Хочешь, я куплю тебе солнце?

Тихий, поздний вечер в Баскюле. Аля и Марина ходят между столиков, пока Слава выясняет отношения с новым барменом. Не нравится он ему, это — не Антон, он не работает также быстро и легко, ему тяжело с ним сработаться, потому что Вячеслав — это про качество и скорость в одном, а за ним просто не успевают. Зато Эд, который устало развалился на диванчике в VIP-зоне, вроде бы, даже не думал ни о чем. Джей тоже здесь, вместе с Оксаной. Серые глаза, оторвавшись от экрана ноутбука, на котором он читал какие-то документы насчет поставок в кофейню, переместились вбок, пристально вглядываясь в улыбку Анджея. Ну да, естественно. Парень тихо хмыкнул, возвращаясь к своим делам. Адвокат счастлив. Все, точка, больше ничего не нужно. Еще и на мозги ему капают уже который день: «найди себе кого-нибудь», «хватит шататься в одиночестве», «тебе нужен кто-то». Особенно Антон. Этот вообще, кажется, весь Дай Винчик пролистал, в поисках хоть кого-нибудь для него. Придурок. Вскоре к ним подошла Аля, как раз принесла еще кофе Эду, который, вообще-то, со вчерашнего дня не спал: времени не было. -Спасибо. — буркнул он, не глядя на нее. А потом вдруг выпрямился, моргнув несколько раз. -Стой. Ты занята после смены? -Да нет… — чуть замявшись ответила девушка, поправляя чашечку на столе. -Адрес скину. Арс же лежал рядом с мирно посапывающим Антоном, прокручивая в голове все полученные отчеты. Минус двести семьдесят восемь тысяч. Это. Как. Он помнил графики, где линии прибыли его ресторанов только росли, взлетали вверх, как ракеты одного известного любителя электромобилей. А вот эта мразь. Ровная, как кардиограмма трупа. Или того хуже. Вниз улетела. Он зажмурился, совершенно бессильно проведя рукой по лицу. Как эта тварь вообще еще существует? И как вообще ТАКОЕ возможно? Он же ресторатор, способен накормить кого угодно: олигарха, министра, да кого хотите. Знает себестоимость устриц, сортирует вина по году и сорту, знает, сколько в пачке денег даже не на ощупь, а по запаху. И вот… вот эта маленькая, неисправимая мразь. Это он не про Шастуна сейчас. Один чертов кружечный бизнес, одна малюсенькая точка, прыщ ресторанного бизнеса — жрет деньги, как будто это просто огонь, в который только за их счет и горит. Там же ничего нет. Кофе, булки, два столика и Тоша с тряпкой. Все! Где эта дыра, в которую бабки утекают и возвращаться явно не планируют?

Вы 01:26

Я уволю управляющего, клянусь.

Где деньги?

Эд. 01:27 Хз. Ты управляющий. И я. Кого увольнять будем?

Вы 01:27

Без понятия, выбери ты.

Ты в Баскюле? Влад там? Хоть кто-то там?

Эд. 01:28 Ну, я тут. Джей тут. Оксана тут. Влад спит. Что ты хочешь? Скажи и я сделаю.

Вы 01:29

Завтра чтобы у меня в офисе был маркетолог.

Стоп. Не так.

Маркетолог, шеф, дизайнер, архитектор, все, кого найдешь.

Мы устраиваем кофейный ренессанс.

Эта дрянь станет жемчужиной моей коллекции.

