к нему лицом. Он одной рукой нащупал руку Хёнджина на земле, а второй направил пистолет куда-то в туман.       — Ты чё? — спросил Хёнджин.       — Заткнись.       — Отпусти... — он попытался вырвать руку.       — Бежим!

***

      Темнота спускалась на город. Она проникала внутрь, вгоняя страх и тревогу в уже и так разбитые ужасом души. Черён осмотрелась по сторонам и тяжело вздохнула, видя вокруг себя белые стены. Было сложно свыкнуться с тем, что придётся ночевать в больнице.       Когда все ребята окончательно пришли в себя и очнулись от происшествия, было принято решение забаррикадировать двери, ведущие на лестницу.       Минхо уже пошёл в сторону от коридора, чтобы принести из кабинетов вещи, но его остановил Джисон.       — Как мы будем выбираться наружу, чтобы приносить запасы с едой? — спросил он.       — Ну. Можем оттаскивать. Просто оставлять одного человека тут, чтобы он потом нас пускал обратно.       Джисон прищурился, подняв глаза к потолку, а затем согласился:       — Ну, если так, то ладно.       Минхо побежал в кабинет и вышел оттуда, таща за собой стол. Его деревянные ножки противно скрипели, когда Минхо тащил его по полу. Видимо, стол был довольно тяжёлый.       Джисон тоже не остался в стороне. Он побежал в другой кабинет и принёс второй стол, поставив его на первый. Таким образом получилось закрыть двери полностью.       — Вот, смотри, — сказал Минхо, указывая пальцем. — Если надо будет выйти, то проползём под столом, открыв дверь. Щеколды же видно. И дотянуться до них можно спокойно.       — Хорошая идея. Теперь вопрос: где мы будем спать?       Черён тяжело вздохнула и повернула голову в сторону. За стеклом всё также происходило нечто ненормальное. Заражённые стали выглядеть ещё страшнее во мраке ночи. Во втором крыле был включён свет, но, кажется, он меркнул с каждой секундой, ведь зло уже просочилась через маленькую щель в помещение.       — Я не знаю, — сказал Минхо, смотря на девушку, которая без сил валялась на полу. — Нам нужно как-то сделать спальные места.       — Как мы это сделаем?       — Для начала давайте что-то сделаем с этим стеклом, — сказала осипшим голосом Черён. — Я не смогу спать, когда перед глазами такое. — Она спародировала движения зомби.       Парни посмеялись.       — О, — Минхо словно что-то понял, щёлкнув пальцами. — Мы притащим медицинские шторки из кабинетов, которыми закрывают пациентов. И ими закроем это стекло. Ну, и двери можно. На всякий случай.       Шторы были расставлены перед стеклом, через которое было видно второе крыло. Парни расставили их немного по диагонали от двери, сделав небольшую комнатку для спального места. Черён же всё ещё валялась на полу, пропиливая взглядом потолок.       Джисон выдохнул и осмотрел помещение, когда он с Минхо закончили.       — Сколько времени? — спросил Хан, потянувшись.       — О, — взглянул Хо, посмотрев на настенные часы. — Уже полдесятого вечера... мы тут слишком долго сидим. — Вдруг он громко хлопнул в ладоши, а затем вплёл пальцы в волосы, разочарованно простонав: — Блин...       — Чего такое?       — Я забыл телефон во втором крыле... тогда, когда у меня его Рюджин выбила из рук, — расстроенно сказал он. — Что делать теперь?       — А тебе он чем-то поможет? — спросил Джисон. — Интернета же нет.       — Откуда ты знаешь?       Джисон повернул свой телефон экраном, где оставались две последних полоски интернета.       — Но он всё же есть! Зайди в интернет, посмотри последние новости. Быстрее, Хан-а!       Джисон быстро зашёл в интернет. Последние новости были о том, что в городе происходит что-то непонятное, но из-за тумана не разглядеть. Больше ничего. Пусто.       — Бред какой-то... — сказал Джисон. — Ничего нет. — Он потупил взгляд в экран и вдруг вскрикнул: — О!       — Что такое? Нашёл?       — Нет сети.       — Отлично! — всплеснул руками Минхо.       — Зато у меня есть провод для зарядки, — устало улыбнулся Джисон, щупая что-то у себя в кармане.       — И чем он тебе поможет? Связи-то всё равно нет.       — Без связи можно позвонить в службу спасения... будем пробовать, как раз заряжая телефон.       — А спать мы где будем? — спросил Минхо, посматривая на Черён, которая облокотилась на стенку и дремала.       — Койки притащим, — щёлкнул пальцами Джисон и побежал в кабинет.       Парни притащили три койки и поставили их рядом друг с другом. Потом поменяли их расположение, чтобы они стояли буквой «П». Потом треугольником... или буквой «Т»... в итоге они решили поставить кровати буквой «П». Может быть, внутри тоже можно будет что-то поставить.       Минхо подошёл к Черён, тихо сопящей на полу, и сказал:       — Эй, Черён? — девушка никак не отреагировала. — Блин, ну надо её как-то переложить и не разбудить. — Повернулся он к Джисону, присаживаясь на корточки.       — «Черри»? — усмехнулась Черён.       — Да... а что?       — Ты меня никогда так не называл. Только Джисон.       — Ты совсем дурашка? Не об этом сейчас. Нам всем надо поспать. — Он легко подхватил её на руки и переложил на импровизированную кровать, а точнее на койку. — Хан-а, а здесь есть щит? Надо свет выключить       — Вроде, где-то есть. Тут как раз есть комнатка с электричеством и щитом... ну и чем-то там ещё. Я пойду проверю. — Он поднялся с пола и вышел в другую часть коридора, осматривая остальные кабинеты.       Оказывается, этот выключатель был в одной из кладовых в первом крыле. Джисон сразу подбежал к нему и выключил. В помещении сразу потемнело, лампочки выключились, и стало холодно. Джисон осмотрелся и проморгался. Он засунул руки в карманы и вышел из щипа. Возвращался он уже вприпрыжку.       — Ну, как ты? — спросил Минхо, садясь на койку рядом с сестрой.       Она поёжилась.       — Холодно.       Парень тяжело вздохнул и вышел из коридора в другой кабинет. Оттуда он вынес белую простынь, а вместе с ней чьё-то пальто.       — Вот, — сказал он, накрывая Черён. — Пока довольствуемся этим. Своих вещей у нас больше нет. — Он горько улыбнулся.       Свет выключился.       — О, кажется, Сон нашёл, где выключать свет, — усмехнулся Минхо.       По коридору раздался грохот, что-то глухо ударилось об кафель, а затем ещё раз, и что-то деревянное свалилось на пол.       — Сон? — Минхо поднялся с койки и пошёл на звук.       В коридоре была темнота. Не было даже и малейшей щёлочки, через которую мог бы пробраться свет, осветив здание. Минхо прошёл дальше, слушая свои тихие шаги, отдававшиеся глухим эхом по стенам коридора.       — Джисон...       На него из тёмного коридора вылетел парень, и они оба столкнулись лбами. Джисон завопил и шлёпнулся на пол, потирая лоб.       — Боже мой, сколько можно вообще?! — возмутился Джисон. — Сколько раз уже просили убрать в той кладовке, нет, блин! Никто не убрал! А я теперь в зомби апокалипсис должен спотыкаться об ведро и ронять швабру!       Минхо мягко улыбнулся. И улыбнулся он так, словно улыбается старший брат младшему брату. Он потрепал Хана по волосам и потянул его за ухо.       — Нет, ну я серьёзно... у меня теперь колено болит и локоть. — Джисон выпятил нижнюю губу вперёд и показал свои травмы.       — Пойдём спать. Уже поздно, — сказал Минхо и потянул его за руку.       Туман стал ещё плотнее этой ночью. Он окутал буквально всё, что можно было, и поднялся выше. Его край касался начала окна на втором этаже. Внизу ничего не разглядеть, будто кто-то вылил несколько пачек молока, создав бассейн внизу, через жидкость которого не мог пробраться ни единый источник света.       Но что-то всё-таки немного давало свет. То ли это была луна, то ли это было нечто иное. Или всё та же фантазия, не дававшая Черён спать. Сквозь щели между шторами она видела тёмные силуэты, находившиеся во втором крыле. Они ходили и неестесственно передвигались, резко поворачиваясь, сталкиваясь друг с другом и спотыкаясь друг о друга.       Ночь опустилась на город, и наступила полная темнота. Тревога немного утихла, но не ушла полностью. Страх витал в сознании, напоминая о том, что за какой-то стеной находится огромное количество заражённых людей. Черён перевернулась на другой бок, лицом к медицинским шторкам. Ей было словно легче, когда она видела эти шторки, когда понимала, что за ними происходит. Страшнее всего было лежать к ним спиной. Никогда ведь не знаешь, в какой момент придёт смерть.       Вскоре сон овладел Черён. Она мирно свернулась калачиком, укрывшись простынью, и тихо засопела.

