Обучение искусству любви

      Поднимаясь по горной тропе, Жу И наслаждался красотой окружающей природы и бесконечным покоем. Почему-то здесь он всегда чувствовал умиротворение, пусть немного смешенное с грустью. Затерянный среди гор монастырь давно превратился в развалины, но спокойствие, что всегда царило в его стенах, словно впиталось в землю, позволяя хотя бы на время отдохнуть от забот.       Впервые Му Ян привёл сюда Жу И вскоре после свадьбы. От прекрасного некогда главного храма и других построек монастыря ничего не осталось, кроме полуразрушенных стен и торчащих кое-где из земли бесформенных нагромождений камней, но Му Ян помнил родной дом, будто только вчера его покинул. Он уверенно вёл Жу И за собой, рассказывая, каким был монастырь восемьсот лет назад. Каждое дерево отпечаталось в его памяти, каждая деталь маленького мира, что навсегда ушёл в прошлое.       Но был в монастыре падшего бога уголок, где не царит запустение. Конечно, время не щадит никого и ничего, но человек способен противостоять даже времени. После падения Сяньлэ Му Ян покинул центральную равнину, но когда вернулся, нашёл могилу своих братьев и с тех пор ухаживал за ней. Деревянное надгробье, установленное юным солдатом, которого Му Ян не сразу узнал в Князе демонов, за столетия сгнило, и он сделал новое из камня. «Могила достопочтенного наставника и братьев», гласила надпись, а дальше восемнадцать имён, которые Жу И выучил наизусть. Теперь это и его семья тоже.       Он помнил, как впервые опустился на колени перед скромным надгробьем и поклонился своей новой семье.       — Учитель, братья, я привёл вам Жу И.       Голос Му Яна звучал очень спокойно. Боль притупилась за годы, осталась только любовь и благодарность.       — Я больше не одинок в этом мире, у меня есть партнёр на тропе самосовершенствования.       Губы Му Яна тронула улыбка. Его близкие обязательно бы поняли, почему он избрал иной путь, не тот, которым они следовали вместе. И они бы обязательно полюбили Жу И.       Му Ян ещё долго беседовал с учителем и братьями, а Жу И бродил по развалинам монастыря. На месте центрального храма он нашёл камни со следами копоти. Му Ян никогда не говорил, как именно закончил свой жизненный путь, а Жу И не спрашивал, только надеясь про себя, что это была быстрая смерть в бою при попытке защитить родной дом, что Му Яну не пришлось задыхаться дымом и отчаянием, взывая к богу, который ничем не может помочь…       Они возвращались сюда раз в год или даже чаще, горы неизменно встречали их покоем и тишиной. Жители ближайших деревень не заглядывали сюда, лишь изредка забредали охотники, что выслеживали дичь в горах, но и они надолго не задерживались. Людей всегда пугает картина запустения. Но теперь Наследный Принц снова вознёсся, более того, он стал верховным богом. Возможно, когда-нибудь здесь снова будет процветающий монастырь…       Жу И слушал пение птиц и шелест листьев. Рука Му Яна в его руке — связь с миром, а горы вокруг своей величественной красотой навевали мысли о запредельном. Наверное, провести в таком месте всю жизнь — настоящее благословение Небес… Но Жу И сомневался, что смог бы в течение многих лет наслаждаться покоем и любоваться горами. Его натура деятельная, иногда сверх всякой меры, Жу И точно не создан для монашества. Да и Му Ян совсем на даоса не похож. Интересно, каким он был при жизни? Впрочем, Жу И не сомневался, что полюбил бы его в любой ипостаси.       Размышления Жу И были прерваны звуком шагов. Странно для этого места. Тропа резко повернула, и демоны увидели человека, что спускался им навстречу. Он был совсем не похож на охотника, скорее выглядел, как учёный.       — Эй, ты что здесь делаешь, а?       