Хочешь, я куплю тебе солнце?

Как же она к нему липнет. Вьется вокруг, руки свои распускает. Стекло в руке чуть не треснуло, когда Антон увидел, как какая-то мадам протянула свои пальчики, поправляя и без того идеальную прическу Арса. Мужчина же лишь мягко улыбнулся, аккуратно перехватывая ее запястье и слегка отодвигая от своего лица. Сука. Не сказать, что Шастун сомневается в себе или своем рестораторе, но его просто бесит, когда трогают то, что принадлежит ему. «Он не принадлежит тебе, он – человек, а не вещь!» - может воскликнуть кто-то психически здоровый, но нет. Это его. Это его руки, его голубые глаза, его темные, специально чуть небрежно уложенные волосы, он весь, начиная от головы и заканчивая ногами. -Тох, Тох, ну горячий же… - заметил Слава, когда Тоша схватился за заварочный чайник и не собирался его отпускать, сверля взглядом очень красивую брюнетку в шикарном темно-фиолетовом платье. Блин! Паренек дернулся, почувствовав, как ладони начали адски гореть. Через секунду раздался звон посуды, кипяток расплескался по полу, заставив парнишку раздраженно цыкнуть сквозь стиснутые зубы. Обжегся, пролил, разбил, а все из-за этой… он выдохнул, прикрывая глаза. Не из-за этой. Из-за себя. -Слушай, может тебе это, пойти отдохнуть? – предложил официант, забирая со стойки хотя бы один готовый заказ. -Ты, по-моему, какой-то нервный. -Я не нервный. – почти рыкнул студент, рассматривая осколки у себя под ногами с явной досадой. -Просто схватился неудачно. Вячеслав покачал головой, но ничего говорить не стал. Когда Антон такой – лучше вообще не лезть. Арсений же заметил испепеляющий взгляд бармена далеко не сразу. Он как раз поднимал бокал в сторону какого-то своего друга или партнера, или… да хрен его знает, Шастун их в лицо даже не различал! Просто отыгрывал роль хозяина вечера, улыбался, кивал кому-то. В зале было шумно, много света, огромное количество чужих голосов, но в какой-то момент мужчина перестал их всех слышать. Потому что взгляд зацепился за кудрявый маленький хаос за барной стойкой. -О, Боги… - очень тихо выдохнул брюнет, глядя на то, как зеленоглазый делал совсем недовольное лицо, убирал осколки с пола, иногда вскидывал руки и явно кого-то передразнивал, разыгрывая диалог по ролям. Арс удрученно провел кончиком языка по верхней губе, быстро извинился перед девушкой в фиолетовом, учтиво кивнул ей и направился в сторону импровизированного театра. -Что? – негромко, но с характерно интонацией уточнил он, заглядывая парнишке в лицо. -Все хорошо, Арсений Сергеевич. – имя он почти прошипел, сузив глаза до такой степени, что они почти закрылись. Но Антон не смотрел на него, нет, он уперся своими зелеными зенками куда-то в сторону. -Я знаю эту мордочку. – голос стал тише и опаснее. -Посмотри на меня. Попов не хотел и не любил устраивать разборки при всех, подобные сцены ревности его даже слегка раздражали. Однако, видеть этого придурка в таком состоянии – куда хуже, чем сто раз выслушать истерику. Это же упертое чудовище, он не перестанет проклинать всех подряд, пока нормально с ним не поговоришь. -Ты чего вообще? – уточнил виновник его раздражения. -Кто тебя так вывел? -Никто меня не выводил. – фыркнул студент, наконец отряхивая руки от мелких осколочков. -Просто схватился за горячий чайник. Кстати, у вас теперь чайника нет, Арсений Сергеевич, придется новый покупать. Будете вычитать из моей зарплаты? Или мне сразу сходить купить? -Антон. – строго одернул его мужчина. -Ты аж трясешься. Что не так? -Чайник, мне жалко чайник. Понятно? -Солнце, хоть все чайники разбей, просто ответь… В следующую секунду эта маленькая падла демонстративно приподняла за ручку другой чайничек. Совершенно молча, глядя прямо в голубые глаза, медленно отодвинул его от себя на вытянутую руку и, подождав буквально пару секунд, разжал пальцы. Все также молча. Не отводя взгляд. Раздался стук. Потом второй. Что-то прокатилось по полу и уперлось в кроссовок бармена. -Сука, крепкий… - скривился Тоша, когда увидел, что посудина и не подумала разбиваться. -Боже мой… - то ли смеясь, то ли плача, выдохнул Арсений, прикрыв глаза и склонив голову. -Долго этот театр одного актера продолжаться будет? -Долго вы будете позволять себя лапать прямо у всех на глазах? – тут же парировал Шастун, очень сердито скрещивая руки на груди. -Я позволил ей поправить волосы, Антон. Волосы. -А мне плевать. – сообщил паренек тихо, но с такой жесткостью, что Попов даже на секунду удивился и слегка вскинул бровь. -Не флиртуйте при мне, понятно? Мне не нравится, когда вас трогают, я импульсивный. Арс задумчиво хмыкнул, уводя глаза в пол. Может, уволить его? Ну, а че он? А смысл увольнять? Все равно вместе живут, все равно не избавиться так легко. -Я уже понял. – наконец выдал он, скрывая улыбку. -Ты не импульсивный. Ты демон, замаскированный под студента. Тебя только харизма выдает. -Спасибо. – буркнул парень, поднимая с пола, как выяснилось, очень качественный чайник. Надо будет узнать, где купили. Чтобы дома кидаться без опасений. -Моя харизма собирается мыть пол. Идите к своим инвесторам или с кем вы там свой «интим» устраиваете. -С твоей харизмой я сегодня после смены разберусь. – отозвался Арс, уже отходя. -Чтобы запомнила, что сцены при гостях закатывать – плохая идея. -Только смазку не забудь, решала хренов. – шепотом прорычал мальчик, подергивая губой от нервозности. -Банановую, сука. -Я все слышал. -Блять… С лицом, выражающим полное презрение ко всему сущему, паренек отправился за ведром и шваброй. По пути он что-то бурчал, закатывал глаза, но не особо долго. Вскоре успокоился, спокойно протер мокрую лужу и, помыв руки, вернулся к своей работе. Его слегка озлобленное состояние выдавало лишь то, как агрессивно он трясет шейкер. Как же его бесят все эти встречи, все эти спонсоры, хуенсоры, все эти люди. Каждая