Благородный король

      Рахан сидел в огромной ванне и размышлял о том, что ему теперь делать. Коронация должна состояться уже завтра, а после советники насядут на него с новой силой в вопросе законного наследника.       Шею щипало, и он провёл по ней рукой. Рахан знал, что не получил никаких ранений в бою с бердерами, но потом вспомнил ещё одно "сражение", которое случилось после. Принцесса Гайяруса сопротивлялась ему как тигрица, когда убегала от него. Её коготки мелькали так быстро, что, видимо, задели его за шею.       Изумрудные глаза принцессы сверкали зелёным огнём, и в них было столько вызова, что одновременно и раздражало, и восхищало. Сейчас тело Рахана снова напряглось от воспоминания о том, как он прижимал к себе девушку, когда они ехали вдвоём в седле.       Он закрыл глаза и откинул голову на край ванны.       Зачем ему делать королевой ту, что не хочет этого? Ведь это будет жизнь, полная страданий и ссор. Он уж точно не жаждет заставлять женщину выходить за него замуж. С другой стороны, этот брак будет гарантом мира между Лафиетом и Гайярусом, который его отец самонадеянно нарушил. Лафиет, как проигравшая сторона, находился в невыгодном положении, и король Гайяруса это знал, но поступил в высшей мере милостиво и благородно, попросив взамен только десять возов драгоценных камней, возобновления торговли без пошлин и забрать принцессу, которая всем там доставляла только хлопоты. И Рахан теперь понял, почему от неё хотели избавиться.       Она не пробыла во дворце и дня, а уже каждый раз, когда он думал о ней, на него накатывала волна раздражения, но к нему примешивалось ещё одно чувство, которое не давало расслабиться, тянуло куда-то, давило и заставляло думать о том, о чём он не хотел думать.       Его мышцы всё ещё находились в напряжении, и даже тёплая ароматная вода не смогла его снять. Голова была полна мыслей, ведь от решения, которое он примет сейчас будет зависеть вся его последующая жизнь.       Но он - правитель, наследный принц, которого с самого детства готовили принять власть. И его личные желания не имеют важного значения. Его отец когда-то поддался своим желаниям, и это сделало несчастливыми троих людей.       Чьи-то руки дотронулись до его плеча и провели вниз по бронзовой коже. Их мягкость говорила о том, что это женщина.       Рахан тут же открыл глаза, перехватил эту руку и обернулся. Талис смотрела на него призывными глазами, а её рот был сладострастно приоткрыт.       -Талис, - сердито сказал Рахан. - Что ты тут делаешь?       -Я пришла к вам, повелитель, чтобы скрасить ваш отдых, - томно ответила девушка.       Талис была дочерью вельможи, который входил в Королевский совет. Именно так она вошла во дворец короля Лафиета несколько лет назад. Девушка была очень красива, но к тому же и хитра.       Сначала она увидела принца Рахана и решила соблазнить его, а он и не особо сопротивлялся. Талис вскружила голову молодому принцу, пообещав ему всего и ещё немного к этому. Но амбициозная дева решила, что принц это принц, но король - совсем другое дело. Не прошло и пару месяцев, как она уже гуляла в саду гарема короля.       Дзог был довольно молодым, и мог оставаться королём ещё долгие годы, если бы на свою беду или по глупости, а может по обеим причинам сразу, не начал войну с Гайярусом и не погиб в бою с их королём.       Рахан понял, что любовь женщины так же изменчива, как барханный пейзаж пустыни и исчезает так же быстро, как сухой песок сквозь пальцы.              Интриги, которые происходили во дворце, в основном, были её "заслугой". Если какая-то наложница привлекала внимание короля, то вскоре случалось так, что та исчезала из дворца. Талис соперничала с любой женщиной, которая попадала в область внимания Дзога.       Даже Майра - законная королева, не отваживалась конфликтовать с ней.       