To Become a Hero

      Как только Изуку увидел Коту, у него возникло множество вопросов.       Конечно, ему было любопытно, почему здесь оказался случайный ребёнок, так похожий на Карасуму. Но он слышал слухи и примерно понимал, в чём может быть причина. Однако чем больше он наблюдал за ребёнком, тем больше его занимал другой вопрос: почему этот ребёнок так сильно ненавидит героев?       Это было действительно странно. Когда Изуку был маленьким, он был просто одержим героями. Первое, что делал любой ребёнок, получив причуду, – представлял, как он может использовать её, чтобы стать профессиональным героем. Он мог понять, что ребёнок не так сильно увлечён работой героя, как другие, но чтобы он откровенно её ненавидел? С Котой что-то случилось?       По логике вещей, должно было произойти что-то плохое; иначе с чего бы ему вдруг переезжать к Карасуме? И хотя это, вероятно, не его дело, он не мог не задаваться вопросом что именно произошло. Но поскольку это не его дело, он решил, что никогда не узнает ответ.       Но тут Кота чуть не упал головой в реку.       Студенты-парни с удовольствием проводили время в импровизированном бассейне, который Коро-сенсей построил годом ранее. Несмотря на то, что в группе было много людей с разными характерами и мнениями друг о друге, никаких инцидентов не происходило. Казалось, все решили терпеть друг друга ради того, чтобы пережить тренировочный лагерь или хотя бы эту ночь.       Но тут Кота, который пробрался к ним, чтобы подсмотреть, поскользнулся и упал с ветки дерева. В тот момент Изуку как никогда был благодарен своей причуде. Не успел Кота упасть, как он уже был рядом, подхватил мальчика в воздухе и перенёс в безопасное место.       — Вот чёрт! — воскликнул один из учеников 1-В. Нагиса тут же выскочил из бассейна и побежал к скале, на которой стоял Изуку. Кота тяжело дышал и крепко зажмурился, отчего его лицо сморщилось.       — Он действительно расстроен, — сказал Нагиса, протягивая руку и слегка касаясь лба Коты. Тот тут же перестал извиваться и потерял сознание. Нагиса нахмурился. — Я его успокоил, но, думаю, так его организм справляется с шоком. Нам нужно вернуть его Карасуме.       — Верно, — сказал Изуку, чувствуя, как сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Нагиса обеспокоенно посмотрел на него, и внезапно его охватило чувство спокойствия, словно его обняли. Он неуверенно улыбнулся синеволосому мальчику. — С-спасибо.       Они отнесли его обратно на базу. Их бывшие учителя выглядели измождёнными, когда увидели мальчика. Ирина тут же забрала его, пробормотав: — Мелкий негодник, не слушается меня.       — Спасибо, что позаботились о нём, — сказал Карасума, поворачиваясь к двум студентам. — Было... непросто привыкнуть к тому, что он здесь. Как видите, у нас всё ещё возникает немало проблем.       Изуку кивнул. Ему было неловко спрашивать, но после того, что только что произошло... — Почему он за нами шпионил, сэр? — решился он спросить. — Это кажется странным, особенно если он собирается быть с нами в этом лагере.       Карасума вздохнул и почесал затылок. — Боюсь, это моя вина. Я... заключил с ним своего рода сделку. Хотел посмотреть, сможет ли он найти разницу между агентами и героями. Я пытаюсь показать ему, что на самом деле разница невелика. Но он твёрдо убеждён, что герои – это проклятие его существования. Поскольку у него нет претензий к агентам, я надеялся, что этот лагерь поможет ему понять, что герои не так уж плохи.       — Карасума-сенсей, — сказал Нагиса. — Я не хочу лезть не в своё дело, но... он испытывает очень негативные чувства по отношению к героям. Если вы не против, мы хотели бы спросить... что произошло? Из-за чего он так себя чувствует?       Их бывший учитель физкультуры вздохнул и жестом пригласил их сесть рядом с ним. Было странно видеть в нём образцового родителя. — Я собирался рассказать всем после лагеря, но, думаю, это меньшее, что я могу сделать, раз уж вы позаботились о нём сегодня вечером. Может быть, если вы будете в курсе ситуации, это поможет.       Карасума продолжил объяснять, что родители Коты, его сестра и зять вместе составляли команду профессиональных героев «Морские коньки». Изуку узнал это имя; он также знал, что они погибли, защищая мирных жителей от нападения злодеев несколько лет назад. Карасума объяснил, что, хотя его родителей восхваляли как настоящих героев, Кота считал, что они бросили его ради своей работы. Именно поэтому он так презирал героев и злодеев.       — В то время я был в длительной международной командировке, поэтому наша кузина предложила присмотреть за ним, пока я не вернусь, но потом появился Коро-сенсей, и я... может, это были просто отговорки, но я не чувствовал, что могу взять его к себе. Может, это моя вина; если бы я взял его к себе раньше, я мог бы лучше ему помочь. Моя кузина – Про-Герой Мандалай, в нашей семье героизм в почёте, и она чувствовала, что это всегда мешало ей достучаться до Коты. Если уж на то пошло, это только усугубило ситуацию.       Карасума громко и тяжело вздохнул. Изуку сжал кулаки, не зная, что сказать. Стоит ли ему утешить Карасуму из-за потери сестры? Нет, это было давно, и это может быть неловко. Стоит ли ему спросить, почему Карасума стал правительственным агентом, а не героем, как все остальные в его семье? Нет, Изуку, сосредоточься, это глупый вопрос!       К счастью, его учитель продолжал говорить, так что Изуку не пришлось заполнять тишину. — Когда стало известно об END, моя кузина Шино сказала, что Кота, кажется... заинтригован END. Ему любопытно. Ему это не то чтобы нравилось, но он не ненавидел это так, как ненавидит героев. Шино увидела в этом знак того, что Кота будет счастливее со мной, и, ну, сколько можно избегать ответственности, прежде чем ты сам станешь монстром? Потребовалось некоторое время, чтобы во всём разобраться, и не помогало то, что Кота считал, что Шино бросила его ради героизма, но... Думаю, вот мы и здесь.       Изуку с тяжёлым сердцем подумал о хмуром мальчике. Если честно, то… он этого не понимал. Он рос, как и все остальные, всем сердцем любя героев. А теперь он живёт жизнью правительственной собаки, чувствует ненависть и недоверие со стороны общества. Он лишь понимал, что герои нравятся людям, а агенты или убийцы – нет. Так что же, Кота смотрел на вещи совершенно иначе…?       — Спасибо, что поделились с нами этой информацией, Карасума-сенсей, — сказал Нагиса, выводя Изуку из задумчивости. — Можем ли мы чем-нибудь помочь?       В усталых глазах Карасумы мелькнуло мягкое, облегчённое выражение. — На данном этапе мы будем признательны за любые попытки связаться с ним. Я не могу представить более подходящих для этого студентов.       Изуку и Нагиса покраснели от похвалы и ушли, пообещав так и поступить. Они не знали, как это сделать и возможно ли это вообще, но во имя чести Коро-сенсея они собирались сделать всё, что в их силах, чтобы помочь Коте.

***

      Тренировочный лагерь был... хаотичным, если не сказать больше. Карасума, Айзава и Влад Кинг разработали систему, согласно которой ученики тренировались в тех областях, где они могли принести наибольшую пользу, – или, другими словами, в тех областях, в которых они сейчас были слабы с точки зрения убийцы. Система должна была быть хорошо структурирована, особенно учитывая, что у E-класса уже был опыт преподавания в 1-C.       Однако 1-C намного отличается от курсов героев.       — И что теперь делать? — переспросил Серо, осторожно держа в руках тренировочный нож. Маэхара, который вместе с Исогаи и Катаокой преподавал бой на ножах, вздохнул уже в который раз с тех пор, как десять минут назад начался урок.       — Если бы я не знал наверняка, то подумал бы, что случайно применил к ним свою причуду, — пробормотал он, прежде чем снова продемонстрировать, как правильно держать оружие.       Катаока сердито посмотрел на двух учеников 1-В. — Хватит драться, как пятилетние дети, пластиковыми мечами. Вы зря тратите время, не обращая внимания на происходящее.       Кендо вздохнула и шлёпнула двух своих одноклассников, а затем с извиняющимся видом повернулась к бывшим старостам. — Простите за них. Я прослежу, чтобы на этот раз они слушали.       Исогай улыбнулся своей убийственной улыбкой, вежливо произнёс «Спасибо!» и поклонился. Хагакурэ ахнула и резко потрясла Кендо за плечо. Рыжеволосая девушка понимающе кивнула.       — Такой сказочный...

