К сердцу прижмёт — к чёрту пошлёт?

Эндрю не святой. Никогда не был и не планирует им становиться. Но, похоже, у дьявольской канцелярии есть на этот счет свои сомнения. Иного объяснения адскому представлению, что разворачивается перед его глазами, просто не найти. Как там говорится? Бойтесь своих желаний — они имеют свойство сбываться. Увидеть раскрасневшегося, задыхающегося и абсолютно потерянного Нила Джостена было в числе тайных фантазий Эндрю. Вот только наблюдать столь непристойную картину хотелось непосредственно под собой, прижатым к своему телу, а не стоя у входа в тренажерный зал, где ему отведена роль пустого места, в то время как Нил, кажется, уже почти залезает в штаны к Кевину. Эндрю настолько охреневает от происходящего, что не может сдвинуться с места на протяжении всей этой абсурдной сцены. Он словно свидетель аварии, в замедленной съемке наблюдающий за столкновением двух автомобилей. Один из них — горячо любимый, как драгоценная Maserati самого Эндрю, а другой — тот, что хочется добить лично, чтобы не подлежал восстановлению. Проводив испепеляющим взглядом убегающего, словно от самой смерти, Джостена, Эндрю медленно поворачивает голову к Кевину. — Какого хуя? — вырывается у него. Нил, похоже, так и не заметил присутствия третьего, и это неожиданно пробуждает какое-то отвратительное чувство. Всё равно что глотнуть кофе без сахара. Мерзкая черная жижа с горечью расползается по горлу, лишая воздуха. Эндрю чувствует, как его сердце колотится в бешеном ритме, а в голове лишь одна мысль: «Я убью Кевина». — Стоп, Эндрю! — прерывает его внутренний монолог голос, словно откуда-то сверху. — Даже не думай развивать эту мысль. Мне твой Джостен нахрен не сдался. Эндрю мысленно кривится от слова «твой», но на лице сохраняет непроницаемую маску. Внутри же полыхает что-то темное, а пальцы подрагивают от желания вцепиться в шею Кевина. — Недостаточно хорош для Его Высочества? — спрашивает он, не в силах сдержать раздражение. — Это же Джостен. Он… — начинает Кевин, но Эндрю прерывает его. — Какой? — Эндрю чуть наклоняет голову, всего на сантиметр. Кевин теребит ремень своей спортивной сумки, оглядывается, но быстро понимает, что лучше ответить на этот чертов вопрос. И быть предельно осторожным в выборе слов. — Ну… У Нила хорошая статистика, но не хватает упорства. Хотя на этой неделе он в кои-то веки неплохо выкладывался на тренировках. Кевин не добавляет «потому что не отвлекался на ворота позади», но это читается в его взгляде, и Эндрю тоже это замечает. — Теперь он Нил? Не Джостен? Выкладывался, значит, а ты смотрел… — На лице Эндрю нет ни тени эмоций, но Кевин отступает. Кажется, до него доходит, что в вопросах о Ниле Джостене нет правильных и неправильных ответов. Любое слово Кевина лишь подкидывает дров в разгорающийся внутри Эндрю огонь. А блядский след на футболке служит отвратительным напоминанием о том, как непозволительно близко Кевин был к Нилу. Имеет ли значение случайность их столкновения? Для Эндрю нет. Воспоминания о том, как Нил скользил длинными пальцами по чужой груди, вызывают в нем что-то пугающее. — Эндрю, какого черта? Меня абсолютно не интересует этот… этот Нил Джостен. Если это не вопрос его результативности в матче, конечно. — Кевин даже сейчас не в силах обойтись без упоминания экси. — Возможно… — отвечает Эндрю, его тон остаётся спокойным. Кевин выдыхает, его плечи заметно опускаются, но, похоже, он расслабляется слишком рано, потому что Эндрю добавляет: — Но, кажется, ты интересуешь его. — Что?! — на лице Кевина отражается паника, будто стать объектом интереса Нила настолько ужасно. Эндрю вот не жалуется. Не жаловался. Сложно было не заметить, что последние дни Нил избегал Эндрю. Конечно, он и раньше мог молчать неделями, ограничивая их взаимодействие происходящим на корте, но чтобы Джостен прекратил тайком смотреть в его сторону? Эта мысль не давала покоя. Неужели парень сдался? Эндрю был озадачен. И раздражен. Он никогда в этом не признается, но без обжигающего прикосновения чужих глаз он будто замерзал. — Серьезно? Я не собираюсь это комментировать! — Кевин закатывает глаза, по-своему трактуя возникшую тишину. Эндрю сверлит его злобным взглядом, но больше ничего не говорит. Собственная вспышка злости заставляет встряхнуться и взять себя в руки. Он просто был застигнут врасплох и ничего более. — Если мы все прояснили, то пошли тренироваться. Ты нужен мне на страховке. — Если я зайду с тобой в зал, то с большой вероятностью уроню на тебя штангу. Ты этого хочешь? — Пожалуй, я не против потренироваться один. Увидимся! Кевин скрывается внутри, а Эндрю достает из заднего кармана джинс мятую пачку сигарет. Курить не хочется, но нужно чем-то занять руки. Он ощущает покалывание в пальцах, которые чешутся врезаться во что-то: кирпичная стена или смазливая рожа Дэя — неважно. Главное, чтобы выпустить накопившееся напряжение. Телефон появляется в руке, словно по волшебству, пара гудков, и на другой линии слышится мягкий голос Рене. — Встретимся на нашем месте через полчаса.

