LEGION

Невидимая глазу, но осязаемая нутром, ледяная волна страха прокатилась по всему залу. Наш хирург забыл как дышать, вцепившись в свою походную сумку. Инстинкт сработал быстрее паники. Он застыл и хлопал широко раскрытыми глазами, как и двое складских рабочих рядом. — Спокойно, — сказала я, и мой голос прозвучал громче. — Просто проверяют, наверное. С нашего маленького окна была видна лишь часть колонны из трех машин, откуда выходили вооруженные солдаты. Вроде спокойные. На всякий случай проверила пейджер ЩИТа. Никаких новых указаний. Случись что-нибудь эдакое, нам бы ведь сообщили, верно? Или некому уже сообщать? Хм. — Девушки, а вы необычайно спокойны, — заметил наш хирург. — Бывали в горячих точках? — Да я в полном шоке, — он мне, кажется, не поверил. — А это кто такие? Снимают. Вчера я их не видела. — Репортеры из «Евроньюс». — Аа... Сейчас им достанется. Мы сидели в маленьком помещении, некогда раздевалке и через щель двери наблюдали, что там происходит. Не прошло и минуты, как оператора скрутили и положили мордой в пол комендант со своими людьми. Затем та же участь постигла его коллег. Солдаты явно не хотели, чтобы они снимали это. — Что будем делать? — подошла ко мне Джин и с опаской смотрела на военные машины на парковке. — Да вот думаю... Пожалуй, стоит признать, Колсон был прав. Не выйдет из меня хорошего шпиона. — Это было очевидно с самого начала, — пожала плечами Джин. — Эй... Это потому что я слишком честная. Стой, ты слышишь? Что это за... Спустя секунду что-то мощное громыхнуло рядом с нами, что аж здание пошатнулось. Сначала все застыли, будто, не веря в случившееся. Но вторичные взрывы и звуки стрельбы совсем рядом отрезвили всех. Сопровождающие коменданта припали к окнам, затем к двери. Прибывших солдат за окнами будто ветром сдуло. Активно забегали где-то в коридоре, доносились выкрики. — ...звук... Хм. От взрыва выбило некоторые окна, местами сползла штукатурка. Многие в панике выскочили в школьный коридор. Их пытались остановить, но коменданта и двух его солдат просто смели с пути. На миг мне казалось, что они откроют огонь в спину, но всё же нет. Они остались в зале и пытались до кого-то дозвониться. — Всем оставаться на местах! — кричал управляющий группой волонтеров. Его никто не слушал, пока не ворвались другие солдаты во главе с человеком в балаклаве и с калашом в руках. Все они были в форме ВС Заковии. В почти таких же, как и здешние. Но почему-то они сразу застрелили коменданта и его людей. От испуга остальные скучковались в центре зала. Что происходит? Это они же сейчас прибыли или нет? Я уже запуталась, кто из них кто. Новоприбывшие солдаты открыли огонь в потолок и в грубой форме требовали всех вернуться в спортивный зал, согнали с коридора внутрь. Человек в черной балаклаве и в полной боевой разгрузке с кем-то общался по рации. Он подозвал двоих к себе и спустя секунду половина из них вышла из зала. Следуя указаниям этого человека, всех собравшихся начали сортировать. Несложно было догадаться за кем они пришли. Всех, у кого написано «волонтер» или имеется логотип красного креста, отсеивали в углу. Троица солдат гуляла между людьми и насильно хватала только их, одновременно проверяя карманы. Некоторым нерасторопным досталось прикладом в ребра и по затылку. И в отличие от комендатуры, они наоборот подняли репортеров и велели включить свою аппаратуру. Я резко сорвала всю геральдику «Красного Креста» с Джин, с нашего хирурга и велела остальным сделать так же. Далее предложила Джин перелезть через окно и потихоньку осмотреться. Рыжая была не против. — А ты что собираешься делать? — Попробую потянуть время и разузнать кто они. Надеюсь, они станут говорить. И как только узнаем сколько их, сразу же разберем на атомы. — Ты хотела сказать, просто разберемся