считает своим долгом улыбнуться, протянуть свои руки к ЕГО мужику, дотронуться, помурлыкать с ним. Как будто им всем по приколу липнуть именно к нему, именно к Арсу. Да, конечно, потому что он красивый, богатый, харизматичный. Только вот никто из них не знает, что такое прожить с ним хотя бы неделю. С этими бесконечными телефонными переговорами, с привычкой стоять над душой, пока ты наливаешь кофе, потому что «ты неправильно держишь ложку». Антон вздохнул, уводя глаза в потолок. Шейкер в руках грохотал так, будто он собирался не коктейль замешать, а бурю вызвать. Периферийным зрением бармен заметил, как мужчина снова нагнулся к той самой даме, что радостно щебетала ему что-то на ухо. И эта сука голубоглазая еще и улыбается. А потом, наверняка, уткнется в шею и заведет свою шарманку: «Ну что, солнышко, я же просто работаю». Ага, работает он. -Налево сходи поработай, Арсений Сергеевич. – шепотом пробурчал парень и так хлопнул по столешнице стаканом, что Славка подпрыгнул. -Тох, сосуды лопнут, ты б успокоился. – осторожно заметил он, держа поднос между ними как щит. -Хочешь водички? -Хочу. – зло прошипел Шастун, тут же наливая себе текилы. -Из Байкала, с рук монаха, пропущенную через алмазный фильтр. Желательно с мышьяком. Вячеслав хмыкнул, мысленно прочертив линию, по которой так пристально смотрел его друг. -Опа. – наконец хихикнул тот. -Да ну? Шасту-ун? -Не делай вид, что не знал. – фыркнули тут же в ответ, опрокидывая в себя шот. -Уже все в курсе, я уверен. -Мы просто учтиво молчим. Но прямые доказательства мне бы не помешали. – пожал плечами парень, забирая со стойки только что приготовленный Дайкири. -А давно? -Почти полгода. – мрачно отозвался зеленоглазый. -Ну ты посмотри. Ходит, руки к нему тянет. Как будто у него на лбу табличка «Свободен, подойди, я дам». Вот увидишь, еще один раз она его пальцем коснется – я ей этот палец в коктейль засуну. Назову «фиолетовая мразь». -Ну все-все. – с усмешкой попытался успокоить его официант, наблюдая за тем, как его друг пытается заглушить всю свою злость и раздражение вторым шотом текилы. -Он же их не трогает. Успокаивайся давай. И правда. Надо бы усмирить свои нервишки. А то к каждому столбу ревновать – можно с ума сойти. В конце концов, Арсений действительно ни к кому не прикасается и знаков внимания в ответ не оказывает. Остаток ужина прошел, в целом, не так уж и плохо. Уже под конец было слышно, как на кухне гремит посуда в мойке, уставшие повара выдыхали и потирали глаза, Слава с остальным персоналом развалились на лавочках в раздевалке, переписываясь с кем-то. Все привычно, все спокойно. Антон вытирал стойку с маниакальной скрупулезностью. Не потому что грязно, вовсе нет, лакированное дерево сверкало лучше любого бриллианта, просто нужно было чем-то заняться, чтобы не смотреть в сторону ресторатора. Получалось. Если бы взглянул – нервная система точно сложилась бы подобно карточному домику. Сам брюнет же очень учтиво накидывал легкое пальто на плечи какой-то мадам, улыбаясь ей самой натренированной улыбкой, какая у него только была в арсенале. Шастун знал их все. Он может улыбаться искренне, тогда у него забавные морщинки в уголках появляются, может улыбаться холодно, просто из вежливости, а может так, как сейчас – потому что должен. Выпроводив гостей и очень мило попрощавшись с каждым, он даже позволил какой-то девушке легонько прикоснуться к его щеке губами в знак прощания. К счастью, Тоша не видел. Уж слишком ожесточенно тер свою несчастную стоечку. Вернувшись к себе в заведение, мужчина скинул пиджак на ближайший стул и устало ослабил галстук, оттягивая его слегка в сторонку. Он тоже устал, ему тоже все эти светские вечера не в такую уж и радость. В следующую секунду рукава белоснежной рубашки уж закатились, оголяя предплечья, а глаза по-хозяйски, практически безэмоционально, оглядывали все пространство. Выглядел вымотанным, но удовлетворенным – все прошло, как надо. Все под контролем. Бармен не устроил погром – уже хорошо, все остальное – само собой разумеющееся. Когда музыка в зале стала тише, послышался какой-то мерный стук, будто кто-то лбом об дверь периодически прикладывался. Ох, черт, он забыл выпустить брата из своего кабинета. Закрыл его там в самом начале ужина, чтобы тот все не испортил и забыл. Ладно, ничего страшного, посидит еще немного. Нужно отдать должное – хорошая, крепкая дверь, раз пережила запертого адвоката. Не факт, что она цела, но черт, еще на петлях, а значит, качество – высший класс. Но стук не утихал, теперь двоилось. Или это у Арсения мозги уже поплыли… -Эд. – будто прочитав мысли ресторатора коротко бросил Антон, поднимая на него раздраженный взгляд. -Я закрыл его у Мишани, чтобы он не помог Джею сбежать. А, вот оно как. Что ж, действительно разумный ход. -Придурок, я тут. – донеслось из другого конца зала. -Замки – раз плюнуть. А это Миша и гремит, его-то я обратно закрыл. Выграновский, как ни в чем не бывало сидел в темном уголке, покачивая в руке стакан с виски. Кажется, он и не думал помогать своему опекуну, а просто спокойно расслаблялся, сбежав еще в первый час своего заключения. Шастун удивленно почесал висок, наблюдая за тем, как парень потягивал свой напиток и залипал в мобильник. Он еще и замки умеет вскрывать, охренеть. -Ты че, все умеешь? – уточнил бармен, наконец отбрасывая тряпку и оглядывая свое рабочее место. Хотелось бы свалить прямо сейчас, но ресторан скоро открывается для обычных гостей, так что надо оставаться. -А ты думал. – хмыкнул Эд, не отрываясь от экрана. -Я многофункциональный барыга. Арсений, тем временем, молча подошел к своему сотруднику, уложив локоть на стойку и размял шею. Шастун все еще злился, но уже хотя бы не пытался никого убить. -Налей мне чего-нибудь, я уже не могу это шампанское видеть. – буркнул мужчина, зажмуриваясь и наклоняя