Жу И даже не пытался быть вежливым. Здесь место упокоения их с Му Яном близких, с чего какой-то человек шастает вокруг монастыря?       — Простите моего мужа, он просто очень удивился, не часто встретишь кого-то в горах.       Му Ян поспешил исправить положение, но и сам допустил оплошность, назвав Жу И своим мужем перед смертным человеком. В мире демонов союзы между двумя мужчинами или двумя женщинами в порядке вещей, а людям только предстоит прийти к мысли, что любовь не знает ограничений. Брови незнакомца чуть дёрнулись вверх, но своё недоумение он оставил при себе.       — Я архитектор, меня наняли, чтобы построить здесь монастырь.       Пока оба демона удивлённо хлопали глазами, он продолжил:       — То есть, восстановить монастырь, что был разрушен много лет назад. Я осмотрел старые фундаменты, а завтра приведу рабочих, чтобы начать прокладывать дорогу, ведь скоро мы будем возить сюда камень, а там, глядишь, и верующие потянутся в монастырь Наследного Принца Сяньлэ. Здесь отличный фэншуй, в самый раз для поклонения богу!.. Но я не знал, что прежде в этих горах был монастырь.       Никто не знал, ведь этот монастырь сожгли восемьсот лет назад. Лишь два демона в целом мире помнили о тихой обители среди гор.       — Кто нанял вас для строительства? — спросил Му Ян, уже предполагая, что услышит в ответ.       — Какой-то богатый господин, — архитектор пожал плечами. — Он сказал только, что является самым преданным верующим Наследного Принца. Мне пора, разрешите откланяться.       Архитектор был человеком, но как и все люди искусства, тонко чувствовал этот мир. Он знал, что и богатый господин, который платит ему деньги, и эти двое, что шатаются по безлюдным горам, уже давно перестали быть смертными. «В странное время мы живём, — подумал архитектор, — демоны строят монастыри».       Человек направился вниз по тропе, а демоны вверх, впереди показалась стена монастыря, вернее, то, что от неё осталось. Но скоро запустение перестанет править этим местом, к Небесам потянется дым благовоний и молитвы верующих, горное эхо будет повторять сутры монахов. Жу И бросил взгляд на своего мужа. Редко можно увидеть эмоции на его лице, вот и теперь Му Ян внешне оставался спокойным. Но Жу И знал его достаточно хорошо. Душа Му Яна трепещет от восторга и надежды.       Сильную демоническую ауру Жу И почувствовал, ещё не вступив в пределы старого монастыря. Архитектор, сволочь, мог бы и предупредить.       — Я, пожалуй, пойду, поклонюсь могиле наставника и братьев.       Жу И намеревался обойти монастырь и сразу попасть в сад. Не то, чтобы он панически боялся Князя демонов. Нет, Жу И просто понимал, что сейчас должен оставить их с Му Яном наедине. А он пока сообщит наставнику и братьям радостную новость. Сначала Жу И подумал, что покой, который он всегда ощущал здесь, исчезнет, когда в монастырь будет полон людей, но потом понял, что, приходя в храм, каждый находит покой в своей душе.       Му Ян нашёл Князя демонов там, где раньше возвышался главный храм монастыря. Хуа Чэн сидел на плоском камне, бывшем некогда первой ступенькой лестницы, и рисовал. Му Ян, не желая мешать творческому порыву, молча поклонился. Хуа Чэн не поднял головы от бумаги, но махнул рукой. Этот жест Му Ян расценил как просьбу приблизиться и обойтись без церемоний. Он сел на ту же ступеньку, немного поодаль, и стал терпеливо ждать.       — Я хотел прийти к тебе завтра, но раз уж ты здесь… Скажи, похоже на то, как было раньше?       Му Ян не заглядывал Хуа Чэну через плечо, считая это невежливым, но теперь Князь демонов сам показал ему рисунок. Хуа Чэн изобразил монастырь, ориентируясь на свои обрывочные воспоминания о единственном дне, проведённом здесь.       — Не обязательно делать, как раньше, — ответил Му Ян. — Давайте сделаем по-новому.       Уголки губ Алого Бедствия дёрнулись вверх. Он скомкал лист бумаги и взял новый.       — Ваше превосходительство, могу я задать вопрос?       Му Ян продолжил, только дождавшись утвердительного кивка. Он знал, как это неприятно, когда отвлекают во время работы.       — Когда вы меня узнали?       Прежде они не говорили открыто о прошлом.       — Люди видят в темноте не так хорошо, как демоны, а я тогда был человеком.       Хуа Чэн не смотрел на Му Яна, он казался полностью сосредоточенным на рисунке, и его голос звучал ровно. Но Му Ян точно знал, что это равнодушие напускное, Хуа Чэну не всё равно.       — Я не помнил твоего лица, но когда мы встретились через восемьсот лет, что-то в тебе показалось знакомым. Я навёл справки и узнал, что ты из Сяньлэ, прислушался к твоему голосу, и наконец вспомнил. А ты сразу меня узнал?       Князь демонов поднял глаза от бумаги и посмотрел на собеседника. Му Яна не пугал его взгляд, как и мощная аура. Ценность личности не зависит от духовной силы, поэтому Му Ян, уважая Хуа Чэна и даже восхищаясь им, не ставил себя ниже. Он мог говорить с Князем демонов на равных, тем не менее, относясь к нему со всем почтением, которого требует звание Непревзойдённого.       — Далеко не сразу, — ответил Му Ян. — Вы сильно изменились, трудно узнать юного солдата в Градоначальнике Призрачного города. Мне потребовалось несколько встреч с вами и несколько ночных кошмаров, чтобы вспомнить.       Каждому демону иногда снится смерть, Хуа Чэну тоже, Му Ян в этом не сомневался.       — Перед тем, как покинуть это место, я дал обещание, что обязательно вернусь и восстановлю монастырь, — сказал Князь демонов. — Теперь Его Высочество снова вознёсся, и я решил, что пора.       — Примите мою благодарность. Учитель и братья были бы рады тому, что здесь снова будут возносить молитвы Наследному Принцу. Это много значит для нас.       — И для меня, — неожиданно произнёс Хуа Чэн.       Встретив удивлённый взгляд Му Яна, он повторил:       — Это много значит для меня. И ты тоже прими мою благодарность.       Не многие слышали такие слова от Князя демонов.       — Я всего лишь сказал вам несколько слов…       — Эти несколько слов помогли мне продержаться до конца, а цветущая ветвь вишни у ног статуи божества дала мне надежду. Я был солдатом гибнущей страны, последователем падшего бога, немного надежды — всё, на что я мог рассчитывать.       Сердце кольнуло старой болью. Эта боль общая для всех уроженцев Сяньлэ, что отвергли покой после смерти, и она никогда не утихнет. Но у них есть и надежда. Му Ян чувствовал, что должен искренностью ответить на искренность.       — Ваше Превосходительство, я очень обязан вам. В миг воплощения просто поддаться гневу. Я мог стать как те демоны, что вечно следуют дорогой мести и теряют себя. Но вы оказались рядом и помогли мне сохранить человечность в своём сердце.       Так распорядилась судьба. Два совершенно разных человека встретились на пепелище и дали друг другу именно то, в чём так сильно нуждались.       — У меня к вам просьба.       Казалось, Хуа Чэн немного удивился, но всё равно кивнул. К Непревзойдённому демону у каждого найдётся просьба.       — Когда вы покажете обновлённый монастырь Его Высочеству, не говорите о том, что увидели здесь восемьсот лет назад. Я не хочу, чтобы он чувствовал вину, ведь он сделал для нас всё, что было в его силах. У каждого своё дао, я уверен, Его Высочеству тоже пришлось пройти тяжёлые испытания.       Почитая бога, Му Ян заботился о человеке. Наверное, именно поэтому после первоначального недоумения ни разу в своих мыслях не осудил Хуа Чэна за чувства к божеству. В конце концов, у каждого своё дао.