***

      Черён протёрла свои слипшиеся ото сна глаза и потянулась, но сразу съежилась, почувствовав что-то странное и неродное. В помещении было холодно. Очень холодно. Если вечером хоть как-то можно было согреться, просто укутавшись в простынь, то сейчас, кажется, отопление выключилось.       — Джисон... — шепнула она парню, что должен был лежать рядом с ней.       За окном была полная темнота. Сколько времени, девушка даже и предположить не могла. Часы находились за шторами, куда совсем не хотелось идти. Да и вообще не было никакого желания вставать из немного нагретой постели.       — Джисон? — сказала она чуть громче, ощупывая койку, на которой должен лежать парень, но тут же остановилась. На кровати никого не было.       В темноте коридора она увидела чей-то силуэт, который сидел на корточках. Не было сомнений, что это человек. Но теперь вопрос заключался в том, внутри этот человек на самом деле человек или зомби?       Черён притихла на месте и поджала ноги под себя, в ужасе смотря на того человека. Это «что-то» начало жутко чавкать. Девушка протёрла глаза ещё раз и помотала головой, стараясь увидеть Минхо, которого тоже не было на месте.       — Черён, чего не спишь? — раздался резкий шёпот из полной тишины, вырвавший Черён из раздумий. Это был Джисон.       Черён дёрнулась и повернула голову в сторону, увидев на койке силуэт Джисона.       — Не спится. — Голос её прозвучал неуверенно. — Холодно. А ты где был?       — Я тут лежал.       — А кто там тогда был? — она указала рукой в сторону тёмного коридора, словно Джисон мог увидеть что-то.       — В смысле? — он поднял брови, хоть этого и не было видно во мраке ночи, не понимая, что говорит ему девушка. — Ложись спать, тебе приснилось.       Парень перевернулся на другой бок и накрылся простынью, тихо сопя. Конечно, это было всё то же больное воображение Черён, которое приходило к ней и поздно вечером, когда девушка видела зомби сквозь шторки. Она попыталась уснуть, но ничего не вышло. В тот самый момент, когда сон стал овладевать ею, у неё заболела лодыжка. Кажется, она была очень сильно травмирована из-за сегодняшней «пробежки». Надо было дотерпеть до утра, ведь парням нужно восстановить силы, да и к тому же, посреди ночи никто не захочет смотреть на твою ногу. Это опасно, ведь будет включён свет.       Черён, шипя, попыталась аккуратно полностью лечь на койку. Вскоре она задремала, но не надолго. За дверью, выходящей на лестничную площадку, послышалось чьи-то отчаянные рыдания, просьба о помощи, а затем зверский рыг и чавканье.       Опять призраки и фантазия. Нужно уснуть.

***

      Создавалось ощущение, что в мозге копошатся тараканы. Они ползали между извилинами и щекотали внутренности своими лапками, создавая ощущение появления навязчивых мыслей и чрезмерной наполненности. Противные усики скребли по черепной коробке и царапали её, а голос прорывался сквозь шуршания лапок. Он был мягким и будто мог вырвать девушку из тех условий, в которых она находится сейчас. Слов не разобрать, но интонация нежная. Такая, что все тараканы сдохли.       — Черён, ты спишь? — Черён резко вздрогнула, наконец высунув голову из омута тревоги.       Да, кажется, она уснула. Но уснула прямо под утро, поэтому проспала от силы часа полтора и совсем не выспалась.       — А? — она потёрла глаза и потянулась, а затем приняла своё прежнее положение.       — О, ты не спишь уже? — сказал также шёпотом Минхо. Он поднял брови, словно удивляясь тому, что Черён проснулась. Конечно, звал её раз десять, как тут не проснуться? — Только потише разговаривай, Джисон ещё спит.       — Хорошо, — она выдохнула зажмурилась от боли.       — Чего такое?       — Нога болит.       Минхо открыл рот от удивления, не припоминая никаких травм у девушки, а потом всё же вспомнил, про больную ногу Черён.       — Пойдём, я тебе её «починю». — он усмехнулся и помог девушке встать.       Черён не опиралась на ногу, потому что это было просто жутко невыносимо. Нога начинала болеть от каждого неосторожного и даже осторожного движения. Если тряхнуть ею, то она тоже будет болеть. И эта боль добиралась до мозга, кусая за шею и плечи.       