Not our world

Миннесота, 2009 год.

Куда ни глянь - лишь оскал развалин. В воздухе висела смесь мертвечины, сырости и гнили. Кое-где, у подворотен, можно было наткнуться на горы мертвых животных и насекомых, лежащих друг на друге. Обращение внимания на них было бы потерей собственного дорогого времени. Нил резко развернулся ко входу, сканируя местность в поисках признаков жизни — или нежити, как повезет. Взгляд его быстро метался из стороны в сторону, осматривая каждый проём. В конце концов, он заметил движение недалеко от магазина. Рядом с покосившимся столбом, на котором когда-то висел рекламный баннер, стояла фигура: высокая, истощённая и, казалось, совершенно не обращающая внимания на Джостена. Фигура медленно подняла голову, и в тусклом свете, пробивавшемся сквозь облака, Нил разглядел пустые глазницы. Зомби. С момента начала зомби-апокалипсиса прошло около шести месяцев. Всё случилось из-за странной, отвратительной болезни, которая волной поглотила мир. Первое время ничего не предвещало никаких бед: предостерегающих о болезни факторов не было. Человек являлся переносчиком болезни, сам того не зная. Он вёл себя как обычно, гуляя по улицам и заражая других. Те же шли заражать остальных, не подозревая об опасности, которой они подвергали человечество. Дальше дела обстояли куда хуже. Проблема апокалипсиса была в том, что определить в начале, кто болен, являлось невозможным. Люди страдали от сильных носовых кровотечений и головных болей только после двух обычных и абсолютно здоровых недель. Следом, через пару дней, у них поднималась температура, и они впадали во временную кому. Части общества со слабым здоровьем повезло становится пораженными сразу. Зараза развивалась молниесно и куда более болезненно, не оставляя шансов прожить хотя бы свои последние пару дней в прекрасном неведении, как это было с обычными заражёнными.  Найти первого переносчика не удалось: болезнь вспыхнула разом и стремительно разнеслась повсюду, и определить, кто заразился первым, а кто стал переносчиком, не получилось. Вскоре выяснилось, что заразиться можно не только воздушно-капельным путём. Инфицированные кусали людей, своими зубами добираясь до самых капилляров и впрыскивая яд прямо в кровоток. Исход укуса мог быть разным: кто-то превращался в бездумную оболочку сразу, а кто-то мучился в агонии несколько дней, ощущая на себе всю тяжесть симптомов, пока не становился похожим на остальных зомби. Люди, охваченные паникой, вели себя как звери. Пытаясь добраться до границы, они бросались к машинам, но большая часть из них оказывалась в окружении заражённых. Самолёты падали, врезаясь в многоэтажные здания и жилые дома, погружая всё в ещё больший хаос. Ценность денег утратилась, человечность отошла на второй план. Для каждого, кто ещё не заразился, оставалась только одна цель: выжить. Нил увидел все симптомы заражения воочию, когда они с матерью поняли, что ей осталось недолго. Она умоляла его убить её, не в силах сделать это самостоятельно из-за слабости. "Прошу..." — шептала она снова и снова, пытаясь сдержать капли воды, которые, казалось, застыли в её глазах, полных вселенского ужаса. И Нил сдался. Он взял кухонный нож, его лезвие тускло блеснуло в полумраке комнаты. Вернувшись к матери, он медленно опустился на колени рядом с ней. Слёзы текли неудержимо, он из раза в раз пытался остановить поток вышедших из-под контроля эмоций, вдыхая воздух и выдыхая его после, но боль оставалась сильной и нарастающей. Мать взяла с него обещание выжить. Таким же строгим взглядом, как и во все остальные дни. Требовала, чтобы он думал только о своей жизни и делал всё, чтобы не стать одним из мерзких тварей. Велела подставлять, если потребуется, молила жить. И в конце концов, закончив, попросила «сделать это». Джостен так и