с опасностью? — Да-да, именно это я и имела в виду. Так, скоро проверят нашу коморку. Доктор Мирослав, вы там не волнуйтесь, ладно? — обратилась я к хирургу, а то он весь побледнел и вспотел. — Ладно, я пошла. — Держи себя в руках. — Ничего не обещаю. Хе-хе, — ответила я, на что Джин закатила глаза. Когда вышла в зал, все взгляды тут же устремились ко мне. Троица солдат наставила на меня автоматы и под ручку привела к их главному. Тот осмотрел с ног до головы. В карих глазах через прорези маски ничего не отражалось. Он указал на мой бейдж, потом на группу в углу. Я должна была послушаться как миленькая, но не стала. Отпихнула от себя руку солдата и громко обратилась к нему: — На каком основании вы ворвались в наш лагерь и мешаете нашей работе? Мы тут по приглашению вашего правительства. Мужик в балаклаве остановился и медленно обернулся. На миг в его глазах промелькнуло удивление. Он что-то на своем бросил людям в углу и указал на лысого мужика в халате. Один из них поднял руководителя креста. И тот начал переводить: — Он спрашивает, кто ты? — Меня зовут... — я чуть не ляпнула своё настоящее имя. — Наоми Брандт. И я – тут самая главная. — Что? Но вы же не... — Хотите жить, просто скажите ему. Бля, а если он понимает? Поздно одумалась я. Но сказанное не вернешь. После слов куратора военный усмехнулся и приблизился ко мне вплотную, будто что-то понял. Потом опять начал говорить на своем тарабарском. Фух, все-таки, не понял. Хотя, может он там издевается? Всё может быть. Я бы так и сделала, наверное. Краем глаз я осмотрела мертвого коменданта и его двух солдат возле двери. Более пристально осмотрела их одежду и сравнивала с теми, кто стоит прямо передо мной. Формы точно схожие с ними. Но почему их убили? Не могла я найти ответ. — Он говорит, что вы слишком юны для этого. — А это не важно. Если он хочет говорить, пусть говорит со мной. Я хочу его выслушать. На самом деле, особого желания не было. Я уже решила, что с ним уж точно не буду церемониться и потихоньку готовилась к бою. Между тем стрельба снаружи стихла. По коридоре чуть-чуть забегали, да прекратили. За окном также никто не мельтешит. Нужно быстрее разобраться с этими и узнать, что вообще творится снаружи. О Джин я особо не волновалась. Она точно сможет за себя постоять. А с её манипуляцией над разумом, не попадется просто так. К тому же, сюда вернулась часть ранее отбывших и заняла укрытия под окнами. — Эй, эй, аккуратнее. Один из них грубо прошелся по моим карманам, жадно лапая меня во все места, явно наслаждаясь моментом. Нащупал пейджер во внутреннем кармане жилета и передал его командиру. Пусть с переводчиком я гарантированно тянула время, мне хотелось самой всё понять. Пока они разговаривали с нашим координатором из красного креста, я закрыла глаза и вновь погрузилась в себя. Сопряжение с Королем Теней, как представился при нашей первой встрече Амаль Фарук, всегда происходит в кромешной тьме. Это его владения – сама тьма. Открыв глаза, я вновь начала понимать их, словно всегда была носителем языка. И с силами Фарука, я усилила свою телепатию. Как он всегда пытался учить меня чтению разума, я не всегда понимала, как правильно это делать. Телепатия вещь сложная. Не стоит принимать разум человека как некую ясную структуру. Мысли слишком быстры и хаотичны у всех разумных существ и ясно проявляются лишь в моменте осмысления. Основная мыслительная работа идёт бессознательно, как фоновый процесс. Считывать их, отличая от собственных, очень трудно. А сейчас это было до смешного простым и естественным делом. Я легонько подслушала разум командира так, чтобы он ничего не заподозрил. Грубое вторжение в разум учует даже идиот. Давай... Покажи... Покажи... После неглубокого погружения я уловила парочку ясных фрагментов. Он здесь с