Костюм черного кролика

от автора! действия происходят на следующий день, утро, после того как Ло уже собрался в университет!

***

Холодное утро обволакивало город серым туманом, цепким и глухим. Морозный воздух кусался за кожу, пробирался под одежду, будто напоминая о чём-то забытом, но болезненно важном. Ло шагал по пустынной улице, словно на автопилоте, почти не чувствуя под собой земли. Его тело болело тянущей, ноющей болью, будто кто-то невидимый тащил за собой его мысли, чувства и остатки сил. Слабость растекалась по венам, будто ртуть, и каждый вдох казался тяжёлым испытанием. Мысли в голове были как сломанный граммофон, бесконечно повторяющий одни и те же обрывки — хаотичные, запутанные, но неизменно возвращающиеся к нему. К Джону. Имя, которое причиняло одновременно жгучую боль и какое-то непонятное, стыдливое тепло. Ло ненавидел себя за это. Отвращение? Любовь? Сложно сказать. Эти чувства переплетались так тесно, что одно невозможно было отличить от другого.Вроде такие разные но и до боли похожие чуства, их различает тонкая грань которая в любой момент может треснуть. Но одно он знал наверняка — Джон тронул в нём струны, которых не касался никто другой. Тронул нежно, почти незаметно, но так, что дрожь в коленях осталась до сих пор. Он никогда не чувствовал себя таким уязвимым, но в то же время — таким живым. Прошлое подступало к горлу вязкой комкой, вызывая неприятный привкус горечи. Оно оставило после себя только шрамы, внутренние раны, затянувшиеся, но не забытые. Но что теперь? От этих мыслей не спрятаться. И всё же, несмотря на тяжесть внутри, Ло нехотя собрался и отправился в университет, будто пытаясь убежать от самого себя. День в университете прошёл в серых тонах. Каждая пара казалась одинаковой — голоса преподавателей сливались в единый шум, бессмысленный и далекий. Ло сидел с пустым взглядом, не в состоянии сосредоточиться ни на слове. Дилана сегодня не было, и Ло, к своему удивлению, испытал облегчение. Он хотел побыть один. Слишком много эмоций, слишком много мыслей. Но и оставаться дома он не мог — пропусков и так уже было слишком много. Каждая минута тянулась, словно растопленный воск, медленно капающий на сознание, обжигая, но не оставляя ожогов. К моменту окончания занятий Ло чувствовал себя выжатым, как тряпка. Чтобы хоть немного отвлечься, он решил зайти в знакомое кафе, то самое, где чашка ромашкового чая и тёплая булочка всегда приносили хоть крупицу покоя. Тепло помещения встретило его мягким светом и ароматами ванили и корицы. Он уже собирался направиться к кассе, как его взгляд зацепился за знакомый силуэт. Тот, кого он не хотел больше видеть. Тот, кто приносил с собой боль, смятение, и что-то слишком личное, слишком трепетное. Джон. Ло попытался проигнорировать его, сосредоточившись на заказе. Он выбрал то, что всегда выбирал — чай, булочку с маком. С этими простыми вещами было связано хоть какое-то чувство стабильности. Найдя свободный столик у окна, он опустился на стул и уставился в своё отражение в стекле. "Выкинь его из головы," — повторял он себе, как заклинание. "Вырви, как сорняк. Как паразита под кожей." Но «паразит» не собирался так просто исчезать. Знакомые шаги, неуверенные, будто человек сам не до конца верил, что делает правильно, приблизились. Ло почувствовал, как внутри всё сжалось в тугой комок. Сердце заколотилось. Он не оборачивался. — Кхм… — донёсся знакомый голос. Джон прочистил горло и, немного помедлив, всё же заговорил. — Здравствуй, Ло. Не ожидал тебя тут увидеть… Его голос был спокойным, но в нём слышалась напряжённость, словно он пытался держать в узде вихрь эмоций. Он стоял перед ним — живой, настоящий, тот, кого Ло пытался изгнать из мыслей весь день, но кто снова оказался рядом, как неизбежность. И теперь этот разговор, как бы ни пытался Ло его избежать, должен был случиться. Потому что некоторые точки всё-таки надо расставить. Даже если для этого придётся снов а вскрыть старые раны.