Дракула. Сказка о Ласточке

Глава 10.

1

      Как же всё-таки быстро растут дети! Казалось, ещё совсем недавно это был крохотный светловолосый карапуз, который стеснялся незнакомцев, с радостью уплетал орешки с мёдом, измазав этим самым мёдом все щёки, и смущённо показывал свои рисунки, состоящие, в основном, из ярких пятен и чёрточек. А теперь Раду, изрядно подросший, с потемневшими русыми волосами и с дыркой от первого выпавшего молочного зуба во рту с важным видом сидел за мектебом и медленно водил тростниковым пером по бумаге.       — Не дави так, — посоветовала Лале, чуть наклонившись к нему. — Дай-ка покажу…       — Не надо! — тут же запротестовал мальчишка. — Я хочу сам.       Девушка улыбнулась. Раду всё больше становился похож на своего старшего брата, и это не могло не веселить её. Теперь у них будет два вредных упрямца вместо одного.       Мальчишка, сосредоточенно высунув кончик языка, резко дёрнул перо, от чего вместо красивой арабской буквы получилась закорючка, похожая на хромого жука. Раду с досады стукнул пером по столу, и рядом с жуком расплылась большущая клякса. Лале тихонько рассмеялась и протянула к нему руку.       — Давай ты сам, а я просто помогу, — предложила девушка.       Раду нахмурился, как ёж, и выражением лица стал совсем похож на брата, затем угрюмо покосился на Лале и нехотя кивнул. Девушка пересела поближе, накрыла его правую руку своей и вложила в его пальцы перо. Раду всё время зажимался и слишком напрягал запястье, поэтому Лале приподняла его ладонь и немного встряхнула. Вскоре мальчик доверился своей помощнице, и на бумаге появилась первая строчка одного из её любимых рубаи неподражаемого Омара Хайяма.       Коль можешь — не тужи о времени бегущем…       — Видишь, как просто? — тихо заметила Лале. — Нужно всего лишь расслабить кисть руки.       Раду медленно кивнул, заворожённо разглядывая изящные строчки.       — Всё занимаетесь?       Лале обернулась, услышав знакомый голос. В дверном проёме у входа в пустой класс стоял Влад и, посмеиваясь, глядел на брата.       — Поверь, ты справляешься с каллиграфией не лучше, — съехидничала девушка.       Влад беззаботно пожал плечами — ну что ему какая-то каллиграфия? — и подошёл поближе, а Лале в который раз удивилась, что быстро растут не только дети.       Прошлым летом низкорослый мальчишка вдруг вымахал и перегнал Лале на целую голову. Его и без того худая фигура ещё сильнее вытянулась: шея стала казаться длиннее, пальцы — тоньше, подбородок — острее, но к его резким чертам это всё очень хорошо шло. Шли ему и обрамляющие лицо длинные жёсткие пряди, в которые превратилась чёлка, и маленький хвостик на затылке. Должно быть, Влад стал носить длинные волосы не по эстетическому или рациональному решению, а из принципа: для окружавших его мусульман это было нежелательно, и потому юноша мог наглядно демонстрировать всем своё бунтарство. Изменился и его голос — стал более низким и сильным.       Влад плюхнулся на подушку рядом с Раду и с интересом уставился на его листок.       — Ну... — скептически оглядев работу брата, протянул юноша. — Вон ту загогулину может и ты нацарапал, а это точно Лале писала.       — Он сам! Я ему только помогала, — возразила девушка, пряча за спиной руку, которой только что держала Раду.       — С такой «помощью» даже я могу красиво буковки выводить, — претенциозно заявил Влад.       Раду обиженно засопел, а старший брат взъерошил ему волосы.       — Твои лапы ничто не спасёт, — строго заметила Лале.       Влад хитро глянул на неё, ткнул Раду в плечо, вынуждая пересесть, взял его перо и протянул руку подруге.       — Спорим?       Лале изогнула бровь, принимая вызов, и придвинулась ближе. Она положила ладонь на его пястье и поставила перо в правильное положение. Рука Влада с острыми белыми костяшками была холодной, как всегда. Держать маленький кулачок Раду было гораздо удобнее, и девушке пришлось изловчиться, чтобы направить перо в его руке в нужную сторону.       