четкой целью. А внутри мужик тот ещё хладнокровный убийца, что невольно пробежал холодок по спине. Не похож он на обычного вояку, скорее, из спецслужб. Жаль не удалось увидеть лицо того, кто отдал ему приказ. Зато голос запомнила. Уж очень он с характерным акцентом. Можно сказать, он точно не из Заковии. Слишком странные места показывались в его памяти. Раздался писк моего пейджера. Солдаты встрепенулись. Командир подошел ко мне и показал, что там было написано и потребовал от меня, что это значит. А это была всего-навсего Джин: — Снаружи чисто, — прочла я вслух её сообщение. — Спроси у неё, что это? На кого она работает?! Иначе мы казним её прямо здесь! — обратился он к переводчику. Два солдата встали по обе стороны от меня, готовые тут же выпустить мне пулю в затылок. — Он... Он спрашивает... — Нет нужды. Я прекрасно его поняла, — ответила я на чистейшем заковианском. Ну ладно, может и не на чистейшем. Мужчина криво усмехнулся и кивнул своим. Я резко взмахнула руками вверх и всё, что весит до двадцати фунтов тут же устремилось к потолку, словно примагниченные. Солдаты хватались за свои воспарившие автоматы, и даже стреляли, но всё уходило в потолок. С силами Фарука, телекинез стал сильнее в разы. Из-за чего зал будто перевернули и включили невесомость. Обезоружив, я начала сжимать всех, кто в военной форме. Людьми орудовала как плюшевыми игрушками. Они начинали задыхаться, корчиться от мук, конечности изогнулись неестественно. — А теперь поговорим, — подошла к командиру и наставила парящий нож ему прямо перед глазом. — Никто не пострадает, если не будете делать глупостей. Ну, я имею в виду, смертельно не пострадает. Хе-хе. Это касается всех. Мужчина кряхтел и всеми силами пытался дотянуться до гранаты на переднем подсумке. Меня забавляло то, как он дергается изо всех сил, словно муха, оказавшаяся в клейкой ленте. — На кого ты работаешь? — Кх-хкххаа… — Кто отдал приказ? — Кхр… Рааакх… — Не хочешь отвечать? Сейчас посмотрим... Хо... Как интересно и подозрительно. Мужик закрылся, будто знал, что разум могут прочитать. И сконцентрировался на чем-то одном, последовательность каких-то картинок и цифр. — А ты не так прост, а? Это же наоборот подозрительно, нет? Я силой усадила его на колени. В пару движений пальцем разорвала всё его обмундирование на лоскуты антиматериальным лезвием из тьмы. Затем сорвала маску. Мужчина был зрелого возраста с короткими волосами и с шрамом на левой щеке. Он пытался сохранить невозмутимость, но с каждым моим действием его хладнокровие ломалось, как его пальцы. Телекинезом занесла его руки за спину и медленно выдернула их. По залу прошел мерзкий звук разрывающихся мышц и костей. Судя по мимике, мужчина завопил как резаный, однако, я приглушила всё пространство вокруг него. Он страдал в тишине наедине с собой. Спустя минуту действие телекинеза начало ослабевать. С потолка посыпались все вещи. Даже по мне чуть не заехал стульчик. Я прихватила с пола пистолет и под дулом взяла командира с собой. Ясное дело, он не хотел никуда идти. Да и вообще перестал думать от боли. Пришлось тащить телекинезом, заткнув рот ремнем от его товарища. В коридоре было пусто. В двадцати ярдах доносился странный шум, по-моему, это у входа в школу. Когда мы приблизились, перед нами прилетело тело солдата. Оно ударилось плечом о стену и рухнуло на пол. За углом кто-то сражался. Я прислонилась к стене и осторожно прокралась до угла. Высунулась краем. Это была Джин. Подруга предстала во всем великолепии. Длинные рыжие волосы мягко колыхались в воздухе, а вокруг неё проскальзывали всполохи искр и лежали четверо. Она круто развернулась с активированным телекинетическим щитом. — Это я, — крикнула я. — Вижу, постаралась на славу. Есть ещё? — На... — хотела она ответить, но вовремя