***

      Жу И возжёг благовония и разложил подношения для умерших. Он относился к почитанию предков очень ответственно. Многие демоны стремятся забыть прошлое и через столетие-другое перестают ухаживать за могилами близких. Жу И считал это неуважением. Он будет посещать могилы своей семьи и семьи Му Яна даже через восемьсот лет.       — Наставник, братья…       Жу И имеет полное право обращаться к ним именно так, ведь он законный супруг Му Яна.       — Скоро здесь снова будет монастырь. Его строят на деньги Князя демонов, это немного забавно, да? Я попрошу его возвести храм над вашей могилой, чтобы все верующие, приходя сюда, отдавали вам дань уважения.       Их убили за то, что они были последователями Наследного Принца. Жу И считал, что другие последователи обязательно должны выразить почтение, посещая монастырь.       — У Му Яна всё хорошо, не переживайте. Его дело идёт в гору, все в Призрачном городе знают про Школу любовного искусства. К нам даже небожители ходят, можете себе представить? Дома тоже всё в порядке, я очень стараюсь быть ему хорошим мужем. У меня не всегда получается, но Му Ян снисходителен ко мне… Он такой добрый, потому что достопочтенный наставник хорошо его воспитал, а уважаемые шисюны подавали пример. Спасибо вам большое!       Жу И поклонился до земли. Эти люди были единственной семьёй Му Яна, среди них Му Ян был счастлив.       — Я буду заботиться о нём так трепетно, как только смогу, не переживайте…       Жу И хотел ещё многое сказать, но вдруг почувствовал, как позади него всколыхнулась духовная сила. «Да почему здесь сегодня проходной двор?», раздражённо подумал Жу И и обернулся, чтобы увидеть, как человек в белых монашеских одеждах ловко поймал рукой игральные кости.       — Сань Лан? А где Сань Лан?       — Вон там, — машинально ответил Жу И, показывая рукой на ветхую стену, что отделяла сад от основной части монастыря.       Несколько секунд бог и демон удивлённо смотрели друг на друга. Наследный Принц явно понятия не имел, где находится. Жу И предположил, что игральные кости переносят его к Собирателю цветов под кровавым дождём. Наверное, на создание этого артефакта Градоначальник потратил целую кучу духовной силы.       — А, вы же господин Жу!       — Ваше Высочество помнит меня?       Жу И был польщён. Он думал, что бог тем более, представитель императорской фамилии, не возьмёт на себя труд запомнить простого демона.       — Конечно! У вас такой замечательный чайный домик…       Его Высочество немного смутился, а Жу И едва не рассмеялся. Наследный Принц помнит его не только как хозяина чайного домика. Вообще-то, когда они виделись в последний раз, Жу И раскачивался на подвесе вниз головой, весь оплетённый фигурными узлами алой верёвки, а Се Лянь наблюдал за ним с балкона для особых гостей школы любовного искусства. Некоторые клиенты стесняются своих визитов в заведение Му Яна, поэтому Жу И не стал об этом говорить. Хотя он не понимал, чего тут плохого. Если человек желает научиться новому ради своего партнёра, это не стыдно, а наоборот, похвально.       — Если Ваше Высочество ищет уважаемого Градоначальника, то вам нужно обогнуть вот эту стену и идти к развалинам храма, — вежливо подсказал Жу И.       — Развалины храма? Какому божеству здесь поклонялись?       Сань Лан сказал, что займётся рутинной работой. Се Лянь соскучился по нему и подбросил кости, желая увидеть мужа. Он никак не ожидал, что окажется в горах, посреди заброшенного монастыря. Плавные контуры этих гор казались ему странно знакомыми, будто очень давно он видел их издали…       — Ну-у… Вам.       Ответ демона был неожиданным, но сразу всё объяснял. Монастырь забросили после падения Сяньлэ, и Сань Лан, должно быть, решил восстановить его. Се Лянь ощутил, как в сердце разливается тепло. Его Сань Лан не только самый любящий муж, но и самый преданный последователь. Оставалось только выяснить, что здесь делает Жу И, и перед чьей могилой он стоит на коленях. Надгробье выглядело достаточно новым по сравнению с остатками строений монастыря.       — Кто здесь похоронен? — поинтересовался Се Лянь.       Простой вопрос неожиданно поставил Жу И в тупик. «Как бы так вам помягче сказать?», растерянно думал демон. В конце концов, он решил сказать, как есть.