голову в разные стороны. -И больше не зовем этих двух никуда. -Почему это? – нарочно обижено проворчал паренек, ловким движением подцепляя бутылку рома и полки. -Потому что это заканчивается запертым адвокатом и мелким взломщиком в помещении. – кивнул Арс, принимая из рук бармена стакан. -Стандартный вторник. – хмыкнул Эдуард, наконец отрываясь от телефона с видом полного безразличия. -О, кстати, вы же все в курсе, что тут интернет называется «ars_the_best»? -Закрой рот. – устало попросил брюнет, вливая в себя все разом, чем вызвал невидимое восхищение Тоши. -Легенда, просто икона. – пожал плечами местный преступник, поднимаясь со своего места и потягиваясь сразу во все стороны. -Кинь ключи, пойду Джеюшку открою. Бедолага наверняка всю документацию успел перебрать или тупо уснул от скуки и отчаяния. Попов вздохнул и бросил мелкому ключи от кабинета через все помещение. Как только Выграновский скрылся в темном коридоре, ресторатор глянул на Шастуна, который явно ждал чего-то еще. -Ну прости, все? – наконец закатил глаза он, цокая языком. -Работа, солнце, работа. Антон скрестил руки на груди, всем своим видом показывая, что этого явно мало. Какой невыносимый тип. -Если твоя работа заключается в том, чтобы уверенно флиртовать с дамочками – лучше б ты уволился. -Да? – снисходительно бросил Арсений, перекидываясь через стойку и приближаясь почти вплотную к лицу парнишки. -А кем ты тогда будешь хвастаться всем подряд? Безработным мужем? -Я не хвастаюсь тобой. – пробубнил Тоша, отклоняясь назад, но его уже схватили за подбородок, удерживая на одном месте. -Ага. – усмехнулся Попов, наклоняя его пониже, чтобы нависать над, как тень бизнес-империи. -Никогда не умел врать, Шастун. Никогда. Ты, кстати, когда бесишься, забавно щекой дергаешь. -Ой, да пошел ты. – взбрыкнул Антон, отпихивая ресторатора подальше. Он, вообще-то, обиделся, если вдруг что. -Иди уже домой, завтра тебе вставать рано. Послушно отступив на шаг, Арс поправил воротник рубашки, но ухмылка с его лица никуда не исчезла. Этот наглый, самодовольный взгляд, за который хотелось убить прямо на месте. -Отправляешь меня домой? Вот так? Без драмы? – он даже сделал вид, что искренне удивлен. Актер. В ответ на это уверенно промолчали, брякнув нечто вроде «да, прикинь» и «надоел». -Хочешь, поругаемся дома? Возьму нам вина, тебе чипсы, ты будешь строить из себя недотрогу, а я, может быть, еще раз извинюсь? -Белое полусладкое. – фыркнул Шастун, тут же сбавив обороты. -И только, если чипсы – сырные. -Услышал, солнце. Только чайниками больше не швыряйся, а то я правда начну думать, что тебя надо держать в наручниках и наморднике. -Ну так купи уже. – без особой злобы бросил студент, начиная расставлять все свои бутылочки по местам. -Хотя бы один комплект. А то все угрожаешь, а я даже толком не знаю, как оно будет. Арс уже придумал колкий ответ и даже открыл рот, но не успел ничего сказать, потому что его внезапно бортанули плечом. -Ненавижу тебя, мудак заднеприводный. – высказался наконец-то освобожденный, злой Анджей, надменно вздергивая воротник своего тренча и шагая мимо него в сторону выхода. -За мной, предатель-оруженосец. -Как же ты заебал… - прорычал Эд, но все равно поплелся следом, убрав руки в карманы плаща. Они еще немного потолкались у дверей, пытаясь определиться, кто выйдет первым, но в итоге протиснулись вдвоем. Все с теми же недовольными лицами. Старший Попов лишь проводил их взглядом, слегка качнув головой. Тяжелые ребята, зато полезные. -Я скину тебе билет, завтра вечером уезжаем в Новгород. – выдал он с бухты барахты, хлопнув ладонью по стойке. -Буквально на пару дней. Ресторан открыть. -У меня дела, вообще-то. – с ну очень умным и занятым видом заявил Антон, в очередной раз споласкивая джиггер, которым даже не пользовался последние минут двадцать. -Не начинай. – отрезал мужчина. -Какие у тебя дела? Шейкер покидать? Я тебе даже новый куплю, титановый. -И джиггер. Два. -Не борзей. – усмехнулся ресторатор, щелкнув его по носу. -Все, я ушел. Шастун проводил его взглядом, стряхивая с рук лишние капли. В командировку, видите ли, едут. И пока работники убирали со столов, а на кухне творилось восстание посудомоечных машин, Тоша лениво развалился на диване в служебном коридоре, прикрыв один глаз, а втором что-то вычитывал в новостных пабликах. В моменте даже задремал почти, но вовремя поймал себя в сантиметре от обивки, снова усаживаясь обратно. Устал. Он даже не сразу понял, что телефон в его руке вибрирует. Оксана? -Че случилось? – сразу же спросил парень, понимая, что люди не звонят без повода в 4 часа утра. -Шаст, на работе? Срочно, пожалуйста, Тош! -Да-да, на работе. – подскочил Антон, услышав, что голос явно не сонный, не хриплый, а как будто человек бежал и теперь пытается отдышаться. Тревожный даже какой-то. -Я короче от тети возвращаюсь, не спрашивай, за мной мужик какой-то идет. Уже минут 15. Я не так далеко от ресторана, можешь выйти, пожалуйста? Тош, стремно пиздец, встретишь? -Бегу, не клади трубку. – отрезал студент, подрываясь с места. Он даже не стал никому ничего объяснять. Ни официантам, ни почти спящему администратору, ни охране. Просто вылетел с главного входа, врываясь в прохладное утро. От сонливости ничего не осталось, теперь Шастун быстро шагал по улице, практически срываясь на бег. В ухе он слышал дыхание девушки и какие-то слова, которые иногда прорывались. Что-то вроде «красавица» и «давай познакомимся». Вот же ублюдок. Антон стиснул зубы, выясняя точное местоположение подруги. Преодолев улицу и завернув за угол, он наконец увидел знакомый силуэт. И второй – уже незнакомый. -Все, вижу. – выдохнул парень в трубку, сбрасывая звонок. Он не стал звать, кричать или привлекать внимание, просто резко шагнул на встречу, замечая, как Суркова явно ускоряет шаг. -Пойдем. – внезапно бросил