Интересен с первых строк

После произнесённых парнем слов, они еще какое-то время трепетно держались за руки, не смея отвести друг от друга заинтересованный взгляд. Пока Ин Хо с теплом разглядывал мягкие черты лица музыканта, тот с замиранием сердца сдерживал внезапный порыв приблизиться к мужчине и оставить на его тонких губах нежный поцелуй. Ги Хун представил, как мог бы без лишних раздумий усесться к нему на колени и не отпуская чужих запястий, еле слышно поблагодарить актёра за его ранее произнесённые слова. Затем медленно приблизиться к лицу напротив и осуществить свою мимолётную шалость. Подобные мысли вызвали неловкую улыбку в сопровождении едва заметного румянца у Ги Хуна, что не могло скрыться от внимания мужчины. Не разрывая зрительного контакта, тот тихо спросил: «Всё в порядке?». На что получив кивок от парня, актёр почувствовал, как приятное поглаживание сменяется едва ощутимым холодом. Ин Хо на это лишь тяжело вздохнул, удерживая себя от нужды вновь потянуться к нежным рукам музыканта и возобновить прикосновение. Чуть позже Хван прервал тишину, что еще пару минут царила между ними. Он попросил юношу сыграть ему одну из тех беспорядочно разбросанных по полу вариаций, на что со стороны Ги Хуна услышал едва различимый нервный вздох, а за ним неуверенный кивок. Мужчина хотел было потянуться к одному исписанному листку, что лежал у него под ногами, но его остановил Сон со словами: «Нет, там всё не то. Послушай лучше это». И спустя мгновение комната тут же наполнилась протяжными нотами, что так легко складывались в одно мелодичное вступление. По началу игра была медленной и размеренной. Ин Хо в предвкушении наблюдал, как Ги Хун расслабленно перемещал свои длинные пальцы с одной клавиши на другую, плавно покачиваясь в такт сыгранным гаммам. На его лице не было не единой эмоции. Он лениво пробегался взглядом по инструментальной клавиатуре так, будто происходящее абсолютно не волновало его. Но не смотря на это, уверенные движения Сона говорили об обратном. Ги Хун почти с любовью понижал и повышал звук на полтона, проигрывая очередные бемоли и диезы, параллельно прикрывая от лёгкого возбуждения глаза. Парень немного наклонился корпусом вперёд, вытягивая правую руку в сторону, дабы пальцы дотянулись до третьей и четвёртой октавы. Он сыграл последние пару нот, прежде чем внезапно выпрямиться и мимолётно переместить обе руки на левую сторону фортепиано. Мелодия неожиданно для мужчины стала размашистой, чересчур быстрой и до жути тяжёлой по звучанию. Совершенно не такой, какой была буквально секунду назад. Ин Хо смел предположить, что подобная смена такта и является тем самым переломным моментом в эпизоде. Переломным моментом в жизни самого Вон Ги. И, черт возьми, как же хорошо подобный музыкальный трюк описывал весь ужас той сцены. Хван ещё какое-то время восхищённо наблюдал за виртуозной игрой Ги Хуна, а затем отвернулся к ближайшему окну, всё также продолжая наслаждаться авторской композицией до самого её завершения. Когда время обеденного перерыва подходило к концу, Ин Хо напоследок приобнял юношу за плечи, в очередной раз повторяя насколько данное произведение описывает весь масштаб той катастрофы. Мужчина заваливал музыканта похвалой, пока тот смущённо улыбался, что-то мямля себе под нос в духе: «Да ладно тебе... Произведение ещё не доработанно, ты услышал лишь сырой вариант... К тому же Чжун Хи всё ещё на больничном. В сопровождении скрипки это звучит гораздо драматичнее...». Но актёр нагло игнорировал все его оправдания. Его губы растягивались в хитрой ухмылке при виде румянца на щеках парня. Вскоре Ин Хо покинул помещение со словами: «Ещё увидимся, малыш», оставив смущённого Сона наедине с излюбленным роялем. Когда рабочий день подошёл к концу, Ги Хун для начала аккуратно опустил крышку на клавиши инструмента, а затем быстренько собрал весь мусор разбросанный по всему комнатному периметру. Скомканные бумажки он мгновенно отправил в мусорный бак, в то время как остальные исписанные листы сложил в стопочку и убрал к себе в сумку. Перекинув ту через плечо, юноша перед уходом напоследок обвёл помещение взглядом, а после с ленивой улыбкой закрыл за собой дверь на ключ. Шагая по пустому коридору Сон неожиданно наткнулся на господина Иль Нама. Юноша тут же поприветствовал медленно шагающего к лифту режиссёра: — Здравствуйте, господин Иль Нам. Как съёмки проходят? — буднично пролепетал паренёк, сжимая лямку чёрной сумки. — О, Ги Хун, добрый вечер, — проговорил тот, перед этим нажав на кнопку и пропуская молодого человека первым внутрь. — Да всё замечательно. Работа идёт, как по маслу. А что насчёт тебя? Как твои успехи в написании других саундтреков из списка? — Ой, знаете, мы с Чжун Хи взялись за ту композицию, что должна звучать во время того выступления Вон Ги. Это оказалось... мягко говоря, сложнее, чем мы предполагали. Но в любом случае произведение в процессе, я могу уже завтра вам сыграть свою партию, как только вы освободитесь. — Без проблем, я буду только рад послушать. Об остальном я уже наслышан от господина Хвана. Кстати о нём, — Иль Нам сделал небольшую паузу, позволив им в тишине выйти из лифта и направиться к выходу из здания. — Он сегодня подошёл ко мне с просьбой дать тебе завтра отгул. Сказал, что у тебя ухудшилось состояние здоровья и сбился режим сна. Ох, ты бы видел, с какой серьёзностью он настаивал на своём, — старик весело вздохнул, спускаясь по ступенькам. Встав на тротуар, режиссёр внимательно взглянул в лицо напротив, отмечая у юноши заметные синяки под глазами. — И господин Хван не прогодал. Ги