Флиртовать — все равно что цветов не различать [ Flirting is colorblind ]

Арису шел по улице, быстро опознавая нужное ему здание. Высокое строение, утыканное огромным количеством окон, отражающих голубое небо. Дорога выдалась не особо долгой — всего пара минут от его квартиры. Удобно, ведь было бы неплохо посещать это здание еженедельно. Подойдя ближе, он вошел в светлый вестибюль, обставленный несколькими диванчиками и столиками, а также стойкой регистрации со стеной позади. На стене висела большая картина, и, исходя из своих знаний, Арису предположил ее Викторианское происхождение, ну или, по крайней мере, вдохновленное той эпохой. На холсте были изображены две женщины и двое мужчин, играющих в крокет в саду, а у самого края виднелась беседка. Однако всё, что он мог разглядеть, — мёртвый оттенок зелени. Он ненавидел тот факт, что он не мог наслаждаться природой так же, как это делали другие. Ему хотелось бы ощутить, каково это — видеть свои картины во всей полноте красок и наслаждаться ими вместе с остальными. И он боялся, что это всего лишь вопрос времени, когда окружающие поймут, что он понятия не имеет, что делает, и вышвырнут его за борт арт-индустрии. Он подошел к стойке регистрации, находившейся прямо перед картиной. На стуле сидела женщина, печатающая что-то на мониторе. У нее были короткие черные волосы, белая рубашка на пуговицах и желтый оттенок на ней, который, скорее всего, был красным. Арису уже лучше различал цвета в сравнении с тем, когда он только начал писать картины, но когда он занимался их созданием, проверкой и обозначением цветов занимались его друзья. Они были единственными, кто был в курсе о его дальтонизме, ну, до этих пор. — Эм, извините, — начал он, перебирая пальцами, — У меня прием у доктора Чишии? Женщина оторвалась от экрана и повернула голову в сторону Арису, на ее бейджике значилось имя “Анн”. — У вас назначена встреча? — спросила она безразличным тоном. — Эм, да, на имя Арису Рёхея, в два часа? — процесс записи к врачу всегда вызывал у него дискомфорт. Это усугубляло его тревогу безо всякой на то причины. Женщина снова повернулась к монитору, печатая и щелкая на что-то мышкой, а Арису остался неловко стоять рядом в ожидании. Он повернул голову, чтобы осмотреться, и заметил, что был единственным посетителем здесь. Это немного его успокоило, и тут же Анн снова заговорила. — А, да, — начала она, — Я вижу Ваше имя в расписании. Вы можете подняться на десятый этаж на том лифте слева. Как только прибудете, поверните налево и идите прямо. Его кабинет находится в самом конце, Вы увидите именную табличку на двери, — она повернулась, указывая в сторону лифтов. — Хорошо, спасибо большое! — поблагодарил Арису и поспешил к лифту. — — — В лифте его со всех сторон окружали зеркала, а пол и потолок были выложены светло-голубой плиткой. Посмотрев на свое отражение, он увидел черные спортивные штаны, белую толстовку и темную обувь. Он редко носил яркие цвета — ведь какой в этом смысл, если он не мог ими наслаждаться? Он не различал других цветов, кроме синего и желтого. У него была тревожность и он прекрасно знал об этом, по крайней мере со старшей школы так точно. Но чего он не знал, так это того, что художественное сообщество только усугубит ситуацию. Он чувствовал непомерное давление, пытаясь усовершенствовать свои работы и вечно стараясь избежать разоблачения. Такое сильное беспокойство по поводу абсолютно каждой написанной картины так утомляло, что он даже не пытался найти выход. Так продолжалось до тех пор, пока его подруга Усаги буквально не усадила его и не убедила записаться на терапию. Не то чтобы он не хотел этого, он нуждался в этом. Отчаянно. Но сам процесс организации встреч только лишь добавлял еще больше тревоги в его итак беспокойную голову, так что он просто бесконечно откладывал визит. Его друзья — Усаги, Карубэ и Чота — все были только за помочь ему с записью. Он не знал, кем был бы без них. Они поддерживали его на каждом шагу: приходили на выставки, помогали на показах, были рядом во всех сферах его жизни. Арису услышал характерный динь и лифт остановился. Двери кабины разъехались, открывая взору обычные белые стены с коричневым ковром в ромбик на полу. Он мог быть и красным, но Арису не мог сказать наверняка. Придерживаясь левой стороны по наставлению Анн с ресепшена, он увидел длинный коридор с дверью в конце него. Большую