***

      — В тот раз вы сказали, что видели прыжок на улице Шэньу.       — Это меня Его Высочество тогда поймал.       — Я так и думал. Расскажете? Про шествие тоже. Я в столице ни разу не был.       Беседа текла медленно и непринуждённо. Му Ян, запрокинув голову, смотрел на горные вершины. Этот пейзаж он когда-то наблюдал каждый день, и всё равно сердце наполнялось восторгом от красоты природы. Вот так могла пройти его жизнь, среди гор, в молитве и служении, в покое… Му Ян был бы счастлив прожить именно такую жизнь рядом со своими братьями. Но это не значит, что он не может быть счастливым теперь, в Призрачном городе, рядом с мужем.       Горы, на которые Му Ян просто смотрел, Хуа Чэн рисовал. Он не думал, что это будет так умиротворяюще, просто поговорить открыто с человеком, который тоже помнит Сяньлэ, помнит эйфорию целого народа, когда Наследный Принц вознёсся. Наверное, это был единственный миг, когда маленький Хунхун-эр чувствовал единение с другими людьми.       Му Ян слушал приятный, спокойный голос Князя демонов. Мало кто способен находиться рядом с Непревзойдённым и не трястись от страха. Му Ян осознавал, что уровень духовной силы Хуа Чэна просто несравним с его собственным. Но здесь и сейчас это не имеет значения. Здесь и сейчас они не Градоначальник и простой демон. Они — люди Сяньлэ, последователи Наследного Принца.       Му Ян ощутил лёгкое раздражение, когда от разговора его отвлёк вызов в духовной сети, но он редко позволял себе испытывать сильные эмоции, потому, когда ответил, его голос звучал как обычно.       «Что случилось, солнце моё?»       «Ты не мог бы попросить Собирателя цветов под кровавым дождём не развоплощать меня?»       «Чего?»       Да что он успел натворить?       «Это случайно вышло», — промямлил Жу И.       Что именно вышло, Му Ян не успел уточнить. Он услышал торопливые шаги со стороны сада, и вместе с Жу И определённо шёл ещё один человек. Хуа Чэн вдруг резко подскочил с места, и в этот момент Му Ян уже понял, что происходит. Он тоже поспешил встать, чтобы выразить уважение своему богу. Му Ян не хотел, чтобы он знал, чтобы тревожил и без того раненную душу. Но Му Ян не принял в расчёт своего болтливого мужа, который теперь опасался Князя демонов. Глаза Его Высочества блестели непролитыми слезами.       — Гэгэ, что слу… — Хуа Чэн замолчал на полуслове, он тоже понял. И он тоже ничего не мог сделать.       Прошлое не изменить и от прошлого не сбежать. Тысячи и тысячи погибших при падении Сяньлэ… Этот груз всегда будет лежать на сердце Се Ляня. Хуа Чэн мог лишь крепко взять его за руку, даря молчаливую поддержку.       — Ваше Высочество, — Му Ян поклонился.       — Господин Му…       Тут верующий позволил себе перебить бога.       — Ваше Высочество, смерть моих братьев на совести убийц, так же как смерть нашей родины на совести Безликого Бая. В каких бы обстоятельствах не оказался человек, он всегда сам делает выбор, совершить злодеяние или нет. Мой учитель говорил, что у каждого своё дао. Мы можем лишь делать то, что должны. Я верю, вы сделали всё, что было в ваших силах.       — Недостаточно.       Всего, что Се Лянь сделал, было недостаточно, чтобы защитить Сяньлэ. Чтобы защитить монастырь, затерянный среди гор, и людей, что в своей жизни никому не сделали зла, но погибли страшной смертью.       — Когда служители бога бросали свои храмы и разбегались, мы с братьями приняли решение не покидать дом и быть верными долгу до конца. Таково наше дао.       Му Ян соединил руки в молитвенном жесте, и глядя в полные слёз глаза своего бога, произнёс:       — Ваше Высочество, этот верующий просит, чтобы вы перестали винить себя.       «Почему все рыдают?», недоумённо подумал Жу И. Му Ян улыбался сквозь слёзы. Единственная молитва, исполнения которой он желал, была словно недостающий кусочек мозаики, который теперь занял своё место, позволяя окончательно отпустить прошлое. Эту молитву он мог произнести только здесь и только не теряя взгляд тёплых глаз Се Ляня. Му Ян прежде видел Наследного Принца и не раз, но сейчас они впервые разговаривали, как бог и верующий. Чувства, что теснились в его сердце, были одновременно возвышенными и самыми простыми, самыми естественными. «Человек тянется к Небесам, но стоит ногами на земле», говорил Му Яну учитель. Только сейчас Му Ян понял, что это значит…       Бог и три демона совершили поклонение могиле настоятеля и монахов, потом обошли монастырь, рассуждая, каким он должен стать в будущем. Расстались они уже вечером у подножья горы.       — Ваше Высочество, я давно хотел задать вам один вопрос, — сказал Му Ян, уже попрощавшись. Должно быть, этот вопрос действительно важен для него.       — Я постараюсь ответить.       Се Лянь был готов к любому вопросу, кроме того, что прозвучал:       — Правда, что вы знаете наизусть «Дао дэ цзин»?       Видя недоумение бога, Му Ян пояснил:       — Не помню, откуда пошёл этот слух, но один из братьев как-то сказал, что вы можете без запинки рассказать «Дао дэ цзин» по памяти. Мы решили, что тоже так хотим, и сели учить. Успели осилить две или три главы, но потом пришёл наш наставник и сказал, что зубрить книги — бесполезное занятие и лучше бы мы занялись делом. В общем, он отправил нас делать уборку в храме. Скажите, всё-таки «Дао дэ цзин» нужно учить наизусть?       После недолгих раздумий Се Лянь улыбнулся.       — Ваш уважаемый наставник был абсолютно прав. Зубрить трактаты, ровно как переписывать их — бесполезное занятие.       Му Ян вздохнул с облегчением, он всегда немного жалел, что в тот раз ничего не выучил. Он не помнил «Дао дэ цзин», зато помнил слова учителя и его мягкую улыбку, помнил смех братьев, солнечные лучи, что золотят вершины гор на рассвете, шум дождя в лесу и запах благовоний под сенью храма, дарующий умиротворение. Именно эти воспоминания, а не ужас смерти, он пронёс через восемь сотен лет. Любовь к семье и любовь к богу, которую он сохранил в своём сердце, помогла ему научиться любить супруга.

