Игра в Бункер.

Поскольку родители Честера улетели в отпуск, оставив его главным по дому, ребята обсуждали тему ночёвки у него. Было бы здорово отоспаться и прийти домой завтра днём, нежели сегодня по одиночке плестись по темным улицам, то ли дело оборачиваясь на странные шорохи листвы. Вряд ли это приведет к чему-то хорошему, и поэтому хозяин отнесся к ним с пониманием, позволив переночевать. На кухне был слышен весь разговор друзей, поэтому вопрос о том, идти домой или остаться, не особенно беспокоил Фэнга, за исключением поведения Эдгара. Пока брюнет усаживался возле стены и доставал свой новенький “самсунг” в черном цвете, одноклассник набирал воду в стакан, думая о том, как бы продолжить диалог. Не каждый день удосужиться заговорить с человеком со странным характером. Как оно бывает обычно? По жизни ты либо яркая личность, которую все любят, либо простофиля, ничем не отличающийся от NPC в компьютерных играх. — Почему… — Фэнг затевает новое обсуждение, присаживаясь напротив Эдгара. — Почему ты такой отстраненный и мрачный? — Почему тебя волнует то, какой я? — Не отвлекаясь от мобильной игры, Эдгар сильнее сжал края телефона. Обычно Фэнгу не нравится, когда собеседник не уделяет ему должного внимания, но в этот раз он сделал исключение. Как поведёт себя человек, у которого во время важной игры отберут мобилу и заставят смотреть в глаза? Скорее всего, разозлится — уж точно не захочет поболтать. Ладно, а что если дело в обстановке? Может, свет не тот или воздух прохладнее, чем нужно? Точно! Эдгар ведь никогда не расстаётся со своим шарфом — словно он прирос к его шее. Мерзляк? Если Эдгар не обращает на него внимания, можно спокойно закрыть балконную дверь, из-за которой уже тянет прохладный ветер. Теперь можно продолжить. — Будешь холодный чай с лимоном? — Фэнг заглянул в холодильник, затем обернулся, ожидая ответа. — Сын шлюхи, — буркнул Эдгар, обращаясь к противникам, потом отложил телефон и утопил свои тонкие пальцы в копне чёрных волос. — Давай. Фэнг с улыбкой поставил литровую бутылку черного чая на стол и снова уселся. — Так ты мне не ответишь? — Он уловил во взгляде Эдгара вопрос и решил напомнить. — Почему ты такой отстраненный? — Впервые встречаешь такого человека? — Крышечка бутылки щёлкает, отрываясь с характерным звуком. — Я привык быть таким. Никто не мешает моей жизни, и я никому не мешаю. Не скажешь, что Фэнгу понравился этот ответ. Как понять “привык”? Может, у него нет настоящих друзей, раз он так спокойно говорит о своём поведении. Но кто тогда для него Фэнг? Учитывая нервозность Эдгара, Фэнг, похоже, для него — всего лишь ничем не выделяющийся сброд. Он решает, что не будет лишним узнать об Эдгаре немного больше. Он всегда закрыт, на уроках либо погружён в сон, либо в учёбу, тихий и сдержанный, идеальный хорошист. Но что стоит за этой маской? Кто он на самом деле? Может, стоит зайти дальше и попытаться понять, что скрывается за этим хладнокровием и отстранённостью. Но… стоит ли вообще раскрывать все эти грани, которые, возможно, он сам не хочет показывать? — Расскажешь о себе? Эта фраза потрясла Эдгара настолько, что он поперхнулся чаем, резко откашлявшись, едва не выплеснув напиток. — Да что ты ко мне привязался? — Его голос хрипит от недавнего кашля, чуть срываясь. — Самый обычный, среднестатистический парень… И, как ты сказал, безэмоциональный. Фэнг заметил, как взгляд Эдгара на мгновение затмился, а его глаза немного избегали прямого контакта — эта тема явно была для него болезненной. Поняв это, Фэнг слегка изменил интонацию, чтобы не давить дальше. — Чтобы всё было честно, ты можешь задать мне несколько вопросов, которые действительно тебя интересуют. Парень усомнился в этом предложении — кто вообще будет рассказывать о себе таким образом? Но попытка не пытка. — Почему