Лале сосредоточенно выводила изящные буквы, стараясь не измазать рукав кафтана, и вдруг задела друга плечом. Она подняла голову и заметила, что Влад всё это время смотрел не на перо, а на неё.       — Чего уставился? — пробормотала Лале и смущённо отвернулась. — На листок давай смотри.       Влад послушно опустил глаза. Следом за первой строкой появились остальные, и вскоре рубаи был написан полностью.       Коль можешь — не тужи о времени бегущем,       Не отягчай души ни прошлым, ни грядущим.        Сокровища свои потрать, пока ты жив,       Ведь всё равно в тот мир предстанешь неимущим.       — Мудро, — с иронией в голосе протянул Влад.       Лале обиженно ткнула его локтем в бок и отодвинулась.       — Моя строчка красивее, — гордо заметил Раду.       — Зато моих — больше, — передразнил его старший брат, а после добавил, кивнув на Лале: — Всё равно это она написала.       Девушка улыбнулась и пожала плечами, а Влад поднялся с места.       — Вы, если хотите, можете, конечно, и дальше упражняться, а я пошёл выступления смотреть.       Лале тут же подскочила на ноги и принялась взволнованно тараторить:       — О Всевышний, я забыла! Как я могла забыть? Мы опаздываем, да? Сколько у нас ещё времени?       — Успокойся-успокойся, — примирительно поднимая руки, сказал Влад. — Они ещё собираются. Я как раз за тобой пришёл.       Лале облегчённо выдохнула. Раду схватил брата за руку и несколько раз тряхнул.       — Влад, а можно я тоже пойду? Пожалуйста-препожалуйста!       — Ты, малявка? — насмешливо переспросил Влад.       — Я уже большой, мне скоро восемь! Я тоже хочу посмотреть!       Старший брат ещё немного попрепирался для вида, но в конце концов согласился. Лале быстро спрятала лист с рубаи в тень, чтобы чернила подсохли, и юные каллиграфы покинули пустой класс.       

2

      На тренировочной площадке уже теснилась куча народу — многим было очень любопытно поглазеть на показательные выступления старших учеников дворцовой школы. Нещадно палило солнце, а разгорячённая толпа, которая, казалось, так и пышет жаром, гудела множеством голосов, как пчелиный рой. Однако Лале, Влад и Раду благополучно миновали основное сборище и сразу направились к отдельным рядам, под тени раскинутых балдахинов. В центре, на высокой софе под опахалами, которые держали двое дворцовых слуг, восседал сам султан Мехмед.       Друзья встали с самого краю. Влад облокотился о забор и приставил ладонь ко лбу, а Раду, едва достававший носом до вершины ограды, беспомощно подпрыгивал рядом. Лале перекинула свой тёмно-бордовый платок через плечо и принялась им обмахиваться. В сторону султана, с которым друзей разделяло ещё несколько человек из благородных господ — визири, военачальники и прочие, — они старались не смотреть даже мельком. Кроме Лале из девушек здесь присутствовали только Нурай, щебетавшая о чём-то с одним из юношей по ту сторону ограждения, и Чандарлы Сафие-хатун, шестнадцатилетняя дочка великого визиря, безмолвно стоящая подле отца вместе с двумя братьями. Лицо её наполовину закрывал полупрозрачный белый яшмак, волосы были спрятаны под чалму и розовый платок, а фигуру полностью скрывало такое же розовое ферадже. Ей, наверное, было ужасно жарко в стольких слоях одежды, и Лале с досадой подумала, что уже скоро и её саму начнут точно также заматывать.       Влад, смилостивившись над братом, подсадил его и помог забраться на забор. Мальчишка влез ногами на нижнюю доску, схватился за верх и высунулся за ограду.       — Нашёл, я нашёл! — закричал Раду, показывая вперёд пальцем. — Вон он!       Лале подалась вперёд и прищурилась. На поле, среди толпы юношей в красных шароварах, чёрных безрукавках и белоснежных тюрбанах она тоже заметила Арслана. Он весело болтал с одним из товарищей, пока не бросил случайный взгляд в их сторону. Раду тут же принялся размахивать обеими руками, Лале — вместе с ним. Арслан широко улыбнулся и помахал в ответ, Влад приветственно поднял ладонь и раздосадованно вздохнул.       — Да ладно тебе, — шепнула Лале. — Всё равно на самом деле это смотры в корпус бостанджи, а тебе там делать нечего.       