Минхо проводил девушку в кабинет и закрыл за ними дверь. Оказалось, что у Черён был подвывих, уже на пределе вывиха. Минхо осмотрел её ногу, обработал, а после перебинтовал.       — Тебе придётся пока походить без обуви. Дня четыре, может...       — Ох... а если я на что-нибудь встану? — она проморгалась, смотря на перебинтованную ногу.       — Постарайся не вставать, — он улыбнулся. — Пойдём? Джисон, наверное, уже проснулся.       Минхо вышел первым из кабинета и посмотрел на койку, где сидел Джисон. Да, он проснулся. Джисор сидел на краю своей койки и смотрел в одну точку на полу, не двигаясь.       — Джисон-а, доброе утро.       За окном расстилалась белая пелена тумана. Она была уже не настолько плотная, как вчера, поэтому уже можно было хоть как-то различить то, что находится под тобой внизу. Но всё равно не сильно далеко не заглянешь. Дальше пяти метров — густота тумана и неизвестность.       — Джисон? — переспросил Минхо.       Хан резко повернул голову и поднял брови, словно до этого не замечал присутствия друзей, а затем мягко улыбнулся, как он это обычно делает. Его глаза опухли, а щёки приобрели красноватый оттенок из-за того, что Джисон их отлежал на неудобной поверхности. Волосы растрёпаны, парень выглядел каким-то очень уж помятым после сна.       — Доброе утро, Джисон, — Минхо помахал перед его лицом рукой.       — Доброе, — сказал Джисон, улыбаясь.       — Чего у тебя губы такие красные? — усмехнулся Минхо. — Целовался что ли ночью?       — С зомби? — подхватил его шутку Хан. — Я их раскусал. Ну, губы. От нервов. Вы, кстати, нигде не видели мои очки?       Сейчас он выглядел, как неокрепший, слабый ребёнок, который протирал глаза от сна. Он был таким беспомощным, а его зрение его же и подводило.       — А, вот твои очки, — сказала Черён и указала пальцем на пол, где они и валялись.       — О, спасибо, — он поднял свою пропажу и протёр стёкла. — По-моему, скоро от них останется одна оправа. — Он усмехнулся. — Хотя, они прочные. Черри, как твоя нога? — перевёл он тему, поправляя свои очки на переносице.       — Ну, не очень. Болит сильно.       — Сочувствую, ну, ты поправляйся.       — Спасибо? — ответила она и улыбнулась, а затем замялась. — А... у нас есть что-нибудь покушать?       — Возможно осталось что-то от обедов врачей... но это вряд ли. — Сказал Минхо. — Обычно запасы хранятся внизу. И то, их будет немного. Нам надолго не хватит. Можем попробовать походить по крылу и порыскать в кабинетах. Есть вероятность, что мы найдём какие-то бутерброды. — Он пожал плечами, а затем почесал затылок. — Как вам идея?       — Я согласен, — сказал Джисон. — Я хочу есть. Невероятно просто, как сильно.       — А я посижу здесь... — сказала девушка. — Ну, или если вы мне найдёте что-то наподобие костылей...       — Уж лучше пока посиди, — отрезал Минхо.       — Но я же тоже могу помочь!       — Черён, — сказал серьёзно парень и посмотрел на неё суровым взглядом. — Тебе не нужно больше травмировать свою ногу. Здесь не так много кабинетов, чтобы лазить втроём. Да и к тому же, последи тут за нашими вещами. — Он окинул взглядом все их «вещи», которые здесь были.       — Ладно, — она обиженно сложила руки на груди и уселась на свою «кровать», отвернувшись от парней.       Джисон и Минхо ушли, оставив девушку одну наедине с больничными койками с таким же до боли родным больничным запахом. Черён никогда не понимала, почему во всех больницах пахнет одинаково. Да, одни и те же лекарства. Да, запах у них похожий, раз уж они одинаковые. Но всё равно... куда бы она не пошла — этот запах преследовал её. И он ей нравился. И сейчас, когда Черён сидела на койке, перекручивая в голове вчерашний день, и тряслась, она никак не могла соотнести то, что это всё произошло в больнице. Этот запах ни в коем случае не должен оставаться в мыслях еак что-то плохое. Как что-то опасное.       