Тень Атлантиды

Райз что-то напевал, вводя коды на посадку. Вернее, больше выл, чем пел, его голос был хриплым и натянутым, но никто не вмешивался. Близнецы, стоявшие рядом, подхватили его странный мотив, их голоса сливались в низкое, вибрирующее гудение. Я наблюдала, как их губы едва шевелятся, и звук наполнил пространство, становясь всё более мрачным. Это было похоже на колыбельную для чудовищ. Шаттл коснулся платформы мягче, чем я ожидала. Тихий гул затих, когда он приземлился, оставив за собой лишь легкую вибрацию в воздухе. Третий отряд уже ждал нас на посадочной площадке. Их темные фигуры, словно растворяясь в полумраке, поднимались из-за грузовых контейнеров. Они сменяли нас, без лишних слов, двигаясь с характерной слаженностью и молчаливостью. Отрядов было четыре. Каждый занимался своей задачей — обследованием, изъятием ресурсов. Каких именно? Я не могла вспомнить. Передача контейнеров с минералами шла быстро. Третий отряд помогал разгружать ящики, я тоже таскала их, держа в поле зрения командующего. Он шагнул вперёд к рейфу, стоявшему чуть поодаль. Тот стоял прямо, руки за спиной, и его взгляд цепко скользил по суетящимся рейфам, не упуская ни одной детали. Чёрное кожаное пальто подчёркивало его хищную, статную фигуру, а длинные белые волосы резко контрастировали с его темным обликом. — Второй отряд собрал образцы быстрее, чем планировалось, — тихий, почти шипящий голос. — Мы не хотели оставлять вас без работы, — ответил Ра’кшан, его голос был резким, как сталь. — Спутник А-344 богат углеродом. В расщелинах подо льдом — водород. Всё это было известно ещё из сканирования. Так зачем образцы? — Формальности, — едва слышно произнёс командир третьего отряда. — Проект даст нам преимущество перед другими ульями. Нужно больше данных прежде чем запустить ферму. Я заметила, как на лице Ра’кшана мелькнуло лёгкое удивление. Оно исчезло так быстро, как и появилось, сменившись задумчивым выражением. — Иширр, подойди. Внутри всё сжалось. — Я! — Быстро направилась к ним, стараясь выглядеть спокойно, хотя внутри всё перевернулось. Командир третьего отряда смерил меня взглядом — холодным и скользящим. Его вертикальные зрачки сузились, как остриё кинжала, и я почувствовала, как кровь застыла в жилах. — Иширр, подготовишь отчёт об обследовании и сразу направь в штаб, — Ра’кшан говорил чётко. — Закончить разгрузку или идти сразу? — Иди сейчас. Я мысленно выругалась. Чёртов Ра’кшан! Напугал. Жаль, что не услышу конец разговора. Мне нужна информация. Всё, что происходит, не складывается в целостную картину. С этими мыслями я пошла. Куда? Ноги знали лучше меня. Тёмные коридоры станции тянулись змеями, освещённые узкими люминесцентными лампами. Пахло чем-то электрическим, холодным. Сбилась с пути три раза, прежде чем вышла к нужному отсеку, в который вошла как и в первый раз через панель. Это помещение предназначалось для подготовки к выходу в открытый космос. Я сняла броню и надела чёрный костюм, который висел на стене. Его материал напоминал кожу, но при этом хорошо тянулся. Было странно смотреть на это тело и знать, что теперь оно моё. Бледно-голубая кожа, чужая и непривычная, уже начинала вызывать у меня отвращение. Я постаралась отогнать мрачные мысли и двинулась к выходу, но не успела сделать и шага. Голод накатил внезапно. Резкий, судорожный, он сжал внутренности стальными тисками, выжимая воздух из лёгких. Я вцепилась в грудь, но это не помогало — под кожей что-то горело, вены вспыхивали синим пламенем, мышцы деревенели, будто окаменевая на ходу. Губы сами собой приоткрылись, выпуская хриплый, почти звериный выдох. Мой разум цеплялся за непонимание, но тело уже знало правду. Этот кошмар будет повторяться снова и снова, пока не сломает меня. Сжав зубы, я заглушила ощущения, резко развернулась и почти побежала в лабораторию. Надо было успеть. Шаги эхом чеканились по металлическому полу коридора, и я не могла больше сдерживать ярость, переполнявшую меня — всё моё тело кричало о том, что я на грани. Но, сделав глубокий вдох, я позволила себе мгновенную вспышку эмоций, прежде чем войти в лабораторию и вернуть себе холодный разум. Застыв у входа в лабораторию, я собралась протянуть руку к панели, но двери открылись прежде, чем успела дотронуться. Пропустив выходящего Рейфа, я про себя отметила, что тут в моде чёрные кожаные плащи. Он был в таком же плаще, что и Рейф, с которым разговаривал Ра'кшан. Я почувствовала себя как в "Матрице", только вместо зелёного — синий. Было бы забавно сказать что-то вроде: "Теперь только не говори, что ты — тот самый