Владу ещё не было шестнадцати, а потому участвовать в выступлениях вместе со старшими его не пустили, но Лале прекрасно видела, как ему неймётся тоже похвастаться своими умениями и покрасоваться перед такой толпой.       — Знаю, знаю, — пробурчал Влад. — Мне вообще делать нечего, поэтому я, видимо, буду корпеть над учёбой и книгами до посинения...       — Ну и что в этом плохого? — удивилась Лале. — Книги — может, лучшее, что придумали люди. Только жаль, что их так долго переписывать, чтобы сделать новый экземпляр.       Влад наклонился к ней и заговорщически прошептал:       — Кстати, у нас давно ходили слухи, что один сумасшедший немец изобрёл такую штуковину... Ну, которая книги делает. Машина, в общем. Нажимаешь на какие-то кнопки — а буквы сами пишутся, представляешь?       — Какой кошмар! — ужаснулась Лале. — Как же книга будет без души?       Влад непонимающе выгнул бровь.       — Ну, когда человек прописывает с любовью каждую букву, создавая рукопись, он наделяет книгу частичкой своей души, делает её живой! А машина ведь так не сможет.       — Скажешь тоже... — поморщился Влад. — Меня больше волнует, что станется, если такая вещь окажется не в тех руках. Начнут печатать в огромных количествах, что попало, поди потом разбери — что правда, а что нет.       Лале хотела ещё что-нибудь спросить про странную машину, но на площадке наконец раздался громкий голос Али-бея — наставника юношей из дворцовой школы на тренировках. Он поприветствовал всех присутствующих и велел своим подопечным построиться в один ряд. Арслан оказался с самого краю шеренги, ближе всего к друзьям, широко улыбнулся и попытался что-то им сказать, но тут же получил толчок в спину от наставника и снова вытянулся по стойке. Лале тихонько засмеялась. Али-бей отдал команду, и его воспитанники стройным хором, как один, произнесли короткую молитву:       — Да осыплет Аллах благодеяниями нашего славного султана, да подарит ему долгие годы жизни и царствования!       Юноши абсолютно синхронно приложили правый кулак к сердцу, склонили головы и опустились на одно колено. Лале не удержалась и краем глаза покосилась на кузена: султан Мехмед устремил на подчинённых такой надменный и неприязненный взгляд, что девушка поморщилась. Недалеко от него, по левое плечо от великого визиря, не сводила глаз с площадки юная Сафие.       Янычары из мехтеране принялись наигрывать задорную ритмичную мелодию, пока юноши отошли, чтобы подготовиться. Вскоре начались выступления.       Под неудержимые восхищённые крики толпы — а громче всех, конечно, кричали Влад, Раду и Лале — юноши демонстрировали свои умения. На площадке была проложена полоса препятствий, отдельный участок для поединков на мечах и ряд мишеней в специально огороженном месте, позади которого не было людей. Лале даже не смотрела в сторону остальных, её глаза внимательно следили только за Арсланом. Вот он ловко пробежал по бревну, спрыгнул и направился к высокому столбу; вот уже быстро забрался наверх, воткнул туда маленький ножик с рукоятью своего цвета и также быстро спустился; вот поднял тяжёлый лук и по одной принялся запускать стрелы в мишени — всегда в цель; вот вышел в поединке против одного из своих товарищей, держась легко и уверенно: то поддразнивая оппонента, то весело заигрывая с восторженной публикой, чтобы всё равно в конце выйти победителем.       Когда всё закончилось, и вымотанные, но ужасно довольные вниманием и похвалами юноши отдыхали у забора, в середину площадки, с которой успели убрать все столбы и брёвна, вышли специально приглашённые артисты. Факиры перебрасывали друг другу горящие булавы, пока в центре нарядные танцоры в цветастой одежде под мелодию зурны, давула и багламы, взявшись за руки, принялись медленно вышагивать взад-вперёд. Затем музыка ускорилась, повеселевшие танцоры, поддерживая себя выкриками, стали прыгать с одной ноги на другую, подбрасывать колени и выстукивать ритм пятками.       