Но сейчас Талис ошиблась. Давняя увлечённость ею у Рахана прошла, и остался только осадок сожаления и ещё... отвращение. Она думала, что он польститься на её прелести сейчас после всего, но ничто в его теле не отозвалось на её откровенный призыв.       -Уходи, Талис, - сказал Рахан. - Тебе запрещено быть здесь.       -Повелитель, разрешите мне остаться, тогда я смогу сделать так, чтобы вы забыли обо всём, - стала просить Талис самым сладким голосом и снова попыталась дотронуться до Рахана. Но он тут же перехватил её руку и оттолкнул от себя девушку.              -Талис, ты, видится мне, не поняла, что я тебе сказал. - в голосе Рахана появились ледяные ноты. - Если ты ещё раз позволишь себе что-то в этом духе, то тут же отправишься в гарем к кому-нибудь торговцу.       Принц Рахан славился тем, что не бросал слова на ветер, и Талис отступила.       -Простите, ваше высочество. Я подумала, что вам стоит расслабиться. - она говорила с опущенной головой жалостливо и покорно.       -Это не твоя забота, Талис. - сказал Рахан, отвернувшись от девушки. - Уходи и без надобности не беспокой меня!       Девушка ушла, но Рахан знал, что Талис так просто не сдастся. Талис была известна тем, что шла к цели, используя все средства, не важно: были ли они честными или откровенно жестокими.       Хотя он не сильно об этом заботился. Красота её его не трогала, и на него её чары не действовали.       Этот инцидент с Талис напомнил ему ещё об одной проблеме, которая требовала решения. Разросшийся гарем, оставшийся после его отца, требовал большого содержания, и принцу нужно было как-то решить, что делать с этими женщинами.       Ещё на его попечении осталась вдова отца - Майра и семилетние сёстры - принцессы Малька и Азура.       Рахан любил этих детей. Они были не виноваты в том, что их отец - такой вздорный, нетерпимый и эгоистичный. Малышки боготворили старшего брата, хотя у него не было много времени, чтобы проводить его с ними. Отец не интересовался дочерьми, считая их бесполезными, и Рахан пытался в меру своих возможностей как-то компенсировать это.       Он не показывал этого, но ему нравилось обожание со стороны этих детей. Он давно пообещал себе, что сделает всё, чтобы защитить их.       Рахан позвал слугу и приказал оповестить стражу, чтобы к нему в комнату никого не допускали. Наверняка, Талис сказала стражникам, что пришла по его приказу, чтобы они её пропустили. Хитрая и лицемерная лгунья думала, что он, как и все мужчины, раб плоти своей, и не сможет устоять перед её красотой. Как же она ошибалась...       Красота - это оружие, которое женщины используют, чтобы управлять мужчинами, но Рахан не такой слабовольный. Да, он не скопец, но и не похотливый распутник. А в последнее время, принц понял, что ему нужно совсем другое в отношениях с женщиной.       Может его отец хотел того же от его матери, но она не смогла ему этого дать и поэтому убежала в пустыню во время песчаной бури на верную смерть. Рахан знал, что его отец так и не забыл его мать, сколько бы красавиц не ублажали его в постели. Дзог как будто думал, что его тоска потускнеет от того количества женщин, с которыми он делил ложе.       Сын и отец никогда не говорили на эту тему, но Рахан знал, почему его отец, как только начиналась песчаная буря, выходил в пустыню. Возвращался он злым и опустошённым, напивался, а наложницы уходили после от него в синяках и ссадинах.       Это ли любовь? Рахан так не думал. Он в принципе не знал, что такое любовь, но то, как вёл себя Дзог по отношению к женщинам точно ею не было.       Рахан лёг на ложе и подумал о том, что сейчас делает принцесса Гайяруса. Это понятно, почему его мысли вернулись к ней. Завтра коронация, и вскоре нужно будет объявить о том, кто станет королевой Лафиета.       