он, перехватывая на ходу оторопевшую девушку за руку и разворачивая ее на 180 градусов. Мужик этого явно не ожидал, поэтому и моргнуть не успел, как перед ним выросла двухметровая фигура. -Ну, че хотел? Чужое лицо вытянулось, будто он только что проиграл в казино свою печень и два года жизни. Человек замер, как олень в свете фар, стараясь быстро соображая, что ситуация из потенциально кайфовой перешла в такую, где можно и по лицу отхватить. -Да ниче… Просто шел, че ты, пацан. – начал он, приподнимая голову, чтобы вообще увидеть человека, который с ним разговаривал. -Девушка понравилась, ну… -Ага, так понравилась, что пятнадцать минут за ней по темноте ебашил, да? – голос Шастуна звучал на удивление холодно, как лед. Никакой привычной насмешки или хиханек-хаханек, только концентрированное «я тебя в асфальте похороню». -Давай по-хорошему, доброжелатель. Разворачиваешься и съебываешь в таком темпе, будто тебе на хвост спецназ упал. Соглашайся, пока я вежливый. – посоветовал он, все еще сжимая запястье Окс, которая молча стояла рядом, иногда хлопая длинными ресницами и искренне восхищаясь своим другом. В ответ преследователь кивнул. Потом еще раз кивнул. И еще. Затем медленно развернулся, желая в срочном порядке скрываясь за ближайшим углом. Двое студентов проводили его взглядом и, как только мужик пропал из поля зрения, оба выдохнули. -Как же тебе повезло, что он не агрессивный. – сглотнула девушка, слегка качнув головой. -Ты б не вывез. -Мне поэтому и страшно. – нервно хмыкнули ей в ответ. -Ты че шляешься по улице одна так рано? -Да там… - вздохнула она, наконец высвобождая свою руку из цепкой хватки бармена. -Поругались с теткой, я и свалила обратно в общагу. А метро ж закрыто, на такси сейчас нет денег. Вот и поперлась пешком. -Ты могла просто позвонить. – осуждающе напомнил Тоша, кивком показывая ей пройти вместе обратно в ресторан. -Мне, Серому, Позу, Эду, да Джею в конце концов. Уж Джеюшка к тебе хоть на дирижабле бы прилетел. -Не хочу я ему звонить. – мрачно кинула Оксана, чуть шмыгая носиком. -Он… странный. -Он Попов, а они там все… с причудами. – усмехнулся зеленоглазый, вынимая из кармана джинсов пачку сигарет и протягивая ее одногруппнице. Та с благодарностью и слегка дрожащими руками вытащила одну. Они на секунду остановились, чтобы прикурить. -Ты, наверное, единственный человек, который нравится ему. – заявил Антон, выпуская белесое облачко в воздух. -Ну, не считая Эда. Но с ним у них свои какие-то отношения, никому непонятные. -Ну не знаю. – фыркнула девушка, втягивая дым и прикрывая глаза. -Его слишком много. Мне с ним небезопасно даже, когда он рядом. Все, что он делает – через край. Даже молчит через край. -О нет, подруга. – замотал головой Шастун с улыбкой. -С ним как раз очень безопасно. Просто Джей немного взрывной, может быть, слегка беспределит иногда. Но он хороший. Да, не самый простой характер, но и ты не белая и пушистая. – пожал плечами он, стряхивая пепел в сторону. Его собеседница чуть заметно кивнула, задумчиво пожевав губу. -Джей правда бы прилетел на дирижабле? – спустя недолгое молчание уточнила она, слегка улыбнувшись. -Жопу ставлю. – не очень убедительно, Тош. -Он бы его у Минобороны угнал и сказал, что «так и было». А потом бы еще штраф им выписал. И, самое страшное, доказал бы свою правоту. – парень вытянул телефон и быстро набрал какое-то сообщение. -Вот, считай до трех. И только Суркова произнесла «три», как ее мобильник взорвался сначала уведомлениями, а потом и звонками. -Ого… - с удивлением вскинула брови она, изучая миллион входящих в секунду. -Ты че ему написал? -Что встретил тебя, потому что за тобой шел какой-то мужик. – пожал плечами студент, затушив окурок о ближайшую урну. -Как тебе оперативность? -Он мне даже каким-то хером смс-ками звонит. – нахмурила брови Оксана, вглядываясь в экран. -Я не знаю, как он это делает. -Попов, потому что. – снисходительно бросил мальчик, открывая перед ней стеклянную дверь Баскюля. -Давай, бери трубу. Я-то тебя сейчас не смогу до дома докинуть, у меня работа. Кофе будешь? Или тебе без разогрева водки плеснуть? -Второе. В поезде совершенно нечем заняться. Шастун вздохнул, устраиваясь на коленях Арсения и зарываясь щекой в его живот. Ехать около девяти часов, можно поспать, можно сериал посмотреть, а можно просто разглядывать умиротворенное лицо мужчины, почесывающего его голову. Красивый. Чужие пальцы иногда немного путались в легких кудрях, но каждый раз тот осторожно выбирался из ловушки, не причиняя дискомфорта. Поезд мерно гудел, чуть покачиваясь. За окном совсем темно, так что туда глядеть смысла почти никакого. Антон закрыл оба глаза, вдыхая запах чьей-то дорогущей кофты и впитывая это невозможное спокойствие. Забавно, что от Арса пахнет кофе и табаком, хотя он не курит. А, это не от него, это Шастун перед отъездом сигаретку приговорил. -Спишь? – спросил мужчина, спуская руку ему на затылок так, словно гладил кота. -Не. – выдохнул бармен, все еще не открывая глаз. -Правее немного. Полное спокойствие и умиротворение. Никто никуда не спешит, не торопится, просто расслабленная атмосфера и полное взаимопонимание. -БЛЯТЬ! – воскликнул Анджей, когда тяжелый ящик приземлился ему на ногу, больно шибанув по пальцам и тут же звякнул стеклом, словно извиняясь перед авдокатом. -Сука! А ты можешь держать, когда я тебя прошу?! -А ты можешь нормально ставить, а не швырять?! – отозвался раздраженно Эд, отпихивая деревянное хранилище алкоголя ближе к стене. Оба злобно выдохнули и огляделись. -Тебе не кажется, что это больше похоже на алкомаркет? – уточнил Выграновский, рассматривая целую полку, которая состояла только из бутылок вина и рома. -Мой братец оставил нам бабки, а это значит, что их надо пробухать и прокурить. – гордо заявил Попов младший, тут же вдавливая открывашку банки