Хун, тебе действительно нужно отдохнуть. И как человек, который уважает своих сотрудников, я тебе даю завтра день на то, чтобы как следует отоспаться. — Вы не шутите? — не веря его словам пролепетал Сон, замечая, как его собеседник отрицательно качнул головой. — Бог ты мой, спасибо вам, господин Иль Нам! — Это ты скажи господину Хвану. Всё же он в первую очередь оповестил меня об этом. Сам бы я и не заметил подвоха, — улыбчиво пожал он плечами, затем попрощавшись с музыкантом, направился в противоположную от парня сторону. Ги Хун также кинул в ответ тому: «До свидания, господин Иль Нам!», а после с счастливой улыбкой на лице двинулся в сторону дома. Уже в квартире уставшего Ги Хуна встретил, как всегда, позитивный Чон Бэ. Он заботливо помог своему другу снять обувь, а затем дав тому его плюшевые тапочки, взял под руку и направился к дивану, что стоял в гостиной. Оставив парня на некоторое время одного в комнате, Пак вскоре вернулся обратно с чашкой зелёного чая, которую он тут же протянул Сону. Музыкант измученно улыбнулся, искренне благодаря того за некий уход. Позже они ещё около часа сидели в компании друг друга, обсуждая различные темы и то, как у каждого из них прошёл этот день. Услышав, что у Ги Хуна завтра выходной, Чон Бэ демонстративно надулся, в шутку ругаясь на «несправедливость по отношению к бедным консультантам музмаркетов». Такое наигранное поведение позабавило вокалиста, вызывая у него парочку задорных смешков. Уже ближе к одиннадцати часам вечера мужчина прогнал друга в свою комнату по причине того, что ему, в отличии от некоторых, завтра рано вставать и идти на работу. Ги Хун в ответ бросил лишь ехидное: «Завидуй молча», прежде чем мигом скрыться за дверью. На утро Ги Хун больше не ощущал былой усталости. Он, всё еще находясь в постели, сладко потянулся, кидая беглый взгляд в сторону своего плюшевого приятеля. Пандочка Ин Хоша — прозвище, которое он дал мягкой игрушке все ещё забавляло и, в тоже время, умиляло парня — сейчас находилась в его крепких объятиях. Он блаженно прикрыв глаза, зарылся носом в её мягкую шёрстку, не отказывая себе в возможности пару минут спросонья помечтать о таком же времяпровождении с господином Хваном. Хихикнув на очередную мысль о поцелуе с мужчиной, парень медленно перевел взгляд на неподалёку стоящие цифровые часы, замечая на них отметку в час дня. «Ого, давненько я так долго не спал...» — с удивлением тихо произнёс Ги Хун, усаживаясь на край кровати. Юноша ещё пару секунд позевал, параллельно потирая заспанные глаза, а после мимолётно проведя кончиками пальцев по шрамику на шее и убедившись, что он не кровоточит, поднялся на ноги. Он первым же делом подошёл к своей коллекции пластинок, намереваясь поставить что-то, что смогло бы хорошенько его взбодрить после долгого сна. Его выбор пал на «Времена года» Вивальди, и уже спустя пару минут его комната наполнилась отстранёнными нотками на скрипке, которые вскоре перевалились в полноценную композицию «Зимы». Заправляя кровать, Ги Хун не мог удержаться от лёгкого порыва подпевать данной мелодии. Поэтому тихо прокашлявшись, юноша бодро замычал, сдержанно покачивая головой в такт. Позже Сон перебрался в гостиную и уселся за вертикальное фортепиано, что стояло в углу, по правую от входа сторону. Музыкант знал, что ему выделили сегодняшний выходной как раз для того, чтобы он хотя бы на день отвлёкся от всей суеты с написанием саундтреков и как следует отдохнул. Но, несмотря на это, Ги Хун в любом случае не мог отказать себе в возможности лишний раз поиграть на столь излюбленном музыкальном инструменте и вновь почувствовать лёгкую эйфорию от игры на нём. Поэтому коротко фыркнув своим мыслям, парень с улыбочкой размял пальцы и одним ловким движением переместил их на тонкие клавиши. Спустя пару-тройку часов, почувствовав ближе к вечеру приятную усталость, Ги Хун заботливо накрыл инструментальную клавиатуру крышкой. Встав с небольшой табуретки, он мгновенно сладко потянулся в попытках разомнуть напряжённые мышцы. Внезапно юноша почувствовал лёгкую вибрацию в кармане домашних шорт. Взяв в руки телефон, Ги Хун увидел одно всплывающее сообщение на экране, которое тут же заставило Сона от шока раскрыть глаза и резким движением припечатать ладонь ко рту. — Да ладно... — не веря своим глазам, вполголоса произнёс парень. Он мигом перешёл в переписку и пару секунд раз за разом перечитывал смс, будто не верил в правдивость её содержимого. Ги Хун быстренько плюхнулся на светлый диван и не удержавшись, нажал на «позвонить», далее терпеливо ожидая, пока абонент возьмёт трубку. Пару гудков и вызов был принят. — Сан Ву! Ты не шутишь!? Ты правда вернулся в Сеул!? — восторженно завопил парень, ехидно усмехаясь, когда по ту сторону послышался тяжёлый вздох. — Да, Ги Хун, именно так, — в своей манере, устало ответил Чхо. Чрезмерная активность Ги Хуна всегда не на шутку утомляла его, но не смотря на это, мужчина был крайне рад спустя долгое время снова услышать его голос. — Так что насчёт того, чтобы завтра вечером встретиться? — Спрашиваешь ещё? Конечно, давай встретимся! У меня столько новостей, ты не представляешь! — не унимался Ги Хун, и перевернувшись на живот, ребячески дергал ногами. — Отлично, во сколько тебе удобно? — Хм-м, давай часов в семь? Я как раз к этому времени освобожусь, — пролепетал юноша, уже предвкушая завтрашний вечер проведённый с давним другом. — Как скажешь, — тепло ответил Сан Ву. — Тогда до завтра, Ги Хун. Не забудь мне написать, как только освободишься. — Хорошо, до завтра! — с широкой улыбкой на устах, попрощался Сон, после