одумалась, заметив, что я не одна. — Нет — Хорошо. Идем к машинам. — Что это с ним? Он живой? — Немного помятый, но пока да. — Это ты сделала? Кто это? — Как я поняла, командир этих вот, — кивнула я в сторону лежавшего на полу человека. — Ясно. Как там заложники? — Не знаю. — Что? Вернемся к ним… — Справятся сами, когда придут в себя. Что тут? Много было солдат? — Двенадцать. Но я кое-что обнаружила. Помнишь тот взрыв? — Ага. — Глянь, — позвала она за собой. Оказывается, рванул склад. Вокруг места взрыва лежали окровавленные тела под обломками. Бля... Это же обычные волонтеры и мирные из работников. Не понимаю... А чего их так. — Какого... Эй, зачем это?! — вновь подняла я пленного и убрала кляп. — ОТВЕЧАЙ, СУКА! Он, естественно, не ответил, даже ухмылялся окровавленными зубами и харкнул под себя. Видимо, хотел плюнуть в нас, но не получилось из-за телекинеза. — Не долго будешь улыбаться. Волоча его тело, как мешок с мусором, я дотащила его до бронемашин. Нашла среди них с оставленным ключом. Бросила тело пленного на заднее сиденье и туго обвязала ремнями. — Почему мы уходим? Могли бы остаться там и подождать... — Надо доставить этого человека к нашим как можно скорее. Только к нашим. — Он что-то знает о нападении? — Я увидела это в его мыслях. Он точно не из местных военных. — Я покопаюсь глубже. — Не стоит, доставим его на базу. Просто проследи, чтобы не делал глупостей, — я не хотела, чтобы она копалась в разуме всяких уродов. — Хорошо. Ситуация в городе накалилась. По главным проспектам невозможно было проехать — их перекрыли какие-то люди в камуфляже без опознавательных знаков, из-за чего то тут то там образовались пробки. Гуляли танки, пару раз пролетели вертушки. Практически везде вдали были заметны струи черного дыма. Время от времени раскатом накатывался грохот, виднелись вспышки и полеты ракет с жутким звуком. Мы петляли по дворам, и с каждым поворотом картина становилась страшнее. Когда дошли до главного штаба Красного Креста за домом правительства прояснились некоторые моменты. Сегодня утром скоординированно были атакованы все «базы» чужеземцев здесь в столице и в ряде крупных населенных пунктов. Силы повстанцев исчислялись тысячами и это уже не какая-то неорганизованная кучка боевиков. Здесь мы воочию наблюдали ужасные последствия начала зачистки армией. Люди пытались бежать, а им стреляли в спину, не разбираясь. Кто-то спешно совал в рюкзак коробки с бинтами, аптечки, тащил своих родных, но не успел. Слишком много убитых. Закрыв глаза, я будто окунулась там в момент трагедии. В ушах раздались выстрелы и крики. Силы ООН и ЩИТа освободили штаб силой и только-только разбирали последствия. Следы от взрыва, как у нас и тоже в основном были на складах, что любопытно. До сих пор слышались отдельные хлопки — далекие, но от этого не менее жуткие. Забрав парочку самых тяжелораненых к себе, мы доехали до полуразрушенного дома, где прямо на дороге стояла старая женщина во рванье и с двумя маленькими детьми. Она стояла не плача, а словно окаменев. Увидев нас, она не шевельнулась, как и измазанные грязью и копотью дети. Неприятно было проезжать мимо них. В этот момент мой пейджер, висевший на ремне, вдруг ожил. Пришел один-единственный текст. Сообщение от Колсона. Короткое, обрывочное: «НЕ. ДОВЕРЯЙТЕ. НИКОМУ». Да, очень вовремя. Мы вышли к южному пригороду, который пострадал меньше всех. По пути не раз встречали бронемашины «Брэдли» с опознавательными знаками миротворцев и целые колонны автобусов. Рядом с базой все были подняты по тревоге. Мы проскользнули в соседнюю арку, потом в другую, пока не оказались внутри защищенной территории. Город за нами будто резко стал чужим и враждебным. Каждый угол мог быть засадой. Каждое окно — глазом снайпера. Караул остановил нас и только после долгого