пива, которая издала такое любимое «пш-ш-ш». -Итак, с чего начнем? -С экзамена. – буркнул студент, доставая из ниоткуда уголовный кодекс. -Мне для поступления надо. -О, уголовочка! – мгновенно обрадовался Джей, сразу же меняясь в лице. -Ну давай, наркоша, сейчас я поминутно тебе распишу, кто и где соснул мой огромный адвокатский болт. -Фу. – сморщился Эд, отмахиваясь от собутыльника книжечкой. -Мне такие подробности твоей личной жизни и физиологических особенностей не нужны. Лучше пиво мне передай и пойдем, сядем удобнее. И все было бы хорошо, Выграновский бы правда разбирался в кодексе, он бы действительно учил право, изучал судебную систему, но… алкоголь. Спустя три банки пива и две бутылки вина, парни вступили в юридический диспут на уровне «слушай сюда, уебок». Вскоре на холодильнике висела схема коррупционного плана, нарисованная на оборотах чеков из Азбуки вкуса, которые были кое-как прилеплены на магнитики и скотч к белоснежной крышке. Стикеры с подписями «пидор 1», «судья-овощ» и «не забыть закопать» разбросаны по всей поверхности, как маркеры на карте преступления. Кареглазый водил пальцем от одного к другому, матерясь и пытаясь объяснить будущему прокурору, что все в жизни работает не так, как указано в учебниках, что ему нужно смириться с несправедливостью этого мира и работать так, словно он защищает честь его самого, Анджея Попова. Прошло всего четыре часа, их сожители еще не добрались до Новгорода, а эти двое уже достигли точки невозврата и теперь настойчиво обзванивали всех знакомых и друзей, потому что бухать вдвоем – весело, но только первое время. Да и плевать, что сейчас два часа ночи, они уже давно не смотрят на часы, только на количество жидкости, оставшейся в бутылке. Стол на кухне оказался завален какими-то распечатками, уголовными делами, актами, неизвестно откуда взятыми материалами служебных проверок и двумя коробками пиццы. На одной красовалась надпись «УПК ВНУТРИ». Там реально лежал уголовно-процессуальный кодекс, слегка запачканный томатным соусом. На диване беспечно валялся Эд, опустив одну руку на пол, чтобы придерживать бутылку виски, а второй держал перед лицом какую-то бумагу, которому его впихнул Анджей на изучение. Он ничего не мог разобрать, буквы прыгали, плясали и разлетались в разные стороны, но его лицо выражало эмоцию абсолютного понимания всего написанного. Сам адвокат то и дело метался между кухней и входной дверью, куда приходили все новые и новые люди. Тут уже и кто-то из универа Антона, и его знакомые – участковый, юристы, полицейские, главы отделов… омоновцы. -Анджей, ты когда в два часа ночи звонишь, я думаю, что ты кого-то убил. – усмехнулся мужик лет тридцати, крепко пожимая руку другу. -Мне на службу завтра. Так что я буквально на часик. Самое приятное – можно не бояться, что вызовут ментов. Они УЖЕ все здесь. Кто бы мог подумать, что Эд, барыга со стажем, который чуть ли не всю жизнь бегал от офицеров по кустам и боялся участков, как огня, сейчас будет сидеть за одним столом со всеми этими людьми, которые, при желании, могли бы скрутить и отправить его за решетку по щелчку пальцев. И пусть Арсений не знает, что в его квартире разворачивается настоящий юридический притон, а продолжает спокойно стоять ранним утром у вокзала, пока его бармен удрученно вздыхает, поправляя на плече лямку рюкзака. Попов перевел взгляд на него, выдыхая. -Давай сюда, не ной. – спокойно произнес он, протягивая руку в сторону студента, который тут же скинул ношу и передал ее мужчине. -Не стыдно тебе? Ты молодой, у тебя должно быть побольше сил. – хмыкнул Арс, с небольшим презрением разглядывая дешевую черную ткань. Когда-нибудь он добьется своего и купит новую сумку этому упрямому парню. -Ну, раз уж я на правах пассива, то будь добр, ухаживай за мной. – с издевательской улыбочкой отметил Шастун, потирая глаза. Они просто только что прибыли на перрон, поэтому еще не до конца проснулся. На пальце слегка блеснуло кольцо, привлекая внимание Антона. -Ну, то есть, жены почти. Ресторатор лишь усмехнулся, продолжая выглядывать машину на площади. Что-то он не додумался вызвать такси заранее, теперь ждать пришлось. -Жены почти, значит… - протянул тихо Арсений, почти неслышно. Точно, Канада. Столько дел, что он совсем забывает отправить своего личного адвоката разбираться с документами. Сейчас, наверно, нет смысла ему звонить, тот либо спит, либо орет на весь юридический отдел и ему не до виз и паспортов. Тоша бессовестно зевал, иногда прикрывая рот тыльной стороной ладони. Веки все еще липли к глазам, да и выглядел он так, словно его в стиральной машинке прокрутили разочек. А может и не разочек. -А долго еще? – пробубнил паренек, обнимая себя за локти. Вроде почти лето, а как-то прохладно на улице. И ветер неприятный. -Нет, еще три минуты. – кивнул Попов, проверяя местоположение водителя в приложении. -Слушай, давай выкинем этот рюкзак? Ну правда, это позорище какое-то. Он же весь рваный, драный… -Не смей! – слишком уж резко воскликнул любитель всякого хлама, чуть ли не хватаясь за голову. -Это подарок! Я его люблю! -Ну солнце, я каждый раз, когда вижу его, начинаю думать, что у тебя нет взрослого, обеспеченного мужчины. – удрученно вздохнул «взрослый и обеспеченный мужчина», стараясь не подносить потрепанное нечто близко к себе, чтобы случайно не заразиться бедностью. -Мы купим тебе новый. -Не нужен мне новый, мне этот нравится. – фыркнул бармен. -Отдай вообще обратно, ничего не можешь без комментариев оставить. Вечно тебе все «выкини», вечно все «позорище»… - начал свою ворчливую тираду он, снова забирая себе рюкзачок. -Никто не спрашивает, позорище или нет, понятно? -Понял, понял. – с легким смешком повторил Арс, поднимая руки в примирительном жесте. Мог бы уже привыкнуть, что Антон не любит, когда его вещи оскорбляют. -Я вообще сегодня ни