***

      Чиба устало смотрел на студентов, пока Хаями рассказывала об основах безопасности при обращении с оружием. — Никогда не направляйте оружие на человека, если не собираетесь в него стрелять. Когда вы не сражаетесь, цельтесь в землю.       Ученики сделали так, как им было велено. Краем глаза Чиба заметил что-то блестящее, и его причуда предупредила его. — Эй, осторожнее, ты целишься в свою...       Пистолет выстрелил, и Каминари вскрикнул, когда пуля отскочила от его ноги. Чиба потёр виски.

***

      Урарака выбросила кулак, просто едва задев противника. Однако она предвидела это и быстро развернулась, выбив землю из-под ног Цубурабы. Как только он упал на землю, она заломила ему руку за спину и прижала к полу.       — Отличная работа, Урарака! — похвалила Окано. — Ты идеально выполнила приём! И хорошо, что ты уклонился от первой атаки, Цубураба. Только следи за тем, чтобы твоя защита не ослабла, даже когда ты пытаешься перейти в наступление.       Урарака засияла. Её одноклассники завистливо забормотали, мечтая получить положительный отзыв от своих преподавателей. Терасака усмехнулся и шлёпнул Аояму и Хоненуки по затылкам. — Эй, неудачники! Вас затмевают девушки!       Ашидо надула губы и прошептала Комори, своей партнёрше по спаррингу: — Это слишком сложно без наших причуд. Сколько нам ещё придётся этим заниматься?       Она думала, что ведёт себя тихо, но дьявольская аура говорила об обратном. — Может, до тех пор, пока ты наконец не победишь аутсайдера из 1-С, а? — насмехался Карма, и его лицо приняло зловещее выражение. Обе девушки вскрикнули.

***

      — Но моя причуда делает меня почти неуязвимым! Почему бы мне не использовать её в бою? — возразил Киришима, и Тетсутецу подхватил: — Моя тоже!       Фува и Сугая вздохнули. — Мимура, повтори презентацию.       Тодороки отвёл взгляд от презентации в PowerPoint (её показывали уже в четвёртый раз) и уставился на свою левую руку. Мидория кричал ему, чтобы он принял свою огненную причуду, а теперь его друзья говорили ему не использовать её. Неужели это должно было так сильно сбивать с толку?

***

      Изуку рухнул на мат. Карасума хорошенько надрал ему задницу на всю следующую неделю. Не менее измученный Шинсо, который тренировался с мисс Елавич, рухнул рядом с ним. Судя по всему, блондинка всё ещё злилась на него за то, что он сбежал от неё на глазах у учителей Юэй, и не сдерживалась.       — Это так несправедливо, — проворчал мальчик с фиолетовыми волосами, вытирая пот рубашкой. — Почему Пуфи должен сражаться с Накамурой, а мне приходится иметь дело с воплощением дьявола?       (Судя по разъярённому и напряжённому выражению лица Бакуго, когда Накамура «критиковала» его боевой стиль, взрывной блондин не согласился бы с этим утверждением.)       — Как думаешь, с ними всё в порядке? — спросил Изуку, выглянув в открытую дверь базы, откуда было видно, что большая часть тренировок проходит на улице. — Они, похоже, были не в восторге от того, что 1-А и 1-В будут обучать их позже в лагере, так что они могут быть не такими послушными, что не имеет смысла, потому что они сами напрашиваются на неприятности, но у большинства из них всё равно нет инстинкта самосохранения...       — Характерная черта, — пробормотал Шинсо.       — ...и я просто хочу, чтобы они поладили, потому что нет никаких реальных причин, чтобы не делать этого, понимаешь? Вчера вечером у бассейна они казались нормальными, но теперь я не так в этом уверен и просто волнуюсь.       Шинсо поднял голову и посмотрел на то, как тренируются их одноклассники. Нагиса работал с Хадзамой и Канзаки, обучая Ииду и Сато приёмам скрытного передвижения. Накамура открыто насмехалась над Бакуго («Ты похож на парня, который думает, что может взорваться и выбраться из любой ситуации, да?»), бестактно задевая его гордость и заставляя работать усерднее. Это работало. Накамура заслуживала медали. Курахаши стояла рядом с Токоями, Яойорозу и Кодой. — Яойорозу, этот вольер для жуков-оленей просто потрясающий! А мне нравится загон для кроликов, Кода. Ой, смотри, Тёмной Тени нравится скворечник!       — И чему же мы должны научиться из всего этого? — пробормотала Яойорозу, осторожно бросая угощения собравшимся кроликам. Токоями согласно хмыкнул и неловко переступил с ноги на ногу. Казалось, он смущён тем, что Тёмная Тень свила гнездо в скворечнике.       — Самопозитивности! — воскликнула Курахаши.       Шинсо снова опустил голову. — С ними всё будет в порядке.

***

      Мурамацу был так любезен, что приготовил на ужин свою знаменитую лапшу из желудей. Киришима и Серо были готовы расплакаться, а Бакуго выследил мальчика-кайота и агрессивно потребовал у него рецепт. Тодороки, который сел рядом с Изуку, радостно напевал, глядя в свою тарелку. Это была самая позитивная эмоция, которую Изуку когда-либо видел на лице этого мальчика. Однако он не смог насладиться моментом. У них с Нагисой была миссия.       Им не потребовалось много времени, чтобы найти рассерженного мальчика. Кота дулся у подножия водопада и бросал камни в реку. Изуку отогнал воспоминания: в последний раз, когда он был здесь, он впервые подрался с Широ, и это закончилось не в его пользу. Кота, как и ожидалось, был совершенно не рад их приходу и потребовал, чтобы они немедленно ушли. Нагиса и Изуку понимающе переглянулись, поставили миску с лапшой рядом с Котой и сели подальше, чтобы не мешать ему.       Темноволосый мальчик нахмурился ещё сильнее. — Зачем вы вообще этим занимаетесь?       Изуку нахмурился. — Тебе правда стоит поесть...       — Я не про это. Зачем вы вообще помогаете этим недогероям? Вы тратите своё время, пытаясь их чему-то научить; они только и делают, что используют свои дурацкие причуды как хотят и творят столько же насилия, сколько и злодеи.       — Значит, ты считаешь, что убийцы и агенты – это разные люди?       Кота, казалось, был сбит с толку вопросом Нагисы, и его бдительность слегка ослабла (вероятно, из-за причуды Нагисы). — Я... по крайней мере, вы, ребята, не пытаетесь притворяться или прятаться за какой-то дурацкой силой. Вы ведь почти не используете свои причуды, верно? Так всегда говорят по телевизору. — Кота покачал головой. — Это не имеет значения; все эти названия всё равно бессмысленны. Злодеи используют свои причуды в корыстных целях и причиняют людям боль, а герои притворяются бескорыстными, чтобы дать отпор, но в итоге причиняют людям ещё больше боли. По крайней мере, убийцы и агенты не притворяются.       — Я согласен, — сказал Нагиса, и Кота снова вздрогнул. — Нельзя отрицать, что герои тоже причиняют людям боль. В тот день, когда умер Коро-сенсей, мы испытали такую боль, какую ты даже представить себе не можешь.       Изуку неохотно кивнул. Ему было больно это признавать, но, когда Нагиса так сказал, он не мог это проигнорировать. Он не мог игнорировать тяжесть на сердце. — Не все титулы имеют смысл. Я имею в виду, что Коро-сенсея называли Злодеем номер один, но всё, что он делал, – это учил школьников. Именно давление со стороны общества и героев, а также тренировки с агентами заставили нас научиться убивать. Если бы это зависело от него, мы бы, наверное, просто закончили среднюю школу как обычные ученики. Он всегда этого хотел, потому что у него было доброе сердце и чистые намерения. Для нас он был просто учителем, но из-за Луны он стал злодеем в глазах всего мира.       Чего он не делал, не стал добавлять Изуку, как бы ему этого ни хотелось. Даже если этот парень теперь находится под опекой элитного правительственного агента, было бы несправедливо вываливать на него такую сверхсекретную информацию.       — Мы хотим сказать, что, думая, что одна группа лучше или хуже другой, ты только запутаешься ещё больше, — сказал Нагиса. Они встали, чтобы уйти вместе, их перерыв на ужин подходил к концу. — Есть герои, которые причиняют боль, и убийцы, которые являются монстрами, и злодеи, которых неправильно понимают. Так устроен мир, и ты не можешь злиться на него за это. Ты только навредишь себе ещё больше.