Публика наперебой голосила вместе с ними, громко хлопали и кричали юноши у забора. Вдруг кто-то из них тоже подскочил на месте и схватил за руку крайнего из танцоров, за ним подтянулись остальные, и вскоре почти все присоединились к танцующим. Их наставник остался стоять у ограды, усмехаясь в усы и продолжая хлопать в ладоши.       Арслан подбежал к друзьям и дёрнул Влада за руку.       — Пошли!       Влад заулыбался и стукнул друга по плечу.       — С ума сошёл?       Лале, не переставая хлопать, пихнула Влада локтем в бок. Он глянул на неё, снял с забора младшего брата и одним ловким движением перескочил за ограду. Некоторые зрители сделали также, и вскоре толпа танцующих сомкнулась в один большой хоровод.       Здесь было столько народу из разных регионов и даже стран, все — со своими культурными особенностями, но сейчас они без слов понимали друг друга и следовали за музыкой. Общенародный фольклорный дух захватил их тела и души, и танцующие отплясывали незнакомый многим из них прежде танец с такой лёгкостью, будто делали это с детства. Вскоре самые смелые начали выбегать в середину круга и вытанцовывать что-нибудь по одному. Владу в спину прилетел предательский толчок от усмехающегося друга, и он вдруг оказался в центре всеобщего внимания.       Лале от любопытства была готова лезть на забор вместе с Раду. Влад пристально оглядел окружавших его людей, послал приятелю несколько бессловесных проклятий и вдруг резко стукнул сапогом о песок. Потом ещё и ещё, с каждым разом всё быстрее, и вот он уже лихо крутился на месте, ударяя себя ладонями по коленям и стопам. Следующим в круг выступил Арслан, сделал всем знак отойти в стороны, разбежался и полетел вперёд, быстро перескакивая с рук на ноги под бурные овации.       Хоровод то сбегался к центру, то растягивался к самым краям. Резвые пляски, казалось, могли бы длиться весь день, но вдруг гомон опьянённой всеобщим весельем толпы прервал громкий, немного визгливый голос.       — Немедленно прекратите этот балаган!       Не все сразу услышали и поняли приказ, гул голосов, топота и музыки стихал постепенно. Однако вскоре повисла такая мёртвая тишина, что стало слышно, как жужжат в воздухе снующие туда-сюда насекомые.       Султан Мехмед поднялся со своего места и медленно двинулся вперёд, сложив руки за спиной. Слуги с опахалами торопливо засеменили вслед за ним, впереди зашагали стражники, и толпа расступилась. Повелителю открыли калитку, и юноша прошествовал на площадку.       — Что вы тут устроили, лоботрясы? — выплёвывая полные высокомерия и презрения слова, начал султан Мехмед. — Вы что, деревенщины или бродячие циркачи?       Специально приглашённые танцоры недоумённо переглянулись, а недавно выступавшие юноши все опустили головы. Повелитель продолжил свою тираду:       — Я, конечно, не ожидал от этих… «выступлений» чего-то из ряда вон, но не ожидал и такого позора!       Султан Мехмед повернулся к вышедшему вперёд Али-бею.       — И это будущие воины моей особой гвардии? Эти невоспитанные дохляки?       Лале приобняла Раду за плечи.       — Да что он говорит? — возмущённо забормотала девушка. — Каждый из них его втрое сильнее!       Повелитель османов подошёл вплотную к наставнику юношей дворцовой школы, также смиренно опустившему голову.       — И о них ты с такой гордостью мне рассказывал? Об этих ничтожествах? — процедил юноша, а потом развернулся и метнул гневный взгляд в сторону янычар-агасы́: — Если в лучшей османской школе готовят таких «кандидатов», я не представляю, какой ужас творится в казармах!       Визири и военачальники молча нахмурились.       — Я собираюсь в военный поход на ромеев! — дерзко заявил юный султан. — Да, он будет, и очень скоро!       Повелитель медленно прошёлся вдоль рядов юношей.       — Мне будут нужны нормальные воины, а не посмешища. А этим… — султан остановился возле Арслана. — …только навоз в конюшнях разбирать.       Стоящий рядом Влад осклабился, но промолчал. Арслан даже бровью не повёл.       — Сворачивайте это глумилище и убирайтесь! — крикнул юный султан, направляясь к выходу.       Стражники последовали за ним.       