с кем не собирался спорить. Особенно со злобными студентами. -Ну, а что ты хотел? Я проснулся недавно, еще позавтракать не успел, а уже подвергся эмоциональному насилию. – буркнул Шастун, плотнее натянув на плечо рюкзак, словно его силой отбирали. «Эмоциональному насилию» - подметил Попов, ставя пометку в мозгах, что ему нужно поменьше общаться с Выграновским. Брюнет по привычке скользнул взглядом по своему сотруднику. Из-под лохматой челки смотрели усталые светло-зеленые глаза, а на переносице образовалась недовольная складочка. Вот эта кофта со слегка заляпанными рукавами, кроссовки, которым уже пора на свалку, рюкзак этот идиотский. Безобразие. -Тогда повесь на него бирку «особенно ценный хлам». Чтобы я не отправил это в мусорный пакет случайно. -О, он хотя бы не тычет мне каждое утро своим «может, побреешься» и «ты правда это жрать собрался?» - в тон фыркнул Антон, опять зевая. В это время как раз показалась черная машина, лениво вкатывающаяся на площадь. Прибывший таксист прервал их интеллектуальную беседу, собираясь выйти со своего места, чтобы открыть двери, но Арс махнул ему рукой, мол «не нужно». Он лично приоткрыл заднюю дверь, запуская Шастуна внутрь. -Проходите барин, не развалитесь. -Ага, спасибо. – с наигранной вежливостью кивнул тот, заныривая в салон привычно сложившись почти пополам. -Когда приедем – накормить меня и не шуметь, я хрупкий. Арсений фыркнул, захлопывая дверь резко и громко. -Стеклянный, блять. – тихо шепнул с легкой улыбочкой он. Почему он вообще терпит эту малолетку, которая все утро ноет, жалуется на все подряд и готов отгрызть руку за свой кусок ткани с молнией? Ответа на этот вопрос не было ни у кого, даже у самого ресторатора. Маршрут у них самый логичный: доехать до отеля, забросить вещи, смотаться в ресторан, позавтракать там, а только потом уже инспектировать все перед завтрашним открытием. По пути Арсений постоянно кому-то звонил, предупреждал, напоминал, закатывал глаза и раздраженно вздыхал, то и дело нервно приглаживая волосы. Шастун пытался пару раз спросить из любопытства, чего у него там происходит, но на все получал ответ «меня просто окружают идиоты, солнце, все в порядке». Ну, ладно, не хочет говорить – не надо. Машина мягко катилась по довольно оживленным улицам, город уже проснулся и теперь люди ехали и шли на работу, на учебу, куда-то еще по своим делам. Так тихо и тепло, что опять клонило в сон. И зеленоглазый бы даже уснул, если бы не Арс, который то и дело отвечал и делал все новые и новые звонки. -Да расслабься, все будет хорошо. – похлопал его по колену Антон, когда мужчина в очередной раз сделал лицо из разряда «как вы все мне надоели» после того, как в трубке кто-то снова извинился. -Просто рестик открыть, это же не ракету запустить. -Да. – коротко бросил Попов, скидывая вызов и тут же набирая другой номер. -Это сложнее, солнышко. Это сложнее. Студент пожал плечами. Чего там сложного-то? Ленточку разрезать? Всем по канапешке выдать? Шампанское налить? Ладно, все равно он в этом ничего не понимает. Ему бы просто бар показали – а дальше он уже сам найдет себе какое-нибудь занятие. Кстати, почему-то есть некая уверенность, что он лучший бармен вселенной. Да, он иногда напивается и путает рецепты, да, периодически проливает, разбивает и просто немного плывет, но он все еще лучший. И тут ему равных точно не будет. Вообще-то, обычно Антон не выглядит, как паренек с обложки, но завтра… о нет, завтра он будет сиять и чувствовать это сияние. Потому что это не просто «открытие», это другие бармены. Другие бармены, которые тоже будут работать в «Баскюле», которые тоже будут делать Арсу Манхэттен и кофе. И он должен быть лучше, умнее, потому что… потому что просто так. Потому что конкуренция – это азарт. Он мельком взглянул на своего соседа по сиденью. -Арс, а что я завтра будут делать? – уточнил Шастун, чуть наклоняя голову вбок. -Я буду барменить? -Нет. – резко ответили ему. -Ты просто будешь приглядывать за баром. Ты понял? Не надо ничего мешать, трясти, готовить. Просто приглядывай. Контролируй. Тоша чуть не поперхнулся воздухом. Ему доверяют… управление? Ему?! Мужчина, кажется, заметил, как в зеленых глазах промелькнул тот самый огонек диктаторства и тирании. Нет, власть ему давать нельзя. -Три правила, солнце. – выдохнул ресторатор. -Первое: ты никого не увольняешь. Второе: не материшься на персонал. Третье: не пьешь. -АРСЕНИЙ! – бедный водитель чуть не подпрыгнул от этого истошного визга своего пассажира, но ничего не сказал. Он и не таких возил. -Антон. – осуждающе мотнул головой Попов, призывая возмущенного бармена к порядку. -Извините, он немного дурной. – обратился он уже к мужчине за рулем, на что получил лишь «да ничего, я привык», а после вернулся к парнишке. -Ты услышал? -О, боги, я задушен как личность, мои жизненные устои саботированы, а мои моральные ценности оскорблены и разрушены! – бармен успешно вжился в роль человека, подвергшегося гнету авторитарной власти, прикладывая ладонь ко лбу и драматично откидываясь на подголовник. -Я же бармен, Арсений! Не материться?! Не пить?! Ну, не увольнять – ладно, это я как-нибудь переживу, но остальное… о, Господи, что-то мне плохо стало, Арсюш, водички… -Ты очень плохой актер. – заметил ресторатор, но бутылку все-таки ему протянул. -Буквально день, солнце. Потерпи. – добавил брюнет, вглядываясь календарь на мобильнике. -Ох… - вздохнул студент. -Видимо, мне снова придется быть на виду, чтоб все знали, кто тут главный страдалец. -Ты просто хочешь, чтобы тебе снова сделали комплимент за красивые глазки. – хмыкнул Арс, уже изучив все эти ходы Шастуна вдоль и поперек. –«Ой, а что это за парень у них такой на баре стоит?» - передразнил он кого-то, но тут же пожалел. Голубые глаза распахнулись, очень медленно и аккуратно перевелись на Антона. Ну нет же. Ну