***

      Нападение на Диких диких кошечек! Злодей на свободе!       Вчера вечером на команду супергероев-спасателей Дикие дикие кошечки было совершено нападение. Команда занималась ликвидацией последствий схода лавины, когда на них напал неизвестный злодей. Компания, в которой работает команда, сообщает, что Рэгдолл получила серьёзные травмы и была госпитализирована в критическом состоянии. Степень тяжести её травм на данный момент не разглашается. Герои находятся в состоянии повышенной готовности, чтобы как можно больше узнать об этом опасном таинственном злодее, прежде чем он нападёт снова.

***

      На второй день тренировок они поменялись ролями, и упор был сделан на отработку причуд. После долгих уговоров (молитв) Карасума разрешил Изуку и Шинсо тренироваться с одноклассниками. Изуку удивился, когда Айзава назначил его в группу с Маэхарой и Ядой, а не в группу Ииды.       — Ты выработал в себе психологическую устойчивость, которая не позволяет тебе выходить за пределы своих физических возможностей из-за твоей причуды, — сказал подпольный профессионал. — Посмотрим, как ты справишься, когда этот психологический барьер будет преодолён.       Шинсо, с другой стороны, был в паре с Мономой, чтобы проверить его психологическую устойчивость в противостоянии с копией его собственной причуды, а также узнать, может ли Монома копировать чужие причуды, находясь под воздействием промывания мозгов.       — Хм, должен сказать, я в предвкушении этой пары, — сказал Монома с озорным блеском в глазах. Шинсо вздохнул и с тоской посмотрел туда, где стояли мисс Елавич и Карасума, сожалея обо всех своих жизненных решениях.       — Рад, что хоть кто-то...       Курахаши и Кода были в паре. Кода помогал ей лучше понимать звуки животных, которые она могла имитировать, а девушка помогала ему преодолеть страх перед насекомыми, по одному жуку-оленю за раз. Терасака и Мурамацу были в паре с Шишидой, Шоджи и другими учениками с причудами мутантного типа, к его большому удовольствию. Изуку поморщился, увидев Карму в одной группе с Тодороки. Сато и Хара пытались вместе проверить уровень потребления сахара.       — СДОХНИ! СДОХНИ! СДОХНИ! — кричал Бакуго, выпуская взрыв за взрывом. Фукидаши спрятался за Сугино, который отшатнулся от взрыва.       — Тебе нужно сконцентрировать свою энергию, — посоветовал Сугино. — Ты просто разбрасываешь её повсюду, как, ну, при взрыве. Будет мощнее, если сконцентрировать взрывную волну.       Бакуго ощетинился и оскалил зубы. — Что ты сказал, Бейсболист?! Ты должен учиться у меня!       Хазаму поставили в одну группу с Хагакурэ и Куроиро из 1-В. Она выглядела очень недовольной. — Я должна здесь чему-то научиться? — невозмутимо спросила она.       — Бро... у тебя буквально их причуды вместе взятые, — заметил Сугая, а Хазама усмехнулась.       — По крайней мере, у меня нет дурацких серебристых волос, которые выдают меня за версту, — проворчала она, и Куроиро смущённо поправил волосы. — Ладно, я буду с ними работать, но если она будет ходить голой, то и я тоже.       — НЕТ!

***

      Несмотря на неодобрительные взгляды в начале смены, похоже, что взаимное обучение действительно помогло всем поладить, несмотря на сильные характеры. Терасака и его банда быстро начали собирать всех учеников с мутантными причудами, чтобы проводить время вместе во время еды. Окуда и Яойорозу без умолку болтали о различных химических соединениях и экспериментах. Изуку шутил с Сугино и Фувой, когда заметил, что Урарака и Иида смотрят на него с серьёзным видом.       — Урарака, Иида, с вами всё в порядке? — спросил он, и обычно жизнерадостная девушка грустно улыбнулась.       — Я в порядке, Деку-кун, просто... — она покачала головой. — Мы просто говорили о том, что ты, кажется, очень счастлив и близок со своими бывшими одноклассниками.       — О, — моргнул Изуку, не совсем понимая, к чему он клонит. — Мы через многое прошли вместе, так что, думаю, можно и так сказать. Вы ведь не расстраиваетесь из-за этого, верно? — Он прикусил губу, надеясь, что не обидел своих одноклассников. Иида яростно замотал головой.       — Вовсе нет, Мидория! Мы просто говорили о том, как нам стыдно за наше поведение по отношению к тебе в начале года и за наше предубеждение против твоих бывших одноклассников. Мы надеемся, что ты сможешь нас простить.       Иида снова начал кланяться, Урарака горячо закивала, а щёки Изуку покраснели. — А-а, пожалуйста, не нужно извиняться! Серьёзно, ничего страшного! Я имею в виду, да, поначалу было немного обидно, но я не могу винить вас за то, что вы знали только то, что вам рассказывали в СМИ, и с тех пор вы, ребята, ведёте себя просто замечательно. Пожалуйста, перестань кланяться, Иида!       Однако за ужином в лагере все только и говорили о сверхъестественном сходстве причуд Исогая и Авасе из 1-В, у которого была причуда под названием Сварка.       — Я, конечно, не эксперт по причудам, как Зеленушка, но это просто странно, — невозмутимо сказал Шинсо, и все засмеялись.       — Без шуток. Вы что, братья или что-то в этом роде? — пошутил Мимура. Изуку напрягся и ударил парня локтем в живот.       — Э-э, пожалуйста, не говори ничего подобного в присутствии Тодороки, — прошептал он, указывая на мальчика с двумя причудами, который с подозрением смотрел на Исогая и Авасе. Карма положил руку на плечи Мимуры и Изуку и угрожающе улыбнулся.       — Да, как насчёт не делать этого?       С самого начала лагеря Карма был на взводе всякий раз, когда Тодороки был рядом. Не помогало и то, что Тодороки постоянно пялился на мальчика-дьявола. После их разговора в ночь нападения Стейна, Изуку знал, что у Тодороки был какой-то намек на надежду, что его давно потерянный близнец все еще жив. Его любопытство к Карме тоже не предвещало ничего хорошего.       (Что ж, это не сулило ничего хорошего Карме, который был единственной причиной, по которой этот секрет оставался секретом. Если бы это зависело от Изуку, он бы рассказал Тодороки той ночью в больнице, и он знает, что Нагису это тоже беспокоит.)       Учитывая все обстоятельства, они должны были понимать, что рано или поздно ситуация выйдет из-под контроля.