Эд. 01:31 Не пиши мне, шизик. Завтра будут. -Арс? Мужчина чуть не выронил телефон, потому что никак не ожидал, что тело на нем решит проснуться именно сейчас, когда он грозится Эду уволить всех, потом опять нанять и снова уволить просто так, чтобы не скучали. -А? — Попов моментально выключил экран, отложив устройство на тумбочку. -Я хотел спросить, если ты завтра сможешь отвезти меня на работу. У меня чет в машине там отвалилось, Джеюшка обещал посмотреть, но потом сказал, что ему лень этим заниматься сегодня. — Шастун особо и не просыпался, просто выдал кучу ненужной информации и, кажется, уснул обратно. -Да-да, конечно. Арсений выдохнул, прижимая его посильнее к себе. Сколько он еще сможет скрывать? Непонятно. И что будет, когда узнает? Думать об этом абсолютно не хотелось, но приходилось. Как минимум — нужно понять, как ему помягче об этом сказать. А говорить придется, потому что, если мелкий узнает от кого-то другого: точно беда. Утром едва не спалился, совершенно забыв спросить адрес, мол не знает, где его же кофейня располагается, потом чуть не открыл ее своим же ключом, вовремя извернулся, сказав, что просто хотел посмотреть на замок. Тупость какая. Ну и напоследок — хотел указания на день выдать. Сдержался. Слишком привык, что Антон работает у него, привык, что заезжает ночью просто так, просто чтобы проверить, как он там за стойкой, не сдох ли еще? Один раз задумался, по привычке заехал в Баскюль, а там не Шастун за стойкой. Долго не понимал, потом закатил глаза, лишил кого-то премии просто из раздражения и снова уехал. Потом вернул премию, а то не дело. Краем глаза заметил, как дверь за пареньком закрылась, неприятно щелкнув. Замки бы на нормальные сменить. И колокольчик этот дебильный убрать к ебене фене, он там вообще не пришей кобыле хвост. Да хрен с ним с колокольчиком, как из этого хоть рубль вытянуть?! Цыкнув, мужчина открыл переписку с Эдом, который упорно не отвечал на его сообщения. Ну, мало ли, чем они там с Джеем занимаются. Может, морду кому бьет, может, ему морду бьют, а может, они с Анджеем друг другу. Их методы черт разберешь. Главное, чтобы к его приезду в офис там были все. И пока Арсений думал и разрывался между «говорить» и «помолчать подольше», Антон спокойно поприветствовал свою обитель безнадеги и кофеиновой депрессии, вооружившись веником. Удивительно, каждое утро тут пыль какая-то лютая. Интересно, откуда? Штукатурка, что ли, настолько хреновая? На столиках лежала новая стопка салфеток. Необычные такие, белоснежные, плотные. Саша, что ли, притащила? Ну хоть кто-то кроме него занимается этой богодельней. Он и так много сделал: новую коктейльную карту составил, которая никому (невероятно) абсолютно не нужна была, где-то какие-то косяки в стенах подкрасил, поправил, как мог. Облагораживал свое место работы, так сказать. Вливать сюда деньги ему пока что было жалко, да и не было у него столько, а у Арса просить — все равно, что унижаться. Если честно, ослиное упрямство медленно отступало, заставляя его чувствовать что-то вроде тоски. По шумным сменам, по друзьям, по своей родимой стойке. Такой темной, лакированной, идеальной, блестящей, широкой, самой лучшей стоечке. Зря он решил, что упереться рогом будет хорошей идеей. Судя по всему, Попов способен его переиграть в плане терпения. Бесило, невероятно сильно бесило, даже давало мотивацию продолжать ходить сюда, втыкать в стену несколько часов, а потом снова уходить. А Карина, как продала заведение, так и не появлялась тут больше. Наверное, отдала долги, уехала куда-нибудь отдохнуть. Да и новый владелец не появляется никак. Интересно, что за дебил купил? Этот человек — точно идиот. Никто здравомыслящий не купит такую хрень. Из мыслей про хозяина его выдернул уже надоедливый звук колокольчика. -Добрый день! Уже зна… — Шастун отвлекся от телефона, но тут же помрачнел, закрыл рот и уселся обратно на свой расхлябанный стул. -Че тебе? -Привет, братик. — доброжелательно улыбнулся Юля, проходя ближе к прилавку. -А ничего, да? Хорошее местечко. Тоша глубоко вдохнул, стараясь не сорваться. Нет, правда, она же сидела все это время тихо-молча. Утром куда-то там уходила, вечером приходила (иногда), он ее почти не видел. Идеальное время. Теперь-то что? -Съеби, а? — вежливо попросил зеленоглазый, даже не глядя на посетительницу. -Ты всегда был грубым. — хмыкнули ему в ответ. -А если я скажу, что у меня есть доказательства, что твой Арс тебя обманывает? Антон насторожился, на секунду притормозив в бессмысленном перелистывании домашней страницы на телефоне туда-сюда. Палец завис над иконкой калькулятора. -Не неси херни. — мотнул он головой, возвращаясь к своим невероятно важным делам. -Иди куда шла, никакого желания тебя видеть. -Очень жаль, Антош. — слишком уж удрученно вздохнула Юля, но с места так и не сдвинулась. Наоборот, облокотилась на ближайший столик, беспечно разглядывая те самые салфеточки. -Просто, я же как лучше хочу. Ну, знаешь, Арсюша последнее время такой… скрытный? Парень не слушал, даже не собирался. Эта крыса и не такое может придумать. Верить ей — гиблое дело, поэтому нужно просто полностью игнорировать ее присутствие. Насколько это возможно, конечно же. -Ой, ладно, хочешь жить в вечном обмане — пожалуйста. — наконец фыркнула девушка, закатив глаза. -Я тебе хотела как лучше сделать, но ты же самый умный. -Уходи, реально. — уже практически рыкнул студент, поднимая на нее полный осуждения и ненависти взгляд. -Вот реально. Еще после твоих приколов с «изменой» не отошел, вали, ради всего святого. -Если бы это была я — вы бы уже разошлись, как в море корабли. — высокомерно заявили ему в ответ. -Но я таким больше не промышляю. Я хочу наладить с тобой отношения, извиниться, помочь, открыть глаза. Понимаешь? Арсюша твой — не такой белый и пушистый, каким тебе рисуется. -Юля. -Антон. Правда, я же ради тебя все это делаю. Ты разве не заметил, какой он странный в последние дни? Прячет мобильник, о чем-то с Эдом постоянно говорит, нервы у него какие-то непонятные. Не замечал, нет? Шастун слушал, но не хотел. Просто она жужжит на ухо, как муха, невозможно не заметить. Слова как-то сами просачивались в мозг, заставляя вспоминать и додумывать. Так уж работает наше сознание, что поделать. -Ну. — буркнул наконец он, когда понял, что сейчас она не выдумывает. Нет, частично, конечно — ложь, ничего Арс его не обманывает. Просто ей хочется, чтобы они поссорились, вот и все. Даже интересно, что она там придумала. -Ну и вот. — девушка кинула перед ним свой телефон. -Читай. Текст сначала читали очень нехотя. Ну какой-то договор, ну покупки, ну и что? Что тут… такого. Зеленые глаза распахнулись, когда он дошел до самых важных строчек. Да не. -Че это? — на всякий случай уточнил он, надеясь, что это фотошоп, тупая шутка, какой-нибудь бред, выдуманный его падлой-сестрой. -Договор, братик. — нравоучительно заметила она в ответ. -Договор о том, что твой Арсюша купил эту богодельню. И тебе ничего не сказал. Ты, кажется… уволился у него из ресторана, да? Прости, если не права. Антон сглотнул, а потом широко улыбнулся, срываясь на нервный смех. -Ты серьезно думаешь, что я в это поверю? Это ж фотошоп галимый. Да и откуда у тебя документы его? Ври лучше, ага. -А вот так? — Юля, с плохо скрываемым удовольствием, перелистнула фотографию. Да вашу мать! Она что, следит за всеми вообще?! -Смотри, знакомая такая, приметная машинка. Чуть ли не единственная во всем городе. Ну да, черная Импала, ну да, перед кофейней. И что такого? Мало ли… да мало ли! -Юль, это вообще ничего не доказывает. — мотнул головой Шастун, отказываясь верить во все эти бредни. -Просто Джей заезжал, я тоже его тут видел. И что? -Да ничего, Шастун! — наконец взвилась девушка, коротко стукнув его пальцем по лбу. -Плюс с минус сложи, додик кудрявый. Джей с Эдом ошиваются тут, Арс скрывается, договор я тебе показываю. Между прочим, было очень тяжело его выудить у твоего этого депрессивного куска юриста! -А, ну вот сейчас все и решим. Дай сюда мобилу. — прошипел Тоша, перелистывая фотографии обратно на договор и скидывая его себе. -Щас, щас вскроется твоя натура уродская. Щас…

Вы 14:12

Эд че это?

Эд 14:13 Договор, дебил. Учись читать без моей помощи. У меня дела. Стоп. Откуда у тебя этот договор? Ты где его взял?

Вы 14:13

Выграновский ты шутишь?

ВЫГРАНОВСКИЙ

Эд 14:14 Мне нужна помощь зала. Без своего адвоката я тебе больше ничего не скажу.

Вы 14:14

Я ТЕБЕ ДЕПРЕССИЮ ТВОЮ ЧЕРЕЗ ГЛОТКУ ДОСТАНУ ХУЕСОС

ЭТО ЧТО Я СПРАШИВАЮ

РЕАЛЬНО ТАКОЙ ЕСТЬ?