чего вызов мигом сбросили. Ги Хун ещё какое-то время смотрел на потухший экран телефона, всё с тем же счастливым выражением лица, а после встав на ноги, направился к выходу из гостиной, чтобы вскоре оказаться в своей комнате. Его радости не было предела. Юноша почти что на носочках шагал к виниловому проигрывателю, мечтательно хихикая себе под нос. Он быстренько достал одну пластинку из множества других, и без лишних раздумий поставил играть ту на фоне. Ги Хун на миг прикрыл глаза и сделав пару шагов назад, беззаботно откинулся на мягкую кровать, притягивая ближе к себе плюшевую панду. Он воодушевлённо вздохнул, морально разрываясь от нетерпения заключить зануду-Сан Ву в крепкие дружеские объятия спустя долгие полгода. Признаться честно, Ги Хун и не думал, что так сильно смог по нему соскучиться, несмотря на то, что они поддерживали друг с другом связь на протяжении всего этого времени. Юноше до невыносимости хотелось вживую увидеть эту очкастую морду, отчего сердце в предвкушении билось быстрее, а желудок скручивался от желания вызвать на столь спокойном лице хоть каплю раздражения. Прямо как в старые добрые. Перевернувшись на спину, парень ещё некоторое время пялился в потолок. А затем прикрыв глаза, провалился в сон, сквозь который еле слышно была различима мелодия звучащая из динамиков проигрывателя. Его дрёма продолжалась не долго, так как уставший Чон Бэ вскоре вернулся домой и бессовестно разбудил его. Ги Хун, конечно же, сначала пару минут поворчал, но позже всё таки поднялся с постели, убрал винил обратно и, всё ещё немного раздражённый, направился в комнату Пака. На следующий день, Сон уже с самого утра светился как в не себя от радости, чем даже напугал только проснувшегося Чон Бэ. Парень в быстром темпе собрался на работу и, не объяснив другу своё странное поведение, вылетел из квартиры, в припрыжку добираясь до самого офиса. Уже находясь в своём, так называемом, кабинете, Ги Хун отбросил в сторону сумку. Поправив на голове чёрные наушники, он с улыбкой добрался до окна, чтобы открыть его и проветрить душное помещение. «Всего каких-то пару часов и мы встретимся с Сан Ву» — воодушевлённо подумал музыкант, кладя руки на пояс и устремляя свой взгляд на улицу весеннего Сеула. Ещё немного так постояв, он в скором времени снял наушники и приступил к работе. Во время обеденного перерыва к нему неожиданно постучались. Сон, не поворачиваясь к двери, громко крикнул: «Дверь открыта!», после чего кто-то вошёл внутрь и тяжёлыми шагами направился в его сторону. Ги Хун немного напрягся, но в целом не стал что-либо предпринимать. Наоборот, он всё также продолжал расслабленно играть Шопе́на — ох уж это внезапное романтическое настроение — не смея поднять глаз на широкую фигуру, что остановилась неподалёку от него. Затем этот кто-то наклонился прямо к его уху и хрипло произнёс: — Даже не поздороваешься со мной, малыш? — этот тон юноша узнавал из тысячи. По его телу мгновенно пробежали сотни мурашек, заставляя его мелко задрожать и прекратить игру. Взглянув на мужчину, Ги Хун увидел на его лице еле заметное удивление. Тот наверняка ожидал от музыканта его фирменное: «Блять!», но вместо этого парень произнёс: — Уж извини, я был слишком занят Шопе́ном, — на его лице расползлась маленькая ухмылочка. Сон пожал плечами, смотря на актёра снизу вверх. — В самом деле? — с опасностью в голосе ответил Ин Хо, приподнимая брови. Увидев, как Ги Хун вдруг засмущался, он тихо рассмеялся, присаживаясь на рядом стоящий стул. — Как день вчера провёл? — Ой, просто замечательно, — вдруг оживился юноша, с улыбкой глядя на Хвана. — Я давно так хорошо не спал. — Это радует, — с нежностью произносит он, вдруг заглядывая в свой пакет, который Ги Хун изначально и не заметил. Актёр достаёт оттуда контейнер с едой, на что парень поджимает губы, надеясь, что его желудок не издаст вдруг каких-то лишних звуков. Всё же ему следовало утром позавтракать... — Приятного аппетита, — щебечет Сон, собираясь отвернуться к фортепиано, но его останавливает чужой глубокий смех. Он смотрит на мужчину почти обиженно, отчего тот снова нескрываемо ухмыляется. — Глупый, это тебе, — говорит Хван, протягивая юноше контейнер. Приняв его в руки и уставившись на ланч, Ги Хун сначала пару секунд потупил взглядом, а после осознав суть ситуации мигом покраснел, поглядывая на Ин Хо. — Ты серьёзно?... По какому поводу? — неверяще спросил Сон, расплываясь в смущённой улыбке. — Как это по какому, котёночек? — и снова этот тон, будто мужчина говорит не с Ги Хуном, а с маленьким мальчиком. Хотя, возможно, в его глазах как таковым он и являлся. — После того нашего разговора, я не на шутку испугался за состояние твоего здоровья и поэтому решил собственноручно приготовить для тебя обед. — Хочешь сказать, что ты... — «потратил весь вечер на готовку чужого ланча» — хотел продолжить Сон, но вместо этого замолкает на середине предложения. Рассматривая в своих руках прозрачный контейнер, сквозь который виднелись маленькие аккуратные такояки поверх небольшой порции риса, в голове юноши тут же пронеслись представления о том, как обычно серьёзный мужчина носился по кухне в милом розовом фартуке. Почему именно в розовом? Ги Хун и сам не знает. Просто, как ему казалось, такой цвет на Ин Хо смотрелся бы довольно забавно и неординарно. Усмехнувшись своим мыслям, Сон поднял взгляд на мужчину и, с глупой улыбкой на лице, буднично пролепетал: — Спасибо большое, Ин Хо. — Приятного аппетита, солнышко, — с нежностью ответил Хван, замечая, как парочку вьющихся кудряшек выбились из общей причёски Сона. Не