***

Покои принцессы

            Лиена осталась одна, и это дало ей возможность подумать над своим положением. Она вышла на балкон и стала разглядывать вид, открывающийся с него. Город был как на ладони, а за его стенами простиралась бескрайняя пустыня, то тут, то там за горизонтом скрывались и появлялись точки караванов.       Интересно, куда направлялись караваны, выходившие из города, нагруженные драгоценными камнями и другими товарами?       Лиена вздохнула. Она практически физически чувствовала, как стены этой роскошной комнаты давят на неё. И это станет её домом до конца жизни? Нет, ей этого совсем не хочется. Она не помнила свою прежнюю жизнь, но понимала, что Лафиет и его обычаи чужды ей.       Если она не может вернуться домой, то и в этом дворце она жить не хочет. Смириться и прислуживать этому тирану и варвару? Никогда!       В дверь постучали, и вошла служанка, которая несла какие-то ткани.       -Госпожа Талис просит принять скромный подарок в честь вашего прибытия в королевский дворец, - с низком поклоном сказала служанка и поставила поднос с тканями на столик. Затем, не поднимая головы, удалилась из комнаты.       Ещё одна женщина, которая наверняка тоже имеет какие-то виды на этого Рахана, подумала Лиена. Она принялась рассматривать ткани на подносе. Они были очень красивыми и переливались всеми цветами, так как узоры были искусно вышиты бисером и камнями.       Эти ткани совсем не походили на те, из которых было сделано платье Лиены.       Она протянула руку, чтобы коснуться их, но услышала, как Акана, вбежавшая в комнату, закричала:       -Не трогайте, госпожа!       Лиена тут же одёрнула руку и удивлённо посмотрела на старую служанку:       -Акана? Почему? Что случилось?       -Эти ткани не стоит трогать, а тем более носить. Это ловушка.       -Ловушка? - переспросила Лиена. - Но почему?       Акана осторожно приподняла край одежд и стала их разглядывать.       -Так я и думала. Пыльца сторуса. Это цветок, пыльца которого очень ядовита. Если она попадёт на кожу, то вызывает сильные ожоги, которые долго не проходят. - объяснила Акана. - Госпожа Талис постоянна во всём и не очень изобретательна. Вам бы пришлось находится в комнате как минимум месяц, пока кожа не восстановилась. Она думает, что так его высочество не будет к вам приходить.       -Но я и сама не хочу, чтобы он приходил ко мне, - отозвалась Лиена. - Эта Талис ошибается, раз считает, что мне нужно внимание этого варвара...       Лиена с отвращением посмотрела на ткань. Она догадалась, что эта "шалость" со стороны госпожи Талис - самая невинная, раз она уже в первый день пошла на такие меры в борьбе за внимание мужчины.              -Тише, госпожа! - испуганно прошептала Акана. - Не стоит так говорить о нашем повелителе. И за меньшее можно лишиться языка!       -Власть должна держаться на уважении и верности, а не на запугивании и угрозах, - заметила Лиена.       -Разумные мысли, принцесса, - раздался мужской голос со стороны двери.       В покои зашёл принц Рахан. Он был одет иначе, чем в пустыне. Там он выглядел, как обычный воин, но теперь нельзя было ошибиться в том, что он господин и повелитель.       Девушка опасливо смотрела на принца, который разглядывал подарок Талис.       -Что это? - спросил он, указывая на него.       -Подарок от вашей наложницы Талис, - ответила Лиена. - Она считает, что сторус будет мне к лицу.       -Унести и сжечь! - приказал принц, и Акана поклонилась, забрала поднос и вышла из комнаты. Потом молодой человек посмотрел на Лиену: - Не принимай никаких подарков ни от кого здесь.       Лиена хмыкнула:       -Да я уже поняла, что в этом месте мне не рады.       Внутри всё переворачивалось от взгляда янтарных глаз, но она старалась не показывать, как ей тяжело и страшно. За внешней дерзостью она хотела спрятать неуверенность в будущем.       -Тебе принесут новые одежды, которые носят лафиетские женщины. - сказал Рахан.       -Вот уж не нуждаюсь,- фыркнула Лиена и отвернулась спиной к принцу. - Мне хорошо и в моих платьях, которые я привезла из Гайяруса.       -Ты наденешь лафиетский наряд, принцесса, иначе... - с угрозой в голосе сказал принц. Он начал выходить из себя, так как никогда в своей жизни не сталкивался с таким откровенным неповиновением, а тем более со стороны слабой женщины.       -Не надену! - упрямо ответила Лиена. - Эти наряды слишком открыты на мой вкус.              -Ты сделаешь то, что тебе велят, - низким голосом сказал Рахан и подошёл к девушке, но та продолжала смело сверкать на него изумрудами своих глаз.       То что произошло далее, Лиена не смогла предугадать. Она даже могла стерпеть, если бы он её ударил, но принц не сделал этого. Резким движением он дёрнул за рукав её платья, ткань треснула, и плечо принцессы оказалось обнажено.       Лиена в шоке посмотрела на молодого человека, который тут же сразу дёрнул за другой рукав, также оторвав его. Девушка обхватила себя за плечи, но принц не дал ей опомниться и дальше принялся рвать её платье. В конце от него остались лишь лохмотья, которые Лиена пыталась удержать на своём теле. Девушка присела на корточки и гневными глазами взирала на верх на мучителя. Слёзы жгли глаза, но она силой воли подавила их.       Он некоторое время смотрела на неё, потом развернулся и вышел из комнаты. В дверях он остановился.       -Все платья принцессы, которые она привезла из Гайяруса сжечь! - отдал приказ принц.       Из-за пелены слёз Лиена ничего не видела, последние силы покинули её и она всхлипнула. Она чувствовала себя покинутой и одинокой, в этом месте все относились к ней враждебно и настороженно, а этот Рахан и вовсе только и делал, что угрожал и приказывал.       -Госпожа, - услышала она мягкий голос Аканы. - Не стоило злить повелителя. Почему вы не можете подчиниться? Это не так уж и трудно, но вы сможете выжить.       -Никогда! - прошептала Лиена.       Акана покачала головой. Она накинула на голые плечи принцессы покрывало и стала убирать лоскуты разорванного платья с пола. Слуги уже выносили сундуки, привезённые из Гайяруса, согласно приказа его высочества.       Лиена не могла ничего сделать. Беспомощность вызывала в ней гнев и обиду. Она поняла, что она бесправная и бессильная принцесса, с которой никто считаться не будет, а её желания никому не интересны.       Взамен слуги стали вносить лафиетские одежды, и этой веренице приносящих не было конца.       -Вы посмотрите, госпожа, как щедр его высочество! - попыталась приободрить Лиену, восторженно сказала Акана. - Такие наряды достойны и королевы, и их столько много!       Но Лиена даже не взглянула на разноцветные ткани. Её пытались сломать, навязать свою волю, всё её существо воспротивилось этому. Глаза жгло обидой за свою несправедливую судьбу. Её положение не лучше безвольной рабыни, проданной и купленной как товар.       -Госпожа, - продолжала увещевать Акана, - почему вы упрямитесь? Если вы наденете что-нибудь из того, что принесли, то вашей красоте не будет равных. Повелитель не сможет отвести от вас взгляда, и будет добр к вам.       Вот так, её жизнь и ценность свелись к тому, станет ли она приятной глазу мужчине или нет.       -Я не собираюсь услаждать его взор, - пробормотала зло Лиена.       Акана вздохнула:       -Откуда в вас столько гнева, госпожа? Я желаю вам мира и счастья. Если вы будете и дальше гневить правителя, то и будете страдать, как сегодня. Для вас будет лучше, если вы смиритесь. Коронация скоро начнётся, вон уже подготовка идёт полным ходом, вам следует там быть и показать всем, что вы достойны стать королевой.       Лиена понимала, что Акана желала ей добра и больше ничего не говорила. Они - дети разных культур и менталитета, и им сложно понять друг друга. Пусть Лиена и не помнила свою прошлую жизнь, но твёрдо знала, что то, что говорит Акана для неё чуждо. Весь этот дворец с его гаремом, эти странные одежды и обычаи, всё это было для неё чужим.