Вот теперь становилось не то, что страшно, становилось охренеть, как обидно, непонятно, неприятно, и вообще. Это что за такое. На гневные сообщения больше никто ничего не отвечал, видимо, пошла полным ходом консультация со всеми соучастниками. Вот уроды. Все трое. -Ну, что? Вскрылась моя «уродская натура»? — с насмешкой уточнила Юля, глядя в потемневшие зеленые глаза родственника. -Антош, проснись, я тебе не вру. -Мне надо отъехать. — коротко сообщил мальчик стальным тоном, моментально выходя из своего убежища. Не смешно. Вот вообще не смешно. Совсем абсолютно точно не смешно. -Выйди на улицу. В офисе Арса творился… это даже не апокалипсис. Это натуральный пиздец. Никто не мог понять, откуда у Антона взялся этот договор. Эд мог поклясться, что убрал его к остальным бумажкам, даже не трогал его, он никуда не пропадал, никто в его делах не роется и никогда не рылся. Причин не верить ему не было, этот реально способен руку отгрызть, если кто-то сунется в его папки. Джей тоже своим (теперь уже) ровным носом клялся, что ничего никому не рассказывал, не показывал, на руки не выдавал. Ресторатор же даже не знал, какие отговорки вот сейчас следует придумывать. Консилиум из трех идиотов плодов не приносил, отговорок не было, оправданий тоже. -Давай скажем, что ты не знал? — предложил Анджей, заранее выбирая себе шкаф, в который он будет прятаться. -Уйди отсюда, барыга, я уже забронировал этот. -Да херня, какое не знал? — отмахнулся Эдуард, примеряясь к пространству под столом. Заметно будет. -Идиоту понятно, что знал. Шастун хоть и идиот, но не прямо вот такой. -Давайте все скажем, что это шутка такая? Карие и серые глаза посмотрели на него с одинаковым презрением. Тоже верно, так себе идея. -Ты хоть представляешь, что тут начнется? — уточнил адвокат, спешно снимая полки в шкафу, чтобы запихнуться туда. -Это же все. Даже мне страшно, Выграновский, это чудеса какие-то. Но ему уже никто не отвечал. Не для такого конца он всю жизнь выживал, именно поэтому прямо сейчас парень в черном тренче уверенно вылез в окно, цепляясь за карниз. Чем в большей недосягаемости он будет — тем целее останется. В данный момент крыша — более, чем улыбалась. Не зря от ментов половину жизнь пробегал, какие-то навыки еще остались. -Сука ты, Выграновский! Почему бы меня туда с собой не взять?! — выкрикнул Анджей, успев заметить только то, как белые кроссовки мелькнули снаружи здания, тут же исчезая за верхней рамкой окна. -Нет, ты видел? -Из нас выживет только он. — холодно заметил Арс, усаживаясь на свое кресло и совершенно покорно складывая руки на столе. -И Антон. Видимо. Все стало понятно еще до того, как дверь хлопнула. Почерк зеленоглазого был узнаваем идеально — громко, категорично, с разлетающейся мебелью. Как будто в помещение влетал не он сам, а мама-анархия. Единственная надежда Арсения была на охранный пост на входе. Но те, видимо, не справились. Что ж, ожидаемо. Антон стоял на пороге с таким видом, словно не на метро ехал, а буквально пробежал половину Москвы, ни разу не остановившись. Все еще в этой своей нелепой форме с логотипом, который, к слову, мужчина уже планировал заменить. Его буквально трясло от злости. Анджей в шкафу скривился, стараясь не дышать лишний раз. Эд удобно лежал на крыше, не спеша спускаться на землю. -Ты, блять, серьезно?! Ты купил мою работу?! — каждое его слово летело как пощечина, никаких тебе «привет», «надо поговорить» и прочего. Просто, четко и по делу. -Ты купил МОЮ РАБОТУ! Ты вообще слышишь саму формулировку?! Я вообще тебе кто?! Домашнее животное, блять?! -Ты мне муж. — тихо ответил Арс, не поднимая глаз от каких-то там бумаг. Он не знал каких, схватил первое, что попалось под руку, даже не читал, просто делал вид, что сильно занятой. -А еще я человек! — Шастун даже не думал сбавлять тон. Пусть там кто-то работает, перекладывает свои бумажки дебильные, дергается каждый раз, когда он открывает рот. Да наплевать. -Я человек, которому, знаешь ли, иногда хочется самому зарабатывать, самому жить, самому, сука! А не просыпаться в золотой клетке и знать, что теперь и работа моя — тоже твое! Что ты там еще купишь, Арсений?! Мой универ?! Моих друзей?! АХ ДА, они же уже работаю НА ТЕБЯ! -Это была убыточная дыра. — спокойно произнес Попов самым выверенным тоном, какой только мог выдавить из себя в этой ситуации. На самом деле, ему было очень. Очень. Очень страшно. -Я не хочу, чтобы ты работал в таких условиях. -Хоть себе не пизди! — зеленоглазый стукнул по тому самому шкафу, в котором ныкался Джей. Тот чуть не хрюкнул от неожиданности, но сдержался, сохраняя полное молчание. Выграновский слышал. Еще как слышал. Но солнышко так приятно грело, что он задремал. -Ты просто не вынес, что я где-то, где тебя нет! Не вынес, что не можешь контролировать! Что я, мать твою, выхожу из-под твоей опеки хотя бы на пару часов в день! Он даже не кричал, это криком-то сложно назвать. Что-то странное, между отчаянной просьбой не держать, ультразвуком, хрипом и срывом на истерический смех моментами. Вены на шее вздулись, глаза блестели от предательских слез. Не потому что слабый, а потому что больно. Потому что никак не ожидал. Потому что надеялся, что, может быть, хотя бы здесь брюнет не перегнет. А тот молчал, он даже не знал, что вообще сказать можно. «Я люблю тебя» — язык не поворачивался, потому что не к месту, потому что это было бы не любовью, а жалкой попыткой оправдаться. Шастун стоял напротив, трясясь от злобы, ненависти, обиды и всего в одном флаконе. Он ждал какого-нибудь ответа, чтобы завестись снова, чтобы перевернуть стол, кинуть в Арса что-нибудь тяжелое, чтобы неповадно было, чтобы понял уже наконец. Но никакой встречной реплики не услышал, да и ничего достаточно тяжелого не нашел, чтобы швырнуть. Даже несчастного ножика или ножниц нигде не завалялось. Вообще ничего. Ни «извини», ни «давай поговорим», ни «я дебил». Ни-че-го. Тогда Антон резко развернулся, сделав шаг обратно к двери, но вдруг остановился. -Ты хотя бы понимаешь, как это выглядит со стороны? — сипло, с слышимой дрожью в голосе спросил он, не оборачиваясь. -Я, значит, гордо увольняюсь, устраиваюсь