удержавшись, он наклонился к нему чуть ближе и заправил мешающие пряди Ги Хуну за ухо. Щёки того мигом вспыхнули, на что мужчина тихо рассмеялся, нехотя отстраняясь. «Такой очаровашка» — пронеслось в его голове, в то время как музыкант опустил голову вниз, приступая к еде. Пока юноша со спокойной душой уплетал сытный обед, Ин Хо с лёгкой улыбкой на устах рассматривал такое родное лицо. Его взгляд первым делом зацепился за густую шевелюру на голове Сона, которая однозначно не могла не привлекать чужое внимание. Затем он спустился чуть ниже, пробегаясь по его впалым скулам, длинным ресницами и вскоре останавливаясь на чертовски манящих губах. Возможно, это было странно — смотреть на чужой рот во время употребления пищи, но Ин Хо, мягко говоря, было всё равно. Он смотрел на эти губы как загипнотизированный, пока не услышал голос Ги Хуна. — Что-то не так? — негодующе спросил Сон, наклонив голову чуть-чуть в бок. Хван хотел было что-то сказать, но внезапно юноша не подумав, выпалил: — Чёрт, извини, это так эгоистично — есть прямо перед тобой и не поделиться ни кусочком. Ты, наверное, тоже голоден, — чего-чего, но этого мужчина точно не ожидал. Он с приподнятой бровью наблюдал за тем, как Ги Хун мокает такояки в соус и подносит ложку к его рту. — Открой рот. Сказать, что Хван был в шоке — ничего не сказать. Он сначала недоверчиво туда-сюда переводил взгляд с такояки на Ги Хуна, а затем тяжело вздохнув, всё же приоткрыл рот. Спустя пару секунд пластиковая ложка вернулась к юноше совершенно пустая. Мужчина в это время медленно прожёвывал еду, глядя на светящегося от своей шалости собеседника. — Вкусно? Дать ещё? — с улыбкой произнёс Сон, макая уже второй шарик в соус. — Не нужно. Спасибо, Ги Хун, — вежливо ответил Хван, на что парень пожал плечами, закидывая в рот такояки. Ин Хо улыбнулся уголками губ, возвращаясь к рассматриванию Ги Хуна. Опустив взгляд немного ниже от лица юноши, мужчина принялся разглядывать его сегодняшний выбор одежды. Он был одет в белоснежную блузку с волнистыми рюшами и в чёрные брюки. Мужчина нервно сглотнул, про себя отмечая, что в таком наряде Сон приобретал некий аристократический акцент. Ин Хо почувствовал внезапное желание сводить Ги Хуна в какой-нибудь до жути дорогой Сеульский ресторан, лишь бы такая красота не пропала на рабочем месте зря. — Ги Хун, как насчет того, чтобы после работы поужинать в ресторане? — ненавязчиво спросил Хван, хотя мысленно очень надеялся на положительный ответ. Сон внезапно отчего-то шлёпнул себя по лбу. Чёрт, он совсем забыл предупредить Ин Хо о том, что они в эту пятницу не смогут, как обычно, провести время вместе. — Ин Хо, извини, я совсем забыл предупредить тебя, — виноватым тоном прогудел музыкант, замечая, как лицо актёра едва заметно хмурится. — Просто Сан Ву приехал и мы уже- — Сан Ву? — перебил его Хван. — Разве он сейчас не в Лос-Анджелесе на съёмках? — Вот именно, что нет! — тут же оживился Сон, когда речь зашла про его друга. — Он вчера позвонил мне и сказал, что вернулся в Сеул, представляешь? И сегодня вечером мы пойдём с ним в кафе, как в старые добрые времена. — протароторил парень, расплываясь в широкой улыбке. — Хорошо, я понял, — недовольно промычал мужчина, переводя взгляд с Ги Хуна на раскрытое окно. — Ты расстроился? — с удивлением спросил Сон, наклоняясь корпусом в сторону Ин Хо. — Я не расстроился. Всё в порядке, — смягчившись, ответил Хван, поворачиваясь обратно к юноше. — Я же вижу, что что-то не так... — с толикой задумчивости проговорил Ги Хун, а затем предложил нечто неожиданное: — Может пойдёшь тогда сегодня с нами? Думаю Сан Ву будет не против. На это высказывание Ин Хо вновь нахмурился, но не настолько, чтобы Ги Хун заметил его реакцию. Он глубоко вздохнул, стараясь подавить нарастающее в груди чувство ревности. — Не нужно, я буду только мешать, — мужчина видел, как Сон приоткрыл рот, чтобы сказать нечто протестующее, поэтому он мигом добавил: — Мы сможем встретиться в эти выходные? — Да, в выходные я полностью свободен, — кивнул юноша, на что в ответ услышал низкое: «Отлично...». Опустив голову вниз, к своему на половину съеденному обеду, Ги Хун вновь принялся за еду. Вскоре Ин Хо ушёл, оставив парня одного в комнате. Как только дверь за ним закрылась, юноша взглянул на настенные часы, стрелка которых указывала на отметку в два часа дня. «Поскорее бы...» — с энтузиазмом пробубнил себе под нос музыкант, опуская пальцы на клавиши, тут же заиграв произведение Гайдна. Когда стрелка часов переварилась за семь вечера, Ги Хун уже бежал по длинному коридору, предварительно написав Сан Ву за полчаса до окончания своей смены. Он в припрыжку добрался до лифта и дождавшись, пока дверцы откроются, мигом юркнул внутрь, нажимая несколько раз на кнопку первого этажа. Скинув со лба пару капель пота, юноша внезапно почувствовал лёгкую вибрацию в кармане брюк. Достав телефон и устремив взгляд на экран, он увидел всплывающее сообщение. Зануда-Сан Ву: Жду тебя внизу.

Ги Хун: Бегу!!

