Обучение искусству любви

      Свист. Удар. Алые полосы на бледной коже.       — Ха-а-а!..       Жу И дышал тяжело и прерывисто. В такие моменты он всегда по привычке начинал дышать.       Свист. Удар. Звук спокойного голоса, что доносится словно сквозь толщу воды. Жу И не разбирал слов, он не помнил даже, где находится, своё имя не смог бы назвать сейчас. Он дрожал всем телом, выгибаясь в путах, на грани между безумием и экстазом… Ему на грудь легла нежная ладонь, прикосновение отрезвило, вернуло разум. Жу И открыл глаза. Затуманенный взгляд скользнул по алой фигуре в кресле и остановился на лице Му Яна. Жу И вспомнил, где он и что происходит. Видят Небеса, сегодня Дом Блаженства полностью оправдывает своё название…       Вообще-то Жу И никогда не любил такие вещи. Он знал, что многим нравится, но ему не нравилось. Когда Му Ян рассказал, чему собирается научить Хуа Чэна в следующий раз, и спросил, будет ли Жу И комфортно, тот занервничал. Му Ян, конечно, заметил его реакцию.       — Плохой опыт? Если ты против, мы не будем…       — Не против!       Жу И сам не понял, как у него это вырвалось. От важной работы нельзя отказываться. Игры с подчинением достаточно популярны, Князь демонов наверняка захочет попробовать такое со своим возлюбленным. И это тот случай, когда особенно нужна подготовка и знания. Жу И не мог отказаться, а ещё…       — Я доверяю тебе.       Губы Му Яна приоткрылись в удивлении, а потом изогнулись в улыбке, на которую Жу И хотел любоваться вечно. Он знал, что Му Ян не причинит ему вреда. У Жу И правда имелся негативный опыт, и он не хотел, чтобы будущий супруг Градоначальника, кем бы он ни был, испытал что-то подобное.       — Это не про власть, а про ответственность с вашей стороны и доверие со стороны партнёра, — с таких слов Му Ян начал урок.       Жу И доверял… Но всё равно, когда мягкая алая верёвка легла на запястья, ему стало страшно. Чтобы Хуа Чэну было лучше видно, Му Ян выдвинул на середину комнаты стол и попросил Жу И встать коленями на столешницу. Потом он связал младшему руки и другой конец верёвки привязал к потолочной балке. Му Ян не затягивал верёвку слишком сильно, но Жу И всё равно не мог не фокусироваться на том, как волокна натирают кожу. Ограничение свободы движения само по себе было неприятным. Жу И беспокойно переступал коленями, дёргал верёвку, пытаясь найти удобное положение… но всё без толку. Ему просто это не нравилось.       Конечно, он не демонстрировал свой дискомфорт открыто и ничего не говорил. Это работа, которую Жу И должен хорошо выполнить. Он здесь не для того, чтобы получать удовольствие, его задача — продемонстрировать Хуа Чэну новую грань телесной близости, вот и всё. Му Яну сложнее, он должен объяснять, Жу И уж как-нибудь потерпит… Но проблема в том, что с Му Яном ему не хотелось терпеть. Если клиент не нравился Жу И, то он мог просто закрыть глаза и думать о своих деньгах. Этот навык со временем появляется у всех весенних юношей и девушек. Не обращать внимания на то, что происходит с твоим телом. Но с Му Яном так не получалось!       Жу И чувствовал каждое касание. Му Ян проверил, что верёвка не пережимает кровоток, огладил сверху вниз руки Жу И, сведённые лопатки, напряжённую спину. Неожиданно для самого себя, Жу И немного расслабился. Прикосновения Му Яна, его голос, само его присутствие всегда означало для Жу И безопасность. Му Ян не причинит ему вреда.       Несмотря на эту уверенность, когда гэгэ взял в руки плеть, Жу И нервно сглотнул. Конечно, это была игрушка, изготовленная специально для любовных утех. Ремешки из мягкой кожи не могут поранить до крови, да и в любом случае Жу И демон, на его теле уже к утру всё заживёт… Вот только самоубеждение не спасало. А ещё Жу И категорически не хотелось принимать боль от Му Яна. Он не знал, почему, наверное, слишком привык, что эти руки доставляют ему удовольствие, способное вознести на Небеса.       Деревянная рукоять плети коснулась его подбородка, заставляя поднять голову, их лица оказались на одном уровне, несмотря на коленопреклонённую позу Жу И. Му Ян стоял перед ним, полностью одетый, сосредоточенный, словно нагота и беспомощность Жу И совсем не возбуждала его… Или правда не возбуждала? Жу И давно мучился вопросом, что Му Ян чувствует на самом деле, когда ласкает его на глазах у Хуа Чэна. Он всегда старался доставить Жу И удовольствие, быть нежным и чутким. Но Му Ян со всеми такой! В каждом клиенте он видит человека, которому стремится помочь, для него все тела на свете прекрасны и достойны поклонения. Неужели, в Жу И он видит лишь непутёвого младшего братца?..       Наверное, внутренние метания отразились на его лице. Му Ян нахмурился.       «Ты уверен, что хочешь продолжить?» — спросил он в духовной сети.       Жу И нервно усмехнулся. Разве у него есть выбор?       «Не забудь сказать ему, чтобы был осторожен».       Это означало согласие. Му Ян глубоко вздохнул.       — Следует заранее обговорить с партнёром, что можно, а что нельзя. А если в процессе партнёру станет больно или неприятно, вы должны немедленно остановиться. Ваше возбуждение не играет роли, даже если кажется, что вы развоплотитесь в тот же миг, всё равно вы должны остановиться.       Хуа Чэн внимательно слушал и записывал. Жу И очень надеялся, что он серьёзно воспримет эту информацию.       — Во время игры, когда наслаждение перемешивается со сладкой болью, слова вроде «хватит» и «я больше не могу» вырываются сами собой. Поэтому вам понадобится слово-колокольчик, которое только для вас и вашего партнёра будет означать «остановись».       Голос Му Яна для Жу И был словно пение водного духа, что заманивает моряков в пучину. Слушая, как гэгэ говорит, Жу И постепенно «уплывал». Верёвка на запястьях уже не так сильно беспокоила, как и собственная уязвимость. Жу И слегка вздрогнул, вынужденный вернуться в реальность, когда Му Ян обратился к нему.       — Жу И.       Обычно во время уроков с Хуа Чэном, если гэгэ хотел что-то ему сказать, то пользовался духовной сетью, почему сейчас заговорил вслух?       — Какое слово ты вспомнишь, даже если собственное имя забудешь?       Если собственное имя забудешь… Это звучало, как обещание… Это звучало очень горячо!       «Твоё имя», подумал Жу И, но сказать вслух не мог. Те чувства, которые он постепенно начал осознавать, которые заставляли его сердце трепетать, словно оно вновь стало живым… Му Ян не ответит на них.       — Пусть будет «весна».       Они работают в весеннем доме, Жу И решил, что это слово подойдёт. Оно не позволит забыть, что он на работе.       — Хорошо, — ответил Му Ян и снова повернулся к Хуа Чэну. — Если Жу И скажет «весна», я остановлюсь, что бы я не делал в этот момент.       «Не думай о работе. Если действительно станет больно, ты должен попросить меня остановиться», — добавил Му Ян в духовной сети.       Не думать о работе… Отдаться целиком и полностью, представив, что Хуа Чэна рядом нет, и они с Му Яном принадлежат лишь друг другу… Сможет ли Жу И вынести падение иллюзии, когда урок подойдёт к концу?       Он не успел додумать эту мысль, потому что Му Ян вдруг поцеловал его. Жу И знал, что гэгэ умеет целовать так, что подгибаются ноги, и к концу чувствуешь себя оттраханным, пусть тело и пальцем не тронули. Но сейчас поцелуй был медленным и тягучим, как мёд. Жу И понял, что Му Ян старается его успокоить.       Но стоило Жу И расслабиться, как трепетная нежность сменилась страстью. Жу И застонал в поцелуй. Му Ян вылизывал его рот изнутри, а руками ласкал беспомощно выгибающееся тело. Стон перешёл в крик, когда гэгэ вдруг сжал соски Жу И. Не давая ни секунды передышки, он выкручивал и оттягивал нежные бутоны, пока они не набухли и не налились ярким цветом.       Когда поцелуй прервался, Жу И действительно и думать забыл о работе. Вообще-то единственное, о чём он мог думать — собственный до боли твёрдый член. Му Ян отстранился, и Жу И больше не мог даже потереться об его одежду. А потом Му Ян вообще исчез из поля его зрения. Жу И нетерпеливо застонал. Сейчас он был готов принять всё, даже удар плетью по ягодицам его изнывающее тело восприняло, как наслаждение. Жу И инстинктивно дёрнулся, натягивая верёвку, но с губ сорвался стон удовольствия.       Первый удар был не сильным, скорее игривым, Жу И совсем не почувствовал боли, лишь через несколько секунд появилось слабое жжение на коже, но и оно оказалось возбуждающим. Жу И прогнулся, подставляясь под следующий удар, и конечно, получил то, что хотел. «Какого чёрта?..», успел он растерянно подумать прежде, чем окончательно выпал из реальности. Почему это вдруг стало приятно?.. На самом деле Жу И знал причину. У этой причины даже имя есть. И красивый, глубокий голос.       — На самом деле смысл не в боли, хотя многим она нравится. Потеря контроля может показаться пугающей, но стоит попробовать, и это затягивает. Возможность полностью отдаться в чужие руки помогает сбросить напряжение. Люди, что в обычной жизни обременены ответственностью и властью, часто любят подчиняться в постели. Когда ты вынужден постоянно всё контролировать, хочется хотя бы ненадолго отдать контроль кому-то другому.       Жу И тоже не может потерять контроль, но в ином смысле. На работе он должен каждую секунду контролировать выражение своего лица и реакции тела. Поэтому он с таким нетерпением ждал каждого визита в Дом Блаженства. Здесь контроль у Му Яна. А сейчас привычное уже положение вещей возведено в абсолют.       