3

      Вот уже почти двадцать минут Лале в одиночку беспомощно плутала в окрестностях султанской резиденции — угрюмый Влад ушёл провожать Раду во дворец. Там её наверняка уже обыскалась и Шахи-хатун, кое-как отпустившая воспитанницу на такое мероприятие, и все служанки, но девушке было всё равно: она хотела во что бы то ни стало найти лучшего друга.       После такого ужасного завершения выступлений в суматохе она упустила его из виду, но догадывалась, что он захочет где-нибудь посидеть в тишине и одиночестве. Сам ведь со всем разберётся, а как же! Бредя по лесной тропинке, Лале услышала всплеск, продралась сквозь пахучие кусты жимолости с уже подсохшими синеватыми ягодами и вышла к одному из небольших декоративных озёр.       Арслан поднял ещё один камушек и с силой швырнул далеко в воду, потом сел на траву и уронил голову на колени, сцепив руки на затылке. Размотанная ткань тюрбана беспорядочно валялась рядом, и его мокрые рыжие волосы немного блестели на солнце. Лале присела рядом.       — Вы отлично себя показали, — тихо заговорила она. — Мехмед просто глупый избалованный мальчишка, который из вредности испортил всем праздник.       Юноша поднял голову, чуть отвернулся в сторону и принялся резкими движениями рвать травинки поблизости. Лале упрямо продолжила:       — Не принимай на свой счёт, ладно? Он ведь всегда так, тебе ли не знать.       Арслан долго молчал, потом оставил траву в покое и посмотрел вперёд, на гладь озера.       — Мне не за себя горько, — наконец отозвался юноша. — Он не нас при всех унизил, а Али-бея. Он так старался, чтобы всё это подготовить лучшим образом, столько занимался с нами, и вот что в итоге.       Лале прикусила губу, не зная, что ответить. Арслан упал на спину и уставился в небо.       — Мы ведь все должны быть заодно! — вдруг с досадой выпалил он. — Нас воспитывали так, что мы должны быть в любой момент готовы отдать жизнь за своего повелителя. И знаешь, за султана Мурада я бы умер. И за тебя тоже.       Лале округлила глаза.       — Не надо ни за кого умирать, ладно? — почти взмолилась девушка.       Её друг еле заметно улыбнулся, а потом снова посерьёзнел.       — Я не знаю, как мне искренне служить... ему. Может, и правда в конюшие пойти, — задумчиво протянул Арслан. — Буду с Гедже, как никак.       — Ну какая тебе конюшня? Ты же сильный и ловкий, как настоящий воин, — возразила Лале, потом немного подумала и добавила: — Хотя, может, там безопаснее будет.       Ей было немного грустно от того, что Арслан в этом году закончит посещать школу вместе с ними и отправится на более узконаправленное обучение, но она понимала, что это — его шанс сделать успешную карьеру при дворе.       Юноша умолк и прикрыл глаза. У Лале по затылку снова пробежала капля пота, и девушка стянула с себя чалму, набросив на голову только полупрозрачный бордовый платочек. Она перебросила косу через правое плечо, задумчиво разглядывая окрестности. Лето, жара, деревья зелёные, птички поют... Как пять лет назад, и два года назад, и год назад, и как будет спустя и год, и два, и пять, и двадцать пять. Только люди слишком быстро меняются, суетно пробегая по линии своей короткой жизни от рождения и до смерти, а в мире всё движется по кругу: зиму сменяет весна, ночь — день, и всё это будет длиться бесконечно долго.       Лале тряхнула головой, прогоняя странные мысли, и повернулась к Арслану. Он тоже изменился за прошедшие два года — стал ещё выше, шире в плечах, его короткие, немного вьющиеся рыжие волосы на вид стали темнее и жёстче. Он даже пахнуть стал по-другому — девушка особенно сильно чувствовала это сейчас, после его долгих физических упражнений на жаре. Как-то совсем по-взрослому.       