И Ги Хун правда побежал, как только двери лифта открылись. Добежав до выхода, он остановился у дверей, чтобы на мгновение перевести дух, а затем, крепко схватившись за ручку, одним плавным движением распахнул перед собой проход, встречаясь лицом к лицу с весенним Сеулом. — Сан Ву! — воскликнул Ги Хун, когда заметил Чхо, стоящего на тротуаре. Он тут же сорвался на бег и чуть ли не сбил его с ног. Руки парня молниеносно примкнули к мужчине, заключая его в крепкие объятия. — Боже, я так скучал, ты не представляешь! — Я тоже, Ги Хун. Я тоже... — тихим голосом произнёс Сан Ву, не сдержав едва уловимой улыбки, которую скрыла маска. Одной рукой он дружелюбно похлопал парня по спине, а второй аккуратно пригладил его растрёпанные волосы. Ещё немного так постояв, Чхо отстранился и направился вдоль по улице, подзывая того за собой. — Ну рассказывай, что у тебя нового? Неужто вместо оркестра всё ещё играешь на улице? — Господи, мы только встретились, а ты опять за своё, — недовольно прогудел Ги Хун, сжимая лямку чёрной сумки. — Я же сто раз говорил, что меня не берут пока ни в один оркестр якобы из-за того, что у меня «мало опыта», — выделил он последние два слова кавычками, которые показал в воздухе. — Хорошо-хорошо, не кипишуй — с усмешкой в голосе ответил Чхо. — Ты говорил, что у тебя много новостей. Попробуй меня удивить. Только учти, если ты, в конце концов, устроился на работу, то это так себе новость. — Пф, ты просто ещё не знаешь где я сейчас работаю и как я на неё устроился, — с уверенностью высказался Сон, скрестив руки на груди. — Всё-таки не зря я выступаю на улице. — Хочешь сказать к тебе подошли на улице и предложили работу? Звучит сомнительно. — Не спорю. Но что есть, то есть, — пожал он плечами, кинув секундный взгляд на друга. — Итак, дело было... А хотя подожди, с какой новости мне начать? Просто у меня есть одна про работу, а вторая про... Кое-кого. — Кое-кого? Неужели познакомился с кем-то и забыл про своего Ин Хо? Молчание. Сан Ву напрягся и бросил взгляд на Сона, у которого на лице расплылась загадочная ухмылка. — К чему такое выражение лица? — прищурившись, спросил Чхо. Они ещё пару секунд молча глядели друг на друга, пока на лице одного сияла хитрая усмешка, а на втором искреннее недопонимание. Пройдя так пару метров, мужчина не с того, ни сего остановился, похоже, догадавшись. — Не может быть... Ты- — Столкнулся с ним прямо на улице по завершении нашего выступления? Да! — перебил его Ги Хун, после чего глаза Сан Ву от изумления расширились. — Ладно, преврал немного. На самом деле он подошёл к нам с Чжун Хи и стал заваливать нас комплиментами. Но так даже лучше, не правда ли? — с озорством пролепетал Сон. — Он говорил, что впервые наблюдает столь одарённых молодых музыкантов. Что безумно желает отблагодарить нас за нашу проделанную работу. Он приглашал нас в ресторатор, но по итогу пошёл только я, так как Чжун Хи была записана на УЗИ. Он даже деньги нам вручил, представляешь? Сан Ву был, мягко говоря, шокирован словам друга. Он скептически взирал на Ги Хуна, пробуя отыскать хоть что-то в его манере поведении, что могло бы намекать на то, что это шутка. Но не найдя ничего примечательного, он, тяжело вздохнув, прохрипел: — Ты не шутишь, да? — Нет, конечно! Мне что, показать тебе фотографии с наших недавних прогулок? — Ги Хун уже было достал телефон, но его остановил Сан Ву со словами: «Не надо. Я, хоть и с трудом, но верю». — А ещё!... Он меня даже не узнал! То есть он общался со мной так, будто видел впервые. — Неудивительно, — сморозил Сан Ву, сдвинувшись с места и продолжая идти. — Он не узнал тебя во-первых, из-за того, что не видел тебя полтора года, а во-вторых, из-за твоей смены образа. Он ведь запомнил тебя как озорного красноволосого парнишку, а в итоге встретил тусклого музыканта. — Последнее мне считать за оскорбление или за комплимент? — усмехнулся юноша. — Как хочешь, — пожал Сан Ву плечами. — Так что, получается вы, наконец-то, встречаетесь? — Что!? Н-нет, с чего ты взял? — смутился Ги Хун, в шутку задев того локтем. — Как это с чего? Ты его любишь, а он тебя. Очевидно. — Ну, со мной понятно, но насчет Ин Хо я неуверен... — замявшись, произнёс Сон, ловя на себе недовольный взгляд Чхо. — Ну, конечно, да... он ухаживает за мной, покупает мне всё, что я захочу, называет меня уменьшительно-ласкательными прозвищами и даже собственноручно приготовил для меня ланч. Но это же ничего не значит, верно? — протароторил Ги Хун, невинно поглядывая на друга. — Ги Хун, ты слепой. — Ой, говоришь прямо как Чон Бэ, — закатил он глаза, а затем поправив воротник блузки, тихо прошептал: — Вы все так говорите, будто Ин Хо действительно меня лю...люб... — Да, Ги Хун, он тебя любит, — перебил Сан Ву его бурчание. — Может перейдём уже ко второй новости? Что там насчёт работы? — Так у меня получилось тебя удивить, хён? — промурчал Сон, в то время, как они повернули на право. —Да, у тебя получилось. — Я рад, — хитро ухмыльнулся музыкант, замечая впереди то кафе, в которое они направились всё это время. — Что насчёт работы... К нам также по завершению выступления подошёл один режиссёр и предложил нам с Чжун Хи писать музыку для его фильма. — Что за режиссёр? — спросил Сан Ву, как только они зашли внутрь кафе и принялись глазами искать свободное место. — О Иль Нам. Мужчина перевёл шокированный взгляд на Ги Хуна, который в свою очередь вопросительно выгнул бровь. — Ты не перестаёшь меня удивлять... — устало вздохнул Чхо, беря парня под локоть, дабы тот не затерялся в толпе. После того как они прошли мимо нескольких занятых мест, в конечном итоге они устроились на одном из самых удаленных диванов, сидя напротив друг друга. — Получается ты сейчас работаешь на господина Иль Нама? — Именно, — в подтверждающем жесте кивнул Ги Хун, беря в руки лежащее на столе меню. Он пробежался взглядом по предлагаемым блюдам и в следующую же секунду усмехнулся себе под нос: — За столько лет их меню ни капли не изменилось. Может тогда закажем куксу? Прямо как в школьные года. Помнишь, как мы после школы заходили сюда и брали куксу? — Конечно помню. Давай тогда закажем две порции куксу, идёт? — произнёс Сан Ву, жестом