Зарисовки с BTS

Тёплый, густой аромат Чимина заполнил комнату, мягкими волнами оседая на всём вокруг. Его тело дрожало, но не от страха — от переполняющей нежности, которую течка превращала в почти болезненное желание. Он сидел на диване, подтянув колени к груди, обнимая себя тонкими руками, словно пытаясь унять жар, что струился под кожей. Его щёки пылали, глаза блестели, а дыхание было неровным, тихим, как шелест листьев. Он выглядел таким маленьким, таким хрупким в этот момент, что сердце сжималось от одного взгляда на него.Дверь приоткрылась, и Юнги вошёл, неся с собой спокойствие, которое Чимин чувствовал даже с закрытыми глазами. Альфа остановился, вдохнув его запах — сладкий, манящий, наполненный теплом омеги. Но вместо того чтобы поддаться инстинктам, Юнги подошёл тихо, опустился на колени перед Чимином и просто посмотрел на него. Его тёмные глаза были полны заботы, мягкости, и Чимин невольно потянулся к нему, как цветок к солнцу. — Чимин, — голос Юнги был словно бархат, обволакивающий и тёплый. Он протянул руку, коснувшись горячей щеки омеги, и тот прижался к ладони, закрыв глаза. — Ты не должен был терпеть это один. Я всегда рядом. Чимин тихо всхлипнул, его пальцы дрогнули, обхватывая запястье Юнги. — Я не хотел тебя тревожить, — прошептал он, его голос был слабым, но полным доверия. — Но ты... ты мне нужен, Юнги. Так сильно. Юнги улыбнулся — едва заметно, но так нежно, что Чимин почувствовал, как внутри разливается тепло. Альфа придвинулся ближе, осторожно обнимая его, и Чимин прильнул к нему, спрятав лицо на его груди. Юнги гладил его волосы, мягкие и чуть влажные от жара, вдыхая его аромат, который теперь казался не просто зовом — а частью их общей мелодии. — Я помогу тебе справиться с этим, любимый, — прошептал Юнги, его губы коснулись виска Чимина, оставляя лёгкий, почти невесомый поцелуй. — Просто будь со мной. Омега кивнул, и Юнги мягко поднял его лицо, встречаясь с ним взглядом. Их губы соприкоснулись — медленно, бережно, словно они боялись спугнуть этот момент. Поцелуй был тёплым, глубоким, полным невысказанной любви, и Чимин тихо вздохнул, растворяясь в нём. Одежда упала на пол, словно листья осенью, и их тела прижались друг к другу — горячая кожа Чимина к тёплой, чуть прохладной коже Юнги. Альфа провёл ладонью по его спине, чувствуя каждый изгиб, каждую дрожь, и Чимин прижался ещё ближе, доверяя ему всё.Юнги уложил его на диван, покрывая шею омеги мягкими поцелуями, такими лёгкими, что они казались касанием крыльев бабочки. Чимин тихо стонал, его пальцы запутались в волосах Юнги, а глаза блестели от слёз — не от боли, а от переполняющей нежности. — Юнги... — выдохнул он, и в этом звуке было столько чувства, что альфа почувствовал, как его собственное сердце дрогнуло.Их тела соединились в медленном, неторопливом ритме, и Юнги двигался так, словно хотел запомнить каждую секунду, каждый тихий вздох Чимина. Когда узел начал формироваться, альфа замер, прижимая омегу к себе, обнимая его так крепко, что между ними не осталось ни миллиметра. Чимин издал мягкий звук — не крик, а мелодичный стон, полный облегчения и любви, и Юнги поцеловал его в висок, шепча: — Ты мой свет, Чимин. Всегда. Они лежали так, связанные не только телом, но и чем-то большим — невидимыми нитями, что сплетали их души. Юнги гладил его волосы, рисовал пальцами узоры на его спине, а Чимин улыбался, прижимаясь к нему всем телом. Жар течки уходил, оставляя лишь мягкое тепло, которое они делили вдвоём. — Я люблю тебя, — прошептал Чимин, его голос был тихим, но таким искренним, что Юнги почувствовал, как внутри всё замирает. — И я тебя, — ответил альфа, целуя его в макушку. — Больше, чем могу сказать. Они заснули, обнявшись, и даже во сне их руки не размыкались, словно боялись потерять друг друга.