нет. -Ты что… -Солнце, нет. -Арс, ты че… -Замолчи. -Арс, ты че, рев… Он не успел договорить, потому что Арсений зажал его рот ладонью, притягивая к себе ближе и очень опасно, очень тихо, очень предупреждающе выдохнул ему прямо в ухо. -Я никогда не ревную. Понятно? Темные глаза с трудом приоткрылись буквально на миллиметр. Твою мать, почему так тесно… Джей стиснул зубы от дичайшей головной боли, снова зажмуриваясь и откидываясь головой назад. Сука, где он… Адвокату пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы открыть один глаз и, ощущая, как глазное яблоко со скрипом поворачивается, оглядеться вокруг. Чувствовался каждый ноющий сосуд. -Эд… - прохрипел парень, пытаясь подняться, но пальцы постоянно соскальзывали с гладкой поверхности, а спина ныла ТАК сильно, что казалось, будто его хорошенько отмудохали этой ночью. -Выгра… - выплюнул Попов, прерываясь на тяжелый, болезненный кашель. -…новский… Ответа нет. Пришлось брать себя в руки и, матерясь, попытаться выбраться из западни. Оказалось, он спал в ванной, согнувшись пополам. Позвоночник умолял о смерти, бока болели, голова звенела набатом, ноги ватные… -Сука прокурорская… - прорычал Анджей, упираясь лбом в стену. Сейчас-сейчас. Сейчас он постоит, подышит, а потом найдет этого барыгу и хорошенько настучит ему по голове. В ту же секунду что-то в спине прострелило еще сильнее. Черт. Ладно, настучит по голове, когда сможет стучать. Прокашлявшись и зажмурившись от очередной волны боли, Джей кое-как выпрямился, держась за раковину, как за последнюю опору в этом бренном мире. На футболке – то ли кровь, то ли вино, то ли… да хрен его поймет… Тренча нет, где-то валяется, мобила сдохла. Достоинство, кстати, тоже. Юрист убито взглянул на себя в зеркало. -Потрясающе, Джеюшка. Просто ахуительно, мой хороший. – прошептал он, оглядывая опухшие веки, всклокоченные темно-русые волосы и небольшой синяк на скуле. Из ванной пришлось выползать на четвереньках, потому что идти тупо не получалось. Квартира была… слава Богу, что она была. На полу валялись пустые бутылки, рассыпанные чипсы, какие-то бумаги, куртки, кроссовки, Эд, папки… стоп, Эд. Студент лежал прямо на паркете, уткнувшись лицом в подушку. Судя по предварительной экспертизе – абсолютно мертвый. Рядом стоял бокал с недопитым виски и телефон, который выпрашивал подзарядку. Паренек спал, как убитый. Почему-то с голым торосом. Анджей навис над ним, моргая ровно в такт пульсациям в висках. -Просыпайся, недоразумение в человеческом обличье. – хрипло произнес он, толкая его в бок. Но внезапно взгляд зацепился за многочисленные татуировки. Ого. Он никогда раньше не видел этот рисунок. Нет-нет, Джей никогда не разглядывал его узоры на теле, но вот этот – точно свежий, раньше его не было. Всего одна буква. Попов аж запасы воздуха в легких забыл пополнить. Всего лишь буква прямо на шее со стороны спины, там, где всегда закрывает футболка. «J». -Ты че… - пробормотал парень, но в голосе уже не было злости. Он протянул руку и коснулся двумя пальцами этого свежего рисунка. Аккуратно, будто боялся испортить. Эдуард шевельнулся, но не проснулся, только сильнее зарылся в подушку и перевернулся на бок, открывая еще больше надписей, рисунков, шрамов, будто все его тело было книгой, которую никто еще не прочитал до конца. Джей невольно задержал взгляд, петляя им от одного узора к другому, изучая каждый. Вообще-то, он не думал, что у Эда их… столько. -Блять… ты что, дневник на себе ведешь… - выдохнул он, присаживаясь рядом. –«J»… я, что ли? Или глючит… Склонившись ближе, он силился разглядеть, в каком стиле выполнен шрифт. Грубые, немного неровные линии, будто паренек сделал это где-то на коленке, у первого попавшегося знакомого с иголкой и чернилами. Почему J? Мысли лезли в голову, будто навязчивые мухи. Почему Анджей вообще думает про это? Неизвестно, просто его похмельный мозг зацепился за эту мелочь и зафиксировал все его внимание на загадочном символе. Его даже почему-то потряхивало. Не от холода, не от злости, даже не от адской боли в голове, глазах, спине, везде. Нет, просто, он догадывался, но не хотел думать об этом. -Ты меня бесишь, Выграновский. Слышишь? Бе-сишь. Ответа, конечно, не последовало. Только чуть более глубокое дыхание и тихое, почти невинное сопение, от которого в груди сдавило. «J». -Джей. – шепнул адвокат. -Джей – это я. А ты не умеешь жить ради себя, да? – хмыкнул юрист, зачем-то проводя пальцем вдоль его позвонков вниз, почти до середины спины. Джей не был уверен, что хотел это видеть. Все-таки, это не просто буква. Это его буква. По крайней мере, так думалось. -Ну и ладно… - адвокат зажмурился, с силой сжимая переносицу. Господи, ну зачем эти загадки, Выграновский? Все равно поговорит с ним, когда тот проснется. Просто потому, что нельзя так, нужно предупреждать, когда такое набиваешь. Хотя бы… хотя бы посоветоваться там. Еще немного посидев рядом со спящим молодым человеком, Анджей снова шумно вздохнул, накидывая на него свой тренч, который как раз валялся под рукой, недалеко от входной двери. -Хер с тобой, наркоша, спи. Совсем недолго постоял на одном месте, чуть покачиваясь и разглядывая изрисованное тело на полу, почти заботливо укрытое бежевым адвокатским плащом. Просто уйди, пусть валяется спит. Он же взрослый, это вообще не твои проблемы. Этот парень тебе вообще никто. -Ну да. Никто. – хмыкнул он себе под нос, не особо веря даже в интонацию. И все равно не ушел. Отнести его на диван? А если проснется и опять начнет нести херню? Так оставить? Можно, но как-то жалко его, что ли. Адвокат тихо выдохнул, протерев лицо ладонями. -Ладно, ублюдок. Но только потому что ты вчера выжрал больше. И только потому, что похож на полудохлого котенка. Я не добрый, запомни это. Он как-то совсем неловко опустился на корточки, подтягивая Эда повыше к себе. Чертыхаясь