Каракал Полиции и "зверская рулетка"

- Можешь пообещать, что не разозлишься и выслушаешь меня? - уточняю я. - Я даже не знаю, Лина... - отец в задумчивости дёрнул ухом. Я достаю из чемодана пальмовый лист и передаю его отцу чистой стороной вверх. Он неуверенно берёт его. - С виду обычный пальмовый лист. Но переверни его, и ты поймёшь, что это допуск в игру. Он переворачивает лист и видит множество неразборчиво нацарапанных строчек. Внизу темнеет надпись: "Лина". - Впервые вижу, что для участия в игре нужно сначала подписать допуск. - сказал мой отец. - Ты видел верхнюю строчку? Понял, что это? - Полный отказ от ответственности. Я уже понял. Но основная часть требует скрупулёзного изучения... - "Сперва изучить документ, а уже потом ставить подпись", ведь так ты говорил? Он слегка кивнул, откладывая лист в сторону. - Затем... Игра началась. Игроки должны по очереди стрелять друг в друга из дробовика. Патроны двух видов: холостые и боевые. - Подожди-подожди. Из дробовика? - Да. Как бы странно это ни звучало. - Я знаю, что на другом конце Земной доски некоторые звери развлекаются подобным образом. Но там используется шишколет, или что-то вроде того... - Жуть... Но ведь это же зверство!.. - И тем не менее такое существует. Лина... - он положил обе лапы мне на плечи. - То, что ты приняла участие в "Зверской рулетке" и осталась жива - это просто чудо. Я придвигаюсь к нему и обвиваю свои лапы вокруг него. Всё-таки нет зверей ближе и дороже, чем родители. - А что бы с тобой стало, если бы я проиграла? - осторожно спрашиваю я. - Я... Даже не смогу описать. Но, наверное, я потерял бы всякий интерес к жизни. - Всякий интерес... Я думала об этом, когда держала дробовик в лапах. Но даже когда во втором раунде я нацелилась в себя... То знаешь, что я прошептала? - Что? - его кисточка на ухе встопорщилась. Я придвигаюсь ближе. - Папа, я люблю тебя. - И я тебя. - он слегка касается носом моей щеки. Я подхожу к чемодану, открываю его и достаю другие "сувениры", принесённые из клуба. - Я думаю оформить схему расследования. Вот только у меня нет идей, как разместить всё это. Отец с подозрением смотрит на корень валерианы. - В игре он якобы восстанавливает одну жизнь. - поясняю я. - Но я им ни разу не воспользовалась. - Это правильно. Ведь что такое валериана, по своей сути? - Психотропное. - тут же отзываюсь я. - Как же хорошо, что за время игры я ни разу её не использовала. Потому что моя дальнейшая жизнь стала бы поиском способов, где и как добыть валериану. - Это точно. А те банки... - он кивнул на стоящие рядом с чемоданом жестяные банки. - Вряд ли они наполнены дождевой водой. - Это точно. Сразу отмечу - их я тоже не использовала. Выпив содержимое, можно разрядить один патрон, не стреляя. Но последствия тоже отнюдь не радужные. - Что это? Я извлекаю из чемодана лист с инструкцией и передаю отцу. - Изучи каждый пункт. Здесь собраны ответы на твой вопрос: "Что это всё за вещи?" Он взял лист из моих лап и принялся полушёпотом читать. Я отметила, что его зрачки слегка расширились от ужаса. Но он не отложил листа. Он внимательно читал каждый пункт. Наконец он отложил лист в сторону. - Это... Нечто за гранью. - произнёс он. - Не то слово. Я беру дробовик в лапы. Хрустнув затвором, я целюсь в стену. Щелчок. Поскольку дробовик не заряжен, ничего не происходит. Я откладываю его в сторону. - И всё-таки... - отец вновь коснулся моей лапы. - как ты умудрилась порезаться? Моё сердце как будто сжали в когтях. Одни только воспоминания вызывают у меня физическую боль. - Смотри. В конце игры я решила забрать весь этот хлам с собой. Я решила сложить вещи в