Рейф из будущего, а я — избранная." Но смех застрял где-то в горле. Лаборатория была освещена ярче, чем коридоры, но всё равно оставалась угрюмой. Посреди помещения стояли громоздкие агрегаты, а по периметру тянулись панели, создавая атмосферу цеха. Пройдя внутрь, я заметила двоих рейфов у панелей справа. Они окинули меня взглядом и вернулись к своей работе, словно я была всего лишь фоном в этом огромном помещении, где их одиночество лишь подчеркивалось. Их чёрные плащи сливались с мраком, а я почувствовала, как матрица начала сказываться. Мой глаз едва дёрнулся, но, собравшись, я прищурила его и моргнула. Подойдя ближе, я заметила, что молчание — это их особенность. — С какой панели можно направить отчёт в штаб? Рейф с зелёным оттенком кожи махнул когтистой рукой в сторону экрана напротив них. Я украдкой взглянула на действия второго Рейфа — он, похоже, использовал сенсорный дисплей. Не став задерживаться на этом, я кивнула и подошла к панели. Встав рядом, я внимательно изучала знаки на экране, с лёгкостью понимая их. Значит, их письменность была интуитивно мне доступна. В голове метались мысли, но я быстро поняла, что отчёт — это просто формальность. О чём же мне написать? Если эта панель используется для докладов, значит, должны быть и прошлые документы. Я водила руками по экрану. Не хотела задерживаться и смогла найти последние отчёты. В них говорилось об обследовании спутника ВР-3. На нём станция на третьей стадии разработки. Спутник богат углеродом, водородом и кислородом. Отчёт был направлен в улей АР, это личный улей Игнир. Странно это всё. Взяв прошлый отчёт за образец, я описала собранные минералы со спутника А-344. Отправила информацию и покинула лабораторию. Два рейфа продолжали свою работу, не обращая на меня внимания. Коридор вывел меня в огромный зал. Стены, черные с зеленоватым отливом, казались живыми, будто они дышали. Узкие ряды саркофагов тянулись вглубь, теряясь в мраке. Поверхности саркофагов были гладкими, полупрозрачными, покрытыми тонкими узорами, похожими на вены. Внутри них спали рейфы. Сотни. Тысячи. Они были неподвижны, застывшие в вечном ожидании. Я стояла, осознавая, что при своём пробуждении не заметила всего этого масштаба. Как я могла не увидеть, что их так много? Тусклый оранжевый свет выхватывал силуэты саркофагов, делая зрелище ещё более жутким. Я была всего лишь одной из многих. Если все эти рейфы разом очнутся, станция заполнилась бы ими до отказа. Мысли метались: сколько из них ждут приказа? Сколько уже вышли на охоту? А потом я почувствовала запах. Тёплый, тяжёлый, живой. Запах крови, плоти, человеческого пота. Меня обдало жаром, дыхание стало частым. Голод пронзил меня внезапно, словно кто-то сжал внутренности в кулак. Всё тело словно поймало сигнал, ответило на него неосознанным движением вперёд. Я шла вглубь зала, шаг за шагом. Звуки. Едва слышные вскрики, всхлипы, тихие стоны. Голоса, наполненные мукой, страхом и бессилием. Моё тело двигалось само, ведомое древним инстинктом. Я вышла к другому отсеку. Двери были открыты, и за ними я увидела своих. Они уже питались. Люди были измучены, исхудалы. На них висели обрывки одежды, будто средневековые лохмотья. Их затравленные взгляды метались по помещению, но даже надежды на спасение не осталось. Я заметила нашего пилота. Райз стоял ближе к центру, с удовольствием наблюдая за происходящим. Губы растянуты в довольной усмешке, в глазах — азарт охоты. Ра’кшана стоял, держа в руках женщину. Она была ещё жива, но уже сломлена. Обессиленное тело не сопротивлялось, глаза смотрели в пустоту. Её руки были вывернуты под неестественным углом. Она боролась, но теперь уже не могла. Рейф повернулся ко мне. — Иширр, ты отправил отчёт? — Да, — мой голос прозвучал глухо. — Что тебя задержало? Его взгляд впился в меня, тёмный, колючий. Я чувствовала его раздражение, его нетерпение. — Система зависала, сигнал доходил дольше, — отчеканила я ровным голосом. Командующий вернул внимание к женщине. Его пальцы скользнули к её груди. Лёгкое движение — и я увидела, как её тело иссыхает, словно сжатое невидимой рукой. Вены проступили под кожей, глаза закатились. Она рухнула на пол. — Будешь питаться тем, что осталось, — произнёс Ра’кшан с удовольствием. Крики людей постепенно затихали. Я смотрела на мужчину в углу. Он был ещё жив. Переломанные ноги, опухшее лицо, стеклянные голубые глаза. Он дрожал, но поднял голову. Наши взгляды встретились. Голод рвал меня изнутри, превращая в зверя. Я чувствовала запах его крови, его слабости. Я ненавижу себя. Но я уже попалась в эту ловушку.