2.1

Дни сменялись одним за другим. Уже вторую неделю она гостила у странного рыжего мужчины со смешными очками. Но он был добрым. Ольга чувствовала это, подсознательно ощущала, что от него не может исходить угрозы. В отличие от его друга. Иногда тот следил за чем-либо, словно зверь, готовый броситься к добыче. Это пугало Ольгу, хоть и к ней он не проявлял никакой агрессии. По словам Вадима, никто ее не искал. В полицию он ее не возил, объясняя это тем, что стресс только навредит ей. Но он не скрывал от нее местных новостей, давал ей просмотреть их в интернете. И там никто не искал блондинку. Теперь у нее был шрам на всю щеку. В той злополучной аварии Ольга неудачно упала и рассекла пол-лица — от подбородка до брови. Чудом не задело глаз. Поэтому на предложение выехать в город она ответила отказом.

***

— Ну — какой город, Вадим? — быстро зашептал Андрей, когда друзья вышли на террасу. — Я думал, может, она захочет развеяться. Вторую неделю сидит в четырех стенах. За все это время была только в твоей клинике на МРТ. — Ты шрам ее видел? Какая женщина захочет с таким лицом гулять по городу? Вадим снова угрюмо кивнул, поняв оплошность. — Андрей, я принял решение и должен сказать тебе об этом. Хозяин дома взял печенье и обмакнул его в чай. — Внимательно слушаю. — Я заберу ее с собой. Ты сам знаешь, что мне очень помогли незнакомые люди, когда я нуждался в этом. Я верю в судьбу. Может быть, теперь я должен отплатить тем же. Андрей кивнул и отправил печенье в рот. Его друг неспешно продолжал: — К тому же Дмитрий сказал, что она плачет по ночам. Да ты и сам видишь, как она постоянно трогает шрам рукой и морщится. Может, в Питере найдется клиника, где хотя бы частично смогут исправить это. — А документы? — Да сделаю я ей гребаные документы. Это вообще не проблема. Хозяин дома снова молча кивнул.

***

«Интересно, как меня зовут на самом деле?» — думала Ольга, разглядывая отражение в зеркале, которое вообще не радовало ее. Она отворачивалась и в который раз бросалась на подушку здоровой стороной лица, сминая ту руками и глуша плач в мягкой ткани. Ее никто не искал. Может, она одинока, и у нее никого нет? Даже друзей?.. Зачем этот Вадим носится с ней? Он не оставил ее. Было видно, что у него есть деньги, дорогая машина. Личный водитель. в первые дни ее пребывания здесь привез ей какую-то одежду из магазина. Не все, конечно, подошло. Но хотя бы ей было — что носить. У нее остались навыки самообслуживания, биологические потребности, рефлексы, прочие элементарные вещи. Все остальное исчезло. Андрей, хозяин дома, добрый врач, владелец усадьбы, в которой волею судьбы оказалась она, как-то по-философски упомянул, как читал о том, что иногда память не исчезает просто так. Возможно, мозг пытается справиться со стрессом. А — может быть — пытается забыть что-то ужасное, абстрагироваться от этого. Может, ей лучше без определенных воспоминаний, которые могут травмировать только сильнее. Что же она натворила в прошлой жизни, что теперь вынуждена так расплачиваться? Вадим, друг хозяина. Его нельзя было назвать ни грубым, ни вежливым. «Суровый» — вот то слово, которое идеально подходило под его описание. А может, это только ей так казалось? Ольга наблюдала, как мужчина общается с водителем, с горничной и некоторыми людьми, которые приходили в дом. Все давало понять ей, что он влиятельный и серьезный человек. Но довольно жесткий. Чем же он занимается на самом деле? Она отметила, что сама старается быть со всеми вежливой: наверное, была такой когда-то. Вскоре они покинули город, где она была никому не нужна: никто ее не искал. Вадим сказал, что они отправятся в Петербург. Там живет он. И теперь будет жить она.

***

Управляющий отеля незаметно поглядывал, как Ракель катит по коридору тележку с принадлежностями для уборки. «Такая молодая, но замужняя…» Давид хотел тихой жизни с новой девушкой. И думал, что именно такую жизнь ему могла бы дать эта милая горничная. Но она дала такую жизнь кому-то другому. Прошлые отношения Давида были настоящей «пороховой бочкой». Поначалу дикая страсть пришлась ему по нраву, но та девушка была ураганом, сметающим все на своем пути. Нет, к такому он точно не вернется. Сабина. Страсти в этой женщине было хоть отбавляй. Хватило бы на трёх Давидов, если не больше. Смуглая брюнетка, которая могла обжечь, спалить всё одним только взглядом. А ее работа? Она могла сорваться среди ночи в командировку на две недели.Менеджер по продажам оборудования. Его доканывали ее внезапные исчезновения и такие же внезапные появления. Нет, он хочет спокойствия. Чтобы он мог заехать за девушкой вечером, пройтись с ней по пляжу, посидеть в кафе. Не надо просыпаться среди ночи -от грохота чемодана на пороге. Сабина, как голодная львица, накидывалась на него, когда возвращалась. Поначалу это даже нравилось ему. Но через некоторое время… Он чувствовал себя ведомым с Сабиной. Иногда она подавляла его — вроде незаметно, но… Бывшая говорила, что ему кажется это из-за разницы в возрасте. Она была немного старше. Поэтому ему приспичило завести девушку младше себя. Казалось бы, вот — перед его носом стоит прекрасный вариант. Но… «вариант» замужем. В чужие отношения Давид лезть не собирался. И все же — как горничная была похожа на Эль… Эль. Она частенько с подругами крутилась в их с Антонио и Мартином компании. Но она была такой… странной. Ее либо любили, либо ненавидели. Сам Давид старался относиться к ней нейтрально. С одной стороны, она его бесит. С другой — девчонка, рано потерявшая родителей… Жаль её. Голос. Голос Эль был способен погрузить его в состояние транса. Давид не мог этого объяснить, но факт оставался фактом. Томный. Низкий. Тянется — как густой кофе. Как-то они с парнями снова сидели в баре. Была смена Эль, Ее виртуозные движения. Они ловкие, как у фокусника, нет, у жонглера. Перед тобой не коктейль, а настоящее произведение искусства. Она вновь подала ему что-то волшебное «от заведения» — за доставленные неудобства. Ненавязчиво. Невзначай. Будто извинялась за то, что выставила его в окно. Давид вспомнил вкус напитка и попытался понять, как она могла угадать, что «это» ему понравится. — Секрет фирмы, — пожал в то время плечами Мартин.