сам, а через несколько недель — на, получай. Мой муж владеет местом, где я работаю. И я — снова твой подчиненный. Только теперь не в ресторане. И без ведома. Ты вообще умеешь тормозить? Ты когда-нибудь остановишься? -Когда ты будешь… в безопасности. — тихо выдавил Арсений все, что смог. -А я когда-нибудь буду в покое? В ответ парень услышал лишь звенящую после его голоса тишину. Больше он ничего не стал говорить, просто вышел за порог. На этот раз — без хлопка дверью, без осыпающейся за ним штукатурки. Просто тихо вышел. Даже слишком тихо. А такое пугало куда сильнее. Только сейчас Анджей вспомнил, что должен дышать и курить, поэтому закашлялся, вываливаясь наружу. Вставлять свои пять копеек пока не решился, просто откашливался на полу, судорожно ища в кармане пачку сигарет. Не курил минут 7, невероятно тяжело, очень сложно. Эд на крыше лениво приоткрыл один глаз, когда шум стих. Либо он всех убил, либо просто ушел. Проверять не хотелось, да и зачем? Джей сам расскажет. Юля вздохнула, мечтательно подперев голову рукой. Шикарно. Все прошло просто идеально. Да, с изменой так себе получилось. Но поймите человека: не было времени подготовиться. Так только, заранее фотографию сделала для подстраховки, кое-как вообще узнала, где этот мужик будет тусоваться, и то, подслушивать пришлось. Тоже так себе удовольствие, учитывая толщину дверей и стен в доме. Неудивительно, что не сработало. Зато почва прощупалась: Антон психует. Психует, звонит, выясняет. А потом Арсений все сделал за нее. И кофейню купил, и по телефону на кухне говорил громко, и вообще, спасибо большое. Работы почти не осталось. Всего лишь узнать, куда, во сколько и когда. Потом немного поднапрячься, подслушать, подсмотреть, найти… ну, время было, да и возможность тоже. Эд не в курсе ее детства, частенько просит ее принести таблетки, когда забывает их там. Ну, а больше ей и не нужно. Вуаля: дело сделано, Тоша дома не появляется второй день, Арс на взводе, Джей со своим псом прочесывают город. Шика-арно. Девушка хихикнула, откидываясь на спинку стула и довольно отпила свой свежесваренный кофе. Жизнь-то начинается налаживаться. И сырок вкусный. Можно быть уверенной, что Антона они так легко не найдут. Пусть хоть головой об асфальт бьются — не смогут. У парня всегда был талант к исчезновениям. В родном Воронеже сколько раз из дома сбегал — ни разу не отыскали. Просто сам возвращался. Сам же психанувший тоже в этом был уверен. Во-первых, сейчас он у Кати с Димой, но сюда эти двое припрутся почти в первую очередь. Сразу после того, как заскочат в старую квартиру, в общагу и соберут всю свою армию. У Кати вон уже поджимает, врачи советуют на всякий случай лечь в больницу, потому что есть вариант, что она может переносить, а это очень не хорошо. Он появился на пороге у пары довольно поздно. Сначала целый день вообще нигде не отсвечивал, просто шатался по каким-то отдаленным районам Москвы, чуть не подрался с гопниками, но потом нашли общий язык и бахнули по пиву. Нормальные типы, веселые. Только ночью приехал сюда: просто чтобы поспать. Глаза Димы сначала были полны сна, потом удивления, а потом и ужаса. Он еще помнил, как дверь выбили с ноги. Не хотелось бы повторять. -Тоха? Ты че… -Можно я просто… — Шастун кашлянул, неоднозначно качнув головой. -Тут побуду? Позов, естественно, отказывать не стал. Пропустил друга внутрь без лишних вопросов. Просто молча заварил ему единственное, что было на кухне — травяной чай Екатерины. Антон тоже не говорил, что случилось, просто уткнулся взглядом в отвар, проворачивая в голове тысячу и один вариант того, как быть дальше. -Тебя искать будут? — уточнил Дмитрий, потирая заспанное лицо ладонями, чтобы хоть немного взбодриться. -Будут. — глухо буркнули ему в ответ. -Но сюда придут не скоро. -Расскажешь, что у вас там случилось? -Ничего, Поз. — раздраженно отмахнулся Тоша, отодвинув от себя чашку. Невозможно это пить. Дрянь какая. -Арс купил мою же работу, я узнал об этом вообще от Юли. Ты понимаешь? У меня нет ни шанса жить свою жизнь самостоятельно. Ни одного. Где-то за дверьми этого дома, в другом районе Москвы кипела истерика ресторатора, ругались адвокат и прокурор, обзванивая отделы, морги, больницы и… неизвестно, кого обзванивал Выграновский, но вот если придут от него — будет даже хуже, чем увидеть черный минивэн под окнами. Хоть здесь тихо было. -Есть у тебя не эта дрянь, а нормально пойло? -Есть. — очень тихо сообщил Дима, срываясь на балкон. Ого, выдрессировали его нормально. -Вот. Только не спейся к утру, я тебя умоляю. А я спать пойду, ладно? -Не бахнешь со мной? — жалостливо спросил Шастун, профессионально откупоривая сначала бутылку какого-то дешевого вина, а сразу за ней и портвейна, который они когда-то не допили. Мешать так мешать, погибать — так пьяным. -Брат… — выдохнул Поз, оглядывая эту картину ночного алкоголизма. -Ой, да ладно. Конечно. Давай, наливай. Арсений не спал. Совсем не спал. Постоянно проверял телефон, вливал в себя сначала кофе, потом кофе с ликером, потом просто ликер. Где-то через сутки понял, что такими темпами скорее сдохнет, чем добьется результата. Грубый вопрос «Где он?» в седьмой раз за два часа тоже пользы не приносил, его брат просто посылал в пешее эротическое, приказывая не мешать работать умным людям. Мужчина никогда не чувствовал себя настолько беспомощным. Не потому что Антон ушел, а потому что его не могли найти. Не мог найти Анджей, у которого связи чуть ли не на Марсе, не мог найти Эд, у которого все районы по прикопам распределены, он будто испарился. Взял и растворился в воздухе. -У Позова были? — уже в пятый раз спросил он, уткнувшись лбом в ладони. -Трижды, братец. Трижды. В разное время суток, его там нет. -Да сука… Рука уже сама собой потянулась к бутылке, как вдруг ее кто-то очень учтиво отодвинул, не позволяя брюнету схватиться и снова приложиться к горлу. Голубые, уже нетрезвые глаза наткнулись сначала на женскую руку, потом на лицо сестры беглеца. -Не надо вам столько. — мягко произнесла она, убирая почти опустевшую тару подальше. -Я не знаю, что у вас случилось, но Антоша обязательно вернется. Он у меня