и проклиная весь мир за то, что барыга выглядит довольно худым, но по факту – в нем все килограммов 80, потащил его в сторону дивана, как мешок с картошкой. Кое-как доволок это тело до дивана, затаскивая его на мягкую поверхность и выдыхая. Если бы он сам не страдал от похмелья, то это все было бы гораздо проще провернуть. В любом случае, Джей больше не сказал ни слова. Просто уселся на спинку, откидываясь назад. Надо на работу собираться. Хотя даже неизвестно, сколько сейчас времени. Пришлось искать телефон, ставить его на зарядку, ждать, пока включится, а потом вздыхать. Куча сообщений, миллион пропущенных, вообще какая-то лажа. Арс не звонил хотя бы, значит, все в порядке. Там и действительно все хорошо, парни уже забросили вещи в отель и сейчас вдвоем пытались разобраться со всеми делами в ресторане. Пока Попов согласовывал все оставшиеся мелкие детали, нюансы и прочие не особо значимые проблемы, Шастун, лениво жуя нечто вроде чизкейка, заправлял всем декором. -Правее немного, а то криво. – посоветовал он, махнув свободной от десерта рукой. -Не-не, куда? Слишком сильно. Чутка левее. Ага, теперь повыше. Не-а, давай ниже. Парень, забравшийся на лестницу почти под самый потолок, в очередной раз закатил глаза, чуть опуская руку с гирляндой, на которой висели крупные фонарики. -Во, песня. – кивнул мальчик, давая добро. -Ну нет же! – внезапно выкрикнул он, оборачиваясь через плечо. -Ну я же четко сказал: сначала длинная белая скатерть, а сверху короткая серая! Не наоборот! Ну многослойность должна быть! Куда ты ставишь вазу? О Боги, меня окружают идиоты. – вздохнул бармен, наигранно закатив глаза. -Давай, я поставлю. Иди пока прими цветы, курьер должен был приехать. Да с черного входа! Ресторатор усмехнулся, наблюдая за тем, как паренек аккуратно крутит маленькую белоснежную вазочку, побираясь идеальный ракурс. А он умеет быть полезным. -Арсений Сергеевич, это вообще кто? – тихо уточнила управляющая, прижимая папку со всеми документами, что только что подписал мужчина поплотнее к груди. -Антон. – коротко ответил брюнет, переводя на нее взгляд. -Не мешай ему. Он с декором лучше любого дизайнера справляется. -Ну… хорошо. – пожала плечами девушка. -Если вас устраивает… Тем временем Шастун чуть не навернулся головой вниз с пуфика, пытаясь отодвинуть его на пару сантиметров по диагонали в сторону юго-запада, чтобы идеально выставить композицию из свечей. Мимо него пробежал организатор с папкой заказов, а из кухни доносились крики поваров, творящих заготовки в завтрашнему дню. -Арсений Сергеевич… - тяжело вздохнула рыжая дама с очень-очень мелкими, красивыми кудряшками. -Вы точно уверены, что завтра не будет… катастрофы? -Нет. – честно признался Арс, глядя, как Тоша вытирает поверхность под свечами мягкой тканью. -Но это будет красивая катастрофа. С правильными скатертями. – он снова вернулся к планшету, в котором вносил некоторые правки по графику выступлений, больше не обращая внимания на свою собеседницу. Та немного помялась на месте, а потом развернулась и довольно спешно ушла в кабинет. Еще много дел, нужно работать, всем нужно работать. Попов поставил точку, примерно прикидывая, как бы так сделать, чтобы реально это все не превратилось в апокалипсис. -НЕТ! – пронзил пространство знакомый крик отчаяния. Арсений вздохнул даже не дернувшись. Опять Антону куда-то не туда поставили цветочек или график с водой не под тем углом стоит. -Не сметь ставить бутылки с банками в один ряд! Не сметь я сказал! -Так точно… -Еще раз и я каждого под барменский трибунал пущу, я понятно объясняю?! -Никак нет… ой… так точно. Мужчина озадаченно вскинул бровь, пока Шастун удовлетворенно поправлял салфетки, попутно нравоучая кого-то из персонала. Он и правда только что пугал кого-то трибуналом? Ему стоит меньше общаться с Анджеем. Голубые глаза задержались на сосредоточенном лице парнишки чуть дольше, чем следовало. Прядка спадала на его лоб, и он постоянно сдувал ее вбок, чтобы не мешалась, но та упорно возвращалась, снова щекоча кожу и мешая ему с ювелирной точностью раскладывать приборы. Буквально через пару секунд ее аккуратно заправили за ухо чужие пальцы. Антон поднял голову, встречаясь взглядом с ресторатором. -Пасиба. – кивнул он слишком сильно, и прядь опять выпрыгнула. -Да сука. – мальчик хотел было опять сдуть ее, но вдруг застыл, глядя куда-то мимо Арсения. -Арс, это что? – шепнул он, медленно моргнув. Мужчина обернулся, но… ничего. Все как и было. -О чем ты, солнце? -Это… - нижнее веко дрогнуло пару раз. -Они положили горчичный плед на терракотовое кресло? Вы что, в аду все росли?! – хотел был рвануть он к несчастному покрывалу, но Попов перехватил его за руку, оттягивая обратно. Он же так с ума сойдет. -Солнце, все будет нормально. – тихо сказал мужчина, удерживая его около себя. -Ты все правильно делаешь. -Ты слишком часто это говоришь, я начинаю переживать. – буркнул бармен, взглядом испепеляя каждый сантиметр помещения. -Я просто не хочу, чтобы твой новый ресторан начал свою жизнь с… апоколипсиса. Арсений чуть усмехнулся. Там, где вообще есть Антон – спокойно быть не может. Поэтому он даже не тешил себя надеждами на спокойное открытие. А вот отделаться малыми жертвами – да, было бы славно. -Шары все равно надо отменить. Они не вписываются в общий концепт. -Уже отменил. Еще до того, как ты успел взбеситься. -Ну и сука ты… - хмыкнул Шастун. -ТАК! – снова рявкнул он так резко, что даже Попов дернулся. -Всем смирно! У нас несколько часов до полного пиздеца! И я не хочу встречать конец света в хреново оформленном заведении! Арс рассмеялся уже вслух. Да, это точно будет катастрофа. Зато во главе будет стоять этот двухметровый кудрявый придурок, с вечно выбивающейся прядкой. Полководец он, может, так себе, зато какой красивый, когда горит чем-то. Это точно того стоит.