2.1

Энрике не собирался сдаваться. На следующий день он решительно настроился поговорить с Оксаной. Женат он. Что в этом такого? Влюблен-то он в нее. Отлично, что он еще вчера выяснил у девочки, стоящей на ресепшен, номер, где именно остановилась Оксана, — сказал, что хочет сделать сюрприз (и ведь сделал же, забрав ее прямо из номера), пара ослепительных улыбок, и ему выложили заветные цифры. Сегодня это было как нельзя кстати, потому как Оксана не отвечала на звонки. он, ослепительно улыбнувшись администратору, поспешил наверх, Она должна выслушать, должна понять его! Энрике поправил огромный букет алых роз и постучал в дверь. Тишина. Может, ее вообще нет здесь? Когда он уже собрался развернуться, чтобы уйти, дверь распахнулась… На него взирал здоровенный небритый качок с длинными черными волосами. В полотенце на бедрах. На его мускулистом торсе блестели капельки воды. — А-а-а, — попытался Энрике заглянуть в номер, — Оксана… Фил лишь криво усмехнулся и обернулся. — Оксана! Наверное, к тебе. — Кто там, Фил? — пропел женский голос. Оксана закуталась в махровый халат и спокойно улыбнулась, словно это не она вчера в панике сбежала от него, едва услышав голоса детей. — Энрике? Как неожиданно. Прости, но… ты немного не вовремя. — Оксана приложила ноготь большого пальца к передним зубам и приобняла Фила. Энрике молча кивнул, опустил голову и, тихо ругнувшись, направился к лестнице.

***

Оксана довольно прикрыла дверь и, когда увлекла Фила вглубь номера, расхохоталась. Но едва они успокоились, снова раздался стук в дверь. — Что?! Зачем он вернулся? Неужели и так было непонятно? — вздрогнула та, кто придумала эту «авантюру». Фил пожал плечами и пошел открывать дверь.

***

Оксана выглянула из-за угла, и ее глаза округлились. На мгновение с Тофта даже «слетел» лоск, от грубых движений Фила, который схватил Алекса, у бывшего немного взлохматились волосы и измялся дорогущий костюм. А еще — Оксана была готова поклясться — у него дернулся глаз. — Алекс! Что ты здесь делаешь? — Пришел поинтересоваться твоим самочувствием после вчерашнего, но, как вижу, ты более чем в порядке. — Он поправил воротник пиджака. Оксана взмахнула руками, отчего халат едва не распахнулся, ей пришлось придержать его, проделывая суматошные манипуляции и обращая внимание на то, что бывший говорил сквозь зубы. — Это не то, о чем ты подумал. Фил здесь для дела. Нам надо было устроить небольшой спектакль для Энрике. — Меня совершенно не касается то, что здесь происходит, — отрезал Алекс. Фил за ее спиной развернул полотенце, оставшись в одних боксерах, из-за чего Алекс вскинул бровь, и начал натягивать джинсы. — Оксана, — начал Фил, — в следующий раз разбирайся со своими мужиками сама. Я не для того нанимался к Марку, чтобы разгуливать перед твоими ухажерами голым! — Фил, ты в трусах. Не преувеличивай! — Она сразу переключилась на подручного. — Что, надо было снять и их?! Признайся, что ты не просто так все это затеяла! Захотелось покуситься на мою честь?! — Он запрокинул голову. — От тебя я такого не ожидал, синьорина Куколка! Оксана снова взмахнула руками, халат распахнулся и «показал» футболку и шорты. Движение словно взбесило ее. Она начала суматошно выворачивать руки из мягкой махровой ткани, запуталась, фыркнула и нервно скинула в угол халат. — Избавь меня от грязных подробностей того, что у тебя в трусах! Вот к такому я точно не готова! — И приложи усилия, синьорина Куколка, чтобы все, что ты тут проворачиваешь, не дошло до Марка. Фил мотнул головой в сторону Алекса, который все еще пребывал в состоянии ступора. Оксана закусила губу и посмотрела на бывшего снизу вверх. — Алекс, это не то, о чем ты подумал. Пожалуйста, не говори отцу, как я использую Фила в своих интересах. Бывший снова с удивлением посмотрел на нее. — Ничего не было. Он только недавно пришел, следом — этот женатый придурок. Пришлось срочно раздевать Фила. А потом сразу появился ты. На это мы не рассчитывали. Алекс не успел заметить, как Оксана перегородила собой дверь номера. Фил натянул на себя черную футболку и повернулся к ним. — Больше я на это не подпишусь, синьорина Куколка. Хоть Марку жалуйся. — Он потряс вытянутым пальцем. — В конце концов — мы можем поговорить о том, для чего я сюда тащился?

***

Вадим незаметно наблюдал за Ольгой. Интересно, сколько ей лет? Немногим больше двадцати. Край — двадцать пять. Белые длинные волосы с мягкими крупными локонами на концах. Янтарные глаза, испуганно глядящие по сторонам. Фарфоровая кожа. Маленький рот. В самом уголке губ с непострадавшей стороны лица — родинка. Все это делало ее похожей на куклу. Сломанную куклу с огромным шрамом на лице. «А если смотреть на нее в профиль, то девчонка очень даже ничего. Раньше — до этого происшествия — красоткой была». Иногда она забивалась в уголок на заднем сидении, словно испуганный зверек, и засыпала, тихонько посапывая.