подзывая официанта. Глянув на музыканта, мужчина видел, как на его лице вновь расплылась широкая улыбка, которая не смогла не произвести на него такой же эффект. «Годы идут, а Ги Хун не меняется» — пронеслось в голове актёра, перед тем как продиктовать подошедшиму официанту заказ. Как только официант ушёл, предварительно оповестив их о том, что заказ будет подан спустя десять минут, юноша тут же перевёл стрелки на Чхо, аргументируя это тем, что пришла его очередь рассказывать о своих новостях. Мужчина не успел и слова вставить, как его мгновенно перебили, заваливая вопросами из разряда: «Как фильм отсняли?», «Когда выпустят?», «Сколько заработал?», «Какого жить в Лос-Анжелесе?», «А там правда на каждой шагу бездомные?». От такого внезапного потока у Сан Ву не на шутку разболелась голова, но, спустя пару минут, он уже активно отвечал на все поставленные ему вопросы. Ги Хун же с интересом слушал, время от времени вставляя какие-то комментарии. Затем, как и было положено, спустя ровно десять минут официант принёс им две порции куксу вместе с чайником зелёного чая. Поблагодарив Сан Ву за угощение, Сон взял в руки палочки и принялся уплетать лапшу за обе щеки, отмечая, что на вкус она точно такая же, как лет десять назад. Закончив с едой, Чхо заботливо налил им чаю, вручая одну из чашек Ги Хуну в руки. Юноша с улыбкой кивнул, сдувая лёгкий пар. — Как, кстати, у тебя успехи в написании саундтреков? — неожиданно для Ги Хуна спросил мужчина, делая глоток горячего чая. — Да, в целом, хорошо. Правда я столкнулся с некими трудностями в виде недосыпа, но сейчас ситуация уже лучше, — произнёс Сон, ставя чашку на стол. — Просто Ин Хо позавчера попросил у господина Иль Нама выделить мне один выходной день. Я вчера отлично выспался и теперь чувствую себя не так устало. — И после этого ты всё ещё сомневаешься в его чувствах? — скептически спросил Сан Ву, откидываясь на мягкую спинку дивана. — Да. Чёрт, я не знаю. Я же говорил... Просто вдруг он- — Ги Хун, — внезапно перебил его мужчина, с серьёзным видом смотря сначала на Ги Хуна, а затем заглядывая ему куда-то за спину. — Что такое? — парень проследил за взглядом друга и хотел уже было повернуться назад, но мужчина остановил его словами: — Не смей поворачиваться, — он снова заглянул ему за спину, чем напряг музыканта. — Прямо сейчас за твоей спиной, за одним из самых дальних столиков, сидит Ин Хо со стаканом, судя по всему, виски и смотрит на меня. — Что!? Ин Хо? Что он тут... — Сону не дали договорить, так как Сан Ву шикнул на него, дабы он не кричал так громко. — И почему он вообще на тебя смотрит? — закатив глаза, спросил юноша, скрещивая руки на груди. — Он сейчас выжжет во мне дыру, — задумчиво пробурчал Чхо, время от времени поглядывая за спину парня. — Он явно ревнует тебя ко мне. — Что?... — смутившись, прошептал Ги Хун. — С чего ты взял? — Потому что обычные люди не смотрели бы на нас так осуждающе. Тем более на меня. Вокалист пару секунд непонимающе поморгал, а затем с алыми щеками недовольно буркнул: — Да ты врёшь! Я тебе не верю! Ты просто решил меня развести, — не теряя ни минуты, Ги Хун быстро развернулся, прищурившись в попытках найти знакомое лицо. И, черт возьми, его удивление не знало границ, когда он действительно встретил взглядом угрюмого Ин Хо. Сон мгновенно отвернулся, опустив голову на сложенные на столе руки, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце. Он шокированно посмотрел на невозмутимого Сан Ву, который вдруг произнес то, от чего юноша был готов провалиться сквозь землю: — Молодец, теперь он идёт сюда. — Что!? — нервно выкрикнул Ги Хун, мгновенно выпрямляясь. Парень бросил секундный взгляд назад, замечая, как Ин Хо в самом деле уверенной походкой направляется к их столику. Сон испуганно глядел на Сан Ву, параллельно проскулив: — Что мне делать, Сан Ву!? — Тебе ничего, — невозмутимо произнёс мужчина, делая очередной глоток зелёного чая. — А вот мне придётся отбиваться. — Что ты несёшь?... — обречённо прошептал Сон, зажмуривая глаза и закрывая лицо руками. Затем он от безысходности сложил ладони вместе, имитируя молитву, тихо бурча себе под нос: — О, Будда, если ты меня слышишь, молю, пусть... — Не помешаю? — внезапно над головой Ги Хуна раздался знакомый хриплый голос. Юноша тут же замолк, затаив дыхание. Он умоляюще взирал на Сан Ву, который неимоверно раздрожал Сона одним своим безразличием к происходящему. — Нет, присаживайся, — Чхо указал на свободное место рядом с Ги Хуном и через секунду диванчик немного прогнулся под весом чужого тела. Глаза парня шокированно расширились, когда чужая тяжёлая рука легла ему на плечо. — Привет, котёнок, — промурчал Ин Хо музыканту в самое ушко, не стесняясь произносить эту фразу достаточно громко, чтобы мужчина напротив её отчётливо услышал. Ги Хун смог выдавить из себя лишь тихое: «Привет, Ин Хо...», сам с натяжкой осознавая причину своего смущения. — Привет, Сан Ву. Давно не виделись, — уже с меньшим энтузиазмом произнес Хван. — И тебе привет, Ин Хо, — с прищуром ответил Чхо, наблюдая перед собой странную картину: после приветствия рука Ин Хо плавным движением переместилась с плеча Ги Хуна на его талию. И пока мужчина с довольным выражением лица глядел на мальчишку, тот, в свою очередь, пытался скрыть волосами свои красные щёки. «Куда я попал?..» — пронеслось в голове Сан Ву, в то время как он попивал свой уже остывший чай. — Давно здесь сидишь, Ин Хо? — спросил мужчина, чтобы хоть как-то развеять обстановку. — Не особо. Минут десять назад сюда зашёл и почти сразу же заметил вас. Не хотел вас тревожить, — хватка