Девушка взяла в руки телефон и судорожно начала набирать чей-то номер. Сначала шли противные гудки, а после этого телефон, который держался на последнем издыхании или на соплях, говорите, как хотите, выключился. Черён покачала головой и перевела взгляд на пустой коридор, откуда через несколько секунд вышли ребята, держа в своих руках добычу. Еды оказалось совсем небольшое количество. Где-то взяли два персика, три яблока, четыре бутерброда, два батончика «Сникерс» и семь неполных бутылок воды.       — А где мы будем есть? — спросил Джисон, после чего поймав вопросительный взгляд Минхо. — Ну типа... не на полу же.       — Верно. — Кивнул Хо. — Принесём стол.       Они положили еду на одну из коек и побежали в кабинет за прямоугольным столом, который вскоре был поставлен почти по середине их небольшой импровизированной комнаты.       Черён всё также сидела на кровати, склонив голову к плечу.       — Черри? Всё хорошо? — подошёл к ней Джисон.       — Да. Нормально всё. — В руках она сжимала свой телефон, который больше не работал. Её руки тряслись, а из глаз бежали слёзы.       — Ты чего? — спросил Минхо и подбежал ближе к девушке. — Что случилось?       — Я пыталась позвонить маме. — Сказала она. — Ничего не получилось. Телефон сел.       — Всё в порядке, Черён. — Сказал ей Минхо. — Мы выберемся отсюда. Всё закончится, это просто вирус. Да и тем более, он только здесь, в нашей больнице, никуда больше он не выходил.       — А почему тогда связи и интернета нет? — этот вопрос поставил парня в тупик. Он тяжело вздохнул и ничего не ответил. — Вот и я не знаю, — сказала Черён, понизив голос. — Но, кажется, я понимаю. Мы все в западне. Мы не выживем.       — В заднице, — прыснул Джисон, зачёсывая волосы назад.       — Не говори так, Черён, — сказал Минхо, не услышав слов Джисона. — Мы все обязательно выживем. Нужно надеяться на лучшее, надежда ведь умирает последней!       Черён кивнула пару раз, а затем повернулась лицом к столу.       — А, блин, — Хан стукнул себя по лбу и побежал в кабинет.       Оттуда он приволок три стула, а затем расставил их вокруг стола. Вскоре еда была разложена на этом самом столе.       — Так... — сказал Минхо. — Мы не должны сметать всё и сразу. Во-первых, сейчас нужно съесть то, что быстро портится, иначе никакой пользы от него в будущем не будет. Предлагаю съесть бутерброды.       — Отлично, — иронично вздохнул и всплеснул руками Джисон.       — Эти бутерброды мы растянем на целый день, — продолжал Минхо. — Ведь кроме персиков, яблок и конфет у нас больше ничего нет. Мы будем растягивать эту еду, пока она не закончится.       — Но насколько нам её хватит? — спросил Джисон. — Есть ли смысл от того, что мы еду будем сохранять, если не будем ею насыщаться?       Минхо задумался, пропиливая взглядом продукты на столе, а затем сказал:       — Нам её хватит на два с половиной дня. За это время можно будет подготовиться к вылазке. Мы пойдём сначала вниз, туда, где хранятся запасы еды в больнице, а затем, когда и эта еда закончится, мы пойдём на улицу. — Закончил Минхо и сложил руки в замок.       — Ты предлагаешь нам умирать с голоду? — Хан откинулся спиной на стул и развёл руками. У него начала разрастаться агрессия.       — Да. А ты что предлагаешь? Ты хочешь сейчас сожрать всё, а потом умирать с голода? — вспылил Минхо.       — А какой смысл от того, что мы будем экономить? По моему предложению мы хотя бы сейчас наедимся, а потом уже решим, что нужно делать. А если брать твою идею, то от неё нет никакого смысла, ведь мы не будем насыщаться. И потом мы пойдём голодные и слабые к еде, а там нас и убьют.       — Мы в любом случае умрём, — сказала Черён и уловила на себе чужие взгляды. — Если вы думаете, что какой-то из ваших вариантов будет лучше, то я не принимаю ни один из них. В любом из ваших случаев мы умрём от зомби.       — И что ты предлагаешь? — с раздражением и неким интересом спросил Минхо.       — Я предлагаю вот что. У вас же есть буфет в больнице? — парни переглянулись и кивнули друг другу. — Вот. А это говорит о чём? О том, что у нас есть в распоряжении булочки. И этот буфет находится на первом этаже, практически рядом с лестницей. То есть...       — Мы сможем добраться до него быстрее и принести больше еды сюда, — закончил за неё Джисон, хлопнув в ладоши.       — В точку, — она щёлкнула пальцами. — Допёрло наконец до вас.       — Ну и к чему всё это? Нам же придётся выходить отсюда к зомби. — сказал Минхо.       — Нам в любом случае придётся выходить отсюда, Минхо. — Сказала серьёзно Черён и закатила глаза. — Пойми, если не сейчас, то никогда. Вы же тоже потом хотели выходить, но тогда это не очень выгодно для нас всех. Зато, когда мы будем выходить за нормальной едой... ну, или в магазин в крайнем случае, мы будем уже сытыми.       — Ясно, — сказал он с сарказмом. — Вы тут все против меня. Почему ты, Джисон, слушаешься эту мелкую?       — Чего? Это я мелкая?       — Потому что эта мелкая здраво рассуждает и мыслит. А мы с тобой — два тупых барана, которые упёрлись рогами в ворота и не находили другого выхода из ситуации.       Вдруг в прозрачной двери, закрытой двумя столами, через щель между шторками, показался чей-то силуэт. Парни вгляделись в стекло и замерли, стараясь не издавать лишних звуков, ведь это могло ещё больше привлечь не пойми кого. Джисон осторожно подошёл ближе, прячась за шторкой и не показываясь на глаза, а после слегка выглянул.       — Это парень какой-то, — сказал он, прищурившись.       — Заражён? — спросил Минхо, смотря то на Джисона, то на дверь.       — Нет, вроде, — пожал плечами Хан.       Минхо поошёл ближе к шторкам и раздвинул их. Парень нахмурился. Это и вправду был какой-то человек, убегающий от заражённых.       — Открывать ему? — спросил Минхо, который спокойно стоял, сложив руки на груди.       — Не знаю, — так же спокойно ответил Джисон, с каким-то подозрением смотря на парня снаружи.       — Он, вроде, не подаёт признаков заражения.       — Давайте запустим его! — крикнула умоляюще Черён. Она смотрела мокрыми глазами на парня, бьющегося возле стекла, и никак не могла ему помочь. — Пожалуйста, пустите его!       Неизвестный смотрел на людей своими испуганными глазами с просьбой в них о помощи. Минхо посмотрел ему в глаза и отчётливо прочитал: «помоги мне». Парня чуть ли не трясло. Он хватался обеими руками за ручку двери, пытаясь открыть её, но цепи с внутренней стороны не давали ему это сделать. Минхо ещё раз осмотрел его лицо: состояние, как у обычного человека, что впал в истерику. Но вот уже было не до шуток и не до размышлений. Парнишка начал стучать руками сильнее в двери и кричать, звать и просить о помощи. Минхо понял, что заражённые близко.       — Ладно, — сказал Минхо и, подбежав к двери, открыл обе щеколды, дверь отворилась. — Эй, парень, пролезай под столом внизу. Быстрее!       — Спасибо! — послышалось снаружи, а затем неизвестный нырнул вниз и пролез под столом, захлопнув дверь. В неё сразу же врезался заражённый, оставив на стекле кровавые следы.       Джисон закрыл все щеколды и осторожно повернулся к юноше.       — Ты кто? — последовал первый вопрос от Минхо.       — Я Со Чанбин... можно просто — Чанбин. — Представился он.       — Сколько лет, откуда родом, от кого бежал? — начал сыпать вопросами Минхо, совсем позабыв о том, что пережил Со.       — Минхо, не надо, — шепнула ему Черён и коснулась его руки, но тот резко отдёрнул свою руку.       — Мне двадцать три года... из Пусана я. То есть, тут же я родился. — Его тряхануло. — Я бежал от зомби и попал сюда, в больницу.       — Насколько далеко расползлись зомби от больницы? — спросила в тревоге Черён.       — Очень далеко... я бежал несколько кварталов, а потом мне встретилась эта больница. Ну я сюда и забежал.       — Будешь кушать? У нас есть ещё один лишний бутерброд, — сказала Черён и протянула Чанбину еду.       — Да, спасибо большое.       Бутерброда не стало в считанные секунды. Чанбин проглотил его за три укуса, а затем облизнулся, разминая правую руку.       Его одежда была в крови, а слипшиеся тёмные волосы от пота и крови неопрятными прядями свисали на лоб и на глаза. Чанбин снова дёрнулся. Он зажмурил глаза и со стоном закатил их.       