***

В Питере поздним утром Ольга ожидала увидеть большую квартиру или даже дом. Но реальность превзошла ее ожидания, ибо это был практически дворец: огромная территория, сад, ухоженная растительность, аккуратно подстриженные кусты, красивые альпийские горки — Дизайнер постарался не на шутку. А сколько стоило все это поддерживать? Но сам дом… Она лишилась дара речи, когда машина остановилась у мраморного крыльца — повсюду величественные колонны, фасадная лепнина, декоративные статуи. — Что стоишь? Пойдем в дом. — Хрипловатый голос оторвал ее от осмотра. В доме был большой холл. Несколько дверей уводили вглубь жилища. Лестница вела наверх. Все выдержано в красно-коричневых тонах. К ним вышла женщина. Невысокая. Неполная, но вовсе не худая. На вид ей под сорок пять или, может быть, пятьдесят. Ольга не могла понять, кто это, потому что для жены Вадима она слишком взрослая, а для матери — молодая. — Приветствую, Вера. Это Ольга, наша гостья. Ольга, это Вера, моя домработница. Потерявшая память улыбнулась и кивнула ей. Вера сдержанно кивнула в ответ. Раздался топот — и с лестницы слетел мальчишка, радостно кричащий: — Папа! Папа! Ребенок бросился к Вадиму, в ответ он подхватил его и закружил на месте. — Привет, сын. Я скучал по тебе. — И я скучал по тебе, папочка! Мальчик заметил нового человека у них в доме и обратил внимание на Ольгу, выбравшись из крепких рук отца. — Папа, кто это? — Он смело подошел поздороваться с незнакомкой. — Привет. Я Матвей. Мальчик протягивал ей руку, Ольга не знала, как правильно на это реагировать. Вадим с интересом наблюдал за этой сценой. Она не знает, как вести себя с ребенком. Вероятно, у нее нет детей. Потерявшая память неуверенно протянула ладонь Матвею, он пожал ее в ответ. — Ольга. Очень приятно. — А сколько тебе лет? — Ребенок без стеснения «изучил» ее. — Что у тебя с ли… — Матвей, наша гостья устала с дороги, дай ей отдохнуть. — Вадим не дал сыну договорить, резко оборвав его. — Вера, проводи Ольгу в комнату. В янтарных глазах в который раз появилась паника. Ольга начала быстро переводить взгляд с одного предмета на другой не в силах сосредоточиться. Комната была нежно-персикового цвета, и Ольге она очень понравилась. Мягкий ковер с длинным ворсом. В который сразу захотелось зарыть озябшие ноги. Пара пейзажей в тяжелых рамах висели на стенах. Туалетный столик. Комод. Шкаф. Большая кровать. — Если вам что-то понадобится, дайте знать. Потерявшая память обернулась, но за домработницей уже закрылась дверь. Когда Ольга приняла горячий душ, ее разморило…

***

Разбудил ее стук в дверь. Ольга вскочила на кровати, кутаясь в теплый банный халат. — Войдите! Вроде так следовало сказать. Или стоило открыть дверь самой? — Хозяин велел присоединиться к нему за ужином. Вас не было весь день. — Я… я, должно быть, заснула. — Ужин будет через двадцать минут. Поторопитесь. Потерявшую память начало грызть какое-то странное чувство. Будто она откуда-то знала, что кто-то может вот так приказывать ей являться на ужин. Что это может быть? Ольга разволновалась и поспешила в ванную, чтобы умыться холодной водой. А что надевают на ужин? Они ведь в его доме. Видимо, сгодится что-то домашнее? А вдруг он не один? Но вещей толком и нет, Ольга выудила из чемодана белую футболку и черные брюки. Наспех причесавшись побрела к лестнице. А где ужин?.. Боже, она не знает даже этого! Невольной гостье захотелось исчезнуть из окружающего мира, но она выдохнула и открыла дверь. В коридоре она встретила горничную, которая сказала, что проводит ее.

***

— Почти вовремя, — определил Вадим, который уставился в какую-то точку, когда Ольга появилась в проеме двери. Потерявшей память захотелось посмотреть в том же направлении, но она посчитала это неуместным. — Вы просили спуститься меня к ужину. — Да. Присаживайся. Сегодня — борщ и… что-то еще. Не знаю, что подаст Вера. Тебя не было видно весь день. Надо поесть. Ты и так тощая. Ольга уже давно отметила, что она чрезвычайно худая. А также — то, что в столовой больше никого нет. — Я задремала, простите. — Не стесняйся. Ешь, пока горячее. Они ели какое-то время в полной тишине. Ольге было очень неуютно, хотя чувство голода распирало ее. Надо было попытаться завязать разговор, потому как неприлично сидеть вот так. — Все очень вкусно. Спасибо. — «Спасибо» скажешь Вере. Это она готовила. — Хорошо. Опять — тишина. — А ваш сын? — Он уже спит. — Славный малыш. Вадим ничего не ответил. — А где его мама? Потерявшая память ощутила на себе тяжелый взгляд. — Ты задаешь много вопросов. — Просто вы нас еще не представили. Наверняка она не будет рада чужой женщине в ее доме, — рискнула закинуть удочку Ольга. — Ты с ней не встретишься. Если ты об этом. Казалось, что суровый взгляд прожжет в ней дыру. Ольга опустила глаза и отломала кусочек котлеты по-киевски, когда решила продолжить ужинать — молча.