***

      Это Киришима проболтался.       Конечно, он не мог просто посмотреть Тодороки в глаза и сказать: «Тот суперстрашный командир из END – твой брат близнец, которого ты считал погибшим», потому что Киришима вообще ничего не знал об этой ситуации. Как и все остальные на курсе героев, он даже не подозревал, что у Тодороки когда-то был брат близнец, не говоря уже о Карме. Именно поэтому его история застала всех врасплох.       Была третья ночь, и все готовились ко сну. Киришима хмуро посмотрел на группу E-класса.       — Знаешь, мне кажется, что я уже встречал этого жуткого красного парня... — сказал он, и Серо фыркнул.       — Э-э, да, чувак. Они спасли наши задницы в USJ, помнишь?       Киришима покачал головой. — Нет, я имею в виду, до этого. Это странно, я знаю, я просто... — Он пошёл вытирать волосы полотенцем и вдруг замер. — Краска для волос!       — Что?! — пискнул Изуку, выронив зубную щётку.       — Краска для волос! Это он посоветовал мне, какую краску для волос купить, когда я только начал их красить.       Бакуго усмехнулся. — Ты хочешь сказать, что ты выбрал сделать свои дерьмовые волосы такого цвета?       — Да ладно тебе, Бакуго, у меня классный цвет волос, и ты это знаешь. — Киришима даже не обиделся на оскорбление. Удивительно, но Бакуго отступил, переключив внимание на свою одежду и покраснев. — В любом случае, я почти уверен, что именно поэтому я его и знаю. Он тоже много знает о красной краске для волос, так что, вероятно, занимается этим уже давно.       — Он красит волосы в такой цвет? — перебил его Тодороки. Блеск в его глазах был непонятным, и паника Изуку усилилась.       Киришима кивнул. — Да. Он как-то упомянул, что ему приходится пробовать много разных брендов, чтобы добиться нужного оттенка для своих волос, или что-то в этом роде – думаю, он очень привередлив в этом вопросе, не знаю. Но разве это не странно?       — Мир тесен, чувак, — согласился Каминари, но Изуку уже не обращал на него внимания. Его взгляд был прикован к Тодороки, а тот, в свою очередь, не сводил глаз с Кармы. Словно почувствовав это, командир END обернулся. Температура в комнате упала, и Изуку не мог понять, кто из близнецов виноват. Надеясь разрядить обстановку до того, как она накалится, Изуку шагнул вперёд и схватил Тодороки за руку. Это был неверный шаг.       — Мидория, — сказал он. Его мышцы напряглись под рукой Изуку.       — Д-да?       — Передай Акабане Карме, что я хочу поговорить с ним наедине.       Он вырвал руку и вышел из комнаты, а Изуку застыл на месте. Как... как Тодороки узнал имя Кармы? Как и в случае с 1-С, им по-прежнему было приказано использовать псевдонимы, кроме него самого и Шинсо. Так как же он... как много он знал?       На другом конце комнаты Карма наблюдал за тем, как уходит Тодороки, и Изуку не нужно было быть телепатом, чтобы понять, о чём он думает. Без всяких подсказок со стороны Изуку красноволосый мальчик тоже вышел на улицу. Изуку обдумал возможные варианты (если он пойдёт за ними, это вполне может привести к его случайной гибели) и бросился за ними. К счастью, он был не единственным. Нагиса последовал за своим парнем и, встретившись с ним взглядом, тревожно пискнул. Он беспомощно пожал плечами: в данный момент они ничего не могли сделать.       Они решили наблюдать за происходящим издалека. Тодороки и Карма молча и неловко смотрели друг на друга, стоя посреди леса. На лице Кармы играла безжалостная, насмешливая ухмылка, словно он подначивал Тодороки заговорить. Ледяной мальчик прищурился, и в комнате стало ещё холоднее.       — Ты ведь уже знаешь, не так ли?       Карма рассмеялась саркастично и снисходительно. — Знаю что, Первый? Мне нужно знать немного больше контекста.       Это была откровенная ложь, и Тодороки это знал. Он был напряжён, его глаза горели. Его руки дрожали, буквально тряслись от ярости. Не то чтобы Изуку это сильно удивляло: Тодороки всю жизнь мечтал о брате, которого, как он думал, у него никогда не было, и вот он наконец его встретил. Вот только это был злобный дьявол по имени Акабане Карма.       — Я не играю ни в какие игры. Просто ответь на вопрос. Ты уже знаешь? Ты... ты действительно Харуджи?       Тишина. Оглушительная тишина. Изуку не дышал. Карма никак не отреагировал. Но потом он хмыкнул и почесал подбородок.       — Ха-ру-джи? — произнёс он. — Так, значит, меня зовут? Как нелепо.       Температура резко подскочила, но Карма даже не пошевелился. Он склонил голову набок, его глаза блестели. Он пошевелил пальцами, и температура вернулась в норму. — Не нужно так горячиться, Первый. Из-за чего вообще стоит так переживать?       — Из-за чего?.. — Тодороки не мог подобрать слов. — Как ты можешь... тебя действительно это не заботит?       — Заботит? Я что, похож на человека, который тратит своё время на заботу о чём-то?       Это стало последней каплей. — Хватит давать такие уклончивые ответы! — Тодороки взмахнул рукой, но волна жара испарила лед. — Хватит вести себя так, будто это пустяк! Разве ты не понимаешь, что это значит? Разве ты не знаешь, как это всё меняет?       — Хочешь говорить прямо? — выпалил Карма. — Хорошо. Это ничего не меняет, Первый. Я тебя не знаю. Ты меня не знаешь. Конец истории.       — Как… как ты вообще можешь такое говорить? Разве у тебя нет вопросов? Разве ты не хочешь знать? Знать что, почему это произошло?       — Нет, — невозмутимо ответил Карма. — Зачем мне задавать вопросы, на которые я и так знаю ответ? Ты – тот, кого они хотели, а меня они выбросили. — Тодороки вздрогнул, и ухмылка Кармы стала шире. — Что, ты не знал? Неужели та женщина никогда не рассказывала тебе, что она сделала? И всё же ты догадался – должен признать, я впечатлен. В конце концов, ты не такой уж и тупой.       Нагиса закатил глаза, а Изуку взмолился Коро-сенсею, чтобы Карма остановился. Это было бесполезное желание.       — О чём ты говоришь?       Карма склонил голову набок. Безумный взгляд его глаз вызвал у Изуку острый приступ ужаса. — Хочешь, я расскажу тебе историю, Онии-сан? — (Внезапно Изуку пожалел, что Карма не оставил прежнее прозвище.) — Это история о близнецах, родившихся в причудливом браке, из которых выжил только старший. Ты ведь знаком с этой версией, да? Ну, в моей версии младший не умер, но его бедная, психически неуравновешенная мать попыталась избавиться от него, потому что он был ей не нужен. К счастью, его спасла медсестра, и она вырастили его как родного, но вся его жизнь была ложью, фальшивой версией того, чем она должна была быть. Его имя, внешность, причуда – обо всём приходилось лгать ради притворства, в то время как старший брат продолжал жить своей жизнью. А потом они внезапно воссоединились, и старший набрался наглости спросить младшего, почему его не волнует семья, которая бросила его. Семья, которая считала его слабым и ненужным. — Карма рассмеялся. — Итак, Онии-сан. Как тебе такой ответ?       Тодороки молчал очень, очень долго, до такой степени, что ему стало ещё более неловко (что было удивительно, учитывая, что вся эта ситуация с самого начала была невыносимо неловкой). Карма не отступал и даже не моргал, глядя на своего давно потерянного брата. Наконец Тодороки ответил.       — Ты... ты действительно так считаешь? — Его голос дрожал; Изуку никогда раньше не слышал, чтобы его голос дрожал, даже в ту ночь в больнице. — Если то, что ты говоришь, правда и наша мать действительно сделала это... ты так считаешь? Ты не понимаешь, что она сделала для тебя? Ты должен понять, после всего, что случилось со Стейном и нашим отцом и... ты не понимаешь, что она сделала для тебя?       Это было неправильным решением – бросать вызов интеллекту и гордости Кармы. При любых обстоятельствах это была плохая идея, но когда эмоции зашкаливают...       Нагиса подоспел как раз вовремя. Он схватил Карму за пояс и оттащил его назад, прежде чем тот успел наброситься на Тодороки. Ледяной мальчик перешёл в оборону, и Изуку подскочил к нему, схватив его за правую руку в тот момент, когда он замахнулся.       — Сделала для меня?! — выпалила Карма, вырываясь из хватки Нагисы. — Она, чёрт возьми, бросила меня, вот что она для меня сделала! Она трусиха, которая не может защитить свою семью как следует и только причиняет им боль! Посмотри на своё лицо!       Тодороки вздрогнул и чуть не повалил Изуку на пол. Его причуда была единственным, что удерживало Тодороки от использования огненной стороны его силы.       — Не смей так говорить о ней! Тебя там не было, ты ничего не знаешь!       — Ты прав! Меня там не было! Меня там не было, потому что она меня отдала! Я ей был не нужен, она хотела только тебя! Они хотели тебя, а я был просто расходным материалом!       — Думаешь, она хотела этого брака, а? Думаешь, она хотела с самого рождения беспокоиться о причудах своих детей? Не вини её в этом!       — Какая разница? Мы были детьми, откуда ей было знать, а? Она даже не дала мне шанса, нет, всего один взгляд – и со мной покончено.       Температура вокруг так сильно колебалась, что это вызывало тошноту, и Изуку с трудом удерживал своего одноклассника. Тодороки был на грани слёз, но скрывал это за гневом. Он зарычал на брата. — Как ты можешь так злиться из-за этого? Неужели ты до сих пор не понимаешь, что она сделала?       Карма рассмеялся. — О, я знаю, что она сделала. Она решила оставить тебя себе!       — И она решила спасти тебя!       Карма физически отпрянул. На его лице отразилась целая гамма эмоций: ярость, растерянность, горечь, неверие. Он открыл рот, но не произнёс ни слова. Возможно, впервые в жизни Акабане Карма потерял дар речи.       И Изуку знал Карму. Он знал, что Карма слишком умён, слишком хитёр, чтобы не рассматривать такую возможность. Чтобы не смотреть на факты и не понимать, что его отдали, что его мать отвергла его, чтобы защитить. Но, зная Карму, зная, какую боль и горечь причиняет ему эта ситуация, – он даже не хотел знать, кто его биологические родители, в течение 14 лет, а Карма был одержим желанием узнать всё, – этот сценарий отбрасывался при первой же возможности. Потому что, если бы это было правдой, это бы всё изменило.       Карма хотел злиться и возмущаться из-за сложившейся ситуации, из-за того, что его не замечали с самого рождения и не давали ему шанса. Он был одержим идеей доказать, что он самый сильный, самый умный, самый лучший во всех отношениях. Он хотел быть лучше своего таинственного близнеца, который, очевидно, превосходил его с самого рождения. Если бы его отвергли, он мог бы разозлиться. Но если он действительно был спасён... если это было сделано из любви матери, отчаявшейся матери, обиженной матери, чтобы защитить хотя бы одного ребёнка; чтобы подарить хотя бы одному ребёнку счастливую жизнь...       Это. Изменило. Всё.       Резкое, гнетущее спокойствие накатило, как волна, и братья перестали сопротивляться. Взгляд Нагисы был суров, губы поджаты. — Довольно. Мы можем разобраться с этим позже. Мидория? Можешь отвести Тодороки обратно в казарму? Мы с Кармой собираемся поговорить.       Изуку было бы жаль Карму, если бы он не вёл себя как придурок по отношению к Тодороки последние 10 минут. Он кивнул и осторожно отвёл ледяного мальчика в сторону. Благодаря причуде Нагисы он был очень спокоен и невозмутим и почти не изменился даже после того, как они вышли из зоны досягаемости эмпата. Он молча и стойко шёл обратно к зданию END. Он резко остановился прямо у дверей и повернулся к Изуку. Его взгляд был ещё более затравленным, чем в ту ночь в больнице.       — Это правда, да? Он действительно?..       — Да, — ответил Изуку. Ему хотелось сказать что-то ещё.