на талии Ги Хуна слегка укрепилась, что не смогло скрыться от внимания юноши. — Но раз вы всё-таки заметили меня, то было бы не вежливо оставаться там, даже не поздоровавшись с вами. Верно? — Да, возможно, — хмыкнул Чхо, отставляя в сторону пустую чашку. Последующие пару минут прошли в напряжённом молчании. Никто не смел начать разговор, так как каждый думал о своём: Ги Хун о том, как бы ему заставить себя вдохнуть полной грудью, не смотря на близкий контакт с Хваном, Ин Хо о том, как бы ему сдержать внезапный порыв поцеловать Сона прямо на глазах у его друга, а Сан Ву о том, что походу на этом их уединение с Ги Хуном подошло к концу. Вскоре чужая рука исчезла с талии Сона, чему парень даже, честно говоря, расстроился. Он взглянул на мужчину, который встал на ноги и негромко произнёс: — Мне нужно отойти, скоро вернусь, — развернувшись, Ин Хо ушёл в сторону уборной. Убедившись, что мужчина окончательно скрылся из виду, Сан Ву не теряя времени вывел парня из транса словами: — Садись ко мне, — он демонстративно похлопал ладошкой по месту рядом с собой, призывая того к действию. — Зачем? — негодующе спросил Сон, пододвигаясь к краю своего диванчика, собираясь переместиться на тот, что напротив. — Быстрее, — рявкнул Чхо и уже через мгновение Ги Хун сидел около него. Мужчина наклонился ближе к уху парня, будто опасаясь, что их разговор могут подслушать. — Я правильно понимаю, что ты всё ещё не уверен насчёт чувств Ин Хо к тебе, так? — Да, но к чему вопрос? Ты же уже это спрашивал. — К тому, что у меня есть идея, — загадочно прошептал Сан Ву, поглядывая в сторону уборных комнат. — Я знаю способ, который поможет тебе окончательно разобраться в его чувствах. — Правда? И какой же? — с придыханием спросил Сон. — Мы выведем его на ревность, — после небольшой паузы произнёс Чхо, на что парень обескураженно приоткрыл рот, собираясь возразить словам друга. Но его тут же перебили, так как на горизонте снова показался Ин Хо. — Подыграй мне. Такой подставы Ги Хун от него не ожидал. Он вскинул брови, шокированным от сложившейся ситуации взглядом высматриваясь в чёрную деревянную столешницу. В его голове крутилась лишь фраза: «Подыграй мне», которая вызывала не меньше вопросов, чем то недавнее прикосновение Ин Хо к его талии. Он думал над тем, что значит «подыграть». Что для этого ему потребуется сделать? Взяться с Сан Ву за руки? Поцеловаться? Может ему ещё на колени к этому зануде усесться для большего эффекта? Подобные вопросы сыпались один за другим, пока Хван не уселся напротив. Найдя в себе силы, Сон поднял взгляд, моментально сталкиваясь с потемневшим взглядом мужчины. — Ги Хун, почему ты отсел от меня? — чуть ли не прорычал Хван, сверля взглядом юношу напротив. — Я?... Отсел... — Ги Хун не на шутку испугался подобного тона, на автомате поворачиваясь к Сан Ву, в надежде, что тот поможет ему. Но друг как назло молчал, разливая по их чашкам остатки из чайника. Парень вновь обратил внимание на Ин Хо, заметив, как солнечные лучи пробиваются на его прежнем месте, и сразу же поспешил озвучить пришедшую только что на ум отговорку: — Мне стало жарко под палящим солнцем, поэтому я пересел в тенёк к Сан Ву. — М-м, — с очевидным недовольством промычал Хван, немного качая головой. — Хорошо, ничего страшного. Я понимаю, — затем он откинулся на спинку дивана, беря в руки стеклянный стакан, делая ощутимый глоток алкоголя. Ги Хуна стало не по себе. Он впервые видит настолько хмурого Ин Хо, что не могло не вызывать чувство вины. Парень хотел было снова что-то сказать, но Сан Ву неожиданно обратился к нему: — Ги Хун, не хочешь молочный коктейль? — мужчина протянул ему меню, тыкая пальцем в предлагаемые вкусы коктейлей. «Такими действиями он решил вывести его на ревность?» — задался мысленно Ги Хун вопросом, беря в руки меню. На самом деле, это куда лучше, чем он думал. По крайней мере, Сан Ву не заставляет его с ним целоваться на глазах у Ин Хо. От подобной мысли парень неприятно съёжился. — Да, хён. Я буду клубничный, — с натянутой улыбкой произнес Сон, пока мужчина вновь подозвал официанта к их столику. — Вы выбрали что-то ещё? — спросил всё тот же парень, который около часа назад принял их заказ. Он вежливо поставил всю пустую посуду на неподалёку лежащий поднос, чтобы было удобнее донести её до кухни. — Да. Один клубничный коктейль, пожалуйста, — кивнув на слова Сан Ву, официант хотел уже было уйти, но Ин Хо оставил его словами: — И ещё инчжольми, — сурово глядя на Чхо, произнёс мужчина. Официант немного опешил от такого тона, но ничего не сказал. Он лишь напоследок поклонился, удаляясь вместе с подносом грязной посуды. Минуты ожидания пролетели достаточно быстро и спокойно, если не учитывать пронзительный взгляд Ин Хо в их с Сан Ву сторону. И если мужчине было, по большей части, плевать на это, то Ги Хуну это доставляло дискомфорт в перемешку с...