Му Ян ещё что-то говорил, но Жу И слушал только свои ощущения. Казалось, будто весь мир где-то далеко. Нет ни давящей ауры Князя демонов, ни вечных проблем, ни тревожных мыслей о будущем, в котором Жу И не может быть с человеком, которого любит. На несколько минут всё пропало, кроме размеренного ритма обжигающих кожу ударов. Спина, ягодицы, бёдра… Жу И не знал, куда придётся следующий и каждый раз замирал в ожидании. Потом вдруг всё прекратилось, и самые кончики ремешков дразняще коснулись невероятно чувствительной, покрасневшей кожи. Жу И громко застонал, выгибаясь навстречу неожиданной ласке. Му Ян играл с ним, всё сильнее распаляя, доводя до безумия.       Когда гэгэ подошёл к нему спереди, то встретил затуманенный, расфокусированный взгляд. У Му Яна отлегло от сердца, он боялся, что Жу И просто терпит и наигранно стонет, но сейчас понял, что всё сделал правильно.       Соблазнительно-алые губы приоткрылись в крике, когда плеть хлестнула по груди, прямо по затвердевшим от возбуждения и грубых ласк соскам. Это было уже слишком ярко, Жу И схватился за верёвку в поисках опоры. Он видел, как Му Ян снова замахивается, внутри всё замерло, а потом затрепетало от новой волны удовольствия с каплей сладкой боли. В этот момент Жу И совершенно не думал о работе. Не думал о Хуа Чэне, что сидел в нескольких шагах от него. Даже если бы все четыре Великих Бедствия здесь собрались и в семь глаз пялились на Жу И… он видел только Му Яна!       — Наиболее безопасные зоны это ягодицы, спина, ступни, бёдра. С грудью следует быть осторожнее. Особенно если вы в постели с женщиной! Женский облик тоже считается.       Жу И задумался было о том, как бы всё это ощущалось в женском облике… который он вообще-то не умел принимать. Но тут рукоять плети уже привычно коснулась подбородка, так Му Ян «будил» его сознание.       — Я нанесу тебе ещё пять ударов, ты выдержишь?       Жу И закивал. На самом деле он хотел больше, но сейчас контроль не у него.       — Я хочу, чтобы ты считал.       Жу И не был уверен, что справится с этой задачей. В его голове словно сгустился туман, он своё имя вспоминал с трудом, не то что счёт до пяти. Но мысль о том, чтобы отказать, возразить даже не возникала. Жу И кивнул снова, хотел поцеловать ладонь, что мимолётно коснулась лица, но ему не позволили. А потом Му Ян снова оказался у него за спиной.       Услышав свист, Жу И успел подумать, что этот удар будет сильнее предыдущих.       — А-а-а!       За короткой вспышкой боли последовало онемение, которое постепенно сменялось покалыванием на коже.       — Жу И?       Этот голос был словно соломинка, удерживающая на грани реальности.       — Один.       Свист и удар.       — Два! — прозвучало, как надорванный всхлип.       Свист и удар.       — Три!       Задница уже огнём горела, Жу И впервые испугался, что не выдержит.       — Четыре!       Осталось принять всего один… если конечно Жу И не развоплотится прямо сейчас от переизбытка ощущений.       — Пять!       Наверное, странно, что Жу И чувствовал это, как победу, настоящее достижение. Он сделал то, что хотел Му Ян, от этой мысли приятное тепло разливалось внутри. Жу И не подумал о том, что заслужил награду, но за него подумал гэгэ.       — Ты молодец.       Жу И тихонько всхлипнул, тая от похвалы и нежных поцелуев, которыми Му Ян осыпал его лицо.       — Такие игры не обязательно должны заканчиваться физической близостью. Иногда удовольствия от потери контроля хватает.       Что? Впервые с тех пор, как это началось, Жу И по-настоящему испугался. Ему не хватило! У него стоит до боли! Неужели Му Ян оставит его вот так?       — …Но далеко не всегда. Лишение оргазма можно использовать, как эротическое наказание, но по мне это слишком жестоко, в конце следует отблагодарить партнёра за доверие.       Жу И застонал и нетерпеливо толкнулся в руку Му Яна, что обхватила его член. Сейчас у него и в мыслях не было растягивать удовольствие, просто хотелось получить разрядку. И Му Ян дал Жу И то, что ему нужно. Он всегда знает, всегда чувствует его тело. Всего несколько умелых движений, и Жу И выгнулся в путах, проваливаясь в оргазм. Перед глазами всё побелело, его измученное тело и не менее измученная душа не могли выдержать столько удовольствия.       Когда Жу И вынырнул из забытья, то обнаружил себя в объятиях Му Яна. Старший демон сидел на полу, нежно поглаживая волосы младшего, и продолжал говорить. Его голос был подобен спокойной, прозрачной реке.       — В любви нет подчинения и власти, поэтому после игр вам следует быть особенно нежным с партнёром. Вы оба должны выйти из ролей, которые приняли на себя.       Хуа Чэн ещё что-то спрашивал, Му Ян отвечал. А Жу И утопал в нежности, что гэгэ дарил ему. Его всё ещё трясло, но запах Му Яна, прикосновения ласковых рук успокаивали. Жу И отдался забытью, думая о том, что совсем не хочет просыпаться. Ведь за пределами маленького мира, что Му Ян создал для него сегодня, они никогда не будут принадлежать друг другу.      