вредный, но… -Юль, вот вообще не в тему. — вздохнул мужчина, крепко зажмуриваясь. -Вот кой хрен мне вообще понадобилась эта кофейня чертова? -М? Какая кофейня? — сделала максимально недоуменное лицо молодая особа, присаживаясь рядом с ним на стул. -Да в которую Антон устроился, когда из ресторана моего ушел. Я как дебил, закипел, купил, ничего ему не сказал. Зачем, почему, ради чего? Я сам не понял. -О-о… — покачала понимающе головой младшая, очень сочувствующе глядя на собеседника. -Да, это вы погорячились. Но… вы же хотели как лучше. -Хотел. -Ну вот, а Тошечка просто вас не так понял. Он вообще неблагодарный. Для него вот все делаешь, а он — сбегает. -Это да. Юля незаметно улыбнулась. Идеально. -И что тогда вы переживаете? Ничего с ним не случится, Шастун — живучий мальчик. — ее подушечки пальцев очень-очень аккуратно дотронулись до кисти брюнета, на секунду замерев. Зеленые глаза впились в его лицо, чтобы разобрать эмоции. Тот руку не убрал лишь потому, что и не заметил, все его мысли кружили лишь вокруг таких же зеленых, но более глубоких и наполненных смыслом глаз. Тогда девушка чуть увереннее коснулась его кожи, но пока что не сильно настойчиво. -У тебя вообще какая фамилия? — коротко спросил Арс, просто чтобы увести тему в другое русло, чтобы лишний раз не думать ни про каких Антонов и что с ними может случиться. -Тоже Шастун. У меня же папа — родной брат отца Тошечки. Фамилии-то у них одинаковые. -Ясно. -Арсений, вы не нервничайте. — Юля почему-то убрала руку, даже отодвинулась немного. -Идите, поспите. Вы уже столько не ложились. Идите, идите, я позвоню Джеюшке если что. Или трубку возьму, если позвонит. Попов лишь вздохнул, ничего не ответив. Когда он покинул помещение, девочка хмыкнула, проводив его спину взглядом. Мужики. Что в 16, что в 30 лет — одна и та же ерунда. Как жаль, как жаль, так легко покачнуть все их отношения… нужно всего лишь отобрать игрушку. Делов-то. Эд уселся на капоте Импалы, лениво подкуривая сигарету. Никакой информации. Узнал только, что давний кент помер. Тоже неприятные новости, но, в этом деле либо садишься, либо передоз. Вот так и ищи Антона, а находишь внезапные смерти давних коллег. -Давай, за мефедрон. — буркнул он, покачивая в руке только купленную бутылку виски. -Не чокаясь. — подметил адвокат, сразу же сделав глоток из второй. -Че делать-то будем? Максимов только через часа четыре имеет право работать. До шести — ни-ни. -Я помню. — кивнул Выграновский. -Тогда развяжи мне руки. -Нет. -Легавый, мы его найдем, если ты позволишь мне. — настойчиво попросил студент, поднимая взгляд куда-то в темноту. -Просто позволь. Анджей фыркнул, нервно втягивая разом половину сигареты. Ну, а какие варианты? Если они не хотят еще неделю мотаться по всему городу и заглядывать в каждую подворотню, отвечая при этом на звонки пьяного Арсения раз в пять минут — нужно позволить ему работать. -Ладно. — голос звучал уверено, но уже не так жестко, как обычно. -Можно. Серые глаза блеснули чем-то неясным. То ли дарованная свобода позволила почувствовать себя в прежней тарелке, то ли просто вся его натура заключалось в том, чтобы делать все и всегда против закона. Неясно. -Тогда я ушел. — хмыкнул паренек, накидывая капюшон. -Меня искать не надо, ладно? Вот теперь я сам тебя найду. -Какой же ты противно-пафосный. — закатил глаза Анджей, не вставая с капота. Он знал, что «развязанные руки» — это не метафора. Это реально может кого-то покалечить, разрушить чью-то целостность костей и заодно пустить по кривой дорожке. И за его развязанными руками всегда идут последствия. Но выбор между этим и спокойствием в семье был слишком очевиден в данном вопросе. Когда он появится — даже богу неизвестно. Появится ли вообще? Секрет. Найти его? Побойтесь кого-нибудь, в кого веруете, пацан по 228 статье не загремел в свое время, тут даже Антон позавидует. Поэтому адвокат просто смотрел в спину своего мальчика, неспешно шагающего в привычную ему темноту. Может быть, он растворится в подворотне, может, нырнет в знакомую дыру в заборе, а, быть может, и пропадет нигде не заявленном подвале. Джей мог лишь догадываться и верить в то, что мелкий еще не размяк под его опекой. -Фемида, лишь бы он заодно с малолеткой не испарился. Антон же сидел уже за другим столом на кухне другого человека, но теперь в одиночестве. Он где-то надыбал еще пива. Градус понижать нельзя, но в этом состоянии уже абсолютно наплевать. В руках до сих пор крутился телефон, который так и не решились включить. Уведомлений там, наверное, уже под сотню. Может, тысячу. Знать тоже не хотелось. Единственный человек здесь, который мог бы значиться собутыльником, уже давно покинул его, отправившись спать, будто и не оставлял на кухне человека, который собирался выбросить из жизни все — учебу, работу, Москву, друзей. Арсения. Парень даже нашел в себе силы и смелость посмотреть билеты Москва-Воронеж на чужом ноутбуке. Но все равно стер. И написал снова. И опять стер. Домой? Слово звучало совсем фальшиво. Где его дом? Здесь? Там? Где? Да, Тоша мог бы уехать, он знал дорогу до вокзала наизусть и добрался бы до туда даже в состоянии нестояния, мог бы оставить все: бумажки, кофейни, рестораны, контроль этот долбаный, да даже любовь, которая душит. Мог бы, конечно мог, но внутри все сопротивлялось. Потому что тогда бы он проиграл. Тогда бы Арс победил и доказал, что Шастун — просто предмет, собственность, которую можно купить, продать, как здание, как бизнес, как что угодно. -Думаешь, я слабый? — спросил зеленоглазый у пустоты, не отрывая от нее взгляда. -Нет. Я думаю, что ты устал. — ответил он сам себе, шмыгнув носом. Старался говорить шепотом, чтобы случайно никого не разбудить. -Я хочу уехать. — продолжил свой странный диалог-монолог студент. -Уезжай. -Он будет искать. -Пусть ищет. Ты — не вещь. Это казалось правильным. Уехать, исчезнуть, спрятаться. Шастун даже немного гордился этой странной решимостью. Типа, вот он — такой самостоятельный, как и хотел, с характером, непробиваемый, бетонный. Попов достал, перешел все границы, нужно ставить точку и не терпеть больше такого отношения к себе. Но с каждым