Джисон смотрел на всю эту ситуацию, прищурившись. Его смущал лишь тот факт, что незнакомец ведёт себя крайне подозрительно, что сейчас совсем некстати. Вроде бы он и нормальный, а вроде и...       — Ты заражён? — спросил твёрдым голосом Джисон, осторожно подходя ближе.       — Что? Я? Я... нет... — он повернул голову в другую сторону и отвёл взгляд от компании, а затем прикрыл своё правое плечо, на котором виднелся след от зубов.       Джисон тяжело вздохнул.       — Ты заражён, — повторил он уже утвердительно. — уходи отсюда.       — Что? Но я же не...       — Уходи.       По лицу Чанбина прокатилась первая слеза. Черён, не в силах что-либо сказать, просто открыла рот, смотря на Со. Она поджала губы, сложив руки на груди. Ей стало откровенно жалко парня, девушка попыталась остановить Джисона, дёрнув его за рукав, но тот твёрдо решил, что его здесь оставлять точно нельзя.       Чанбин сначала хотел оспорить всё то, что сказал Джисон, но, встретившись с его взглядом, который буквально говорил: «я вижу тебя насквозь», прожигал до костей и мозга.       В конце концов Со понял, что даже если попытается что-то сказать Джисону, то доказать всё равно ничего не сможет. Поэтому Чанбин, опустив голову, прополз обратно под столом и закрыл дверь снаружи. Со положил свои кровавые ладони на стекло и мягко улыбнулся. По его губам можно было прочесть: «вы не дали мне шанса».       Вопрос остался висеть в воздухе — почему он так легко согласился? Наверное, он понимал, что сейчас чувствовали другие. Да, он мог настоять на том, чтобы остаться вместе с ними. Соврать уже не смог бы, потому что Джисон знал об укусе, но соврать насчёт того, что не будет никого кусать, он бы мог. Но не сделал этого. Вместо того, чтобы обманывать незнакомых для себя людей, Чанбин выбрал верный путь, хотя и понимал, что умрёт в любом случае. Со понимал, что не должен оставаться в их компании, ведь если останется, то превратится в нечто, подобное тому, что ходит на улице. И, вероятно, сожрал бы этих трёх человек за раз. Чанбин и сейчас чувствовал, что хочет есть. Именно поэтому он так быстро съел бутерброд, который ему так любезно протянула Черён. Со сделал правильный выбор. Он не должен быть эгоистом. Не должен спасать собственную шкуру особенно засчёт тех, кого видит впервые в жизни. Чанбин не хотел, чтобы из-за него умирали другие. Он горько улыбнулся, смотря на Черён, и опустил взгляд в пол.       В следующую секунду его схватила судорога. Он упал на пол и не вставал пол минуты. Затем нечто страшное поднялось вместо Чанбина. Буквально за несколько секунд его вид преобразился в более страшный и непонятный. Его лицо стало в миг злым и неприятным. Словно бес поселился в человеке. А если поселился бес — его ничем не выгнать, и даже если кто-то другой не будет знать об одержимости сатаной, он всё равно почувствует, что что-то изменилось в поведении того человека, которого знал некоторое или, может быть, долгое время. Чанбин стоял и пустым взглядом пялил на ребят по ту сторону стекла. Скулы и линия челюсти приобрели более острую форму, щёки впали, а глаза налились кровью. Его белки стали настолько красными, что, кажется, он больше ничего не видел. Перед ним ходило три куска мяса, которое нужно было обязательно сожрать и перетереть зубами, словно мясорубка, в этот самый момент.       — Пошли отсюда, Черён, — потянул её Минхо за рукав.       Джисон поставил шторки на свои места и поплёлся за остальными ребятами.       — Ты как понял, что он заражён?       — Я? — да Хан и сам не знал, как понял. Была ли то интуиция или что-то другое управляло им... или это просто инстинкт самосохранения, который указал на все признаки? — Я не знаю. Просто показалось, что с ним что-то не так. Ну и всё. Вы сами видели. Я был прав.       Теперь со стороны двери стали раздаваться стуки и мощные, не походящие на человеческие, удары. Зверь отчаянно пытался проникнуть в убежище парней и девушки. Благо, стёкла в больнице ставили прочные. Если бы не они — никто бы здесь и не выжил сегодня.