***

      Жу И разбудила тряска в карете. Он лежал, положив голову на колени Му Яна. Было тепло и приятно, хотелось растянуть этот момент… Но глупо со стороны Жу И было надеяться, что он может притвориться спящим, и гэгэ не заметит.       — Как ты? Всё хорошо, я не пересёк черту?       Жу И перевернулся на спину и встретился с полным беспокойства взглядом тёмных глаз. Трудно поверить, но Му Ян действительно переживает, что сделал что-то не так.       — Ты показал мне, что за чертой много всего интересного, — улыбнулся Жу И.       Ответная улыбка согрела его сердце, наполнив жизнью, заставив снова биться.       — Я рад, что урок не только для Собирателя цветов под кровавым дождём оказался полезен.       Урок… Для Му Яна это просто урок… Жу И с трудом удержал горестный вздох в груди. Он не сразу понял, что именно чувствует к гэгэ, и это была его ошибка. Жу И начал что-то подозревать, только когда это чувство уже прочно пустило корни в его сердце. Сначала было доверие, восхищение, физическое влечение. Когда они начали давать Хуа Чэну уроки любовного искусства, Жу И убедился, что Му Ян очень хорош, непозволительно хорош в постели. Он даже радовался такой удаче, как совместная работа с лучшим весенним юношей в Призрачном городе и возможность учиться… А в какой-то момент Жу И вдруг понял, что ему мало ласки умелых рук, он хочет не только тело Му Яна, но и душу. Он хочет то, что не может ему принадлежать. Му Ян по-настоящему любит только своё искусство. Да и зачем такому, как он, Жу И?       Жу И ворочался, устраиваясь поудобнее, задница всё-таки слегка болела. Му Ян не облегчал задачу, всё время ёрзал на сидении, и Жу И понял причину, когда повернулся на бок. Он хотел уткнуться носом в живот гэгэ и дышать его запахом всю дорогу до весеннего дома, но при движении Жу И совершенно ясно почувствовал, что Му Ян возбуждён. Жу И вдруг стало совестно, что он сам получил удовольствие и совершенно забыл про гэгэ. Му Ян увлечённо вёл урок, но Жу И уже давно понял, что в такие моменты собственные слова и действия возбуждают его. Тем не менее, он ничего не сделал с Жу И ни во время урока, ни потом, в купальне. Помогая младшему омыться, Му Ян оставался полностью одетым, только рукава подвязал.       Считая свои действия совершенно естественными, Жу И сел и накрыл ладонью заметный бугорок под одеждой Му Яна. Гэгэ так долго терпел, наверное, это почти больно…       — Не надо, — Му Ян взял его за запястье. — Мы уже не на работе.       Жу И вдруг стало очень обидно, так обидно, что он едва не заплакал. Вне работы Му Ян не потерпит его прикосновений? По его мнению, Жу И совсем ни на что не способен? Или Му Яну его внешность не нравится? Да что не так?! Пусть Му Ян его не любит, почему даже подрочить не разрешает?       — Вот именно, мы не на работе! — процедил Жу И сквозь зубы.       Он понятия не имел, что и кому хочет доказать, откуда вдруг в нём это настырное упрямство. Жу И вырвал свою руку из крепкого захвата и решительно дёрнул пояс тёмно-бордовых одежд. Он больше не смотрел на Му Яна, ему было стыдно и горько. Гэгэ не должен увидеть слёзы на его ресницах… Рука Му Яна коснулась его подбородка, заставляя поднять голову. Сначала прикосновение было мягким и просящим, потом стало настойчивым. Если уж позориться, то до конца. Жу И поднял лицо, готовясь расстаться с остатками собственной гордости.       В глазах Му Яна не было насмешки, на губах не играла снисходительная улыбка, к которой Жу И уже привык. Нет, Му Ян смотрел внимательно и словно изучающе. И он увидел в глазах Жу И то, что хотел увидеть. Ощутив нежные губы на своих губах, Жу И ошеломлённо замер. Му Ян сам только что сказал, что они не на работе, так почему полез целоваться? Несмотря на замешательство, Жу И разомкнул губы навстречу чужому языку, и это была ещё одна в долгой череде его ошибок. Му Ян умеет целовать так, что все мысли вылетают из головы. Страх, обида, раздражение, все эти чувства, словно капли воды, попавшие на раскалённую сковороду, испарились, чтобы туманом страсти расползтись по сознанию.       Когда Жу И вернулся в реальность, то обнаружил, что снова лежит на сидении, только теперь ощущая тяжесть чужого тела. Пососав напоследок его язык и вырвав из груди глухой стон, Му Ян разорвал поцелуй. Жу И смотрел на гэгэ широко раскрытыми глазами, тяжело дыша и безуспешно пытаясь понять, что вообще здесь происходит. Глаза Му Яна, тёмные и блестящие, как оникс, всегда были такими спокойными… Но не сейчас. Сейчас Жу И видел в этих глазах нежность и искорки смеха. Му Ян улыбался всё шире и шире, наблюдая, как до Жу И медленно доходит, как он постепенно позволяет себе поверить.       — Как давно? — Жу И с трудом выдавил из себя пару слов.       — Ещё до начала обучения Хуа Чэна, — честно признался Му Ян.       