***

Выездные матчи — неотъемлемая часть жизни любого спортсмена, но это вовсе не значит, что Эндрю их любит. На этот раз им выпало играть против Колумбийских Драконов, из-за которых Кевин буквально сходил с ума последние недели, выводя остальных Лисов из равновесия. Тащиться куда-то на автобусе, без возможности хлопнуть дверью и свалить, когда его сокомандники начнут раздражать — это пытка. Лицезреть рыжую макушку Нила через несколько рядов впереди, не ловя украдкой вороватые взгляды в свою сторону, пытка. Сидеть рядом с раздувшимся от самодовольства Кевином и слушать его бессмысленный треп об игровых моментах, которые обязательно нужно пересмотреть и отработать на поле, — нет, «пытка» здесь слишком мягкое слово. После сегодняшней победы Лисы практически стопроцентно гарантировали себе выход в весенний чемпионат, а это значит, что Его Высочество на время заткнется и перестанет быть помешанным на экси фанатиком. Эндрю поспорил с Ники, что Кевин продержится в затишье не больше суток. Аарон поставил на неделю, но он идиот, и его мнение не учитывается. Автобус трогается, как только последние ребята рассаживаются по своим местам после плановой остановки, которую Эндрю проигнорировал. Ваймак двигается в проходе, задержавшись что-то обсудить с Дэн. Ники делает селфи на фоне мелькающих за окном витрин, периодически корча рожи, отчего Рене и Элисон смеются. Эндрю не интересно. Он просто хочет скорее оказаться в кампусе. Дождавшись спасительной тишины, когда Кевин, очевидно утомленный звуком собственного бубнежа, засыпает, Эндрю тянется к внутреннему карману сумки за наушниками. — Не против, если я сяду рядом? — голос Нила, мягкий и непринужденный, вызывает у Эндрю мгновенную реакцию, словно охотничий пес, услышавший взмах крыльев в траве. Ему требуется несколько секунд, чтобы его мозг перестал мигать красным и выдал корректное заключение: Нил обратился к Аарону, одиноко сидящему через два пустых ряда перед ним. — Я не Эндрю, — усмехается его брат, будто Нил может их перепутать. Не может ведь? — О, я знаю это, — улыбается Нил, дожидаясь позволения сесть. Аарон прищуривает глаза, хмыкает и скидывает свою сумку под ноги, освобождая для Нила место. — Спасибо. «Предатель. Ты ведь терпеть его не можешь!» — хочется крикнуть в спину близнеца, но Эндрю до боли стискивает зубы, чтобы не выдать своей заинтересованности. Подумаешь, сел рядом! — Слышал, Дэн собирает команду вечером. Хочет отметить победу, а потом завалиться в клуб. Как тебе такая идея? — Звучит интересно, — отвечает Аарон, украдкой бросая взгляд в его сторону, после чего довольно лыбится и продолжает: — Все ребята будут? Эндрю откидывается на спинку сиденья и через силу заставляет себя посмотреть в окно. — Таков план, — кивает Нил, не сводя с Аарона внимательного взгляда. — Думаю, Дэн кинет сообщение в общий чат. Я просто решил позвать тебя лично. Ты ведь не против, правда? — Да, я подумаю, — отвечает Аарон. А Эндрю четко осознает, что не хочет, чтобы Аарон сближался с Нилом. Эндрю ловит себя на мысли, что его злит легкость, с которой Нил общается с Аароном. Он не понимает, откуда взялась такая раскованность, когда с ним он всегда в режиме неуклюжей катастрофы. Нил часто прячет взгляд и не знает, что сказать, но с Аароном, похоже, все иначе. Каждый раз, когда Нил смеется, у Эндрю внутри что-то сжимается. Вот же быстро спелись! Погруженный в собственные мысли, он умышленно не вслушивается в болтовню