Арслан по-прежнему не шевелился, и Лале придвинулась поближе. Веснушек на его лице как будто бы стало меньше, а на щеках появился еле заметный пушок.       — Ты что, спишь? — тихо спросила Лале, наклоняясь к другу.       Кончик её косы щекотнул ему нос. Юноша фыркнул и мотнул головой, несколько мокрых прядей упало ему на веки.       — Арслан, у тебя усы, — с важным видом заметила Лале.       — А у тебя — нет, — отозвался он.       — Ну конечно нет, я же девочка!       Она хотела отодвинуться обратно, но друг поймал её за руку.       — Останься, — открыв глаза, тихо попросил Арслан.       — Зачем?       Он не убрал волосы с лица и смотрел на неё прямо так. Лале неожиданно для себя протянула руку к его лбу и аккуратно сдвинула рыжие пряди в сторону, а потом также внезапно убрала её, отчего-то застыдившись своего жеста. Арслан ещё минуту поглядел на смущённую подругу вот так, снизу вверх, а потом отпустил её, сложил руки на животе и снова закрыл глаза.       — Солнце закрываешь, — лениво протянул юноша. — Удобно так...       Лале надула губы и пихнула его в плечо.       — Дурак.       

4

      Послышался шорох листвы, и из кустов высунулась голова Влада. Он с трудом выбрался из зарослей, стряхивая с себя листья и жухлые ягоды, и сел рядом с друзьями. Несколько минут царило странное, тяжёлое молчание.       — А я и не знала, что вы так здорово пляшете! — похвалила ребят Лале преувеличенно весёлым тоном. — Наверное, Мехмед просто обзавидовался, что сам так не умеет, вот и отчитал вас. Я теперь думаю даже написать какой-нибудь трактат об искусстве танца.       Хмурый Влад покосился на неё, коротко улыбнулся одними уголками губ и пристально оглядел друзей.       — Кажется, в первый раз вижу вас обоих без этих штуковин на голове.       Лале смущённо принялась теребить кончик своей косы, Арслан поднялся, отряхивая мокрую спину и волосы от налипшей травы.       — А то! Жарища — смерть, — заметил он.       — Так они ж помогать от жары и должны? — удивлённо поднял брови Влад.       — Тут уже ничего не поможет.       Арслан долго потянулся, как большой кот, и пару раз хрустнул спиной и шеей. Затем медленно поднялся на ноги, ловко стащил с себя безрукавку, откинул в сторону остроносые сапоги и босиком в одних шароварах запрыгал по мелким камням к воде.       — Промокнешь же! — крикнула вдогонку Лале, украдкой рассматривая его спину, как оказалось, также покрытую веснушками.       Арслан обернулся через плечо, уже зайдя в воду по щиколотку.       — Это и есть моя цель! — отозвался юноша. — Ничего, потом высохну.       Влад коротко усмехнулся себе под нос и вдруг снова посмурнел.       — Что-то случилось? Ну, кроме Мехмеда? — осторожно спросила Лале, чуть наклонив голову набок.       Юноша сорвал какую-то травинку, покрутил в руках, а затем стал грызть стебелёк. Потом сорвал ещё одну и протянул удивлённой подруге.       — Она сладкая. Попробуй.       Лале с опаской куснула кончик и улыбнулась.       — Хм, и правда.       Арслан забрёл в воду по пояс, повернулся к друзьям, развёл руки в стороны и повалился спиной назад. Поднялась куча переливающихся на солнце брызг. Вдруг мохнатый кончик травинки щекотнул ей шею, и Лале повернулась к Владу. Он специально водил стебельком перед её лицом и улыбался.       — Ну что ты делаешь, хулиган? — Лале чуть отклонилась, стараясь не рассмеяться от щекотки. — И ты так и не ответил.       