Смерть, которая изменила всё

KxllSwxtch — BOMBS AWAY

      Рано утром её разбудила Пенни, сообщив, что все вещи уже доставлены в кабинет директора и что, как только она позавтракает, её будет ждать профессор Дамблдор.       Аппетит так и не появился. Через силу она проглотила кашу и запила её холодным чаем.       — Мисс Гермиона, вам нужно больше кушать, — взволнованно проговорила эльф.       — Конечно, Пенни. На реабилитации этим и займусь, — ответила девушка, чувствуя, как в ней снова начинает закипать гнев от того, что ей постоянно указывают, что делать. — Пенни, можешь идти. Спасибо за помощь.       Она решила выпроводить эльфа, чтобы успокоиться и начать собираться.       — Пенни всегда готова помочь мисс Гермионе. Скорее поправляйтесь, — с хлопком эльфийка исчезла.       Гермиона собрала волосы в высокий хвост и не спеша переоделась в джинсы и джемпер, стараясь не смотреть на свою грудную клетку. Она вышла в пустой коридор школы. Завтрак должен был начаться только через пару часов — студенты, скорее всего, ещё спали.       Подойдя к статуе у входа в кабинет директора, Гермиона поняла, что ей не сказали пароль. Когда она уже хотела позвать Пенни, статуя сама отъехала в сторону, открывая проход к лестнице, ведущей наверх.       Поднявшись и подойдя к открытой двери, она увидела Дамблдора, сидящего за своим столом и внимательно изучающего документы.       — Мисс Грейнджер, проходите, — сказал директор, подняв глаза.       Гермиона вошла в кабинет и заметила свой чемодан у дивана.       — Скоро подойдёт профессор Снейп. Прошу, доверьтесь ему так же, как и мне. Мы не хотим вам навредить — напротив, хотим обезопасить, — сказал Дамблдор, вставая из-за стола.       Утренний гнев не покидал Гермиону. Она не хотела грубить, но слова директора задели её.       — Директор, чтобы доверять, нужно знать человека и его мотивы. К сожалению, ни вас, ни профессора Снейпа я не знаю настолько, чтобы доверять. Тем более — не знаю ваших мотивов, — твёрдо ответила она. — И что вы сказали моим родителям?       — Мисс Грейнджер, вы, как всегда, правы. Доверие — это то, что нужно заслужить. Я не сомневаюсь, что с вашей проницательностью вы сможете довериться Северусу, — сказал Дамблдор, слегка улыбнувшись. — Что касается ваших родителей — они не знают всей ситуации. Я считаю, что лишнее волнение им ни к чему. Они по-прежнему думают, что вы учитесь и готовитесь к экзаменам. У вас будет как минимум три недели до июня, чтобы изучить окклюменцию и, если захотите, поехать к ним на лето, — добавил он, внимательно глядя на девушку.       Упоминание об экзаменах привело её в замешательство. Раньше она бы ни за что не покинула школу, не сдав все предметы. Учёба всегда была для Гермионы одним из важнейших аспектов жизни.       «Прошлой жизни», — пронеслось у неё в голове.       — Все преподаватели в курсе вашей "реабилитации". Поскольку у вас отличные оценки по всем предметам, итоговые баллы будут выставлены автоматически. Но, думаю, сейчас это заботит вас меньше всего, — Дамблдор внимательно посмотрел на её лицо.       — Директор, у меня есть вопрос, — сказала Гермиона, глядя ему в глаза.       — Конечно, мисс Грейнджер. Что вы хотите узнать?       — Я не успела спросить Гарри, а вчера решила, что не хочу лишний раз его волновать. Что было в пророчестве?       Дамблдор подошёл к окну и, глядя на озеро, произнёс:       — Один из них должен погибнуть от руки другого.       — И это всё? — с подозрением спросила Гермиона.       Директор повернулся к ней:       — Это конец пророчества. Вас что-то смущает, мисс Грейнджер?       — Буду с вами честна, директор. Мне всегда кажется, что вы знаете гораздо больше, чем говорите, — холодно ответила она.       В этот момент в кабинет вошёл профессор Снейп, внимательно всматриваясь в Гермиону.       — Хорошо, что вы готовы, мисс Грейнджер. Нам пора, — сказал он.       Гермиона отвела взгляд от Дамблдора, кивнула и взяла чемодан.       — Мисс Грейнджер, вы сильная и умная девушка. Я уверен, что вы со всем справитесь. Но если вам понадобится помощь или просто захочется поговорить — я всегда готов выслушать, — радушно сказал Альбус.       — Спасибо, директор, — натянуто улыбнулась Гермиона.       — Северус, я снял защитные чары с кабинета. Можете трансгрессировать отсюда, — добавил он, переводя взгляд на Снейпа.       — Хорошо, — кивнул профессор, подходя к Гермионе, и положил руку ей на плечо.       Гермиона глубоко вдохнула и задержала дыхание, прежде чем их затянуло в воронку трансгрессии.       Альбус провёл взглядом по опустевшему кабинету, вздохнул и сел за стол. Он положил перед собой серую руку и задумчиво посмотрел на неё.       — Надеюсь, вы справитесь, мисс Грейнджер. У нас осталось не так много времени, — тихо произнёс он.