часть двери занимало матовое окно с какой-то надписью по центру. Проходя мимо кабинетов, он пробегал взглядом по табличкам с именами врачей. Ему были незнакомы абсолютно все имена, кроме одного. Мира Кано. Он знал ее. Она преподавала психологию цвета в его колледже. Он находил ее весьма пугающей, но, по крайней мере, оценки у нее получать было очень легко. Арису неспешно подошел к концу коридора, и текст на двери наконец-то стал различим. Доктор Шунтаро Чишия, магистр искусств в области клинической психологии. Он глубоко вздохнул. Арису редко просил помощи у кого-либо, так что это было резким скачком для него. Попытавшись очистить свои мысли с помощью еще одного глубокого вздоха, он постучался. И затаил дыхание, ожидая ответа. — Входите! — раздался чей-то голос, и Арису смог выдохнуть. Медленно потянувшись к ручке, он открыл дверь. Толкнув её, он увидел светлую комнату с преобладанием серых, чёрных и тёмно-синих акцентов. Ему она сразу пришлась по вкусу — он с легкостью мог идентифицировать все цвета. Осмотревшись, он заметил мужчину за столом. Его волосы были обесцвечены в белый и завязаны в низкий короткий хвостик, из которого проглядывали темные корни. Мужчина отвернулся от рабочего стола и взглянул на Арису, что теперь стоял у тёмно-серого дивана у закрытой двери. — А, Арису Рёхей! — произнёс он с лёгким восторгом, но сохраняя внешнее спокойствие. — Эм, здравствуйте, — ответил Арису неловко. Доктор встал из-за стола и подошел ближе, чтобы поприветствовать клиента, держа свои руки в карманах. Стоя перед Арису, он вынул руки, судя по всему, чтобы пожать их. Арису уже было протянул ладонь для рукопожатия, как вдруг оказался заключен в объятия. — Добро пожаловать в мой офис! Приятно наконец-то встретиться с Вами, — произнес он в плечо Арису. Прежде чем Арису вообще успел понять, что произошло, его уже оттолкнули и крепко пожали ему руку. — Ого, а у Вас есть мышечная масса, а? Должно быть, занимаетесь в зале, нет? Должен заметить, у Вас отличная фигура, — быстро проговорил доктор, отпуская его руку. Арису только-только осмыслил объятие, а теперь еще нужно было осознать все сказанное врачом. — Эм-м… да, эм, спасибо, — нерешительно пробормотал Арису в попытке скрепить воедино все то, что произошло за последние двадцать секунд. Он чувствовал себя перегруженным. — Пожалуйста, присаживайтесь, — сказал доктор, указывая на диванчик перед Арису. — О, хорошо, — Арису все никак не мог собраться с мыслями. Он опустился на диван у подлокотника, наблюдая, как доктор направился к столу за папкой. Возвратившись, он сел не так далеко от Арису, все еще сохраняя пространство между ними. — Итак, Арису Рёхей, художник! Вы указали, что в старшей школе вам диагностировали тревожное расстройство, и вы страдаете от дальтонизма еще с детства. Все верно? — спросил он, поднимая взгляд от папки к Арису. Как будто бы Арису и без этого всегда плохо держал зрительный контакт, а теперь ситуация стала еще хуже. Он солгал бы, если бы сказал, что доктор не был привлекательным — он был полностью в его вкусе. Мало того, он еще и похвалил его мускулы, которых, как казалось Арису, вовсе и не было. Он попытался собраться, но смог только опустить взгляд в пол, продолжая перебирать пальцами. — Эм, да… — тихо ответил он, не зная, что еще добавить. — Что ж, — начал врач, — почему Вы вдруг решили прийти? Тут указано, что Вы никогда не посещали терапевтов. Доктор слегка придвинулся, все еще засматриваясь на него. Арису глубоко вздохнул и откинулся на спинку дивана, слегка расслабившись. — Думаю, мои работы всегда занимали все мое сознание, и при мысли о том, чтобы кому-то открыться или обратиться за помощью, тревога лишь усиливалась. Но так было до тех пор, пока мои друзья не помогли мне связаться с Вами, — Арису почувствовал себя более комфортно. В конце концов, это был кабинет терапии. Место, где можно быть откровенным. — О-о, — протянул доктор, — Вот как Вы нашли меня, получается, — поддразнивал он, слегка ухмыляясь. Арису отвёл взгляд, надеясь, что его лёгкий румянец останется незамеченным. Перед тем как ответить, он бесшумно вдохнул. — Один из друзей моих друзей учился с Вами в одном колледже и порекомендовал Вас, если уж быть честным, — он продолжил, — Мой друг сказал, что ее зовут Куина, кажется. — О, да, я знаю ее, — ответил доктор, — Мы близки, но наша встреча сегодня посвящена вам, а не ей, — Он приблизился