ты отращиваешь волосы и… — Он опустил взгляд, скользнув по желтым кроссовкам Фэнга. — Каждый месяц меняешь обувь на новую? — Тебя только это интересует? — Фэнг расстроился, но увиливать от ответа не стал. — Я считаю, что мне идут волосы до плеч. А кроссовки… Они быстро изнашиваются из-за моей любви к спорту, так что приходится обновлять. — Ясно. — Эдгар не особо многозадачно хмыкнул, сделав глоток и снова взяв в руки телефон. Раз бутылка осталась без присмотра, её можно было бы присвоить себе, пока пустыня во рту не превратится в мираж воды, а диалог не иссушит последние надежды. — А ты? — Фэнг продолжает расспрашивать, не замечая, как его вопросы становятся всё более личными. — Почему ты спишь так мало? Эти синяки под глазами с тобой с восьмого класса. — Вот и ответ. — Карие глаза загораются фиолетовым от экрана с бонусным сундуком. Когда он тыкает пальцем, на экране появляется рулетка, которая даёт ему выигрыш в виде ножа. — Стараюсь поступить на вышку. После этих слов Фэнгу пришло в голову, что, возможно, Эдгар на побегушках у своих строгих родителей. И даже те удовлетворительные оценки, которыми он может похвастаться, начинают выглядеть по-другому. А что если не Эдгар проблемный, а его родители требуют слишком многого? Фэнг ещё пару секунд обдумывает свои слова, пытаясь не задеть Эдгара, но всё равно проваливает задачу: — У тебя строгие родители? Вопрос в лоб заставляет Эдгара напрячься сильнее прежнего, и он быстро открывает панель управления на телефоне. — Я пошел спать. Он встал из-за стола и направился к двери. — Я прав? — Тихо произнес Фэнг, не позволив сделать ему шаг. Эдгар замер, едва ли не замороженный на месте. Он стоял так несколько секунд, его взгляд был направлен куда-то в пустоту, как будто он пытался собрать мысли в кучу. Затем через плечо бросил холодный и почти невидимый взгляд. — Ты не прав, — ответил он тихо, но с таким напряжением в голосе, что это звучало, как угроза. — Не лезь туда, куда не следует. Он полностью пропал за порогом двери. Тем временем все готовились ко сну: Девочки расположились в отдельной комнате, мальчики — в гостиной Честера. Сам Честер ушел в другую комнату на втором этаже, чтобы уснуть со своей ненаглядной Мэнди. Фэнг и Эдгар подошли к моменту, когда остальные уже почти провалились в сон. Места было не так много — пара метров пола у стены, заваленных сумками и раскиданными одеялами. Фэнг, не выражая особых эмоций, опустился на землю, вытянувшись там, где ему удалось найти хоть какое-то пространство. Эдгар же бросил взгляд на оставшееся место рядом с Фэнгом и внутренне выдохнул. Каждая клетка его тела тянулась к удобному креслу или мягкой кровати, но сегодня это было не в их распоряжении. Он знал, что придется лечь рядом с ним, и хотя мысль об этом совсем не радовала, действительность была неумолима. Злость, которая бурлила внутри, была направлена не только на обстоятельства, но и на себя — за эту неизбежность. Рядом с Фэнгом, с его бесконечно уверенным и наглым присутствием, было как-то тяжело и невыносимо. Стиснув зубы, он нехотя опустился на пол, вытянул ноги, сдерживая раздражение, которое с каждым моментом становилось всё более ощутимым. Даже несмотря на то, что Фэнг казался таким спокойным, Эдгару хотелось отодвинуться как можно дальше, хотя и понимал, что не может. Но в конце концов, несмотря на глухое напряжение и нестерпимую тесноту, Эдгар почувствовал, как его тело постепенно расслабляется. Усталость одержала верх, и раздражение стало затуманиваться тяжёлым, почти ленивым состоянием. В какой-то момент он заметил, что мышцы лица уже не такие напряженные, дыхание стало ровным, а мысли постепенно исчезали, как зыбкие тени. Неожиданно для себя он понял, что засыпает — не хватало только тишины, чтобы полностью раствориться во сне…