***

      Гермиона почувствовала, как пространство перестало качаться, и её ноги коснулись твёрдой поверхности.       Она выдохнула, оглядывая гостиную, в которой они оказались.       Снейп убрал руку с её плеча и отступил на шаг.       — Добро пожаловать, мисс Грейнджер, в мой дом, — сказал Северус, скрестив руки на груди и наблюдая за её реакцией.       Гермиона перевела взгляд со стен, заставленных книжными шкафами от пола до потолка, на профессора.       — Я предполагала, что, раз вы будете меня обучать, это будет ваш дом. Но разве это безопасно? — спросила она спокойно.       — Почему же, мисс Грейнджер, вы считаете, что вам здесь будет небезопасно? — с лёгкой усмешкой и блеском в чёрных глазах произнёс Снейп.       — Профессор, если вас не затруднит, мы сейчас не в школе. Вы могли бы не называть меня «мисс»?       Он кивнул.       — А по поводу безопасности — я имела в виду не себя, а вас, — добавила она, скрестив руки на груди, повторяя его позу.       Брови Снейпа удивлённо приподнялись.       — Что вы хотите этим сказать, Грейнджер?       — Я была в Ордене и слышала, что говорят о вашей роли. Вы — двойной агент, а значит, общаетесь с Пожирателями и...       — Не называйте его имя! — резко перебил её Снейп. — Как бы вы ни называли его с друзьями — больше этого не делайте. На его имя будет наложено заклинание Табу. Не знаю, когда именно, но это случится скоро. Вне школы называйте его Томом.       Гермиона напряглась.       — За друзей не беспокойтесь. До каникул Дамблдор и Орден их предупредит. Что касается моей роли — да, я двойной агент. Но ни Пожиратели, ни Том не знают, где я живу. А на время вашего пребывания здесь, Грейнджер, на дом будут наложены чары Фиделиуса. Вам не о чем волноваться, — закончил он.       — А теперь давайте я покажу вам дом, а потом начнём обучение, — он обвёл рукой помещение. — Это гостиная. Зная вашу любовь к книгам, можете брать любую.       Гермиона оглядела комнату. Она была такой же, как и её хозяин: тёмной, холодной, без ярких красок. Окна были задёрнуты плотными шторами. Книги занимали почти все стены — не так много, как в библиотеке Хогвартса, но вполне сопоставимо с магазином «Фолианты и свитки» в Хогсмиде.       Из мебели — письменный стол, заваленный свитками, стул с высокой спинкой и два потёртых кресла у небольшого камина.       — У меня нет домового эльфа, но, надеюсь, для вас, Грейнджер, это не проблема, — сказал он, проходя за угол, где находилась небольшая кухня, напоминающая магловскую.       — В холодильнике есть продукты и готовая еда, — он посмотрел на её лицо. — Аппетит к вам не вернулся?       — Нет, — ответила она, разворачиваясь обратно в гостиную.       Он указал на лестницу, ведущую на второй этаж.       — Пойдёмте, я покажу вам комнату.       Гермиона взяла чемодан и последовала за ним.       На этаже было две двери. Открыв последнюю в конце коридора, Снейп вошёл внутрь.       Гермиона переступила порог.       Комната была светлой, с кремовыми обоями и шторами. Мебель выглядела новой: большая кровать, платяной шкаф из светлого дерева, письменный стол у окна, стул. На противоположной стене — дверь в ванную.       — Это ваша комната. Другая дверь на этаже — моя. Прошу вас, Грейнджер, не заходить туда. Я не планирую ночевать здесь — мне нужно быть в Хогвартсе.       Гермиона поставила чемодан у шкафа и повернулась к нему.       — Не забудьте главное условие, — сказал Снейп, выходя из комнаты. — Вы не должны покидать дом, пока я не решу, что вы достаточно овладели окклюменцией. В ваших же интересах начать обучение как можно скорее.       Он выглядел странно в этом доме в своей преподавательской мантии.       — Я помню, — прошипела Гермиона ему в спину и последовала за ним.       Спустившись обратно в гостиную, он подошёл к камину и нажал на выступ в виде котла. Часть стены с книгами отъехала в сторону, открывая лестницу вниз.       — Здесь находится моя лаборатория.       Гермиона молча спускалась по освещённой лестнице.       Они оказались в просторном подвале, разделённом на две секции.       Первая — шкафы с тёмными фолиантами, зельями и ингредиентами. Вторую отделяли стеклянные стены и дверь. За ними — котлы, столы, стулья и доска, как в классе по зельеварению.       Снейп открыл дверь, переместил котлы и ингредиенты за пределы комнаты, поставил два стула друг напротив друга и сел.       — Присаживайтесь, — сказал он, указывая на второй стул.       Гермиона села, положив руки с зажатой палочкой на стол между ними.       — Грейнджер, что вы знаете об окклюменции? — спросил профессор, скрестив руки на груди.       — Так как окклюменции и легилименции нет в школьной программе, я изучала их самостоятельно, когда вы начали обучать Гарри, — на этих словах Снейп сжал челюсть. — Окклюменция — это ментальный щит, который защищает сознание. Легилименция — наоборот, позволяет проникать в него, — продолжила она.       