***

ARO ACE DRAGON @mightydragoon Я сделал мемы про END, потому что они заслуживают внимания, а Агент Дьявол – та ещё стерва

***

      К утру следующего дня стало ясно, что между Тодороки и Кармой что-то происходит. К счастью, 1-А класс списал это на соперничество из-за причуд – они могли провести параллели между двумя причудами, даже не зная истинных причин. С другой стороны, ученики класса Е предполагали худшее. И, к сожалению, худшее оказалось правдой.       Шинсо понадобилось всего две секунды, чтобы схватить Изуку за воротник и прошипеть: — Что, чёрт возьми, произошло прошлой ночью?       — Слишком много, — мрачно ответил Изуку. Времени на подробности не было, поэтому Изуку постарался вкратце рассказать, что произошло («Карма вёл себя как придурок, Тодороки расстроился, и всё пошло наперекосяк...»), прежде чем они отправились на тренировку. Сегодня они снова отрабатывали навыки убийства, но с новой конечной целью.       — Помимо очевидной напряжённости между Юэй и END, мне сообщили, что между 1-A и 1-B тоже есть некоторое соперничество, — сказал Карасума, и несколько человек сердито посмотрели на Моному. — Однако это может сыграть нам на руку. Чтобы проверить, чему вы научились, и немного снять напряжение, я предлагаю классическую для E-класса ситуацию: гражданскую войну.       Сразу же поднялся шум. — Гражданская война? Ты хочешь сказать, что мы должны сражаться друг с другом? — воскликнул Иида, а правительственный агент ухмыльнулся.       — Именно так. Это будет простая игра в стиле захвата флага, только все будут вооружены учебными пистолетами и ножами. Причуды можно использовать по своему усмотрению, но единственный способ вывести кого-то из игры – это применить оружие. Игра начнётся не раньше вечера, так что у вас есть время потренироваться и отточить свои навыки. Посмотрим, какой класс получит здесь больше всего пользы.       В воздухе повисло напряжение, пока два класса сверлили друг друга взглядами. Сугино поднял руку. — А как же мы, сэр?       Ухмылки на лицах END были ещё более зловещими, чем обычно, и стали ещё шире после ответа Карасумы. — Как и раньше, вы сами выберете, в какую команду вступите. Я лишь прошу, чтобы вы разделились поровну – как по численности, так и по силе, — добавил он, многозначительно взглянув на Нагису и Карму. Дьявольский мальчик ухмыльнулся.       — Что? Я думаю, что если у ребят из 1-А будут Шинсо и Мидория, то нам просто нужно уравнять шансы. Мне кажется, так будет гораздо честнее, — возразил Карма, и 1-В торжествующе ухмыльнулись при мысли о том, что у них будут оба лучших бойца END.       Такебаяши хмыкнул и быстро полез под рубашку, чтобы достать свою статистику. — Он прав, сэр. Карма и Нагиса не уступают Шинсо и Мидории в стратегии, скрытности и силе, так что будет справедливо, если они разделятся. Хотя у Шинсо и Мидории, пожалуй, есть преимущество в причудах…       Серо моргнул. — Ты что, вытащил всё это из своего пупка?       Такебаяши нахмурился и поправил очки. — Ты стреляешь лентой из своего локтя. Не понимаю, почему я такой странный.       Ашидо почесала затылок. — Пупок что, сам подсчитывает статистику? Как пупок может заниматься математикой?       — Я... я не знаю?!       Такебаяши густо покраснел и попятился от учеников 1-А класса, как будто это могло его защитить. Не раздумывая, Накамура схватила его за рубашку и обнажил живот.       — Хм, на мой взгляд, это обычный пупок, — задумчиво произнесла она, протягивая руку, чтобы потрогать это место. Такебаяши вскрикнул и попытался прикрыться.       — Э-эй, прекрати! Не трогай мой пупок!       Киришима расхохотался, а затем повернулся к Изуку. Он был в восторге, как ребёнок, получивший сахарную вату. — Это будет так круто! — заявил он, тряся Изуку за плечо. — Так вы, ребята, сделали это в классе E? Это так круто! Ваша команда победила? Готов поспорить, что да…       — Я бы так не улыбался, — вмешался Айзава, сверля взглядом шутников. — Вам повезло, что вам разрешили участвовать в этом мероприятии. Если бы для этой игры не требовалось чётное количество игроков, никто из вас, проваливших экзамен, не смог бы сыграть.       Ученики, о которых шла речь, вздрогнули и поблагодарили своего классного руководителя. Изуку поморщился, очень радуясь, что ему удалось сдать экзамен, несмотря на противостояние со Всемогущим и отчасти с Бакуго.       — Что ж, давайте разделимся, — объявила Катаока, пока Маэхара и Исогай подходили с привычными ведёрками с цветными шариками и пластиковыми ножами. — 1-А – красный, 1-Б – синий? Звучит неплохо?       E-класс кивнул и быстро распределился по командам. Курахаши быстро схватила красный нож и торжествующе помахала им перед Кодой. Такебаяши присоединился к синей команде, поглядывая на Серо и Ашидо. Они всё ещё пялились на его пупок. Фува весело схватила синий нож и заявила: «Обожаю болеть за аутсайдеров!» (это был комплимент или оскорбление?), а Рицу снова согласилась сохранять нейтралитет.       — Мы с учителями тоже будем нейтральными сторонами и будем выступать в роли судей, — объяснил Карасума. Раздалось громкое фырканье, и Карасума вздохнул, взглянув на сердитого ребёнка, стоявшего рядом с ним. — И Кота тоже, так что постарайся не слишком вредить, хорошо?       Остальная часть класса распределилась по командам, стараясь сделать это как можно более равномерно. Чиба и Хаями попали в разные команды, так что в обеих командах был снайпер. Окуда попала в 1-А, чтобы уравновесить Такебаяши (и, вероятно, потому, что они с Яойорозу быстро подружились). В 1-А попали Накамура, Исогай и Катаока, в 1-Б — Маэхара, Окано и Кимура.       Хазама, выбравшая красный цвет (вероятно, потому, что у неё были какие-то претензии к Куроиро из 1-В), с подозрением смотрела на Тёмную Тень, которая недвусмысленно пялилась на неё. Монома с радостью приветствовал каждого агента, присоединившегося к его «миссии по тому, чтобы поставить 1-А на колени!» Терасака взглянул на свой синий цвет, явно сожалея о своём жизненном выборе. Карма, однако, ухмыльнулся и скрестил руки на груди, глядя на 1-А сверху вниз.       — Не волнуйся, — сказал он. Его взгляд остановился на Тодороки и не отрывался. — Мы заставим их пожалеть о том, что они бросили нам вызов.