***

Алекс наскоро выпроводил девушку из своего номера. Сегодня это была модель с презентации, которая с энтузиазмом прыгнула к нему в постель. Оксана уже наверняка вернулась с третьего свидания. Или не вернулась? «Отпусти ее. Не думай об этом. Ей надо строить свою жизнь», — в который раз затвердил ему разум. Он спустился в бар римского отеля. — Холодный лимонад, — кивнул Алекс бармену, усаживаясь за стойку. — И… мне, — заплетался язык у говорящей, — повтори. Алекс с удивлением повернулся — почти в самом конце стойки Оксана подняла голову, она сложила руки крест-накрест. Копна волос растрепана. Видимо, сидит уже давно. Бармен молча поставил перед ней стопку. — Свидание с пилотом прошло неудачно? Алекс взял свой лимонад и подсел к ней поближе. Девушка посмотрела на него затуманенным алкоголем взглядом, пытаясь сфокусироваться на нем, и вскоре узнала бывшего. «Да ты же в хлам…» — Ничего не говори, Алекс. Просто. Ничего. Не говори. — Она подняла ручку, призывая его молчать, хлопнула стопку, поморщилась и закусила лаймом. Алекс в это время набрал в блокноте телефона вопрос. «Текила?» Показал его бармену, тот кивнул в ответ. И Алекс тяжело вздохнул. — Сука. Ему звонил некий абонент «любимая», и на фоне милого женского голоса дети звали папочку! — Оксана взмахнула руками и затянулась электронной сигаретой. — Неудачница. Жалкая неудачница. Оксана выдохнула клубы дыма. Алекс быстро оценивал ситуацию, которая, судя из последующих объяснений бывшей, показывала, что ее чертов пилот женат. А она сама теперь сидела в баре отеля и напивалась в одиночестве, под ее глазами были заметны следы поплывшего макияжа. Вдруг сзади из-за какого-то столика появилась девушка, которая сегодня была у него в номере. — Надеюсь, мы еще увидимся, сладкий. — Она коротко чмокнула его в щеку и прошла к выходу, вильнув бедрами. Оксана чуть не свалилась с высокого стула, обернулась той вслед. — Ну — хоть ты времени зря не терял. Алекс закатил глаза, поскольку эта фифа появилась крайне не вовремя. — Давай, скажи, что я полная дура… — Оксана пальцами размазала следы поплывшей косметики. — Кто я такой, чтобы судить тебя? Сам снимаю на вечер эскортниц, имен которых даже не запоминаю. А их интересуют только мои деньги и ничего больше. Так что — кто из нас больший дурак, Оксан? — Некоторые из них на тебя заглядываются. Он отмахнулся. — К тому же, Алекс, ты никого не обманываешь. Ну в смысле — обговорили сумму, выполнили обязательства, разошлись. Ну или как там у вас это происходит? Все по-честному — без обмана. Он допил лимонад и спросил у бармена, сколько должна его непутевая бывшая. — Я сама оплачу «банкет», — зарылась она в сумочке. — Давай я заплачу за тебя? А ты завтра просто отдашь мне деньги. — Нет, я заплачу сегодня! Оксана наконец выудила карточку, расплатилась, встала и покачнулась. Алекс тоже встал и, когда придерживал бывшую одной рукой, оставил наличку пареньку на чай: стало жаль парня. Так как Оксана точно ему нервы потрепала. — Все нормально. Я дойду. Я в порядке. — Оксана попыталась скинуть руку бывшего с себя. Признаться, Алексу хотелось просто закинуть бывшую на плечо и дотащить ту до ее номера. Но он боялся, что содержимое желудка Оксаны не выдержит таких аттракционов. Поэтому пришлось медленно вести ее и поддерживать. Ему казалось, что они вечность добираются до того номера. Алекс терпеливо наблюдал за безуспешными попытками бывшей открыть ключом-картой номер: она не попадала, куда необходимо. Тофт все-таки забрал у нее кусок пластика и распахнул перед ней дверь, пропуская ее вперед. Оксана махнула левой ногой, и туфля залетела в приоткрытую дверь ванной комнаты. Махнула правой ногой — и вторая полетела в сторону столика. Алекс сдержал очередной тяжелый вздох. Клатч точно так же с подачи бывший отправился прямиком к балкону. «На диване вырубится или?..» — Алекс не успел закончить мысль о том, что надо бы в случае чего закинуть бывшую на кровать: внезапно платье соскользнуло с чуть смуглого тела и «очутилось» на полу. Взору Тофта открылась гладкая кожа. Спина. Плечи, на которые спадали локоны. Тонкая талия. Округлая линия бедер. Темное белье. Оксана пошатнулась, перешагнула через упавшую одежду, впечаталась в косяк, ойкнула, сделала еще пару неуверенных шагов и, наконец, упала на кровать. Алекс восстановил дыхание после «открывшейся картины», вышел и закрыл дверь номера. С другой стороны.