еще немного, положив свою руку на спинку дивана. Его пальцы скользнули к шее Арису, слегка задевая его волосы. Арису ощутил волну мурашек на своей коже и понадеялся, что доктор этого не заметил. — Так, хорошо, я хочу кое-что попробовать, — вдруг сказал доктор. — Что именно? — спросил Арису, не будучи уверенным, что за этим последует. — Вы не будете против, если я изучу Ваш дальтонизм? Я, конечно, не окулист, но мне было бы интересно узнать больше, — спросил он с искренним интересом. Его взгляд неуверенно скользнул по Арису, изучая того до мельчайших деталей. — Эм, да, конечно, почему бы и нет, — согласился Арису, не увидев в этом никакой проблемы. — Отлично! — оживился доктор, — Итак, сейчас я буду указывать на предметы в комнате, а Вы называть цвет, который видите, договорились? — Есть, сэр, — шутливо ответил Арису, стараясь сбросить свое напряжение. — Пожалуйста, не зовите меня “сэр”, ну только если Вам такое не доставляет удовольствия, — усмехнулся он, — просто зовите меня Чишия. Арису почувствовал, как его лицо вспыхнуло, и он нервно сглотнул, пытаясь отогнать навязчивые мысли. — П-понял, — быстро выпалил он, не заметив ухмылки Чишии. Доктор оторвал свою руку от шеи Арису, преподнося ее к своему подбородку, имитируя глубокие размышления. Он указал на большую коробку на полке. — Какого она цвета? — поинтересовался он, посмотрев сначала на коробку, затем вновь на Арису. Она казалась Арису либо голубой, либо фиолетовой, но он видел её голубой. — Голубого, — был ответ. — Хорошая работа! — кивнул Чишия, оглядываясь в поисках еще чего-нибудь, о чем можно было бы спросить. — Как насчет этого? — он показал на книгу, лежащую на кофейном столике аккурат перед ними. — Выглядит как желтый для меня, — признался Арису. Он не особо любил цвета от красного до зелёного — плохо их различал. — Это оранжевый, но все нормально, — быстро сказал Чишия, — Здесь нет правильного или неправильного ответа, просто то, как Вы видите! Арису встретил это утверждение с улыбкой. Чишия еще раз осмотрелся, прежде чем остановиться взглядом на глазах Арису. — Какого цвета моя рубашка? — спросил он, улыбаясь. Арису опустил взгляд — его рубашка всегда была так сильно расстегнута? Он мог видеть ключицы Чишии и даже немного его груди. Он резко вдохнул, прежде чем быстро буркнуть: — Белая. — Верно, — последовал ответ, — Вы довольно хорошо умеете различать цвета. — С-спасибо… — запнулся Арису. Каждый раз, когда его хоть немного хвалили, он чувствовал кучу маленьких бабочек в животе. И это ощущалось унизительным. Он не заметил, как рука Чишии снова оказалось на его затылке, играя с его прядями. Арису не смог сдержать легкого румянца. — Должно быть, Вы предпочитаете черно-белые оттенки, — заметил Чишия, — Повезло, что мой офис в основном в черном, белом и сером! — он хмыкнул. — Ага…— Арису не мог удержаться от того, чтобы не наклониться чуть ближе к руке Чишии, перебирающей его волосы. Он и представить не мог, что ему настолько понравится, когда кто-то играет с его волосами. Смежив веки, он наслаждался ощущениями. Он мог буквально почувствовать расцветающую ухмылку на губах Чишии. Пальцы терапевта крепко сжали волосы Арису, осторожно потянув их, будто испытывая его реакцию. С губ Арису невольно сорвался тихий звук — тот, который он бы предпочел не слышать. Он распахнул глаза и выпрямился, лицо горело от смущения. — Я… Мне очень жаль, — начал он оправдываться, — Я могу уйти, это было неправильно, правда, прост- Чишия прервал поток его извинений, сокращая расстояние между ними всего до несколько сантиметров. Он снова запустил свою руку в волосы Арису, продолжая с ними играть. — Эй, — сказал он, — Все хорошо, мне это понравилось. Лицо Арису в этот момент уже полыхало. — Но как бы, — он заикался, — Я не хочу быть таким, ну, громким… — он замолчал. — Хм, что ж, — ответил Чишия, — Этот офис звуконепроницаемый, частные разговоры, знаете ли, — он расплылся в улыбке. Арису ощутил, как внутри невольно вспыхнуло возбуждение. Делал ли Чишия подобное со всеми клиентами? Кто знает, но Арису чувствовал, что не может упустить такую возможность. — Тогда хорошо, — ответил он дрожащим голосом, глубоко вдыхая. Он опустился на спинку дивана и прикрыл глаза. Рука Чишии прошлась по его волосам, перебирая их между пальцами. Арису это странным образом успокаивало. Потихоньку Чишия стал заходить дальше, потягивая волосы Арису. Началось все с легких подергиваний тут и там. И каждый раз Арису слегка вздыхал от удовольствия. Со временем вздохи Арису превратились в хныканья и постанывания. Он чувствовал себя так странно, но так возбужденно от каждого прикосновения к своим волосам. Арису ощущал нарастающее напряжение внизу, а свободные штаны уже не казались такими удобными. Он думать не хотел о том, насколько жалким сейчас выглядел. — Вам нужна помощь? — спросил Чишия, заставляя Арису открыть глаза. Он взглянул на врача, который, в свою очередь, уставился на его штаны. — ...