поступил. Острый нож вонзился прямо в её сердце. Секундная судорога во всём теле, слеза, скатившаяся с кончика её глаза по щеке, и последнее прошептанное слово «живи», после которого её не стало. Нил не мог ослушаться. Он прекрасно понимал, что нельзя нарушать обещание, как бы ни хотелось лечь рядом с её телом и застыть на всю оставшуюся вечность. Спустя сутки, проведенные у её трупа без каких-либо слез или надежд на лучшее, Джостен все-таки вырыл могилу, используя обломок арматуры, найденный неподалёку, и с трудом, ежесекундно оглядываясь в поисках опасности, похоронил её тело на улице. Он стоял перед её могилой столько, сколько мог бы позволить себе человек, рядом с которым грозился оказаться ходячий мертвец. Оставалось только выполнить её волю. Именно этим он и занимался всё это время. Постоянное самобичевание и разъедающая изнутри депрессия выбивали из колеи, но обещание матери было для него компасом, не дающим окончательно сбиться с пути. Он толком не плакал, как должен был любой человек, вынужденный убить свою мать. Единственное, чем выражалась его скорбь — это тоска и чувство вины. Нил стал одиноким на четвертый месяц эпидемии, обреченный сидеть дома и доедать оставшуюся еду с консервами, ежедневно умирая от внутренней ненависти к себе и отчаяния. Такой образ жизни его устраивал, он надеялся даже обнаружить симптомы болезни, ведь жил с зараженным под одной крышей, но так и не дождался ни одного из них, оказавшись счастливчиком. Через две недели такого проживания, дом по случайности сгорел, оказавшись слишком близко к сухому дереву, которое было сожжено из-за попавшей в него молнии во время бури. Таким образом, парень остался на улице. С собой ему удалось ухватить тревожную сумку, собранную еще раньше мамой, когда она поставила перед фактом то, что рюкзак должен будет стоять у двери всегда, на случай, если придется покинуть место. Она, как обычно, оказалась права. В собранных вещах была одежда, маленькая аптечка, набор ножей, перцовка и пара консерв. Всё, что могло бы пригодиться беглецу или выжившему во время апокалипсиса. Джостен бесцельно бродил по городу, ночуя в труднодоступных для зомби заброшенных местах, и скрываясь от мародёров всякий раз, когда ему удавалось совершать вылазки в магазин. Вынужденный выживать, психологическое состояние отошло на второй план. Воля к жизни стала сильнее, надежда на смерть казалась абсурдной. Пусть никто и не знал, станет ли когда-нибудь лучше, парень не мог себе позволить умереть просто так. Джостен был вынужден не раз сталкиваться с зараженными, и не раз был вынужден выбивать им мозги найденной в когда-то студии бейсболистов битой, пытаясь себя спасти. Этот случай не стал исключением. Нил не был солдатом. Его силой была внимательность и умение сливаться с тенями, хорошим дополнением оказалось и то, что он быстро бежал. Парень научился замечать малейшие изменения в окружающей среде, слышать тихий шелест приближающегося зомби задолго до того, как его увидит. Теперь, осматривая вход в заброшенный супермаркет, он медленно присел за перевернутый мусорный бак, внимательно изучая разбитое окно. Осколки стекла хрустнули под его ботинком, но он не обратил внимания, слишком сосредоточенный на наблюдении за движением, которое заметил в глубине. Бита в перебинтованной руке была сжата до еле слышного скрипа лака на ней, который почти стерся из-за того, что вещь использовалась не по прямому назначению, и за ней не ухаживали. Мертвец начал движение в его сторону. Драться возможности не было: неизвестно, сколько их здесь могло быть. Поэтому, пользуясь его медлительностью и расслабленным поведением, Джостен быстро запрыгнул через окно прямо в здание магазина. Внутри было пусто и темно. Никаких характерных для зомби звуков он не обнаружил. Следов крови не