опознавания, пропустил дальше. Я ехала и думала не о причинах кошмара. Я думала о тех погибших при взрыве и кровавой зачистке. О том, что погибшие искали помощи, но получили лишь смерть. О том, что наша работа, вся наша вера в добро и взаимопомощь, в один миг была перечеркнута грубой силой. И я понимала, что та жизнь, где ты супергерой и где тебя всегда будет встречать с овациями и благодарностью, как принято показывать в СМИ – лишь фикция. Может, нам не стоило сюда приезжать, вмешиваться... Не знаю. Армия действующего президента Милика Элоффа начала активную фазу подавления восстания. Начали опять с проверок центров красного креста и других иностранных организаций. Точное количество пострадавших неизвестно. Когда мы вернулись на базу ЩИТа, наших там не оказалось. Они сейчас были задействованы в подавлении большой группы повстанцев недалеко от города. Говорили, там якобы армия на армию сражается с применением всевозможной техники. Надеюсь, с ними всё будет хорошо. К вечеру все крупные боестолкновения в городе и окрестностях улеглись. Столица вернулась к «нормальной» жизни и вместе с ней вернулись наши. Парни выглядели уставшими, получили кое-какие травмы, но вполне живые. Я даже отметила, как Скотт с Гарри уже не так сильно раздражали друг друга. Чего не скажешь о Фелиции и Дейзи. Последняя вообще получила серьезное ранение. Её сейчас сопровождал Уорд. Их уже сняли с операции. А Фелиция была сама не своя. Зато я оценила геройские костюмы. Беру свои слова назад, не выглядят они как игрушечные. Без особого глянца и ярких цветов, с довольно весомой защитой и электронной начинкой. Да, все ещё облегающая, растягивающаяся и удобная форма на основе костюма человека-паука, но уже более массивная. ЩИТ вместе со Старком доработали каждый. Конечно, они не смотрятся столь мануфактурно, как костюм самого Железного Человека. И явно не предназначены, чтобы выдерживать ракеты. Но точно выдержат пули и осколки. Не стесняют в движениях, дышат и с функционалом, заточенным под особенность каждого. Особенно меня удивил костюм Озборна. Он летал на какой-то штуковине с крыльями и выглядел куда иначе остальных костюмов. Никто из них не распространялся о произошедшем. Видимо, они видели некоторое дерьмо. Потухший взгляд Паркера ясно намекал на это. Даже Озборн, который вечно на расслабоне, был задумчив как никогда. После небольшого медосмотра все ушли к себе отдыхать. На утро нас ожидал сюрприз. Прибыл Колсон в паршивом расположении духа. Он тут же собрал нас. Мы сели за круглым столом и смотрели на экран. Подавление повстанцев силами ООН вместе с Мстителями показали всему миру. Опасения ЩИТа о том, что среди бунтовщиков действуют мутанты нашли подтверждение, а также о причастности некой ГИДРЫ. Именно с их подачи организовывались провокации и рейды. Пошли первые признания среди пленных. Оказалось, не только ЩИТом славится матушка Земля. Таинственная организация ГИДРА явно была настроена решительно и имела неплохие ресурсы. Но и этого было мало. Весь мир облетело видео, где Мстители берут штурмом некий замок. Его охраняли хорошо вооруженные люди в черной форме — явно не бедствующие партизаны. Из-под земли на платформе поднимались ракетные системы ПВО, которые вели огонь по Железному Человеку. В результате их штурма пострадали некоторые мирные жители. Но самое интересное ожидало впереди. Кадры штурма прервало чье-то изуродованное металлическими штифтами и пластинами лицо под капюшоном. Звучал утробный мужской голос. Этот некто в железной маске раскрыл тайные проекты Планетарной Обороны Земли: о проекте «оружие икс», «об Озарении» и о «суперсолдатах армии США». В умы людей наглядно вкинули идею, что Мстители лишь оружие в руках правителей. — Мы, простые люди, для них просто как тараканы. Смотрите, вот чего стоят