Влад тяжело вздохнул и выкинул травинку в сторону.       — Да всё думаю, серьёзно он про поход или нет, — нехотя поделился друг. — Ромейская империя будет рассчитывать на помощь христианской коалиции, а если поход пройдёт удачно, следующей на очереди будет моя страна.       Лале, прикусив губу, молча смотрела на Влада. Он совсем погрузился в свои мысли и продолжил монолог, всё сильнее распаляясь:       — Её и так всё время терзают крупные державы. Мы от маджаров в своё время кое-как отделились, княжества вообще могло не быть! Теперь такое творится… А я здесь, и ничего не могу сделать. Я никогда не хотел быть правителем, да и сейчас не хочу, но хоть как-то помочь я ведь должен!       Влад вдруг тряхнул головой, будто опомнившись, и посмотрел на взволнованную подругу.       — Забудь, ладно? — тихо попросил он. — Всё это тебе знать не нужно. Тебя ждёт совсем другая жизнь.       Лале не знала, что ему ответить. С той самой злосчастной битвы при Варне она почувствовала, какая огромная пропасть лежит между ними. Иногда эта пропасть стиралась и меркла, когда они беззаветно забывали обо всём происходящем, погружаясь в учёбу или бестолковую болтовню ни о чём, но в такие моменты, как сейчас, девушке было особенно больно осознавать, что Влад никогда не почувствует себя «своим» вместе с ними. И вдвойне больно и страшно становилось, когда она вспоминала его, стоящего на коленях в зале совета. Будет ли султан Мехмед также милостив к заложникам, как султан Мурад, если Дакия действительно снова выступит против османов? Эх, вот бы люди однажды бросили воевать и спорить, и просто жили вместе счастливо и в мире…       Девушка не заметила, как глубоко задумалась, пока на неё не упало несколько мокрых капель. Арслан выбрался на берег и принялся мотать головой из стороны в сторону, наверняка нарочно встав совсем рядом с ними. Влад подскочил на месте и толкнул друга в плечо.       — Совсем ошалел?       — Это я-то? — весело отозвался Арслан и принялся забрызгивать Влада с ног до головы. — А ну иди сюда!       Влад отпрыгнул, но неудачно приземлился на камни, зашатался и рухнул спиной в озеро. Арслан тут же оказался возле него и принялся весело топить друга, тщетно пытавшегося выбраться на сушу.       — Так тебе!       — Пусти, сын шайтана!       Лале уже в голос хохотала, качаясь из стороны в сторону, пока её мокрые и уставшие балбесы-друзья не выбрались на берег.       — Эй! На меня-то не капайте, — сквозь смех сказала девушка.       Юноши хитро переглянулись и угрожающе нависли над подругой.       — Кажется, эта юная хатун не желает мокнуть, — нараспев протянул Арслан и исподлобья покосился на друга.       Влад, у которого от борьбы развязался хвостик, убрал за ухо чёрную прядь и скрестил руки на груди.       — А день такой жаркий… — таким же шутливым тоном ответил он.       Лале перестала улыбаться и медленно поползла спиной назад, не сводя с друзей пристального взгляда.       — Даже не думайте, — только и успела промолвить девушка, как оба юноши кинулись к ней: один справа, другой слева.       — Держи её!       Но Лале оказалась шустрее. Она ловко проскочила между ними и бросилась наутёк по берегу. Платок тут же улетел куда-то в сторону и приземлился на куст жимолости, но девушка этого не заметила. По траве её догонял босой Арслан, а с другой стороны по каменистому берегу бежал Влад. Они задорно перекрикивались друг с другом, явно не имея намерения поймать её сразу — Лале была уверена, что бегают они куда быстрее, чем она, и издеваются над ней специально, но сдаваться без боя не собиралась.       