Пожалуйста… — пролепетал Арису шепотом. — Простите, не расслышал Вас, — переспросил Чишия, с явной издевкой в голосе. — Пожалуйста, — Арису посмотрел на него с таким выражением лица, которое не хотел даже представлять. — Ну, тогда хорошо, — сказал он, все еще держа одну свою руку в волосах Арису, а другую пуская в блуждания по его бедрам. Дыхание Арису сбилось, а тело реагировало на каждое, даже самое лёгкое прикосновение. Он наблюдал за рукой Чишии, путешествующей по его бедрам, легкой, словно перышко. Он настолько потерялся в каждом своем ощущении, что просто не мог мыслить здраво. Чишия наконец добрался до пояса штанов и потянул за него, давая знак Арису сесть и снять их. Арису выполнил приказ, чувствуя, как и штаны, и боксеры сползают с него одним ловким движением. Они остались свисать с его бедер, полностью обнажая его почти твердный член. Арису не мог не вздохнуть облегченно, чувствуя приятное освобождение. Он проследил взглядом за Чишией, что своей рукой медленно коснулся основания. Он неторопливо и легко двинулся наверх, к самому кончику. Обвел пальцем головку вокруг, получая за это более громкий всхлип Арису. Он чувствовал столь много всего одновременно — от потягивания волос до стимуляции полового органа, и Арису это безумно нравилось. Он был переполнен желанием, ожидая, что Чишия поможет ему с этим справится. Пальцы вернулись к основанию, покинув кончик. Чишия обхватил рукой член Арису, двигая рукой вверх и вниз. И Арису, кажется, оказался прямиком в раю. Он чувствовал, как Чишия изучал его, наблюдал за тем, как тот раскрывается от каждого его прикосновения. Взгляд Чишии потемнел от влечения. Он увеличил скорость, продолжая тянуть Арису за волосы все сильнее. Каждый раз, когда Чишия оттягивал Арису за волосы и касался его, тот невольно издавал такой стон, что ему самому было трудно поверить, что когда-то он услышит такое от себя снова. Он никогда и не подозревал, что ему так понравится, когда его тянут за волосы. Арису чувствовал нарастающий оргазм, полностью теряясь в нахлынувшем удовольствии. Он не хотел, чтобы происходящее когда-либо заканчивалось. Его дыхание и стоны становились все более рваными, и он чувствовал себя так, словно балансирует на самой грани. Тщетно попытавшись скрыть этот факт, он увидел, что от Чишии, однако, это не укрылось. Он наклонился вперед и настолько близко подобрался к уху Арису, что тот мог почувствовать его дыхание своей кожей. — Сделай это для меня, Арису, — он прошептал ему прямиком на ушко. Арису громко всхлипнул и излился прямо на руку Чишии, тяжело дыша. Он ощущал себя словно под кайфом — он так давно не чувствовал ничего подобного. Чуть погодя его зрение прояснилось, он прокашлялся, и осознание произошедшего ударило по нему. — Эм, у Вас не найдется салфеток..? — поинтересовался он, не желая поднять глаз на Чишию. — Ага, вот, — доктор схватил салфетницу с журнального столика и слегка рассмеялся, вытирая свою руку. Арису, приведя себя в порядок и надев штаны, быстро вскочил, наконец встретившись взглядами с Чишией. — Могу ли я, эм, — начал он, — Могу ли я прийти и на следующей неделе? — Конечно, — ответил Чишия моментально. Арису застенчиво улыбнулся, чувствуя смесь облегчения и предвкушения. — В то же время? — Чишия кивнул, на его губах играла понимающая ухмылка. — Я приду, — сказал он, двинувшись к выходу. — Было приятно увидеть Вас, Арису, — бросил Чишия, прежде чем Арису вышел из кабинета. Уходя, Арису не мог не почувствовать внутреннего волнения из-за мыслей о том, что могут повлечь за собой следующие такие встречи. — — — Бонус: — Ну, Арису, — позвонила Усаги. — Да? — Как прошел сеанс? — Эм, на самом деле, очень даже хорошо! — Правда? — Ага, он… помог мне разобраться в некоторых вещах. — Это хорошо! У тебя будет еще одна встреча с ним? — Ага, не терпится уже, если честно.