***

Покои принца

      Рахан влетел в свои покои словно ураган, испытывая такой гнев, которого он не чувствовал на своей памяти никогда. Эта чужеземка посмела ослушаться его слов, смотрела ему прямо в глаза своими сверкающими изумрудами глаз, в которых не было и тени покорности.       Рахан ценил в женщинах покладистость и нежность, спокойствие и плавность движений, но эта принцесса всё время проверяла его терпение на прочность. В отличие от отца, Рахан не бил и никогда не принуждал женщин, но в этот раз он как никогда был близок к этому.       Когда он увидел сквозь лохмотья, оставшиеся от платья, её молочно-белую кожу, в его крови загорелся огонь, а сердце застучало так сильно, что сбилось дыхание. Когда она униженная, опустилась на пол, прижимая к телу рваные лохмотья платья, молодой человек понял, что эта женщина никогда ему не покорится.       О чём он думал, когда соглашался на этот брак? Но тогда у него просто не было выбора, ведь Лафиет был просящей стороной.       Рахан попытался успокоиться и подумать здраво. Да зачем ему было вообще переодевать её? Пусть бы и ходила в своих платьях, но надолго её бы вряд ли хватило, так как они совсем не подходили для климата Лафиета.       Рахан позвал слуг и спросил, сожгли ли уже платья принцессы. Ему ответили, что как раз несут их для этого во двор. Не в правилах Рахана было менять свои слова, но он всё-таки приказал не делать этого, а просто сложить их где-нибудь.       Молодой мужчина вздохнул. Он опять поймал себя на мысли, что становится таким же как и его отец Дзог, но ведь ему этого не хотелось. Не то, чтобы он ненавидел отца, просто не одобрял его во многих его решениях.       В войне с Гайярусом он тоже с ним был не согласен. Но Дзог, рассвирепевший, что его сын, наследный принц, посмел ему перечить, заточил последнего в темницу.       Всю свою жизнь Рахан потратил на то, чтобы отличаться от отца, но эта принцесса будила в нём самые его тёмные звериные качества, заставляла терять голову от гнева, говорить и делать то, чего он не хотел.       Рахану стало стыдно за сцену с платьем. Именно поэтому он приказал потом принести ей в покои самые дорогие одежды, которые только можно было найти во дворце.       Но он понимал, что эта импульсивность ни к чему не приведёт.       Какое ему дело до того, что носит эта женщина?       Но во что бы она не была одета, её красота не поблекнет, а огонь огненных волос не угаснет.       Внутренний голос подсказывал ему, что он просто хотел подчинить её себе, и не мог отделаться от мысли, что ни одна ещё женщина не вызывала в нём такой бури чувств. Но она снова стала метать в него свои зелёные молнии, и Рахану даже показалось, что он бы испытал сожаление, если бы она подчинилась. Это было просто сумасшедшая и нелогичная мысль, но она всё-таки пришла ему на ум.       Есть ли смысл в том, чтобы делать её королевой? Рахан всегда верил в то, что король и королева, как единое целое, должны были служить своему народу, понимать его нужны и истинно заботиться о нём. Чужестранка не знает этой страны, её традиций и обычаев, и поэтому не может любить эту землю так, как любит её Рахан.              Он понимал, что безопаснее и правильнее выбрать королеву из числа дочерей лафиетских вельмож, а что касается договора с королём Гайяруса, то Рахан честно признается ему во всём. Если тот запросит компенсации, то он выплатит её ему.       Да. Почему бы и нет? Он же всё-таки правитель...             Он не собирается превращать свою спальню в поле битвы. Не смотря на трудное детство, а может и благодаря ему, в нём всегда сидело желание о том, чтобы у него появилась семья, то место, куда он будет возвращаться, чтобы ощутить покой, родной дом, где он сможет спокойно заснуть в объятиях своей любимой женщины. С принцессой такого не будет. Значит, он найдёт себе женщину, которая хочет стать его женой, будет угождать ему и будет рада его ласкам.       