наблюдалось, а значит, было безопасно. Обрадованный тому, что полдела сделано, парень аккуратно двинулся к банкам с едой, у которых был большой срок годности, и водой. Свой рюкзак он заполнил молниеносно: закинул всё разом и закрыл, намереваясь двигаться дальше. Однако, к его неподдельному удивлению, он услышал хриплый голос сзади. «Здесь же…» — мысль не успела сформироваться полностью. Стоило ему обернуться, как перед глазами встала картина, которая кричала ему о том, что надо бежать. С десяток тварей пожирало девушку в военной форме, пока она тянула руку к Нилу, еле слышно прося помочь. Но он не мог этого сделать, с ней всё было покончено, а он ещё цел. Звуки отрывания плоти с тела и противное чавканье стало слышно только в момент, когда он оказался слишком близко к опасности. Взгляд быстро пронесся по всему разделу, в котором он находился, и Нил обнаружил, что именно здесь все кишит зомби. «Здесь было пусто», — он был готов подтвердить свой голос в голове клятвой. Место и вправду было безопасным. «По крайней мере, в начале». Вот почему у магазина стоял пораженный болезнью. Вот почему было подозрительно тихо. Вот почему больше никого в округе не было. Весь пазл собрался именно в момент риска, но Джостен не мог позволить себе умереть, точно так же, как и поддаваться панике. Парень окинул взглядом две упавшие друг на друга полки с едой, которые выстроили собой конструкцию в виде треугольной крыши. Тихими шагами он направился туда, игнорируя взгляд женщины, смотрящей на него с угасающей надеждой. Пол под ногами был завален едой. Где-то банки разбились, выливая свое содержимое, а где-то остались целы. Нил тихо побрел дальше, ближе ко входу. Осмотревшись, он понял, что опоздал. Бежать было некуда. Оставалось только напролом, но опасность заражения гарантировала, что через две недели скажет о себе. И все же, взяв биту поудобнее, он пригляделся к самому близко стоящему пораженному, анализируя, в какой момент он должен будет ударить. Бить стоило по голове, чтобы вывести из строя на ближайшее время. В конце концов, когда Нил решил, что можно начинать, взмах руки повис в воздухе. «Что за?..» — он повернулся, ища проблему, и это оказалась рука. Человеческая рука. Парень был ниже него на пару сантиметров. Джостен и сам был невысок, но и подумать не мог, что есть кто-то еще ниже. Это был блондин, лицо было скрыто за такой же черной маской, что и у Нила. Он демонстративно поднял указательный палец ко рту, побуждая молчать. Нил бы не послушал в любой другой ситуации. Человек мог оказаться кем угодно, начиная мародёром, заканчивая одним из тех, кто травил тварей на других, чтобы скрыться. Но если бы он был таковым, Джостена бы давно ударили в спину и привлекли бы внимание зомби, а сами бы сбежали. Поэтому Нил медленно опустил свое оружие, посильнее прижавшись к полке. Человек рядом с ним достал ручку и начал выписывать что-то на своей руке. Вся она была у него исписана, в каких-то местах чернила были стерты, но это означало то, что этот парень был с кем-то еще, и разговаривал так не один раз. Вскоре он показал свое послание Нилу, поднеся кисть так, чтобы она оказалась прямо перед его глазами. Неровным почерком было написано: «Северная часть. Как подам знак, бьешь по спине». Джостен поднял взгляд и посмотрел в сторону, в которую ему указали. Там стоял один из мертвецов, который медленно подходил к ним, чувствуя, что они рядом. Поняв, что от него требуют, он кивнул. Вновь поудобнее взялся за предмет в его руках, устроился так, чтобы замах не был прерван ничем или «никем», а потом начал ждать. Секунды тянулись медленно, зомби был ближе с каждым своим шагом, но перед тем, как он издал мычание, которое говорило бы всем остальным о человеке рядом, незнакомец быстро махнул рукой, и Джостен направил свой удар