глотком пенного, за этой точкой начинали появляться запятые. И вот уже точка превратилась в многоточие, а в голове загудела одна сплошная каша. -Он же не специально. -Он просто не умеет по-другому. -Он ведь тебя любит. Реально любит. А ты вот так. Голоса в голове двоились, троились, расплывались в непонятную какофонию. Вычленить оттуда какие-то здравые мысли возможности не представлялось. Все-таки, и у него есть предел в алкоголе. Да, он почти недостижим, да, потребовалось время, прыжки по градусам и сомнительный набор бутылок, но тем не менее. -Если вернешься — поставь рамки. Не давай себя покупать никогда и ни за что. -Ты уже ставил рамки, это никак не помогло. Человек тебя не слышит и не хочет слышать. -Если не получится — уходи навсегда. -Не получится. -Это жестоко. -Это честно. -Арс, сука… — наконец простонал вслух Тоша, которого мысли рвали на миллион частей. Угомонить их шансов не было, понять — тем более. Мальчик упал лбом на свою руку, прикрывая глаза, чтобы попытаться заземлиться. В груди так и не затихали знакомые щемящие чувства тоски, обиды, любви и всего вместе взятого. Его даже бесило, что он скучает. Скучает по нему, по голосу, по «Шастун, мать твою», по утрам, по ночам, до по всему. Даже по заботе, завернутой в агрессию. Ну не хотелось ему бросать Арсения. Ну вот не хотелось от слова «совсем». Хотелось просто, чтобы его хотя бы попытались понять, принять, не кидать в «я все куплю, чтобы ты был рядом». Разве это так сложно? Потом он не помнил, как вытащил телефон, как мутным взглядом смотрел на откушенное яблоко, загоревшееся на черном экране, как посыпался шквал уведомлений во всех социальных сетях, мессенджерах, сообщениях, везде, абсолютно везде. Он не читал, но и не звонил. Просто смотрел, просто пытался размышлять о чем-то, хотя совершенно не был на это способен. -Я хотя бы жив. — хмыкнул он перед тем, как полностью провалиться в тревожный, но глубокий сон. Никаких кошмаров или радостных сновидений. Просто темнота. Тягучая, мерзкая, пустая. Эд начал работу с очевидного — с восстановления своей амуниции и освежения в памяти адресов, которые менялись со скоростью работы полиции. Добрался до личного схрона, где всегда оставлял все свои вещи, а с тех пор, как встретился с Анджеем — никогда сюда не возвращался. Совсем небольшой сарайчик в каком-то очень сомнительном районе, который забыли достроить. Да и вообще про него забыли. И слава богу. Вход был завален кирпичами, чтобы дети всякие не лазили, не ломали себе ничего. Выграновский вздохнул, поднимая взгляд наверх. Ну, полезли. Да, вход был с крыши. Можно попрощаться с белыми кроссовками после такой «ностальгии». Забравшись по выступающим, херово закрепленным, уже давно потрескавшимся кирпичам, он отряхнул руки, с отвращением глядя на прогнившие доски, которыми была прикрыта дыра. -Ну, привет. — усмехнулся парень, оттаскивая их в сторонку. Поймал парочку заноз, но это ли будет волновать такого человека? Как же давно его тут не было. Его личная крепость, которая спасала ни один раз, о которой хотелось бы забыть навсегда, но такое не забывается. Пыль поднялась, когда Эд приземлился на убитый дощатый пол, покрытый толстенным слоем грязи, говна и еще черти-пойми чего. Тут было совсем темно. Электричества, естественно, никакого не было. Да даже намека на него не наблюдалось. Только запах сырости, прошлого и чего-то до боли знакомого, такого, что до скрежета в зубах, до сжатого сердца. -Где ж ты… — ворчал человек, копаясь в самом углу. Он ведь точно оставлял сверток из старой, рваной футболке где-то здесь. То ли под этой доской, то ли вот этот кирпич двигался… ага, не забыл еще. -Привет, привет. — хищно улыбнулся студент, выуживая из стены кусок ткани. -Лишь бы работал. Развернув все это дело, к нему в руки попала доисторическая Нокиа, какие-то перчатки, а еще об пол шлепнулся пакетик. Эд безразлично взглянул на него, тихо хмыкнув. -Не, подруга. Я все. — поставил он в известность одиноко валяющуюся под ногами травку, которую теперь еще и утилизировать надо. Сейчас не это главное. К его счастью, устройство еще фурычало, пусть со скрипом и ненавистью ко всему живому. Именно в нем остался единственный действующий номер из его прошлой жизни: только входящие и СМС. Не хотелось им пользоваться. Совершенно не хотелось. И тем не менее, сообщение ушло. Совсем короткое, буквально одно слово. Зато на него ответили. Отлично, не сторчался еще. Некий «Коленвал» дал ему новый адрес давнего партнера. Конечно же не сразу. Но стоило припомнить ему всего один косяк — и все отговорки отпали. Еще через полтора часа он уже был где-то на Преображенке, перепрыгивая перила и ныряя в подвальное помещение без всяких опознавательных знаков. -Стоять. — донесся сбоку голос местной «охраны». -Ты куда так уверенно спешишь? -Ви. — коротко бросил Эд, не вынимая рук из кармана. -Знаком тебе такой? -Ви? — недоверчиво уточнил человек с большим шрамом на брови. -Тут такие не водятся. Выграновский закатил глаза, поворачиваясь к нему целиком, немного спуская свою маску с лица. -Фарма. -О как. Ты еще жив? -Похож на трупа? -Мы думали тебя закрыли. — почесал затылок парень, задумчиво причмокнув, как будто призрака увидел. -Не дождетесь. — брякнул Эд, плечом открывая дверь в помещение. Ага-а. Подпольная букмекерка. Сильно, сильно. Оглядевшись, он проследовал дальше, мастерски лавируя между небольшим скоплением странных людей, кого-то пихнул плечом, кого-то аккуратно обошел, он знал почти всех. Но интересовал только один: тот, что стоял в уголке, шурша купюрами -Доброе утро. — спокойно поздоровался Эд, приваливаясь плечом к стене рядом со своим знакомым. -Так узнаешь или цирк разведем? -Ви? — удивленно вскинул брови букмекер, отвлекаясь от пересчета денег и упираясь взглядом в пустые глаза цвета мутного льда. -Ахуеть. Мы думали… -Да-да, мне похер, что вы думали. — отмахнулся Выграновский моментально. -Помнится мне, что у тебя один канал был. Мне он сейчас нужен. -Ага. Поверил. — усмехнулся собеседник, возвращаясь к своему занятию с самого начала. -Пропал, на связь не выходил, заказы не работал. Мы решили, что тебя закрыли, пожелали удачной