Sorry, I can break you

Береги себя.

Мы обречены.

Ласка и тоска -

Вместе веселей.

***

– Если тихо, то никто даже и не заметит.. Венера фыркнула от еле скрываемого восторга, хотя в темноте её лица почти не было видно. Даже в катакомбах музыка сверху всё ещё была слышна. Негромко, но достаточно для понимания, что сейчас происходит в саду. Роббека прижалась спиной к каменной кладке. Они сейчас здесь вдвоём. Только вдвоём. Быстро никто не хватится: из такого количества учеников вычленить двух исчезнувших сразу невозможно. Это нестрашно. Она уже взрослая, ведь так? Да она уже больше ста лет прожила!

***

МакФлайтрап расшнуровывала тугой корсет на платье Стим, удерживаясь от того, чтобы не разорвать эти шнурки за пару секунд. Венере жутко хотелось тепла, именно сейчас. В последнее время она как-то перестала ощущать себя полноценно, и каждый день проходил в пустых метаниях. Нужно, чтобы кто-то был рядом. Девушка легко разделалась с собственной одеждой, даже не глядя, куда собственно она её швырнула. И тут же прижалась к Роббеке всем телом, сбивая в шутку шляпу с головы Стим. Железо было до одури горячим - оно обжигало. Капельки воды тут же превращались в пар, поэтому Роббека слегка дымилась. И этот пар тоже был горячим.

***

Стим никогда не имела опыта в делах любовных, тем более в интимных. А за счёт нечувствительности плохо понимала, в какие моменты ей стоит быть осторожней, чтобы не причинить боль и не навредить. Всё же, машина способна нечаянно покалечить живое существо. Но это существо - Венера! Слишком красивый цветок, чтобы можно было его ломать. Но даже покраснения на коже делали МакФлайтрап неотразимой. Неправда. Неправда, что их отсутствие не заметят - в лице Венеры общество в саду потеряло своё главное украшение.

***

Уже полураздетые, они слились в жарком, но слегка неумелом поцелуе. Роббека раньше не целовалась, да и теперь, без должных ощущений и одурманенная, она плохо понимала, что нужно делать. МакФлайтрап поцелуй не затягивала, хотя изначально планировала всё "по-взрослому". Но целовать раскалённый метал - жёстко даже для самых мазахистов. Руки Венеры очертили ключицы Стим, плавно опускаясь на грудь девушки. Сначала одна, потом вторая рука, плавно скользнули по блестящей плоти. Красивая грудь. Идеальная. Выверенная с точностью до сантиметра, чтобы машина походила на настоящую девушку и не теряла при этом в качестве работы. Роббека же и сама не поняла, когда успела обхватить талию Венеры, когда оставила свой первый поцелуй на шее, забыв, что каждый поцелуй - всё ещё ожог. Потом последовали и остальные поцелуи - плечи и и ключицы, грудь и живот.. К МакФлайтрап хотелось ласкаться вечно, утопать в её руках. Настоящие ощущения Роббеке заменяли представления о том, что сейчас происходит. Стим почувствовала, что готова сгореть перед Венерой со стыда - и за свою нечувствительность, и за неловкость действий. – Нет, нет, не напрягайся, не надо. Ты слишком выпрямляешься, это не то, - шептала МакФлайтрап. Её рука уже оглаживала ягодицу Роббеки. Стим попыталась расслабиться, насколько это возможно, и поддалась чуть вперёд. В уголках глаз собралась непрошенная влага, но это не были слёзы, лишь признак разгорячённости. – Потрогай меня там, не бойся. Я же знаю, что ты хочешь, - голова Венеры опустилась на плечо девушки. Роббека боялась. Она уже причинила боль. Нельзя. Но что-то внутри, какая-то неугомонная пружина, требовало продолжения. МакФлайтрап разрешила. Значит, можно? Стим неловко коснулась лобка девушки, сначала только кончиками пальцев, очень осторожно. Потом немного осмелела, и рука медленно, неуверенно заскользила по нежной коже. Венера коротко вскрикнула, сводя колени и запрокинув голову. Она почти сразу почувствовала эти замечательные пальчики и почти сразу поняла, что очень быстро кончит. – Ну, давай, продолжай, всё хорошо. Роббека сглотнула, но быстро приноровилась к желанию МакФлайтрап. Она даже специально двигалась медленно, чтобы растянуть это удовольствие. И смотрела, бесконечно любовалась прикрытыми глазами девушки, её коленями, которые каждый раз дрожали от переизбытка ощущений. – Я сейчас.. Всё, - наконец сообщила Венера, судорожно выдыхая. Раздался характерный хлюпающий звук, по ногам МакФлайтрап и пальцам Роббеки стекала жидкость нежного салатового цвета. Стим неожиданно подумала: Так вот какое оно у растений..

***

Венера с шумом прислонилась к стене рядом с Роббекой. Прижала руку ко лбу, словно проверяя уже свою собственную температуру. – Я чуть с ума не сошла, как классно, - призналась она. – Я тоже. Я ведь, ну.. Не совсем умею правильно. – Брось чушь пороть. Если бы не умела, ничего и не получилось бы. Сейчас немного постоим и будем одеваться. Стим села на пол, подбирая юбку и корсет, которые она прижимала к себе. Отец не создавал её с возможностью увлечься плотскими утехами. Потому Роббека уже и не чаяла испытать то же, что и Венера - у неё физически не было возможности. Но даже то, что она увидела, приводило в восторг на грани с настоящей эйфорией. Девушки одевались медленно, подолгу глядя в глаза друг другу. Музыка и какой-то шум сверху превратились в фоновые звуки и окончательно потеряли всякое значение. Гробофоны в катакомбах практически не ловили. Венера и не хотела, чтобы ей сейчас написывали. – Чёртов праздник. Если бы не официальная часть, я бы там даже не появилась. – Зашнуруй меня обратно, пожалуйста, - повернулась спиной к девушке Стим. Роббека подняла с пола шляпу и бережно отряхнула её, прежде чем одеть. Они уже собирались уходить отсюда, хотя не хотелось до жути. Венера придирчиво осмотрела свой пиджак и блузку. Она пожалела, что не сделала декольте чуть побольше. Руки фантомно чувствовали разгорячённую грудь Стим.

***

Когда они дошли до лестницы, по которой спустились сюда, музыка в саду стихла, зато гомон голосов значительно усилился. И, кажется, веселья в этих голосах было мало. На стенах мелко задрожала паутина, посыпалась каменная пыль. – Они что там, в слонов играют? - возмутилась МакФлайтрап. – Может, что-то случилось? На лестнице раздались быстрые цокающие шаги, заставившие Роббеку вжаться спиной в стену. Неужели, застукали? Но возникшая мадам Флаппер, с каким-то нервным лицом, даже не обратила на девушку внимания, вместо этого сразу бросившись к Венере. – Девочка моя, скорее. Я тебе всё объясню позже. Стим провожала Венеру долгим взглядом. Странно, можно ли применить что-то подобное к машине, но у Роббеки появилось плохое предчувствие.