Безымянный... Но всегда ли?

Он смотрел на меня так, будто только что увидел призрака. Его глаза хаотично бегали из стороны в сторону, скользили по моему лицу, метались, словно не понимая собственной реакции. Зрачки были заметно расширены, веки дрожали, пышные ресницы подрагивали. Голубизна не спеша потускнела, будто бы предвещая бурю заранее. В зеркале его глаз промелькнула тень, крадущаяся из кромешной темноты. Отражение показывало... меня. Ведь я просто стоял и смотрел в ответ. Не говорил, не делал ничего, даже толком не дышал. Просто молчал и смотрел. Но я тогда ещё даже не подозревал, что тьма моих глаз в последний раз встретилась с его океанами. — Ты готов? Голос прозвучал глухо, почти сливаясь с гулким эхом в узком коридоре. Никто не ожидал, что один из них всё же осмелится заговорить. Он будто в одно мгновение выпал из транса, и выражение его лица снова вернулось к обычной невинной улыбке. Я моргнул, вырываясь из тягучего взгляда, который так и не отпустил меня до конца. Я тут же провел языком по сухим губам, чуть прищурился, словно пытался воссоздать в памяти черты, уже начинающие растворяться в голове. — Готов, — ответил я ровно, хотя на секунду мне показалось, что мой голос дрогнул. Чей-то силуэт замер у двери, в полумраке скрывая выражение лица. Я чувствовал взгляд — тяжелый, изучающий, почти приказывающий. — Тогда пошли. Щелчок замка прозвучал громче, чем должен был, словно окончательно закрывая за ним что-то важное. Я сделал шаг вперед, но прежде чем выйти, еще раз обернулся. Тень в зеркале, кажется, все еще стояла там, наблюдая. Или это был я?

***

— Всё нормально? — голос Намджуна режет тишину, как лезвие. Чонгук моргает, пытаясь сосредоточиться. Он... снова чувствует на себе изучающий взгляд, тяжелый, пронизывающий, как будто Намджун уже знает ответ, но хочет услышать его из первых уст. Но этот взгляд... не тот. — Да, — он неуверенно кивает, сглатывая, чувствуя, как пересохло в горле. — Всё нормально. Намджун не двигается. Его тёмные глаза прищурены, губы сжаты в тонкую линию. Он явно ему не верит, но решает не давить. — Хорошо, — произносит он спустя долгую паузу и делает шаг назад. — Тогда пошли. Нам нужно кое-что обсудить. Чонгук кивает снова, но прежде чем двинуться следом, ещё раз бросает взгляд через плечо. Коридор пуст. Но ощущение, что чьего-то взгляда не хватает, не исчезает. Он делает глубокий вдох и заставляет себя идти вперёд. Коридор кажется длиннее, чем он есть на самом деле, а лёгкое эхо шагов создаёт иллюзию, будто за ними кто-то следует. Но он не оборачивается. Намджун молчит, но его напряжённая осанка говорит больше слов. Они заходят в небольшой кабинет, тускло освещённый настольной лампой. На столе разбросаны бумаги, фотографии, заметки. Дело, над которым работает Чонгук, разложено перед ним. — Что у тебя есть? — спрашивает он, опускаясь в кресло. Намджун пожимает плечами и садится напротив. — Пока не много, но есть одна зацепка. Он вытаскивает фотографию и кладёт её на стол. На снимке — мужчина. Или... скорее парень? Чёткие, и одновременно мягкие, словно мазки кисточки, черты лица, маленький нос, светлые пряди волос, которые тёмные тени делают почти серебристыми. Глаза… Чонгук замирает. Эти глаза. Сердце делает странный толчок, но он сохраняет внешнее спокойствие, изучая фото. — Кто это? — его голос звучит ровно, но внутри уже поднимается неприятное чувство. — Ви, — отвечает Намджун, откидываясь на спинку кресла. — Его настоящее имя никому не известно. Омега. Работает на мафию. Связь с нашим делом пока не подтверждена, но… Он делает паузу, словно подбирая слова. — …но есть подозрение, что он знает больше, чем должен. Чонгук опускает взгляд на фотографию. Тень в зеркале. Он видел эти глаза. Но где?