***

      К вечеру в лагере поднялся радостный шум. Даже Бакуго, который весь лагерь был угрюмым, радостно размахивал своими двойными винтовками. Шоджи демонстрировал своё мастерство, управляясь с шестью ножами одновременно, а Яойорозу вместе с Окудой создавали бесконечное количество боеприпасов.       — Итак, кому-нибудь нужно напомнить о его позиции и задачах? — Иида пытался перекричать шум и суету, размахивая своими похожими на руки робота конечностями во все стороны. — Что ж, на случай, если вам нужно напомнить, наша команда защиты будет состоять из...       Шинсо подошёл к Изуку сзади и обнял его за плечи. — Готов вместе раздавить их, Зеленушка?       Изуку ухмыльнулся и игриво оттолкнул его руки. — У нас даже позиции разные, Хитоши. Мы будем по разные стороны горы.       — Да, но, по крайней мере, на этот раз мы в одной команде, — заметил Шинсо, и Изуку кивнул, радуясь, что ему не придётся снова сражаться со своим лучшим другом. В то время как Изуку было поручено разведать территорию противника, Шинсо вместе с Серо и Итоной должен был охранять флаг.       Прежде чем начать, Итона прикрепил к груди Изуку камеру, которая передавала сигнал обратно Итоне, по сути превращая Изуку в наземного дрона. — У них может быть Мимура, но это сработает даже лучше, — объяснил он, прежде чем прикрепить такую же камеру к груди Ииды.       — Помните, что это всего лишь игра. Играйте честно, играйте осторожно и играйте с умом, — объявил Карасума по рации, после чего начался обратный отсчёт. Изуку сосредоточился на мигающих цифрах, одновременно осматриваясь по сторонам в поисках сигналов тревоги. Оставалось три секунды, когда он заметил вдалеке подозрительный отблеск. Часы показали ноль, и началась стрельба. Только благодаря своим сверхзвуковым рефлексам он смог увернуться и спрятаться.       — Агент Баланс уже следит за мной – я собираюсь её устранить! — сообщил Изуку по рации.       — Не уходи раньше времени, Веснушка, — проинструктировала Накамура, которая была мозговым центром операции, и зеленоволосый мальчик ушёл.       С самого начала было очевидно, насколько эта Гражданская война отличается от той, в которой участвовал класс E. Противников было почти в два раза больше, да и подход 1-B был совсем другим. Изуку едва успел пробежать 100 метров, как внезапно наткнулся на стену из лиан. Отступив, он едва успел выбраться из ловушки Шиодзаки, как попал в другую.       — Вы, неудачники из 1-А, такие предсказуемые, — насмехался Монома, стреляя из пистолета. Он промахнулся, но это отвлекло Изуку от атаки Кендо сзади. Массивные руки полностью обездвижили его, и он заёрзал, пытаясь освободиться.       — Держи его на месте, Кендо, я справлюсь! — крикнул Тецутецу, бросаясь вперёд с обнажённым ножом. Но прежде чем он успел добраться до Изуку, его остановило красное пятно. Киришима (который был слишком воодушевлён тем, что попал в красную команду, и настоял на том, чтобы накрасить лицо красной краской, несмотря на все возражения Сугаи) торжествующе закричал и начал яростно бороться с Тецутецу.       — Укус бешеной псины! — заявил Мурамацу, спрыгнув с ближайшего дерева и укусив Кендо за руку. Рыжеволосая девушка вскрикнула и выпустила Изуку.       — Уходи отсюда, Деку, мы справимся! — заверил Киришима, прежде чем ударить Тецутецу по лицу. Судя по тому, как ему было трудно нанести эффективный удар Тецутецу (их причуды были слишком похожи), это утверждение было сомнительным, но Изуку пришлось ему довериться.       Монома снова направил на него пистолет. — Тебе не уйти – хах?!       Прежде чем белокурый мальчик успел что-то сказать, мимо него пронёсся Изуку, оставив на его рубашке красную полосу.       — Монома выбывает!       Было приятно нанести первый удар в игре, но триумф был недолгим: вскоре Рицу объявил об устранении Сугино и Сато. Он пробежал ещё немного, петляя, чтобы сбить Хаями с толку, и занял позицию снайпера. Он наткнулся на Каминари и Джиро, которые сражались лицом к лицу с Токаге и Ядой. Джиро использовала свою причуду, чтобы заглушить голос Яды, а Каминари яростно стрелял из пистолета. Он плохо прицеливался (к тому же он пугался и закрывал глаза каждый раз, когда раздавался выстрел), но каким-то чудом ему удалось попасть в Токаге.       Понимая, что силы неравны, Яда быстро отступила. — За ней! — крикнула Джиро.       — Подожди, Джиро, не надо! — попытался предупредить её Изуку, но было слишком поздно. Девушка с разъёмом для наушников врезалась прямо в одну из ловушек Хары. Она завизжала, а Каминари беспомощно взмахнул руками.       — Тупица, хватит стоять, освободи меня!       — А, точно! — сказал Каминари, доставая нож. Он замер, поняв, что нож пластиковый, и Джиро закатил глаза. — Э-э, подожди минутку, я только уберу это – АЙ!       Каминари, пытаясь освободить руки, решил убрать пистолет за пояс. Однако он забыл поставить его на предохранитель, и, конечно же, пистолет выстрелил.       — ...Каминари? — Джиро недоверчиво прищурилась. — Ты что, сам себе в зад выстрелил?       — НЕТ! — взвизгнул Каминари, не особо скрывая, что потирает зад. Через несколько секунд Рицу объявила: — Каминари выбывает!       — Ох, блин, — заныл Каминари. Его взгляд внезапно упал на Изуку, и тот густо покраснел. — О боже, пожалуйста, скажи, что это не попало в кадр.       — Это точно попало в кадр, — услужливо сообщила Накамура по рации, и Каминари застонал от стыда. Изуку смущённо улыбнулся и развязал ловушку, спустив Джиро на землю. Темноволосая девушка без колебаний выстрелила Каминари в грудь.       — Эй! — вскрикнул блондин. — За что?! Мы же в одной команде!       — Я знаю.       Выбывания продолжали происходить одно за другим, и обе стороны проигрывали с одинаковым счётом. Было приятно осознавать, что обе команды хорошо подготовлены, но отсутствие разрыва в счёте заставляло Изуку нервничать. Карма, должно быть, задумал что-то грандиозное, и зеленоволосый парень не хотел знать, что именно. Наконец он выследил Хаями. Она отступила к обрыву рядом с водопадом, и добраться до неё было очень сложно. Пришлось бы атаковать её спереди, что в случае с Хаями было равносильно смертному приговору.       У подножия водопада стоял Кота. Должно быть, он выбрал это место в качестве рефери. Изуку почувствовал дополнительное давление. Я должен хорошо выступить перед Котой. Карасума-сенсей сказал, что он наблюдал, чтобы определить разницу между агентом и героем. Возможно, это мой шанс изменить его мнение о героях!       Изуку составил план. Если он бросится на Хаями, используя свою скорость, то окажется быстрее её пуль. Но как только он собрался двигаться, его сердце пронзила острая боль страха. Он споткнулся. В следующее мгновение на него обрушилось синее пятно, и Изуку понял, что уже слишком поздно. Действуя на чистом инстинкте, Изуку отпрыгнул назад, едва избежав удара в грудь. Его сердце пронзила ещё одна острая боль страха, и тело Изуку застыло. Однако прежде чем успел выработаться адреналин, его вытеснило оцепенение.       Изуку с грустью вспомнил, почему ему не нравилось сражаться с Нагисой. Никто не хочет идти против змеи, когда она нападает.       — Я сам напросился, да? — смущённо спросил он, и Нагиса сочувственно улыбнулся.       — Ты же знаешь, что Карма нацелен на устранение самых серьёзных угроз. — Синеволосый мальчик нанес удар по груди Изуку. Тот увернулся, но из-за эмоционального вмешательства не смог быстро среагировать на следующий удар ногой. Нагиса набросился на него, обхватив ногами шею Изуку. Зеленоволосый мальчик попытался вырваться, а затем...       БАХ!       Хаями выжидала момент для удара. Её пуля не задела Нагису и попала Изуку прямо в живот.       — Серьёзно? Ты почти не сопротивлялся, — пожаловался Кота. — Ты мог бы увернуться, если бы был внимательнее и не отвлекался на разговоры.       Это прозвучало из уст ребёнка, и, возможно, именно поэтому было так унизительно. Щёки Изуку вспыхнули. — Яблоко от яблони недалеко падает, — сказал Нагиса.       — Да, я уверен, что Карма думает о том же, — вздохнул Изуку, ожидая, когда его засыпят руганью по рации. Он был искренне удивлён, что командир END до сих пор ничего не сказал... на самом деле он вообще не слышал никаких разговоров по рации. Изуку взглянул на свои рицу-часы. ИИ девушка тоже не объявила о его выбывании. Нагиса постучал по своим часам, но экран тоже был тёмным. Изуку достал свой рицу-телефон и увидел то же самое. Он не смог сдержать воспоминания о USJ и взглянул на Хаями и Нагису.       — Вы не думаете?..       Ответ пришёл раньше, чем они успели что-то предположить. Рядом с базой END вспыхнул огромный синий огонь, и тут же раздались крики. Огромный злодей с роботизированным глазом спрыгнул со скалы и приземлился прямо рядом с Котой. Он схватил мальчика за рубашку и поднял его, чтобы использовать как приманку. Злодей, казалось, не обращал внимания на три пистолета, направленных на него.       — Что ж, это может быть весело, — усмехнулся злодей. — А теперь давайте не будем делать глупостей, хорошо?