чемодан. Но у меня не получалось его закрыть. Тогда я решила пойти умыться. Отец внимательно слушает, не сводя с меня глаз. - Ситуация: я протираю рукавом зеркало, чтобы хоть что-то разглядеть, а там... Меня передёрнуло крупной дрожью. Воспоминания пробирают меня до глубины души. - Я даже не могу описать это!.. - я всхлипнула. Отец слегка приобнял меня, поглаживая по загривку. До чего же я соскучилась по его прикосновениям! Я делаю несколько вдохов и выдохов, чтобы успокоиться, затем продолжаю: - Я была настолько шокирована, что не хотела видеть этого монстра! Я зашла слишком далеко. И поэтому... - я ненадолго умолкла, давясь слезами. - Поэтому я не придумала ничего лучше, чем разбить зеркало. Но, похоже, в процессе я не расчитала силу... Из-за чего я и порезалась одним из осколков. Я прижимаюсь к отцу, тихо всхлипывая. Я не могу себя контролировать. Меня буквально сбросило. Каждый мой всхлип отдаётся тянущей болью в сердце. Отец слегка проводит лапой по моим кисточкам. От этого я лишь сильнее прижимаюсь к нему, обхватив его лапами. Я боюсь его отпустить. Как будто всё происходящее - это сон. Как будто стоит только ослабить объятия - и тут же я очнусь в том жутком клубе... Через несколько минут я всё-таки успокаиваюсь. Протираю тыльной стороной лапы мокрые от слёз глаза. Ещё раз взяв в лапы дробовик, я смотрю на чемодан. - Возвращаясь к моему рассказу... - мой голос всё ещё слегка дрожит. - Ты заметил, что, кроме улик, я принесла нечто ценное? Отец искоса смотрит на чемодан, непонимающе приподняв бровь. - Больше, чем мы с тобой можем представить. - я опять открываю чемодан, явив недоумевающему отцу стопки купюр. В нос тут же бросился запах свежей краски. Настолько сильный, что даже слегка неприятный. - Моей единственной целью было покинуть клуб живой и здоровой. Но я никак не ожидала, что мне выдадут приз. Ты веришь? - Ну разумеется. Получается... - отец хитро посмотрел на меня. - Моя дочь не только сбежала из клуба, но и расправилась с местным преступником? - Кстати о преступниках. - мои глаза азартно блеснули. - Моим противником было нечто, именующее себя Дилером. Но выглядит этот Дилер просто ужасно! Плюсом он туп как пробка: пару раз попадался на боевые патроны! - Всмысле? - уточнил отец. - Ну вот смотри: перед каждым раундом дробовик заряжается случайным количеством боевых и холостых патронов. В случайной последовательности. Ни игрок, ни Дилер не знают, какой патрон - какой. Хотя Дилер лично заряжает дробовик! - И? - Я не знаю, как Дилер распределяет патроны. Но, думаю, он мухлюет. Таким тварям вряд ли можно доверять... Вздохнув, я закрываю чемодан, после чего ещё раз обнимаю своего отца. Мой путь был изнуряюще долгим. Спустя пару минут я отстраняюсь и смотрю в окно. В тёмно-синем небе, как светлячки, висят звёзды. Где-то в стороне светит луна. - Время уже позднее. - произносит отец. - Ты прав. Спокойной ночи, пап. - произнесла я, отходя от окна и поудобнее устраиваясь на камне. - Да хранят твой сон Боги Манго. - отец вытянул лапу, сжал её в кулак и приложил к груди. Я повторила его жест, слегка улыбнувшись в усы. Отец вышел, а я прикрыла глаза и постаралась не думать о всех моих приключениях. "Даже полицейским может быть страшно" - в этом я убедилась три дня назад. Создание схемы расследования я пока отложу на неопределённый срок. Мне нужно восстановиться. Та жуткая игра вероятностей меня порядком потрепала. Подумываю зайти завтра в "Мышиную возню". Рассказать о своих похождениях Гепу, пропустить с ним по стакану молока... Закрыв глаза, я предаюсь приятному, безмятежному сну. Завтра будет новый день. И новые приключения.