Длинная коса развевалась позади, а шаровары, рубашка и кафтан сильно мешали и путались под ногами. Лале несколько раз спотыкалась, потом попробовала обмануть своих преследователей — резко затормозила и тут же бросилась в обратную сторону. Пробежав ещё немного, она отчаянно кинулась наперерез Арслану, чтобы продраться к кустам, где могла бы затеряться, но это стало её роковой ошибкой. Она врезалась прямо в его плечо, отскочила назад и оказалась в цепких руках Влада.       — Попалась, которая кусалась! — задорно прокричал юноша над самым её ухом.       Лале завизжала и попыталась вывернуться, но Арслан уже подлетел к товарищу и помог удержать беглянку. Вдвоём они подхватили её за подмышки и потащили к воде.       — Отпустите меня сейчас же! — вопила девушка. — Бандиты! Да я вас!..       Туфли заскользили по мокрым камням, но парни не дали ей упасть.       — На счёт три! — прокричал Арслан. — И раз, и два…       Вдруг послышался громкий хруст веток, и кто-то с шумом ввалился на поляну.       — Что здесь происходит?! — громогласно спросил Али-бей, позади него на изготовке стояло двое стражников.       В руке наставник ич-огланов сжимал её бордовый платочек. Друзья растерялись, и Лале легко смогла вывернуться и добраться до берега.       — Вот, вы только посмотрите! — строго заговорила взъерошенная и растрёпанная Лале, показывая на свои мокрые туфельки. — Стоят вон, как ни в чём не бывало! Хотели меня в озере утопить!       Арслан и Влад вылезли из воды и переглянулись, продолжая тихонько посмеиваться. Вид у них был, как у нашкодивших котят, которые, однако, ни о чём не жалеют. Лале продолжала тараторить, показывая на друзей руками и качая головой, как вдруг стражники наставили на юношей кылычи.       Девушка удивлённо захлопала глазами.       — Не понимаю… Зачем эти штуковины?       — Лале-хатун, они вас обижали? — смерив воспитанников суровым взглядом, осторожно спросил Али-бей.       Она попыталась шагнуть к друзьям, но стражники ещё сильнее приблизили оружие к их шеям. Юноши замерли на месте и встревоженно переглянулись.       — Госпожа, если они вам что-то сделали, пожалуйста, скажите честно, — продолжил настаивать Али-бей.       — Я-я же сказала, как всё было… Подождите, вы что такое подумали?       Лале быстро задышала, справляясь с ужасом осознания. Только сейчас она заметила разбросанную кругом одежду, в том числе свой платочек, беспомощно зажатый в кулаке Али-бея. Поняла, что она вырывалась и громко кричала.       — Лале-хатун, они вас не трогали?       — Нет! Ну, то есть, за руки только! Эй, отпустите их, они ни в чём не виноваты!       Но стражники не двинулись с места. Арслан и Влад оба виновато посмотрели на неё, потом опустили головы. Али-бей протянул девушке платок.       — Пойдёмте, госпожа, я провожу вас до дворца, — вкрадчиво проговорил он, а потом обернулся к воспитанникам. — А с вами у меня будет отдельный разговор! Если кто-то из вас когда-нибудь вздумает обидеть женщину, я не посмотрю на то, что вы мои лучшие ученики, клянусь вам! Слышали, что сегодня сказал наш султан? Живо тренироваться!       Голос его был поистине страшен. Лале вся сжалась и отчаянно посмотрела на друзей. Али-бей грозно добавил, глядя на Арслана:       — И оденься. Немедленно.       Юноша молча кивнул и подобрал с земли брошенную безрукавку, размотанный тюрбан и сапоги. Стражники повели их в одну сторону, пока Лале и Али-бей направились в другую. Девушка ещё раз обернулась, но друзья уже скрылись где-то за кустами. На душе у неё скребли кошки.