отсидки и забили. А ты, оказывается, на свободе разгуливаешь. Знаешь, кто выходит так из дел? -Я. — огрызнулся Эдуард. -Хочешь, я могу вспомнить твой проеб на хате с Черкизовки? Человек сглотнул, явно погружаясь в раздумья. -Мусорнешься ведь. -Я мусорнусь, если ты мне канал не дашь. — рыкнул студент, одним движением хватая парня за шиворот и с силой наклоняя вниз, чтобы не отсвечивал. Тот что-то хрипнул, но пригнулся. -У меня человек близкий пропал. Мне нужен твой канал. А мути за тобой — дай боже. У меня новая жизнь, новые люди, чистота и цивильнота. Я исчезну также быстро, как и появился, без последствий, без мусоров, без гнили. В отличие от твоей, моя репутация — кристалл. -Лед. — усмехнувшись поправил его парень, уже не сопротивляясь. -Чем докажешь? -Сука, я тебе еще не перебил колени. Это не доказательство? Сколько мы работаем? Хоть раз из-за меня у тебя были неприятности? -Нет. -Будут. Если не дашь канал. Гони, мразь. — он встряхнул его, чтобы в чувства привести. -Я второй раз так нежно просить не буду. Не угроза. Предупреждение. Шестой нашелся даже быстрее, чем Эд мог себе представить. Пришлось скататься куда-то на самый край Марьино, где люди-то уже не живут, а скорее мутируют себе тихонечко, чтобы отыскать его и задать парочку наводящих вопросов. Базы МВД у Выграновского уже не было: ту мобилу, на которой были все данные Анджей успешно разбил, а получить такой доступ еще раз — целая каторга. Зато у Шестого было все. Когда-то работал на поставке справок уголовникам, сливал и продавал данные, в общем, очень хороший информатор такой. А сейчас должен помочь своему старому товарищу. Уже изрядно уставший, парень коротко стукнул костяшкой указательного пальца по облупленной двери один раз. Хотелось спать, не видеть эти морды и забухать. Но из доступных вариантов сейчас было только третье. Да и то с нюансом: студент за рулем не совсем своей машины. За дверью вскоре послышалось копошение, какое-то бурчание, замок щелкнул не сразу. Эд знал, что сейчас происходит по ту сторону, поэтому предусмотрительно закрыл ладонью глазок. -Кто? — наконец раздался недовольный, грубый голос. Да, это Шестой. -Ви. — коротко, тихо бросил парень, убирая руку. Тишина на некоторое время повисла на лестничной клетке, прежде чем прозвучали два коротких щелчка и скрежет отодвинутой щеколды. -Не ждал. — собственник жилплощади чуть выглянул из щелочки, оценивая, действительно ли это он. В тусклом свете подъездной лампы стоял человек в черном худи, кепке, маске и перчатках. Очень знакомый силуэт, кстати. Когда козырек головного убора приподнялся, на Шестого посмотрели все те же серые глаза, что и несколько лет назад. -Ты не сел? -А ты? — хмыкнул Эд, уже самостоятельно открывая скрипучую дверь. -Сделай одолжение, посмотри одного человечка. Не в службу, а в дружбу. -Ты как меня нашел? — не унимался тот, но за порог все равно пустил. -Я где-то светился? -Тебе ведь говорили, что Зина — не самый молчаливый человек? — усмехнулся Выграновский, по-хозяйски проходя по коридору прямо в обуви. -Ты поможешь мне, а я никогда больше не появлюсь на пороге твоей хаты. И менты тоже. Как тебе идея? Парень лет 30 с довольно красивыми чертами лица закатил глаза, что-то там поматерился, но один факт того, что к нему пришел Ви уже нагонял тревожные мысли. Этот человек никогда особо не охотился за информацией, всегда доставал ее сам. А значит, дело — полная дрянь. -Имя, фамилия? Хоть что-то есть? — буркнул он, отпихивая гостя плечом, чтобы пройти в свою обитель нелегальных паролей и логинов. -Есть все. Поверь, это будет самое простое дело в твоей жизни. Еще какое-то время потребовалось, чтобы парень начал работать. Компьютер загудел, зашуршал вентиляторами, два монитора вспыхнули белым светом, приветствую хозяина. Не сказать, что у него тут было уютно. Но у кого из них вообще дома было чуть лучше, чем в притоне? Да ни у кого, жизнь у парней такая. Грязная, кровавая, мутная, с необозримым будущим и затхлым прошлым. Что поделать. -Давно ищешь? — уточнил Шестой, вводя пароль. -Четвертый день пошел. — зевнул Эд. -Я б не пришел к тебе, если бы это был не близкий. -Какой ты… — парень хмыкнул, набирая что-то на клавиатуре. -Моралист. -Всегда был. Не я ж пиздюкам толкал. -Да ладно, он извинился. -После того, как отпиздили. -Моралист с памятью, как у слона. Ну и говно. -А ты меньше рот открывай, больше работай. Антон Шастун, 21 год, учится, работает. Белая Тойота Н632РК, без заднего бампера. — выдал всю нужную информацию Выграновский, удобно устраиваясь на не заправленной кровати рядом с банками каких-то энергетиков и пива. -Так он номера, наверное, снял? -Этот? — практически улыбнулись ему в ответ. -Этот даже не знает, что они снимаются. Домашний мальчик, без криминала. -Твой что ли? -Зубы у тебя тоже твои? Хочешь, на вставные перейдешь? Минуты потекли, работа кипела. Эд даже откопал где-то еще незаконченную банку, вылив в себя остатки. Не брезгливые, и не такое пили. Шестой ничего не говорил, просто печатал, вздыхал, а потом снова печатал. Тишину разбивали только громкие щелчки механической клавиатуры, светящейся светло-голубым цветов. Где-то за окном долбили басы из какой-нибудь разваливающейся семерки, Выграновский даже начал качать головой в такт, все равно заняться пока что было нечем. Вот же заныкался, зараза. Во всех трех домах стояла гробовая тишина. Анджей сидел вместе с Арсением на кухне, у обоих уснуть не выходило. Еще бы. Два их студента исчезли, только один из них — почти здравомыслящий и с умением выживать даже на дне океана, а второй — злой, как черт, на эмоциях и хрен пойми чего может натворить. Джей выдохнул плотное облачко дыма двух сигарет, откинувшись на спинку стула и покачиваясь на нем. Арс уже час просто тупо обновлял ленту, как будто это могло ускорить поиски. -Он вообще вернется? — тихо спросил мужчина, заметив, что Антон мелькнул в сети, но также быстро вышел, так и не прочитав сообщения. Ну, хотя бы живой. -Кто? Твой или мой? -Да твой-то вернется. — буркнул ресторатор, подливая себе еще кипятка в уже трижды разбавленный кофе. -Он к тебе хоть на локтях приползет, если ноги оторвет, чтобы