***

      Злодея звали Мускул. Он был членом какой-то группы под названием «Отряд Авангард», которая сотрудничала с Лигой Злодеев. Он хотел уничтожить как можно больше людей. Нервный паралитик END не действовала ни на него, ни на других нападавших злодеев. Хаями попыталась застрелить его и спасти Коту. Мускул не обратил внимания на транквилизатор и напал на снайпера. Он схватил её и с силой швырнул об скалу. Там была кровь и, несомненно, раздробленные кости, и Изуку закричал.       — НЕТ! — закричал Нагиса, используя свою причуду, чтобы воздействовать на эмоциональное состояние Мускулара. Он заставил злодея отпустить девушку, которая была без сознания. — Почему на тебя не подействовало оружие? Это твоя причуда?       Злодей, вероятно, усмехнулся бы, но он больше не мог контролировать свои эмоции. — Ваши маленькие нейтрализаторы на нас не подействуют. Хотя бой этого маленького промывателя мозгов с нашим боссом был унизительным, у нас всё же есть преимущество с помощью оставленного сувенирного ножа. Не только у вас есть умные ребята, которые могут создавать яды и противоядия.       О, Коро-сенсей, это было плохо. Это было очень, очень, очень плохо. Оружие END не было предназначено для убийства – Изуку даже сказал об этом Шигараки в USJ, ну и дураком же он был! – но оно было создано для нейтрализации, для того, чтобы поймать в ловушку и обездвижить. В остальном оно было бесполезным.       На лице Мускула отразилась жестокость. Нагиса физически дрожал, пытаясь удержать злодея под контролем. — Значит, я могу уничтожить всех вас, надоедливых убийц, а вы даже не сможете оказать сопротивление.       Нет. Он не мог позволить ему снова напасть. Изуку бросился вперёд, пытаясь остановить кулак, но он сильно недооценил причуду злодея. Его отбросило, как муху, и он почувствовал, как ломаются рёбра, а рот наполняется кровью. Он откатился назад и приземлился рядом с Котой и Хаями.       Злодей фыркнул. — Ты довольно шустрый. Не ты ли случайно первая цель в списке? Мидория Изуку? — Изуку не нужно было ничего говорить, его выдало шокированное лицо. Мускул рассмеялся. — Мне сказали, что тебя будет трудно поймать, но никто не говорил, что ты настолько глуп, что попытаешься дать отпор. Покропи землю кровью, ладно? Это то, что нам нужно. И раз уж мы об этом заговорили, не подскажешь ли, где этот парень, Бакуго? Если я приведу вас обоих, у них не будет другого выбора, кроме как повысить меня.       Изуку сглотнул. Что это вообще значит? Цель? Список? И что им нужно от Каччана?       Нет, нет, он не мог сосредоточиться на этом, ему нужно было вывести своих друзей в безопасное место. Это было его единственной целью.       — Мидория, — прошептал Нагиса, вставая перед ними, чтобы защитить их. — Бери Коту и Хаями и беги. Я разберусь с этим...       — НЕТ!       Удивительно, но против самоубийственного плана выступил не Изуку, а Кота. Темноволосый мальчик плакал и шмыгал носом, но он встал перед Хаями, чтобы защитить ее. Нагиса моргнул. — Со мной всё будет в порядке, не волнуйся...       — Нет! Ты не понимаешь, ты не понимаешь! — Кота затряс кулаками. — Это злодей, который убил моих родителей! Я не собираюсь убегать, он должен заплатить!       О. О нет. Почему всё так обернулось?       Нагиса вскрикнул. Синеволосого мальчика подняли и с такой силой швырнули на землю, что его тело подпрыгнуло. Вспышка гнева Коты усилила эмоции Мускула, позволив ему преодолеть ослабевающий контроль Нагисы. Разъярённый злодей повернулся к ребёнку и плюнул в него.       — Заставишь меня заплатить? Если твои дорогие мама и папа погибли, сражаясь со мной, с чего ты взял, что сможешь хотя бы прикоснуться ко мне? Жалкое зрелище. — Мускул оскалил зубы. — Хочешь совет от настоящего профессионала, малыш? Перестань верить в невозможное и давать обещания, которые не сможешь сдержать. Вот почему твои родители погибли – они поклялись защищать людей, как настоящие герои, но в итоге оказались в гробу!       Мускул вздыбился, но замер. Воздух наполнился напряжённой, убийственной жаждой крови – только не Нагисы.       — Серьёзно? Это всё, что ты можешь сказать в свою защиту? — Изуку, пошатываясь, встал и сплюнул кровь. — Ты винишь в их смерти их самих? В клятве, которую они дали как герои, – защищать людей, даже рискуя собственной жизнью? Ты насмехаешься над нами за то, что мы играем в героев, несмотря на то, что нас учил злодей, но ты явно не представляешь, за что боролся Коро-сенсей.       Коро-сенсей открыто признал, что его самой большой слабостью была недостаточная сила, и теперь Изуку понимал это как никогда хорошо. В прямом столкновении с Мускулом он был бы мёртв. Но Коро-сенсей также доказал, что не обязательно быть сильным, чтобы быть непобедимым.       Кроме того, он уже кашлял кровью – что будет если добавить ещё немного?       Воспользовавшись силой, которую он не применял уже несколько недель, он схватил одну из растущих мышечных тканей Мускулара и побежал. Причуда злодея позволяла ему увеличивать мышечные волокна, и Изуку было любопытно посмотреть, как далеко они могут зайти. На полной скорости в 2 Маха он пронёсся вокруг Мускулара, как торнадо, и обернул злодея его же мышцами. Последовавшая за этим ударная волна отбросила Нагису, Хаями и Коту назад, и синеволосый мальчик чуть не упал в реку       — Ребята, вы в порядке? — спросил он, подлетая к ним. Нагиса кивнул и с тревогой посмотрел на эту груду мышц.       — Мидория... Думаю, ты только разозлил его.       Он был прав. Веревка, превратившаяся в мышцу, развязалась. Изуку стиснул зубы. Какие еще трюки припас Коро-сенсей? В распоряжении их старого учителя было еще около дюжины причуд; возможности Изуку были гораздо более ограниченными. Нет, он не мог так думать. Коро-сенсей дал ему эту причуду, самую героическую из всех. Он научил Изуку побеждать в бою, всегда имея при себе второй клинок – второй клинок, который он месяцами оттачивал в классе E. Если ему удавалось перехитрить противника, он побеждал.       