Sorry, I can break you

Шесть футов под землю,

Мы с тобой в бой.

Нас ждут приключения

За чертой.

***

– Простите! Простите за беспокойство! То и дело извиняясь, Роббека в темноте катакомбов постоянно наступала на ноги других монстров. Она не знала, сколько времени продиралась сквозь массу шуршащих юбок, оставляя за собой испуганный шёпот студентов. Катакомбы, целый лабиринт из туннелей, находились под Школой Монстров. Они были построены ещё задолго до того, как замок приобрёл статус учебного заведения, поэтому никто точно не знал, какие из ходов заканчиваются тупиками. Про систему катакомбов ходили десятки различных слухов: как только опровергались старые, тут же рождались новые. Здесь искали сокровища, спрятанную ученицу, книги, в которых раскрыты все тайны жизни и смерти. Стим, которая и в школе ориентировалась с видимым трудом, сейчас надеялась разве что на волю случая. Она понимала, что забрела дальше остальных, потому что группы студентов теперь начинали попадаться всё реже и реже. Девушка не знала, хороший это знак или нет, но продолжала идти. В том коридоре, по которому сейчас шла Роббека не горело ни единого факела, что само по себе уже было странно: поджигать их было рабочей обязанностью троллей. Стим сегодня не видела ни одного из них, хотя перед праздником работы для этих мрачных существ скапливалось достаточно. Девушка остановилась, когда в темноте со всей силы стукнулась мыском туфли о каменный выступ. Выступом оказалась ступень лестницы, ведущей неопределённо вверх. Цепляясь за чугунные витые перила, Роббека потихоньку забиралась по ней, молясь, чтобы лестница привела её наружу. Роббеке казалось, что время слилось в бесконечность, это всё кошмарный сон, из которого она уже никогда не сможет выбраться. Так продолжалось до тех пор, пока Стим не упёрлась лбом прямо в дверь. Сначала девушка испугалась: если тут заперто, весь путь был проделан зря. Пришлось дёргать за ручку, и, к удивлению Роббеки, дверь легко и без скрипа открылась, а учитывая отсутствие паутины, пользовались ей довольно часто. Может быть, служебный вход? Глаза Стим сразу привыкли к свету: у неё и выбора особо не было – либо видишь, либо нет.

***

Коридор показался незнакомым, если девушка была здесь, то, скорее всего в начале года. Роббеку напрягала гнетущая тишина и пустота. Если внизу перепуганные монстры наделали немало шума, то здесь это никак не отразилось. Стим на всякий случай сняла туфли и взяла их в руки в наивной надежде, если что, обороняться каблуками. Надо было найти Венеру или мадам Флаппер. Или ещё кого-нибудь, кто сможет объяснить, что произошло. Девушка решила, что будет идти прямо по коридору, и очень удивилась, когда через некоторое время узнала высокую дверь медпункта. В воспоминаниях тут же пронеслись стеклянные глаза и одинаковые позы студентов, поражённых неизвестной болезнью. Может их тоже как-то эвакуировали, и там сейчас никого нет? Роббека только занесла ногу, чтобы шагнуть внутрь, как услышала голос. Язык был незнакомый, но говоривший явно злился. Последняя фраза была сказана вполне нормально: – Она обезоружена. Я сейчас же поднимусь туда и всё докончу. Внутреннее чувство подсказало Стим, что сталкиваться с неизвестным сейчас точно не стоило. Точнее, с неизвестной: говорила точно женщина, только голос у неё был грубый, гортанный, похожий на рык.

***

Не зная, куда спрятаться девушка отчаянно кинулась вперёд и почти упала за колонну у входа в медпункт. В данном случае её же тело чуть не выдало её: металл мог громко зазвенеть от столкновения с камнем. Какого же было удивление Роббеки, когда она увидела как из дверей вышла мадам Флаппер. Это была уже не та нежная и милая преподавательница, но прямая, строгая леди с холодным и злобным блеском в змеиных глазах. За ней на коротких и кривых ногах выкатилась группка троллей, грязно-серых существ с пухлыми и перекошенными рожами. Они о чём-то негромко перешёптывались, но Роббеку не заметили вовсе.

***

Это позволило девушке пройти в сам медпункт тайно. Последнее, что она успела услышать – хлопанье кожистых тяжёлых крыльев. В помещении царили тишина и темнота: ни одного зажжённого факела и задёрнутые шторы на грязных окнах. Чтобы никак случайно не свалиться где-нибудь, Стим пришлось приложить некоторое усилие и отодвинуть одну из тяжёлых бархатных штор, чтобы немного подсветить себе окружающую обстановку. В медпункте не было никаких сильно видимых изменений: тот же кафель и те же койки, но сама Роббека чувствовала обман вокруг себя. И даже чтобы обличить этот обман, пришлось бы заглянуть в глаза своему страху. Стим подошла к самой близкой к двери железной кровати. На ней виднелся чей-то расплывчатый силуэт, только простыня, повешенная перед койкой, слегка колыхалась. Девушка аккуратно, практически нежно, отодвинула импровизированную занавеску и вгляделась. На кровати, неловко раскинув одеревеневшие конечности, лежала Венера. Её пустой, кукольный взгляд был устремлён в никуда, в дальний тёмный угол. Она всё ещё была празднично наряжена, но как-то неестественно бледна. Первым порывом Роббеки было кинуться прямо к ней, но.. Но что делать потом? Стим осторожно подошла ближе к койке, заглянула в лицо. Девушка проклинала свою нечувствительность хотя бы за то, что даже не могла узнать, дышит ли МакФлайтрап.

***

Ещё не успела Роббека принять такой поворот событий, как дверь медпункта снова растворилась, с жутким грохотом врезаясь в стену. Судя по тяжёлым шагам – вернулись тролли. Если бы Стим обладала обонянием, она, верно, смогла бы почувствовать то зловоние, которое исходило от этих грязных и противных существ. Тролли спорили друг с другом: – Слушайся хозяйку, придурок, иначе станешь пеплом! – Ты, размазня, не можешь даже подумать своей тупой башкой! – Бери девчонку и не рыпайся! Роббека с испугом осознала, что может быть замеченной, а с массивными троллями, тем более с двумя, ей одной точно не справиться. Прятаться было критически негде, и Стим не придумала ничего лучше, чем нырнуть под кровать. Ровно через минуту простыня отодвинулась и вошли тролли. – Эту девчонку? – Нет, идиот! За эту она нас сожрёт, - шёпотом было добавлено, - Это её личное угощение. Роббека сжалась, лёжа под койкой: её не на шутку пугали эти слова, к тому же, она не до конца понимала их смысла. О ком говорили тролли? Мадам Флаппер не людоедка же в самом деле! Стим совсем перестала понимать, в какой водоворот событий она попала, и что из этого может выйти.