сказать, что все нормально. А этот… -А этого ты сам прогнал. — пожал плечами адвокат. -Братец, не психуй, барыга его найдет. Другой вопрос, что малолетка должен сам выбрать, хочет он домой или нет. -Не хочется признавать, но ты прав. — вздохнул брюнет, морщась от отвратительного вкуса напитка. -Ладно. Ты пойдешь спать? -Я Эда жду. — отмахнулся младший брат, устремляя взгляд в темное окно, в котором отсвечивала кухня. -Ты сколько не спал? -Не знаю. Какое сегодня число? Адвокат приподнял бровь, чуть повернувшись в сторону Арсения. Ну и видок у него. Круги под глазами, искусанные губы, взъерошенные волосы. Так и не скажешь, что это успешный ресторатор, а не алкаш из соседнего подъезда в сомнительной завязке. -Шел бы ты. Найдем мы твою подстилку. Если надо будет — притащим силой. Иди, не мозоль глаза. -Южное Бутово. — потянувшись наконец заявил Шестой, указывая пальцем в экран. -Вот тут его машинка на камерах светилась, превышение скорости, где-то в два часа ночи. -Покажи. — Выграновский моментально подорвался, впиваясь взглядом в экран. Маска давно болталась на подбородке, потому что жарковато в ней. Да, его аппарат. -Дальше. Мне нужен адрес. -Это денег стоит. — отметил парень, глядя на подсвеченный экранами профиль человека рядом. -Сколько? — коротко спросил Эд, прищурившись. -Вот это да. Ты за него платить готов? -Тебе очень повезло, что пропал именно этот идиот. — раздраженно заявил студент, не сводя взгляд со знакомых номеров. -Потому что за другого я бы и убить тебя мог. Сколько, Шестой? -Для своих скидки. — хмыкнули ему в ответ, быстро накарябав на листочке сумму. Серые глаза закатились, как только бумажка упала на стол перед ним. -Пойдешь со мной бабки снимать. -Никуда я не… -Пойдешь со мной свою оплату забирать. — отрезал Выграновский, выпрямляясь в полный рост. -Сначала адрес мне выдай. Еще какое-то время ушло на то, чтобы выяснить, куда Шастун ехал. Эд внимательно вглядывался во всплывающие картинки. Бутово он знает, как свои пять пальцев. Вот дорога, вот заканчивается то, что считалось дорогой. Поворот… нет, не та камера. Значит, другой поворот. Слово «стоп» само собой вырвалось, когда на экране мелькнула камера какой-то парковки жилого дома. -Ближе сделай. -Ты че, фильмов пересмотрел? Я не могу ближе, только так. Хрен с тобой. На парковке покоилась та самая машина, воткнутая криво-косо между старым четырехглазом Мерседесом и каким-то Фольксвагеном Поло. Знакомое местечко. И, кажется, есть даже предположение, кто обитает по этому адресу. -Катерина случаем не там живет? — тихо уточнил Выграновский, уже расправляя капюшон за спиной, чтобы покинуть хоромы Шестого и отправиться в родимый райончик, в котором он отработал кучу заказов. -Катерина… — задумался собеседник, показательно прислонив палец к нижней губе. -А, вспомнил. Точно, там. А они знакомы? -Вот и выясним. — буркнул Эд, резко разворачиваясь. -Я не обманываю. Сразу после приеду с деньгами. -Верю, Ви. Около часа до туда ехать. Давненько он не виделся с Екатериной. Очень давненько. Наверное, с тех самых пор, как она покинула их тусовки, полностью завязав с порошком. Сильно, Эд даже гордился ей. Ни раз ведь поставлял, видел, как она медленно умирает, но у нее хоть хватило сил остановиться вовремя. Но чтобы Шастун ее знал? Да это бред какой-то. К огромному счастью, девушка жила не так высоко: пятый этаж. Нормально, тем более, когда есть пожарная лестница. -Еп твою мать! -Тише, Кать. -ВИ?! -О, узнала. Шастуна знаешь? Антон спокойно спал на кухне у девушки, с которой не общался почти год. Но, знаете, это та самая подруга, с которой не общаешься веками, а все равно как будто день прошел: ничего не поменялось, вы все также близки, также готовы помочь, поддержать, приехать и подержать волосы над унитазом. Парень в черной кофте сидел на подоконнике окна, через которое сюда и влез. Правильно — в двери стучаться не наш способ, все равно не откроют. А так — сто процентный вариант. -Ты что… ты как… — девушка натянула одеяло повыше, хотя была, в общем-то, одета в закрытую пижаму. -Антона-то? -Его самого. — кивнул Выграновский, спрыгивая на пол. -Потерялся мальчик, ищут его. У тебя? -Нет… -Машина на парковке у дома. — брякнули ей в ответ, отряхивая штаны. -Давай не будем меня обманывать? Я все тринадцать кругов ада прошел, чтобы узнать, где это чучело кучерявое ныкается. Катя еще несколько секунд помялась, но потом поняла, что это абсолютно бесполезно. Пришлось вставать, с опаской поглядывая на внезапного ночного гостя. И вот еще что: теперь на ночь всегда будет закрывать окно. Кто ж знал, что пятый этаж не спасает от таких, как вот этот. Они проследовали на кухню, где, уткнувшись лбом в сгиб локтя, спал зеленоглазый, что-то там постанывая во сне. Эдуард выдохнул, падая плечом на ближайшую стену. Ну, он живой, это плюс. Он в щи, это ожидаемо. В целом, не такой уж и плохой расклад получается. -Не буди, он какой-то совсем разбитый. — попросила девушка, потирая глаза, когда шок прошел, а сон снова вернулся. -Давай ты утром зайдешь? Только через дверь. -Придурка четвертый день по всем моргам ищем. — фыркнул в ответ парень, но пока что не спешил расталкивать спящего алкоголика. -Он как у тебя оказался? Вы вообще откуда знакомы? -Да просто на вписке случайной где-то года три или четыре назад познакомились. — пожала плечами она. -Начали общаться, тусили вместе. Ничего такого. -Ты тогда долбила. — напомнили ей тут же. -А этот? -Я тогда уже бросала. — нравоучительно заявила Екатерина, скорчив совсем недовольное лицо. -Не употреблял он никогда, даже не думал об этом. Не переживай, я его в разном состоянии видела. Но только не под дозой. Выграновский коротко кивнул, успокаиваясь окончательно. Его и правда не стоило будить. Он же как ужаленный по всей Москве прыгал, чтобы его не нашли. Вымотался за четыре дня, наверное, постоянно куда-то ехать, прятаться, думать. -Эд, кстати. — внезапно заявил он, протягивая не глядя руку. -Ви — от фамилии. Ну и игра крутая. Будем знакомы. -Та знакомились уже… — Катя все равно пожала руку новому старому знакомому. -А ты тоже завязал? В ответ снова кивнули. Очень быстро, но четко.