точно по цели. Тварь упала, привлекая внимание остальных, но в движение пришли не только мертвецы. Отовсюду разнесся топот и шаги, с разных углов начали выходить вооруженные чем попало люди, которые быстрыми движениями стали выбивать каждого из пораженных из строя. — Мэтт, прямо по центру!! — крикнул стоящий рядом с Нилом, тут же выхватив лежащую на полу палку с шипами, которую он, видимо, положил на время. Драка была оживленной. Парни и девушки, одетые в черное с ног до головы, били в зомби, не останавливаясь ни на секунду. Их работа была слаженной, и все были будто на своей продуманной позиции, видимо, оговоренной еще в самом начале.  В конце концов, блондин, не глядя на Нила, коротко бросил: "Отходим!" и все, словно по команде, сорвались с места, вылетая на улицу, попутно устраняя тех пораженных, которые начали подниматься. Джостен не собирался идти с ними, его целью было воспользоваться тем, что они натворили, и сбежать, но чья-то рука взяла его за ворот капюшона и потащила к выходу за остальными. Уже снаружи Нил заметил, что это была темнокожая девушка с афро-кудрями, собранными в пучок. — Не медли в следующий раз! Это было опасно! Она пыталась отдышаться, но даже так умудрялась ругать кого-то, кого даже не знала. Тем не менее, её убедительность неосознанно вынудила кивнуть, и Нил не понял, зачем он это сделал. Получив от неё одобрительный взгляд, он и она уставились на остальных. — Фух, было близко! — озорно прокричал еще один темнокожий парень с вьющимися волосами. — Мэтт, круто ты его! — Шутишь? Он почти на меня набросился! — ответил другой. Видимо, Мэтт. — Вот поэтому и было круто, — отмахнулся тот, кто начал диалог, и направился к Нилу. — А ты, кстати, кто? Бита у тебя классная, может возьмем его себе, а, Эндрю? — Делайте, что хотите, — ответил тот, кто был рядом с Нилом в магазине. «Так вот, как его зовут», — подумал Джостен, но мысль снова оборвалась. — А вдруг он зараженный? Никки, не будь безрассудным, — запротестовал названный Мэтт. — Ничего не безрассудный! Нам ведь нужны люди? — ответил парень, который поднял вопрос о присоединении Нила к ним. — Привет, я Никки Хэммик. Ты сколько уже на улице шастаешь? — Два месяца, — неохотно ответил Нил и удивился своему голосу. Забыть, как он звучит, было легче легкого, особенно если учитывать, что Джостен не разговаривал долгое время, будучи один. — Вот видишь? Два месяца один, и до сих пор целехонький. Будь он заразен, давно бы умер и стал одним из них, — обратился Никки к парню Мэтту, с которым спорил. — Это не от этого зависит, — ответил другой парень, до ужаса похожий на того Эндрю, с которым разговаривал Нил. «Близнецы», — догадался он. — Хватит, — прервал всех Эндрю. — У нас нет времени. Забирайте припасы и уходим отсюда. И все послушались. Представившийся Никки, который с ним заговорил третьим, после блондина и девушки, сказал идти с ними, попутно представляя каждого из их команды. — Со мной ты уже знаком, вот это, — он указал на темнокожую девушку с афро-кудрями, — Дэниэль Уайлдс, но можно просто Дэн. Рядом с ней её парень, Мэтт Бойд, — он показал пальцем на широкоплечего парня, у которого явно были непослушные волосы, разошедшиеся по всей длине, таращась во все стороны. — Вон там Аарон Миньярд, брат-близнец Эндрю Миньярда, его ты уже знаешь, — Нил посмотрел на парней. Отличала их друг от друга только одежда. — С остальными познакомишься попозже, — улыбаясь, заверил Хэммик, идя вперед, повернувшись лицом к шедшему сзади Нилу. — Надо же, я даже не спросил. А тебя как зовут? Джостен задумался. Стоит ли говорить? Это не имело смысла сейчас, его имя ничего им не даст, да и подобной информацией его не подставят. — Нил Джостен, — выдохнул парень, изучающе разглядывая каждого. Нельзя им верить. — О, прикольно! Будем знакомы, Нил.