их слова о Мире. Они нарекли себя Героями, сродни богам, но это не так. Потом видео сменилось. Пошли нарезки из скандальных видеороликов молодого миллиардера, в те годы, когда он даже не думал стать Железным Человеком. Пьяный Тони Старк и его знаменитые вечеринки в особняке в Лос-Анджелесе. Помимо уже обмусоленных в свое время кадров, были и другие. Похоже снятые лично находившимся там людьми. Полуголые красотки прямо на кадре употребляли всё запрещенное и веселились на всю катушку. И сам главный виновник торжества не оставался в стороне. Потом показали несколько кадров с нарушениями закона тем же молодым Старком. Как он на своем спорткаре устроил ДТП. И в конце все его рекламные ролики про новинки вооружения. И после них кадры применения в реальности, раненых и убитых мирных людей где-то в Ближнем Востоке. После Тони досталось Стиву Роджерсу. Казалось бы, все данные о юности Кэпа физически не могли сохраниться в нашем времени. Однако нет. Хотя, подлинность этих фото и черно-белых записей было трудно установить. Нам показали его совсем молодым, тощим и с юношескими усиками. Он был тем ещё задохликом. Потом фрагмент будто из научной хроники, как из него делали нынешнего Капитана Америку в условиях некоей жуткой лаборатории. — Они – оружие, созданные богачами. И окружили себя под стать себе, убийцами, — продолжил голос. Далее пошли «сюжеты» про Наташу и Соколиного глаза. Тоже сборная солянка из роликов со всего мира: камеры видеонаблюдения паршивого качества, где людей убивают прямо средь бела дня. Фотографии, материалы из уголовных дел, архивные документы и прочее. — А теперь они пришли за нашими детьми. Одурманивают яркими образами. Искажают разум. Как было сказано: берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. Я, Земо, объявляю Мстителям войну и призываю вас присоединиться ко мне. Завершился ролик пылающим городом из записи репортажа десятилетней давности. Это был Нови Град после бомбежек НАТО. В общем, изобличающее видео выдалось весьма эффектным. Многие фрагменты, конечно, притянуты за уши. С нужного ракурса и без контекста можно всё что угодно подать в угоду своих целей. Это и отмечали аналитики ЩИТа. Но информационная бомба взорвалась. — Эти провокации лишь первый этап плана наших врагов, — переключил видео на карту агент Колсон. — Врагов? ГИДРЫ? — Именно так, мисс Хеллер. Всем привет! — Мистер Старк? Мистер Роджерс, Алекс... О, Наташа, приветики! — помахала ей, на что она отреагировала в точности как Джин. У всех рыженьких одинаковая реакция, что ли? По очереди к нам присоединились все взрослые Мстители. Не хватало только троих: Соколиного Глаза, Сокола и Мелинды Мэй. Как выяснилось, они все сейчас восстанавливаются после ранений. Ну, про Бартона мы и так знали, а с остальными-то что? — Достоверно известно, что оперативниками ГИДРЫ готовится крупная операция. Мы подозреваем в тот момент, когда президент Элофф выступит с обращением к нации здесь в столице, — Колсон вывел на экран изображение главной площади. — По предварительным подсчетам, на площадь выйдут сотни тысяч жителей. На границах уже вторую неделю фиксируется много приезжающих машин. — И боюсь, без боя тут не обойдется. Поэтому нам нужны вы все, — дополнил Колсона мистер Старк. — А что там по поводу других мутантов? Есть сведения о них? — спросила Джин. — У ГИДРЫ, как оказалось, свои дарования. Достоверно опознали пока только троих. Это близнецы Ванда и Пьетро Максимофф, а также Джейсон Уингард. Последнего связывают с «Братством вольных мутантов» Эрика Леншерра. Так что, возможно их намного больше. По актуальной информации в братстве состоят пять мутантов «альфа» уровня и несколько послабее, но они не были замечены на территории Заковии. Самого Леншерра последний раз видели в Польше. Хм… Это уже интересно.