Монастырь.

3:30 и Руслан уже прибывает в шоке. Мало того, что спалось ужасно, так ещё и рыжий поднял в пол 4 со словами: "у нас келейное правило". Руслан молчал, ибо же что-то говорить особо смысла не имело. В 3:45 Руслан уже одевался и выходил из кельи почти что под руку с рыжим, ведь опасался всего. – ты выглядишь неважно.. заболел?? – есть хочу просто. Когда завтрак?? – у нас его нет.. только обед в 12:00 Руслан раздражается, а после ныть начинает. С мамой было по другому, хоть и ел он у нее не часто, но точно не в 12 часов дня. К 4 утра была уже служба, от которой Руслан бы с радостью отказался, если бы можно было. Монашки и Монахи смотрели с недоверием и презрением, Руслан отвечал им тем же. *** Мести полы в конюшне и убирать говно за коровами было таким себе делом. Данила то и дело себе что-то напевал под нос, а Руслан раздражённо вздыхал. В итоге не выдержал. – почему этим вообще заниматься должны мы?! Почему не эти монашки санные?? – тише ты! Потому что.. ну..они главнее.. – мнется в непонятках, а после на Руслана взгляд переводит. Выразительные черты лица и острые изгибы тела, а карие глаза казались чем-то вечным и бесконечным.. Даня на несколько секунд залипает рассматривая Руслана вновь. – Данила? Ты меня слышишь?? – слышу.. короче, забей – и вновь грести говно принимается. – чем девушки занимаются щас?? Почему одной кстати на утренней молитве не было? – как же ты любишь вопросы задавать. Они щас своими делами занимаются, тоесть, тоже трудятся, а одной из них не было потому что я не знаю. – ну.. да?.. – сам осторожничает потому что всё ещё не очень доверяет кареглазому. – Даня? – взгляд нежнее становится, а сам в лёгкой улыбке расплывается оглядывая голубоглазого. – ага.. – и Даня вздыхает тяжело, прикусывая губу. – только при остальных называй меня Данила, ладно? На обеде Руслан вовсе раскис. Безусловно все съел, но при этом такой грустный был, что Даня его таким ещё не видел. – мы щас отдыхать идём, да?.. – своими щенячьими глазками смотрит и Даня вздыхает тяжело понимая, что разочарует щас. – нет.. у нас пекарня щас..– вздыхает и на плечо руку кладет чувствуя, как Руслан раскалывается потихоньку. – но ты не переживай, я помогу!! – уж надеюсь. И идут до пекарни, ведь рыжему приказали вместе с Русланом наготовить булок до завтрашнего дня. Руслан даже и не знает как готовить, но Даня как всегда помог. – дань, а почему ты так добр ко мне, а не как остальные? – просто.. – Даня в заинтересованные карие глаза смотрит и улыбается искренне. – просто ты мне близкий друг *** – НУ ЧТО У ТЕБЯ РУКИ ИЗ ЖОПЫ ЧТО ЛИ?? – и Кашина грубо за руку выводят из пекарни. – РАЗ НЕ УМЕЕШЬ НИХЕРА ИДИ ДАЛЬШЕ ГОВНО УБИРАЙ. И в такие моменты дыхание останавливалось, а на глаза вставали слезы. Даня никогда не хотел мешать. *** – КАШИН, ДА ЕБ ТВОЮ МАТЬ! ТЫ НЕ ТАК ДЕЛАЕШЬ!! – и по рукам больно прилетает. – простите, я просто впервые.. – УЙДИ. САМА СДЕЛАЮ. – и рыжий в очередной раз вздыхая уходит, ведь мешает. Конечно потом, спустя недели три Даню начали пускать на кухню, а потом и вовсе одного запускали чтобы тот готовил. *** – а, ну ладно. Спасибо тебе, что держишь все в секрете – и Руслан за плечо приобнимает после чего у Дани волна мурашек проходит, сам не знает, что с ним, но на лице красный румянец высыпал. – всегда пожалуйста?.. – не знает как реагировать, но улыбается уголками губ *** Наконец-то свободное время и Руслану показали библиотеку. Он берет верхнюю книжку и открывает стараясь вчитаться, хотя и читать не любил. Но рыжий книгу из рук выдирает. – ты совсем?! Это запрещенка!! – чего.. обычный же роман.. – глазами карими хлопает и пытается у Дани книжку выхватить, но тот ее к верху поднимает. – у нас запрещено такое!! Нужно ее отнести монашк- – ты дебил?! – Руслан прыгает чтобы книгу забрать, но равновесие теряет и вместе с рыжим вниз летит. Падает на пол, а у Дани автоматом руки на талию перекладываются чтобы не ударился. – я.. а... Ты че улёгся?! – отталкивает, ведь слишком близко между друг другом, а сам краснеет как помидор. – так не держи меня и я встану. Ты ж меня держишь! Отдай книгу. – все так же практически лёжа на Кашине к книге тянется, но тот руку за запястье хватает. – ну и пошел ты тогда. Губы дует и встает с рыжего, а после вздыхает тяжело. – не моя вина, что это запрещено. – а если монашки дышать запретят, то ты перестанешь?? – я.. ну.. не знаю?.. *** – на кой черт тебя вообще отправили сюда?! – монах за подбородок больно берет к себе притягивая. – как же мне твою мать жаль.. она не заслужила такого сына себе. Пусть теперь разочаровывается там на небесах. Ну ничего.. бог накажет.. У Дани моментально слезы по щекам катятся, а сам он жмуриться стараясь свою слабость не показывать и слезы проморгать. – мама мной гордилась! – сквозь слезы злиться, но сил нету уже. Внутри разрывало все, а Данила болезненно вспоминал улыбку матери своей. Винил себя ещё долго. – я все сказал. Боженька видит, а ты даже ради матери не можешь себя вести как послушник! И с этого момента Данила слушался всего и всегда.