впереди, напоминая себе, что Аарон натурал и никакого двойного смысла в их общении быть не может. Нил просто нашел свободные уши и решил пообщаться. Нет никакой необходимости вмешиваться. Да-да. На словах все предельно просто. — Знаешь, Аарон, у тебя такие выразительные глаза. Эндрю уверен, что ему послышалось. Какого черта? А Аарон — этот никчемный идиот с глазами точно такого же цвета, как у Эндрю — зубасто улыбается, словно это первый комплимент в его жизни. — Спасибо, Нил, у тебя тоже красивые глаза, — излишне любезно отвечает брат, что еще больше выводит. Этот придурок явно насмехается над Нилом, а тот сидит себе довольный. Бесит! — Ты ведь не носишь линзы? — продолжает Аарон, и Эндрю чувствует поднимающееся внутри раздражение. — Боже, как тупо, — бормочет он, не сдержавшись. Его голос звучит резче, чем он планировал. Он не понимает, почему это так его задевает. Почему он не может просто игнорировать их разговор, как десятки других? Нил оборачивается, его глаза полны удивления и недоумения, словно он только что услышал что-то совершенно неожиданное. Эндрю напоминает себе, что не должен вестись на это, но не в силах контролировать предательские реакции своего тела. Ему чертовски не хватало этого взгляда. — Эй, Эндрю, ты пойдешь с нами? — спрашивает Аарон с легкой усмешкой в голосе, проследив за взглядом Нила. — Нет, — отвечает он, стараясь звучать непринужденно. Рука снова тянется к мятой пачке сигарет. — Ммм, я что-то пропустил? — как следует потянувшись, спрашивает Кевин, а Эндрю готов откусить себе язык за то, что разбудил этот словарь спортивных терминов в человеческом обличье. — У Нила красивые глаза, — зачем-то выдает Эндрю, тут же впиваясь ногтями в свое запястье. — И он не носит линзы. — Слова срываются сами собой. Он не виноват, ясно? Озадаченный взгляд Аарона ничуть не помогает, на Нила Эндрю не смотрит из принципа. — А, впрочем, сейчас важно совсем другое, — дипломатично меняет тему Кевин. Но, к сожалению, из возможных вариантов у него в запасе всегда только один. Эндрю уже предвкушает, как Кевин усядется поудобнее и начнется… — Ты видел как их нападающий прорвал нашу защиту?! Возмутительно! Нужно пересмотреть все моменты, когда мы потеряли мяч. Это важно! Эндрю кидает на него недовольный взгляд, но Кевин, похоже, не замечает. Он активно жестикулирует, тыча пальцем в блокнот, в котором успел схематично изобразить особо волнующий его момент игры. — Да, может быть, — вяло отвечает Эндрю, стараясь не выдать своего истинного состояния. Но его мысли вновь возвращаются к парочке впереди. Эндрю задыхается в этом автобусе, но никто этого даже не замечает. Кевин не прекращает свой бесконечный поток слов, обсуждая каждую мелочь из их последней игры. Его зацикленность на экси ужасает, и Эндрю с трудом сдерживает желание сказать что-то резкое. — Эй, ты не слушаешь меня, да? — вдруг спрашивает Кевин, и это выводит Эндрю из раздумий. — Да, слушаю, просто… — начинает он, но слова застревают в горле. Он не может объяснить, что его раздражает не только Кевин, но и все, что происходит вокруг. — Просто заткнись. Удивительно, но Кевин и правда замолкает. Жаль, что инстинкт самосохранения срабатывает у него не так часто, как следовало бы. Эндрю набрасывает на голову капюшон толстовки и сползает по сиденью вниз, втыкая в уши наушники, чтобы хоть как-то отгородиться от всех. Вспомнить, почему ему так не нравилось внимание Нила раньше, получается с трудом.