***

      В день середины осени тысячи молитвенных фонарей озарили небо. Над Призрачным городом словно пролилась река из сияющих огоньков. Нечисть тоже почитает богов… то есть одного бога.       — Молитвенные фонари стоят так, будто их из золота делают, — ворчал Жу И. — Ему всё равно твой фонарь до фонаря, их там четыре тысячи летает. И вообще я считаю, что каждый должен покупать подарки только своему мужу, это будет справедливо.       Конечно, они с Му Яном могли себе позволить фонарь, и даже не один, но Жу И просто хотелось поворчать. А Му Ян позволял ему это. Му Ян вообще очень много ему позволяет…       — Если тебе от него что-то надо, попроси при личной встрече, — не унимался младший демон.       — Мне ничего не надо от Его Высочества, мне надо запустить фонарь.       Му Ян не стал ничего писать на молитвенном фонаре, у него больше нет желаний, с которыми он мог бы обратиться к богу. Его дело идёт в гору, ученики делают успехи, дома всё хорошо. Запуская в небо фонарь, Му Ян чувствовал благодарность и умиротворение. Жу И обнял его за талию, тоже не отрывая глаз от неба, усыпанного огнями. Ворчать почему-то расхотелось. Если для его любимого так важно соблюсти традиции, то Жу И совершенно не против.       Когда их фонарь поднялся высоко в небо, и его уже невозможно было найти среди тысяч других фонарей, Му Ян и Жу И пошли прогуляться по городу. В сердце мира демонов всегда оживлённо, но сегодня особенный день для Призрачного города. Сегодня старший дядюшка снова победит в состязании фонарей среди небесных божеств, и все демоны очень этому радовались. Му Ян лишь снисходительно улыбался, он ведь знал, что Наследному Принцу абсолютно всё равно, какое место он займёт в глупом рейтинге.       А Жу И просто нравилась атмосфера праздника. Му Ян покупал ему сладости, которые Жу И тут же ел, не отрываясь от уличных представлений. В какой-то момент гэгэ шепнул: «Подожди меня немного» и снова растворился в толпе. Жу И думал, что через минуту Му Ян вернётся с очередным лакомством, но время шло, а гэгэ всё не было. Когда Жу И уже начал волноваться, сзади к нему вдруг прижалось сильное тело, родной запах окутал подобно мягкому одеялу. Перед глазами мелькнуло что-то блестящее, и Му Ян застегнул на шее мужа золотой обруч с нефритовой подвеской. Жу И хватило одного взгляда, чтобы понять, украшение очень дорогое. На его недоумённый взгляд Му Ян ответил:       — Ты же хотел подарок.       — Я же просто так сказал… Тьфу, почему ты продолжаешь воспринимать всерьёз мою болтовню?       Му Ян тихо рассмеялся и поцеловал мужа в висок.       — Потому что я люблю тебя.       В его объятиях Жу И оттаял, нежный цветочек спрятал шипы и потянулся к ласковому свету.       — Я тоже люблю тебя.       Жу И осторожно погладил подарок мужа, чувствуя под одеждой и другое украшение, которое не показывают посторонним.       — Пойдём!       Жу И потащил Му Яна за собой, выбираясь из толпы.       — Куда?       — Хочу купить тебе подарок.       Они держались за руки, вокруг шумел Призрачный город, а в ночном небе сияли светом безграничной веры и любви тысячи молитвенных фонарей.