Счастливая улыбка не сходила с лица старшего демона, даже когда Жу И завопил на весь Призрачный город:       — Я нравился тебе всё это время, и ты молчал?! Ты знал, что нравишься мне, и всё равно молчал?!       — Я не хотел на тебя давить.       Жу И буквально задохнулся от возмущения. Попытка пнуть Му Яна ногой не увенчалась успехом, всё-таки Му Ян лежал между разведённых бёдер Жу И. Зато Жу И мог сколько душе угодно колотить этого невозможного человека по спине и плечам.       — Отпусти! Видеть тебя не хочу! Слезь с меня сейчас же! Я… Да я… Да я тебя…       Тут Му Ян всё-таки не выдержал. Ему не стоило большого труда взять Жу И за запястья и удерживать их одной рукой. Младший демон ещё какое-то время трепыхался, словно пойманная рыба, а потом сдался и прожёг Му Яна гневным взглядом. Слёзы давно высохли, в медовых глазах осталась только раскалённая страсть.       — Ты меня — что?       Сволочь! Знает, как на Жу И действует его голос! Специально говорит с чувственной хрипотцой, растягивая слова.       — Жёстко выебу и отшлёпаю. Не обязательно в таком порядке.       Жу И был, чёрт возьми, предельно серьёзен! Му Ян склонился к нему ближе, Жу И чувствовал лихорадочное дыхание на своих губах, чувствовал возбуждение Му Яна. Знать, что это не наигранно, что это не работа, а истинные чувства, причиной которых является он сам… Это как вознесение на Небеса!       — Договорились. Только сначала я тебя жёстко выебу.       От таких предложений, особенно произнесённых таким соблазнительным шёпотом, не отказываются. Поскольку руки всё ещё были прижаты к сидению, Жу И обхватил Му Яна ногами, теснее прижимая к себе, и утянул в глубокий, жадный поцелуй.       Это полузабытое ощущение из прошлого, когда в страсти не было фальши. Жу И отдался головокружительному поцелую, упиваясь искренностью, своей и партнёра, упиваясь чувствами, которые больше не нужно сдерживать.       — Я люблю тебя.       Оказалось, что произносить это вслух легко и приятно. Глаза Му Яна вспыхнули, подобно звёздам.       — Я люблю тебя.       Новый поцелуй был медленным и таким глубоким, что кружилась голова. Жу И просто расслабился в руках гэгэ, позволяя брать языком свой рот. Они оба настолько потерялись в ощущениях, в новых эмоциях, что едва не покатились с сидения, когда карета остановилась перед воротами весеннего дома.       — В мою комнату или в твою? — спросил Му Ян.       Жу И чисто из вредности медлил с ответом. Притягательной была идея сейчас дать гэгэ от ворот поворот и отомстить за все свои вымышленные и реальные обиды… Но, во-первых, Жу И тоже был до предела возбуждён, а во-вторых, на сегодняшнем уроке Му Ян сказал, что делать такие вещи слишком жестоко.       — В твою.       У Му Яна потрясающая коллекция масел и бальзамов для любовных утех, а что-то такое им сейчас точно понадобится. Жу И обещали жёстко выебать, а такие слова на ветер не бросают.       — Эй! — крикнул им вслед дух, которого хозяйка борделя наняла, чтобы двигать духовной силой кареты. — Вы в край охренели или как? Ещё бы прямо внутри потрахались!       Му Ян даже не обернулся, его лицо казалось спокойным, но во взгляде полыхало пламя. Жу И даже задумался, бывает ли у демонов искажение ци от неудовлетворённости.

***

      Было утро, весенний дом уже закрылся, и все работники отдыхали после очередной тяжёлой ночи. Подсчитав выручку, хозяйка направилась к себе, на верхний этаж. Поднимаясь по лестнице, она остановилась, чуткий слух лисицы уловил странные звуки. То есть для борделя они совсем не были странными, если не брать в расчёт время суток. Хозяйка точно знала, что все клиенты давно покинули весенний дом. Тогда кто стонет в одной из комнат второго этажа? Какой-то паршивец пытается обмануть её на деньги! Приводить клиентов в частном порядке запрещено, все работники это знают.       Кипя от гнева, хозяйка свернула в коридор. Стоны слышались всё ближе, к ним прибавились влажные шлепки кожи о кожу, а тонкие брови демоницы постепенно ползли на лоб. Му Ян? Да быть этого не может! С ним никогда не было проблем. Му Ян знал, насколько важен для борделя, но своим положением не злоупотреблял. За годы его работы хозяйка не могла вспомнить ни одного конфликта. Тем не менее, он определённо трахал кого-то в своей комнате, пока весенний дом был закрыт.       — Му Ян? Ты что там делаешь? — позвала лисица.       — Увольняюсь!       Она даже удивиться не успела, как за дверью раздался ещё один голос.       — Я тоже увольняюсь!       — Жу И?!       Нет, это уже слишком! Хозяйка пнула дверь ногой и ворвалась в комнату Му Яна. Картина, представшая её глазам, была невероятно прекрасной, но вызвала у демоницы лишь неконтролируемый гнев. При появлении хозяйки Жу И даже не замедлился. Он продолжал скакать на Му Яне, даже специально выгнул спину и откинул голову, демонстрируя белоснежную шею. Чувственные губы изогнулись в наглой, шальной улыбке, которая окончательно взбесила демоницу.       — Да чтоб вас! Да вашу ж…       Лиса разразилась отборной бранью, слова, что вылетали из её уст, совершенно не соответствовали нежному облику. Му Ян поморщился, он ненавидел ругань, а Жу И, наоборот, расхохотался и ускорил свои движения, яростно объезжая любовника.       Хозяйка знала, что Му Ян слов на ветер не бросает. Если он сказал, что уйдёт, никакими обещаниями его не заставишь остаться. Он даже не был связан договором, работал в борделе для собственного удовольствия. Не Му Ян просил принять его, а хозяйка месяцами обхаживала Му Яна. И теперь все труды насмарку из-за дерзкого мальчишки, что соблазнил её лучшего работника милым личиком и изящным телом.       — Ты! — лисица ткнула пальцем в Жу И. — У тебя контракт заканчивается только через четыре года, ты должен мне неустойку!       — Раз должен, значит, заплачу, — равнодушно ответил Жу И.       Выходит, деньги у него есть. Неудивительно. Эти двое наверняка заработали целое состояние на чаевых от Хуа Чэна. И теперь все эти деньги будут течь из Дома Блаженства мимо её кармана.       — Собирайте барахло и выметайтесь! — заявила хозяйка. — Чтобы духу вашего здесь не было через час!       Лисица ушла оплакивать свои убытки, громко хлопнув дверью напоследок.       — Сколько тебе нужно времени, чтобы собрать барахло? — спросил Жу И.       — Точно меньше часа.       Наконец дорвавшись до желанного мужчины, Му Ян не собирался останавливаться. Он всегда думал, что ещё при жизни воспитал в себе идеальную выдержку, но встретив Жу И, понял, что это не так. Жу И невозможно не хотеть. По нему невозможно не сходить с ума.       Руки Му Яна легли на ягодицы Жу И, слегка сжимая. Ответом был мелодичный стон и более жёсткий темп. Му Ян не направлял его движения, Жу И сам хотел быстрее и сильнее, чтобы до звёздочек перед глазами. Но чувствуя, что скоро кончит, он снова замедлился, есть своя прелесть в растягивании удовольствия. А ещё Жу И не хватало дыхания для нежных слов, чувств в сердце слишком много, их хотелось без остатка выплеснуть на возлюбленного.       — Люблю тебя, — произнёс Жу И.       Но этого показалось ему мало. Он так долго сдерживал эмоции, не позволяя себе надеяться на счастье с любимым человеком, что теперь с трудом верил в реальность происходящего, даже отдаваясь страсти, купаясь в ласке, которая принадлежит только ему.       — Люблю тебя… Люблю… — шептал Жу И.       Руки Му Яна с ягодиц скользнули на талию, обхватывая её почти полностью, огладили живот и грудь. Пальцами Му Ян нежно поглаживал соски, и даже такие прикосновения заставляли Жу И выгибаться навстречу.       — Я тоже тебя люблю.       Ну почему у него такой сексуальный голос? Такие умелые руки? Жу И буквально плавился, горячим воском растекался по Му Яну.       — Наконец-то ты мой.       Му Ян сжал нежные бусинки сильнее, наслаждаясь задушенными всхлипами Жу И. Они не впервые оказывались в одной постели, но физическая близость на работе не значит ничего по сравнению с единением душ. Только теперь Му Ян по-настоящему чувствовал, что Жу И принадлежит ему.       — Только твой! — простонал Жу И.       Он ничего не имел против своей работы, бывали моменты, когда ему даже нравилось, но всё-таки Жу И мечтал о настоящей телесной и духовной близости с одним партнёром. Любовь к Му Яну постепенно крепла в его сердце, пока Жу И не осознал, что хочет всю свою демоническую вечность провести вместе с гэгэ и дарить себя лишь ему… Тут эйфорию немного подпортила мысль о том, что Му Яну вряд ли хватит одного любовника. Искусство любви многогранно, разве можно изучать его, сохраняя верность супругу? Жу И, конечно, не был закостенелым ханжой, он готов дать возлюбленному столько свободы, сколько нужно… Даже если это решение отдаёт горечью.       — В чём дело?       От Му Яна невозможно ничего скрыть. Он идеально чувствует тело Жу И и безошибочно угадывает его эмоции.       — Давай обговорим всё заранее.       Жу И всё ещё раскачивался на члене Му Яна, вот только во взгляде медовых глаз страсть уступила место какому-то странному беспокойству и недовольству, которое Жу И всеми силами пытался подавить. Му Ян нахмурился, не понимая, что у возлюбленного на уме.       — Что ты хочешь обговорить, солнце моё?       Его голос, как обычно, подействовал на Жу И успокаивающе. Младший демон, наконец, нашёл в себе силы взглянуть Му Яну в глаза.       — Когда ты со мной, а когда с другими… Я просто не хочу сталкиваться с кем-то…       — С другими? — не понял Му Ян.       — Ну, у тебя же будут другие мужчины и женщины…       Жу И окончательно расстроился, даже возбуждение почти пропало. Он сам на себя злился из-за этого. Подумаешь, Му Ян слишком сильно любил секс, что тут такого?       — А?       Жу И удивлённо вскрикнул, когда Му Ян вдруг перевернул его и навалился сверху. Гэгэ не двигался, просто оставался внутри, идеально заполняя, не позволяя желанию утихнуть.       — Ты хочешь… свободный союз?       