лёгким возбуждением? Когда Сан Ву ранее говорил все те слова про очевидную ревность Ин Хо, юноша открыто не верил ни в одно подобное заявление. Он даже представить себе не мог, что мужчина способен на нечто такое. Но вот сейчас, когда он в открытую может наблюдать за тем, как выражение лица Хвана меняется в долю секунды от малейшего его взаимодействия с Сан Ву, музыкант понимает, что это в какой-то степени забавляет, пугает и даже возбуждает. Кинув очередной взгляд на угрюмого Хвана, Ги Хун вдруг не может сдержать наглой ухмылки, когда он добровольно наклоняется к уху своего друга и тихо, почти бесшумно шепчет тому: «Кажется работает». Отстранившись, юноша сначала улавливает едва заметный кивок от Сан Ву, а затем сталкивается взглядами с до невозможности грозным Ин Хо, который, казалось бы, готов был уже рвать и метать. И Ги Хун солгал бы, если бы сказал, что у него не задрожали колени под таким надзором. Вскоре им принесли молочный коктейль вместе с заказанными Хваном инчжольми. Сон тут же потянулся обнимать и благодарить Сан Ву за освежающий напиток. Он вставил трубочку в стакан, отпивая немного коктейля. — М-м, как вкусно! Сан Ву, ты лучший! — удовлетворённо промычал парень, прикладывая ладонь к щеке и закрывая глаза. Если уж Сон и согласился подыгрывать Чхо, то пути назад уже нет. Он собирается как следует сыграть роль игрового юнца, чтобы разозлить Ин Хо пуще прежнего. — Спасибо, Ги Хун, ты тоже, — рука Сан Ву неожиданно приобняла музыканта за плечи, в то время как он сам потягивал из трубочки сладкий клубничный коктейль. Позже мужчина приблизился к лицу Ги Хуна, произнося следующее достаточно громко, чтобы Ин Хо смог хорошенько расслышать: — Я попробую? — Да, конечно, — с широкой улыбочкой пролепетал Сон, протягивая тому станчик. Как только губы Сан Ву обхватили тоненькую трубочку, Ин Хо ощутил ещё более сильный прилив ревности. В его мыслях звучала лишь одна ненавистная фраза. Косвенный поцелуй. Это, на первый взгляд, безобидное словосочетание заставило Хвана сжать кулаки под столом, дабы уталить нарастающую в груди ярость. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоить себя тем, что это даже не прямой поцелуй, а лишь какая-то жалкая имитация. Но даже так, он был уже на грани. — Ги Хун, могу и я попробовать? — спустя пару минут охрипшим голосом спросил Ин Хо, когда трубочка в очередной раз оказалась у юноши во рту. — Конечно, Ин Хо, бери, — с долей смущения произнёс Сон, не ожидая от мужчины такой просьбы. Он немного отстранился от Сан Ву, протягивая Ин Хо стаканчик, который успешно был перехвачен. — Благодарю, — произнеся это, Хван тут же почти жадно прильнул к белой трубочке, прокручивая в голове картинку того, как пару секунд назад её обхватывали нежные губы Ги Хуна. Как же ему сейчас хотелось ощутить именно их на своих губах, а не стандартный пластик. Сделав глоток клубничного коктейля, Ин Хо не сильно оценил вкус данного напитка, так как посчитал его слишком уж сладким. Он вернул парню стаканчик и мгновенно чуть ли не зарычал, когда губы Сона снова до жути соблазнительно обхватили трубочку. — Кстати, Ин Хо, — внезапно позвал его Ги Хун, слизывая остатки коктейля с нижней губы. — Эти инчжольми просто восхитительны! — он указал пальцем на тарелку с рисовыми пирожками. —Правда? — с наигранным удивлением произнёс Хван, пододвигая тарелку ближе к юноше. — Я как раз заказал их именно для тебя, малыш. На лице Ги Хуна застыла гримаса замешательства. Он неуверенно взирал на еду, не до конца веря в правдивость слов мужчины. — Ты не шутишь?.. — Конечно нет, глупыш. Кушай, — смягчившись, с легкой ухмылкой ответил Хван, слыша в ответ радостное: «Спасибо, Ин Хо! Ты лучший!». Ты лучший... От этих, на первый взгляд, простых слов, мужчина шумно выдохнул через нос, прикрывая глаза от приятного ощутимого тепла, что так медленно расплывалось по его ранее напряженному телу. Он скрестил руки на груди, улыбаясь уголками губ своим мыслям, где Ги Хун вновь и вновь повторял эту чёртову фразу. Возможно, он ещё бы посидел в таком положении пару минут, витая в облаках, но внезапно его размышления прервал голос Сан Ву, который обращался к Сону: — Ги Хун, у тебя вот здесь рисинка, — приоткрыв глаза, Ин Хо наблюдал за тем, как Чхо, наклонившись до жути близко к юноше, указывал пальцем на свою щеку. — Здесь? — негодующе спросил парень, тыкая пальцем немного не туда. Получив в ответ отрицательный качок головы, Ги Хун немного сместил палец: — Здесь? Или нет? Сан Ву тяжело вздохнул, а затем собственноручно стёр рисинку с лица парня, одним уверенным движением оправив её себе в рот. Ин Хо это видел. Прекрасно видел, как Ги Хун в следующую же секунду залился краской, отворачиваясь в сторону и прикрываясь волосами. Нет, всё, с него хватит. Это была последняя капля и больше он не намерен это терпеть. Мужчина резко кладёт на стол деньги за инчжольми, поднимается с места и склонившись над Ги Хуном, хрипит ему на ухо: — Ги Хун, нам надо поговорить. Срочно. Пошли, — парень успевает только недоумённо взглянуть на озлобленного мужчину, как его вмиг подхватывают под локоть и заставляют встать на ноги. — Что такое, Ин Хо? В чем дело? — Сон не на шутку испугался, так как не рассчитывал, что их своеобразный спектакль с Сан Ву понесёт за собой результат настолько быстро. Он не был готов к этому. Его поставленный мужчине вопрос был благополучно проигнорирован. Не успел Ги Хун и глазом моргнуть, как его уже тащили к выходу из кафе, не дав даже по-нормальному попрощаться с Сан Ву. Уже на улице он снова попытался достучаться до Хвана, абсолютно не понимая, куда тот так активно его ведёт. Взглянув на актёра, Ги Хун растерянно сжимал лямку своей сумки, вновь спрашивая у Ин Хо: — Куда ты меня ведёшь? Что случилось? Ему снова не ответили, а лишь сильнее сжали его локоть, ускоряя шаг. Завернув, мужчина утащил его в какой-то безлюдный переулок и одним резким движением прижал к ближайшей стене. Ги Хун тут же почувствовал, как его сердцебиение участилось, а колени вновь стали предательски дрожать, так и наровив уронить его на грязный асфальт. Он в страхе взглянул на мужчину, почувствовав, как мощная рука господина Хвана сжимает его запястья, в то время как Ин Хо наклонился к его уху и злобно прошипел: — Ну и что за цирк вы устроили на пару с Сан Ву?