На мгновение она представила себя в классе, где не нужно сражаться, защищаться, спасать себя и друзей — просто учиться.       Снейп вывел её из размышлений:       — Вы сказали только суть. Окклюменция — это не только щит. Это проявление воли, контроль над разумом, мыслями, подсознанием и эмоциями. Окклюмент может создавать ложные воспоминания — самовнушение, на случай если легилимент проникнет в сознание, простой щит не поможет. Можно создать фальшивые, тщательно продуманные воспоминания, вместо настоящих. И никто не поймёт подвоха. Но есть опасность: если изменить воспоминание слишком сильно...       — ...Окклюмент сам не поймёт, что именно он изменил, — тихо закончила Гермиона.       Снейп кивнул.       — Легилименция позволяет не только видеть воспоминания, но и чувствовать эмоции. Опытный легилимент может внушать, изменять память, контролировать мысли. Но, чтобы научиться этому, нужны годы — любое неосторожное вмешательство может разрушить личность.       Гермиона нахмурилась.       — Думаю, с теорией всё. Перейдём к практике. Ваша задача — контролировать эмоции. Самоконтроль — основа щита. Легилимент просматривает воспоминания. Разделите сознание на категории. Щиты могут быть разными: стены, двери, зыбучие пески — на ваше усмотрение. Скажите, когда будете готовы, — он откинулся на спинку стула.       Гермиона сделала глубокий вдох, закрыла глаза и погрузилась в себя.       Она ощущала гнев, тревогу, неуверенность, горечь, отчаяние, презрение, злобу.       «Контроль эмоций. Контроль воспоминаний», – проговорила она мысленно.       Она представила пустую комнату.       «Контроль — это система».       Появились стеллажи.       «Книга — это сборник информации».       На полках возникли книги, книги её жизни. Пройдясь вдоль стеллажей в своём сознании, она провела пальцем по корешкам книг, выделяя основные: Детство, Родители, Друзья, Школа, Эмоции.       И запечатала всё, что давило на неё.       Вокруг стеллажей она воздвигла кирпичные стены, а перед ними — ряд дверей.       Сделав глубокий вдох, она открыла глаза.       — Я готова, — твёрдо сказала она.       Снейп посмотрел в её глаза, поднял палочку:       — Легилименс.       Она почувствовала чужое присутствие.       — Хм, неплохо, — сказал Снейп в её сознании, глядя на двери.       Он подошёл к центральной двери и потянулся к ручке, но та исчезла.       — Первая ошибка: вы плохо продумали двери, — сказал он. — Вы убрали ручки, в момент нахождения легилимента в вашем сознании, тем самым оставили брешь.       Он надавил на дверь — пошли трещины. При втором нажатии дверь разлетелась на щепки.       Книга «Эмоции» задрожала.       Снейп прошёл через обломки и остановился перед кирпичной стеной.       — О чём вы думали, когда строили стены? — спросил он.       Гермиона молчала, сосредоточившись.       — Вторая ошибка. Нужно не просто не пускать, а защищать, — он ударил по стене. Она задрожала.       Книга «Эмоции» затряслась сильнее. Гермиона мысленно отодвинула её на верхнюю полку.       Второй удар — стена рухнула.       Снейп вошёл в библиотеку её сознания.       — Не удивлён, — сказал он, проходя мимо полок.       Гермиона пыталась отодвинуть книги. Когда книга «Школа» начала двигаться, Снейп схватил её и открыл.       Воспоминания всплывали:       Тринадцатилетняя Гермиона: встревоженная и одинокая, окружённая весёлыми компаниями ребят, которые давно знают друг друга. Все переговариваются и смеются. Все, кроме неё.       Первые уроки, попытки влиться в мир волшебников, – она ведь столько знает и умеет, но в ответ – лишь недовольные взгляды и лица преподавателей: сожалеющие, понимающие, безразличные.       Слёзы в подушку.       Слова Рона: «Неудивительно, что её никто не выносит. Если честно, она — настоящий кошмар».       Тук.       Слёзы в туалете.       Тук.       Макгонагалл: «Глупая девочка, как вы могли подумать, что сами справитесь с горным троллем?»       Тук.       Малфой: «Твоего мнения никто не спрашивал, мерзкая грязнокровка!»       Тук.       Книга «Эмоции» с грохотом упала и раскрылась.       Снейп почувствовал волну эмоций и с изумлением посмотрел на упавшую книгу.       Гнев, из-за собственной беспомощности, отвращение к слезам и злость на то, что она продолжала быть такой – наполнили сознание девушки. Гермиона закричала:       — Прочь!       Снейп вылетел из её разума, выставив щит от магического выброса.       Стул заскрежетал, отъезжая к стене.       Гермиона сжала палочку, пытаясь совладать с собой.       Снейп встал, рассеял щит и холодно произнёс:       — Я думал, вы умнее Поттера. Но, как вижу, вы такая же слабая и никчёмная.       Её глаза налились кровью. Последнее, что она осознала, — свой голос:       — Конфринго!