До коронации осталось не так уж и много времени. Завтра начнутся празднества и продлятся ещё несколько дней.       Коронация нового короля по законам Лафиета должна была состояться через десять дней после кончины предыдущего короля.              Подготовка к коронации начиналась сразу же, как во дворце становилось известно, что король скончался. Наследный принц должен был быть коронован, и вся страна должна была узнать, что у неё новый правитель.       После этой церемонии король должен был провозгласить, кто станет его королевой. Наследование трона по крови торопило правителя в этом вопросе, а рождение наследника праздновала вся страна.       Рахан понимал, что вельможи, как их не запугивать, всё равно будут давить на него и твердить о том, что ему нужно выбрать королеву. Долг и ответственность за страну мешали ему отнестись к этому вопросу халтурно.       Когда был коронован Дзог, он был в таком же возрасте, что и Рахан.       Его отец Дзог тогда только приехал из пустыни и привёз во дворец мать Рахана - Селефию. Сгорая от нетерпения, Дзог в один день справил и коронацию, и свадьбу с ней, причём девушку приходилось держать перед алтарём Арахара силой. Дзог никого не слушал, хотя все в один голос твердили ему, что хорошей королевы из Селефии не выйдет, и дети от неё не станут достойными наследниками.       Эта предречение сбылось наполовину. Действительно, Селефия презирала своё положение королевы, не занималась никакими функциями, должными при её титуле, и так и не смирилась с потерей свободы.       Сына, которого она родила от Дзога с течением времени всё-таки признали наследником, но стоит добавить, что многие сомневались, что принц станет достойным своего титула. Но года шли, и Рахан доказал, что он не только достоин стать следующим правителем страны, но даже превосходит своего отца во всех отношениях.       В отличие от Дзога Рахан был более рассудительным, ответственным и уравновешенным.       Это одновременно бесило тщеславного Дзога, но и тайно его радовало, хотя он ни разу не похвалил Рахана ни за что.       Рахан давно дал себе обещание, что не будет таким как его отец. Молодой человек хотел, чтобы его королева разделала его взгляды и была рядом по своей воле. Эта тигрица из Гайяруса никогда не сможет стать той королевой, которая бы его устроила.       Но почему-то Рахан всё также колебался, когда думал о той, кто должна стать его королевой. В его постели побывало множество женщин, и он уже и не упомнит многих их лиц, но ни одна не коснулась его сердца. Чувствовал ли он от этого сожаление? Скорее нет, чем да. Он старался не привязываться к женщинам, так как рано понял, что они видят в нём возможность подняться к вершинам власти и богатства. Однажды, он, конечно, позволил себе расслабиться, когда на его пути возникла Талис, но потом его снова постигло разочарование.       Не то, чтобы ему было больно или что-то типо того, просто он понял в очередной раз, что ему не следует рассчитывать на любовь и привязанность в отношениях с женщинами. Так не лучше ли тогда пойти по пути наименьшего сопротивления, и из двух зол выбрать меньшее, а именно сделать королевой ту, кто желает этого?       Размышляя так, Рахан прежде всего думал о Лафиете, которому больше на пользу пойдёт королева, которая родилась здесь и понимает культуру и традиции этой страны. Но договор с Гайярусом тоже нельзя было откинуть просто так. По сути, они просто хотели избавиться от дочери предыдущего короля, поэтому имеет смысл подумать над тем, чтобы выдать её замуж за кого-нибудь вельможу, подходящего ей по возрасту. Это было бы лучшим решением всех проблем.       Принцесса останется в Лафиете на радость королю Гайяруса, а Рахану не придётся на ней жениться.       Но тогда, что это за странное неприятное чувство, поднимается внутри от мысли о возможном будущем муже принцессы?