***
— Этот мир… примитивен! — Шерлок-Мелькор скривился, разглядывая iPhone. — Где мои ураганы? Где трон из костей? — А где мои клещи? — Джон-Майрон копался в ящике стола. — Здесь даже пыль не прозрачная! Миссис Хадсон, заглянув с чаем, ахнула: — Вы… переоделись в костюмы Сумерек? — Прочь, смертная! — зарычал Мелькор, но вместо громовых раскатов раздался чих. Сила Валар исчезла, оставив лишь аллергию на пыль... — Мы должны вернуть мою власть! — Мелькор тыкал пальцем в ноутбук. — Создадим империю через… «Твиттер»! — У вас два подписчика: бот и я, — фыркнул Джон. — Давайте лучше выпьем чаю. — Чай — для слабаков! — Слабак тут только тот, кто пытается тут взломать MI6 через Google Translate. Пока их дуэт безуспешно пытался захватить Лондон отравленными шиллингами (Майрон: «Непрактично!»), в Валиноре бушевал кризис. Шерлок и Джон, возродившиеся эльфами в Мандосе, требовали логики: — Я не стану жить в лесу! — эльф-Шерлок тыкал в Манвэ пальцем. — Где лаборатория? Где мои улики? — Мы… собираемся петь о листьях, — запнулся Манвэ. — Скучно! Проведём эксперимент: взорвём гору и измерим эхо! Эксперимент эльфа-Шерлока завершился тем, что гора в Валиноре, взорванная магией переплетённой с наукой, выпустила волну энергии, которая, пробив барьеры между мирами, докатилась до камина на Бейкер-стрит. Мелькор, тщетно пытавшийся в твиттере набрать третьего подписчика, вдруг получил уведомление: «Подключение к Валинору восстановлено. Обновление системы: 1%.». — Ха! — просипел он, швырнув печенье в Джона-Майрона. — Моё безумие начало просачиваться в этот жалкий мир! В Валиноре же Манвэ, закашлявшись от дыма взрыва, нервно подбирал обломки мандосских сводов: — Лабораторию вы получите, только прекратите ставить опыты на Древних Деревьях! Эльф-Джон, уже приспособивший свет Двух Древ для стерилизации пробирок, заметил тревогу в глазах Нэссы: — Это был всего лишь петардный заряд, а не конец эпох. Подождите, пока Шерлок найдет древний текст про «ядерный синтез». На Бейкер-стрит из камина вывалился уголёк с печатью Феанора. Миссис Хадсон, разглядывая его через увеличительное стекло, пробормотала: — Если это артефакт, его можно продать... или превратить в головоломку для этих придурков. Судьба миров зависела теперь от того, успеет ли Шерлок-эльф открыть портал обратно до того, как Мелькор начнёт продавать «Тени Мордора» в виде NFT, а Манвэ — засыплет Валинор ископаемым пеплом из дымохода 221B. И всё же главный вопрос повис в воздухе: — Кто вызовет сантехника? — вздохнула миссис Хадсон, наблюдая, как магма из камина медленно пожирает её любимый ковёр. Миссис Хадсон, недолго думая, схватила уголёк с печатью Феанора и швырнула его в магму, пожирающую ковёр. Артефакт вспыхнул синим пламенем, соединив энергии Валинора и твиттер-аккаунт Мелькора. Портал завис в воздухе, превратив гостиную в подобие чата: сообщения «Верните власть!» и «Где мой чай?» материализовались в виде летающих свитков, а Манвэ невольно стал модератором, удаляя оскорбления в адрес Варды. Эльф-Шерлок, тем временем, обнаружил, что магма из камина — идеальный катализатор для синтеза эльфийского пороха. Он тут же потребовал у Манвэ «образец дыхания Эарендила» для переновой бомбы, но получил вместо этого предписание о вечном запрете на доступ к вулканам. — Скупердяи! — проворчал он, крадя лепестки Тельпериона для микроскопа. На Бейкер-стрит Джон-Майрон, поняв, что печенье Мелькора пропитано тёмной магией, перепрограммировал тостер на шифрование заклинаний. К их удивлению, хлебные сухарики начали воспроизводить гимны Валар в стиле техно, привлекая толпу фанаток под окна. — Вы превратили мою кухню в клуб! — завопила миссис Хадсон, отчаянно швыряя в портал посуду. Одна чашка угодила прямо в эльфийский реактор Шерлока, вызвав контролируемый взрыв, который случайно залатал дыру между мирами. К утру магма затвердела в причудливую скульптуру, напоминающую не то дракона, не то счет за электричество, а Валар тайком прислали миссис Хадсон золото из недр Арды — в конверте с пометкой «За молчание».***
Миссис Хадсон, разглядывая золото Валар, решила, что лучший способ спасти дом — купить весь квартал и превратить его в музей «Величайших Глупостей Мелькора». Скульптура из магмы стала главным экспонатом, а Джон-Майрон, случайно активировав артефакт Феанора, открыл экскурсии в Валинор через холодильник. — Вход — десять фунтов, фото с эльфами — двадцать, — объявила она, поправляя табличку «Не кормите Тингола печеньем». Мелькор, тем временем, обнаружил, что его твиттер-аккаунт взлетел до миллиона подписчиков после вирального ролика, где он «превращал» кофе в лаву. Даже Манвэ тайно лайкал его посты, маскируясь под бота @RadagastTheCool. Эльф-Шерлок, ворвавшись в музей через портал, потребовал прекратить продажу сувениров с его взорванной горой, но миссис Хадсон парировала: — Или что? Вызовете орков выселить меня? Да вы уже пять веков в долгу за аренду! К всеобщему удивлению, магма-скульптура ожила, превратившись в крошечного дракончика, который принялся грызть счет за электричество. Вопрос «кто заплатит?» наконец решился сам собой: дракон, изрыгая искры, поджёг долговые расписки, объявив: — Налоги — бремя смертных. Свободу Арде! Лондон, как всегда, остался Лондоном: хаос, чай и внезапное восстановление ковра, который расцветал узорами в стиле Сильмариллов. Миссис Хадсон, оценив прибыль от музея, наняла дракончика в качестве «администратора по энергетике» — он обогревал дом и поджаривал бутерброды посетителям. Эльф-Шерлок, обнаружив в холодильнике портал, открыл филиал лаборатории в Валиноре, но был сразу оштрафован Манвэ за «несанкционированное возрождение гражданской войны через химические опыты». Мелькор, наконец, собрал митинг фанатов под окнами 221B, требуя признать его «королём инфлюенсеров», но потерпел крах, когда Джон-Майрон нечаянно слил в сеть видео, где Тёмный Властелин путает хлебный нож с мечом. — Это компромат! — рычал Мелькор, пока дракончик пожирал его смартфон. А Валар, переодевшись туристами, тайно скупали сувениры с собой в виде магматических статуэток, шепча: — Это же артефакты для нового Амана… или как там ваш музей называется? Конец истории наступил, как всегда, внезапно: миссис Хадсон выставила всех за дверь, объявив «санитарный час», и Арда с Лондоном вздохнули с облегчением. По крайней мере, до следующего весеннего обострения Мелькора.