***

      Она стояла, привалившись спиной к стене, и тяжело дышала.       Подняв руку с зажатой в ней палочкой, она смахнула прилипшие от пота волосы с лица.       — Что ж, теперь перед занятиями по окклюменции у вас будут тренировки, чтобы выплеснуть накопленные эмоции, — спокойно и ровно произнёс Снейп.       Она подняла голову и посмотрела на профессора, стоявшего посреди комнаты с привычной невозмутимостью.       Гермиона только что запустила в него больше десятка боевых заклинаний, от которых он ловко уклонился. Лишь слегка взъерошенные волосы и небольшой порез на рукаве мантии выдавали, что в приступе ярости она действительно напала на него.       Под её ногами была слякоть — вода, перемешанная с пеплом и щепками от разрушенной мебели.       Оглядев помещение, она поняла, что кабинет почти не пострадал — лишь на стенах кое-где виднелись чёрные пятна от копоти.       — Профессор, я... — начала она, но Снейп перебил:       — Во-первых, как вы уже сказали днём, Грейнджер, мы не в школе. Так что можно обойтись без «профессора», — он смотрел ей в глаза. В них, ещё недавно холодных и пустых, теперь теплилось что-то иное. — Во-вторых, я намеренно спровоцировал вас, чтобы вы не зацикливались на внутренней борьбе и самоедстве. Предположу, вам стало легче?       Гермиона прислушалась к себе. Кроме приятной усталости и неожиданного внутреннего спокойствия, она не ощущала ни злости, ни тревоги.       Она кивнула.       — Ну а в-третьих, вы действительно способная. Такой прогресс с первого раза — впечатляет. Конечно, есть ошибки, над которыми нужно работать. Самая серьёзная — ваши эмоции. Это надо же было додуматься — запечатать их в книге, — хмыкнул Снейп. — Такой подход я вижу впервые. Это могло закончиться очень плохо для вашего сознания. Если бы я вас не спровоцировал, вся сила и агрессия, направленные на меня, могли бы обрушиться на вас саму, — серьёзно добавил он.       — Так что перед каждым занятием вы будете тренироваться здесь, отрабатывая заклинания, чтобы выплеснуть эмоции, — его взгляд скользнул в ту же сторону, куда смотрела Гермиона: на стеклянную перегородку, отделяющую кабинет от лаборатории.       — В лаборатории я часто провожу эксперименты с зельями. Так что, если уж и разрушать что-то, — он посмотрел на щепки под ногами, — то лучше здесь. Мебель — не в счёт. Но лабораторию вам придётся привести в порядок к завтрашнему дню, — с этими словами он направился к двери, открыл её и поднялся по лестнице.       Гермиона оттолкнулась от стены и пошла следом.       Оказавшись в гостиной, Снейп взглянул на часы — время приближалось к ужину.       — Мне необходимо вернуться в Хогвартс, чтобы не возникло лишних вопросов. Я не собираюсь вас ни к чему принуждать, но окклюменция требует сил. Если вы не будете есть, то и сил брать будет неоткуда.       — Я поняла, — устало ответила Гермиона.       — В вашей комнате на столе стоят зелья для регенерации раны. Не забудьте принять. И не снимайте повязку до полного заживления, — Снейп задумчиво посмотрел на часы. — Завтра я приду после обеда, — не попрощавшись, он трансгрессировал.       Гермиона прошла на кухню, заварила себе чай и сделала пару безвкусных сэндвичей.       Закончив с ужином, она направилась в комнату.       Приняла зелье, оставленное Снейпом.       Чувствуя себя измотанной и опустошённой, она приняла горячий душ, не размышляя о событиях прошедшего дня, рухнула в кровать и мгновенно уснула.