Жу И упрямо молчал, кусая губы, Му Ян истолковал это, как согласие, и постарался, чтобы короткий укол боли в сердце не отразился на его лице. Если таково желание Жу И…       — Я старомоден, наверное… Но я думал о более традиционном браке, где будем только мы.       До этого Жу И из принципа не смотрел на Му Яна, теперь же уставился на него во все глаза.       — Ты готов отказаться от нового опыта, от совершенствования в искусстве любви… ради меня?       — Почему я не могу совершенствоваться в искусстве любви с тобой?       Два демона удивлённо моргали, и каждый постепенно осознавал, что совершенно неправильно понял партнёра. Наконец, Му Ян глубоко вздохнул и нарушил молчание.       — Жу И, я правда люблю секс. Мне нравится как сам процесс, так и взаимодействие с разными людьми. Это, можно сказать, моё увлечение. Но чувства к тебе важнее увлечения, иначе просто быть не может. Если я выбрал тебя своим партнёром на тропе самосовершенствования, это значит, что отныне мне достаточно тебя одного.       Жу И знал, что Му Ян говорит абсолютно серьёзно. А ещё знал, от какой важной части своей жизни, своей личности Му Ян отказывается ради него. В груди защемило от нежности и благодарности. Жу И бережно взял в ладони прекрасное лицо возлюбленного. Несколько секунд он любовался мужественными чертами, а потом приник к манящим губам, медленно и сладко целуя. Этой лаской он пытался выразить все чувства, которыми полнилось сердце.       — Я буду хорошим мужем, — сказал Му Ян, когда поцелуй прервался, оставив томительное послевкусие. — И верным. Обещаю.       Муж… Жу И нравилось, как звучит это слово. Он всем сердцем хотел связать себя с Му Яном на целую вечность!.. А теперь, когда они обсудили, каким будет их союз, настало время вернуться к прерванному занятию.       Движения внутри возобновились, Жу И сладко застонал, но не позволил себе окончательно забыться в руках гэгэ, сегодня он хотел иначе. Му Ян позволил перевернуть себя на спину и снова оседлать. Жу И больше не дразнился, он яростно объезжал Му Яна, почти полностью выпуская из себя член, чтобы через мгновение насадиться до конца. Головка так хорошо тёрлась о чувствительное место…       Чувствуя подступающий оргазм, Му Ян обхватил ладонью член Жу И, желая сначала подарить наслаждение возлюбленному. Это уже был инстинкт, он не умел иначе. Удовольствие партнёра на первом месте… Но тут Жу И отстранил его руку, более того, Жу И взял Му Яна за запястья и подался вперёд, ложась ему на грудь и прижимая руки к постели.       — Отпусти себя, — попросил Жу И.       — Но…       — Без «Но». Просто кончай.       Му Ян буквально задохнулся от нежности, хотя уже восемьсот лет не нуждался в воздухе. Жу И двигался на его члене, но в то же время Му Ян словно сам отдавался ему, доверяя своё удовольствие. Это было полузабытое ощущение ещё из тех времён, когда он был неопытен и только делал первые шаги в искусстве любви. За столетия Му Ян успел забыть, насколько это приятно, когда о тебе по-настоящему заботятся.       Он отпустил себя, просто расслабился, позволил себе сосредоточиться на ощущениях. Мягкая, влажная теснота, что сжимается вокруг его члена… Лихорадочное дыхание Жу И возле уха… Влажные поцелуи на шее… Запах возбуждения… Целостная картина будто распадалась на отдельные элементы, каждый из которых Му Ян чувствовал очень остро. Он чувствовал Жу И, его тело, его желание, то, как начали ритмично сокращаться стенки его нутра. Жу И уткнулся лбом ему в плечо и сдавленно застонал, усилием воли пытаясь отсрочить оргазм. Именно осознание, что Жу И хочет сначала заставить его кончить, подтолкнуло Му Яна к краю.       Жу И завороженно смотрел, как прекрасные глаза гэгэ закатываются от удовольствия, как трепещут длинные ресницы, а губы открываются в сладостном стоне. Жу И чувствовал судороги его тела, пульсацию члена и горячее семя внутри себя. Именно благодаря ему, Жу И, Му Яну так хорошо. Именно он заставил человека, постоянно удерживающего контроль, отпустить себя. Жу И подождал, пока дрожь удовольствия утихнет, и Му Ян прочувствует все грани оргазма, а потом выпрямился и несколькими быстрыми движениями по члену довёл себя до разрядки. Почему-то грудь Му Яна, залитая его семенем, показалась Жу И очень соблазнительной. Странно, раньше Жу И не возбуждали такие вещи… Хотя раньше его и верёвки с плётками не возбуждали.       Жу И скатился с Му Яна и лёг рядом, закинув ногу ему на бедро. Зная, что это не очень приятно, когда семя засыхает на коже, он заботливо вытер гэгэ краем одеяла.       — Я бы сходил за полотенцем, — сказал Му Ян. — Зачем портить постельное бельё?       — Мы всё равно покидаем этот дом, постельное бельё не наше, а старой суки.       Му Ян только вздохнул. Нет, этот демон неисправим! Поэтому остаётся только любить Жу И вместе с его невыносимым характером. Тихо смеясь, Му Ян поцеловал возлюбленного в макушку, с наслаждением вдохнул запах его волос. Жу И использует масло с ароматом апельсина и всегда пахнет сладко-сладко… Как-то незаметно нежные поцелуи переместились на лицо, потом на шею. Жу И урчал, словно котёнок, в руках Му Яна.       — Солнце моё, можно я заплачу за тебя неустойку?       Жу И сначала хихикнул, а потом улыбнулся самой соблазнительной из своих улыбок и сильнее прижался к Му Яну, коленом задевая полутвёрдый член.       — Хочешь перекупить у старой суки мой контракт? Он заканчивается всего через четыре года, уверен, что тебе хватит этого времени, чтобы насладиться мной?       Жу И, как и Му Яна, забавляла эта игра. Конечно, для них контракт — просто кусок бумаги, но всё же если Му Ян выкупит эту бумагу у хозяйки борделя… Ох, это тоже очень возбуждает!       — Я бы хотел вечно наслаждаться тобой, — Му Ян медленно вёл губами по шее Жу И, щекоча чувствительную кожу дыханием. — Готов продлить контракт на всю жизнь?       — Смотря, какую цену ты предложишь…       Жу И повело. Лишь несколько прикосновений, пара слов, произнесённых хрипловатым шёпотом, и он готов на всё. Почему Му Ян так на него действует? Жу И давно отчаялся понять и просто наслаждался.       — Хмм… — Му Ян провёл кончиком языка по тонкой ключице. — Мой прах подойдёт?       Вся ленивая нега тут же испарилась, Жу И выпутался из объятий гэгэ и резко выпрямился. Решив, что этого недостаточно, он прикрылся одеялом, а подушку бросил на бёдра Му Яна, чтобы самому не отвлекаться. Сейчас не до плотских желаний. Му Ян понял, что его слова восприняты абсолютно серьёзно, и сел, скрестив ноги. Что ж, он готов к этому разговору. Пусть слова, что в мире демонов имеют огромное значение и потому произносятся редко, вырвались у него случайно, они всё равно шли от сердца.       Жу И не обладал таким даром, как Му Ян, не умел в полувзгляда угадывать желания людей. Он не знал, насколько искренне говорил гэгэ. Такими заявлениями не разбрасываются, но чего только не срывается с языка в порыве страсти. Жу И тоже думал об этом… этом самом… Но у него не хватило решимости даже заикнуться о демоническом прахе. Жу И боялся, что если предложит свою сущность Му Яну, возлюбленный будет чувствовать себя обязанным ответить тем же. А Жу И ни в коем случае не хотел на него давить! Та же мысль пришла в голову Му Яна.       — Ты не обязан отдавать мне свой прах. Это должно быть только твоё решение, добровольное и взвешенное. Я просто прошу тебя взять мой… Если ты этого хочешь, конечно.       Оба демона понимали, насколько это серьёзный шаг. Отдать прах всё равно, что вручить другому человеку свою жизнь. На такое трудно решиться. А принять ответственность, возможно, ещё труднее. Жу И молчал, глядя на Му Яна широко раскрытыми глазами, и судорожно сжимал на груди одеяло. Видя, как его возлюбленный разволновался, Му Ян мысленно отругал себя. Не стоило заводить речь о прахе так быстро. Он любил Жу И уже очень давно и всё для себя решил, но на беднягу Жу И обрушилось слишком много всего сразу. К тому же, он очень эмоциональный, ему трудно переживать потрясения.       — Возможно, я поторопился, — смущённо произнёс Му Ян.       Он не думал, что испортит всё сразу же после признания. Решил ни в коем случае не будет давить на Жу И, и что вышло?..       — Гэгэ.       Растерянный взгляд стал слегка сердитым, и Му Ян понял, что недооценил своего мужчину. Он улыбнулся, уже предвкушая, как свяжет себя с Жу И самыми крепкими узами, что существуют в мире демонов.       — Ты только что предложил мне свой прах, такие слова назад не берут, — произнёс Жу И.       Му Ян наклонился вперёд, теперь их лица были совсем близко. Жу И тонул в тёмных глазах возлюбленного, в бесконечном обожании, что лилось на него из этих глаз.       — Я предлагаю тебе всего себя. Моё тело и душу, мою жизнь и смерть. Ты возьмёшь меня, Жу И?       Два сердца, одинаково мёртвых, в этот миг затрепетали, словно живые.       — Только если…       От переизбытка чувств Жу И всхлипнул. Хотелось то ли плакать, то ли смеяться.       — Только если ты возьмёшь меня.       Невесомый поцелуй сорвал судорожный вздох с приоткрытых губ младшего демона.       — Ты хорошо подумал? Я ведь не собираюсь отпускать тебя.       Яркие, словно звёзды, глаза, сверкнули жаждой обладания, но губы касались нежно, словно крыло бабочки. От этого контраста Жу И просто плыл, рассыпался, не в силах найти у себя в голове ни одной связной мысли… Впрочем, одна мысль была.       — Только попробуй отказаться от меня, и я съем твой прах на завтрак.       Если это угроза, то слишком страшная, а если шутка, то слишком грубая… Но губы Му Яна изогнулись в довольной улыбке. Он любил Жу И именно таким. После восьми сотен лет одиночества чем он заслужил такое сокровище? Жу И — нежный цветок с острыми шипами, способными ранить сердце и остаться внутри неизлечимым ядом. Этот цветок Му Ян собирался холить и лелеять до конца своей демонической вечности.