Он оценил Мускула. Тот был слишком силён, чтобы его можно было удержать, даже с помощью его собственных мышц. Он был достаточно быстр, так что его более медленных скоростей было недостаточно, но он не мог сравниться с ним в скорости, равной двум махам. Ему было всё равно, кого убивать, ребёнка или нет, но у его группы, очевидно, был список целей, и Изуку был в нём. Он не был уверен, значит ли это, что Мускул не сможет его убить, но рисковать не хотел. Злодей хотел заставить его истекать кровью.       И именно этим собирался воспользоваться Изуку.       Он почувствовал лёгкое утешение и поддержку от Нагисы. Синеволосый мальчик стоял перед Котой и Хаями, готовый защищать их любой ценой. И тогда Изуку начал действовать. Он побежал вокруг Мускула по зигзагообразной траектории. Цель состояла в том, чтобы сдерживать его и отвлекать. Скорость ветра, создаваемая причудой Изуку, отражала большинство атак злодея. Он сбивал Мускула с толку, останавливаясь на доли секунды и почти создавая свою собственную версию двойников, как это делал Коро-сенсей. Они были не так хороши, как у учителя-осьминога, но со своей задачей справлялись.       Массивная мускулистая рука взметнулась как раз вовремя, чтобы схватить Изуку и повалить его на землю.       Ладно, может, и нет!       — Думаешь, твои уловки на меня подействуют?! Неважно, как быстро ты бежишь, я всё равно разорву тебя на куски! — Мускул сплюнул. К этому моменту Изуку выкашлял столько крови, что уже не понимал, где она от чрезмерного использования его причуды, а где от того, что Мускул раздавил ему лёгкие.       — Мидория! — в ужасе закричал Нагиса, но в глазах Мидории читалась непоколебимая решимость. А затем на него нахлынули эмоции.       Гордость. Восхищение. Беспокойство. Достижение. Счастье. Печаль. Ностальгия. Желание. Удовлетворение. И любовь. Так много любви. Такой любви, какую может испытывать только учитель. Таковы были чувства Коро-сенсея. Вот что он чувствовал по отношению к классу E всё то время, что они провели вместе. Вот как сильно он их любил.       Как будто Коро-сенсей был рядом и придавал Изуку сил, чтобы дать отпор и двигаться ещё быстрее. Он начал наносить удары по руке Мускула, двигаясь быстрее, чем когда-либо прежде. У злодея не было ни единого шанса, он не мог среагировать достаточно быстро, чтобы защититься от шквала атак. Он разорвал мышцы, как папье-маше.       Изуку никогда не чувствовал себя таким сильным. Это было намного больше, чем скорость в 2 Маха, намного больше, чем 10 % силы Коро-сенсея. Это была вся скорость его учителя, все его эмоции, всё его существо. Нанеся несколько последних ударов, он прорвал мускулистую защиту злодея. Благодаря своей временной скорости в 20 Махов он создал вокруг Мускула кольцо из двойников и атаковал одновременно с ними. Злодей вскрикнул и, несмотря ни на что, наконец рухнул.       Изуку постоял там, в последний раз насладился этими прекрасными, восхитительными эмоциями (Коро-сенсей, пожалуйста, не уходи) и сделал то же самое.

***

      Он проснулся от острого приступа ужаса, который не испытывал с тех пор, как Жнец был готов проделать дыру в Шинсо.       — Хитоши! — ахнул он, резко садясь. Тут же на его плечо легла нежная рука, и паника быстро сменилась глубоким, успокаивающим спокойствием.       — Прости, — извинился Нагиса. — Я не мог заставить тебя проснуться другим способом…       Изуку неуверенно кивнул, осознавая происходящее. Он оглянулся и увидел Мускула, лежащего без сознания в нескольких метрах от него. Кота прижимался к Нагисе и Изуку и, казалось, был готов расплакаться.       — Нам нужно уходить, — продолжил Нагиса. — Неизвестно, как долго он будет без сознания, и у нас не будет ни единого шанса справиться с ним во второй раз. Нам нужно доставить Коту в безопасное место, а Хаями нужна медицинская помощь. Ты можешь идти?       — Да, я так думаю.       С посторонней помощью Изуку поднялся на ноги. Он тяжело дышал, и ему казалось, что в лёгких что-то хрустит, но он мог двигаться. К сожалению, о том, чтобы использовать свою причуду, не могло быть и речи, но это не имело значения. Никто не мог преодолеть эту гору быстрее, чем Е класс, с причудой скорости или без неё.       Кота бросился к его ногам и обхватил их, как коала. Он посмотрел на Изуку большими влажными глазами. — Теперь я понял.       — Хммм?       — Я понимаю. Что делает героя таким особенным, — всхлипнул мальчик. — С-спасибо тебе большое. Ты чуть не погиб из-за меня, а я никогда не смог бы быть таким сильным, и… спасибо тебе…       Изуку мягко улыбнулся и погладил мальчика по голове. — Чтобы быть героем, тебе не нужны ни лицензия, ни плащ, Кота. Поверь мне, ты и так достаточно силён.       Нагиса подхватил Хаями, а Изуку взял Коту на спину, и они побежали к базе. Довольно быстро Изуку почувствовал, что его тело странно трясётся. Из-за этого ему было трудно бежать.       — Не волнуйся, я просто немного устал. Думаю, дальнейшее использование силы Коро-сенсея меня немного вымотало, — отмахнулся он, но это только усилило беспокойство Нагисы.       — Это... это то, что произошло? Мне показалось, что ты двигаешься быстрее, но было сложно сказать наверняка. Ты действительно получил доступ к большей части его причуды?       Изуку моргнул. Разве... Разве не этого хотел добиться Нагиса, проецируя эмоции Коро-сенсея?       — А-а, да, совсем чуть-чуть. Не думаю, что смогу повторить это, тем более что мой организм всё ещё не справляется с скоростью в 2 Маха. — Он рассмеялся, но в глубине души ему было страшно. Было ли это случайностью? Совпадением, удачей? Может быть, он на самом деле двигался не так быстро, и адреналин сыграл с ним злую шутку? Или, может быть...       Он опустил взгляд на свои дрожащие руки, чтобы найти ответ, и ему не понравилось то, что он увидел. Хотя в темноте было трудно что-то разглядеть, он мог поклясться, что вены на его руках были зелёными.