A sea of tenderness

Тяжело было ждать день их встречи, пускай все дни шли достаточно быстро, но всё же есть в этом ожидании та секунда, что будет длиться вечность. Как бы сильно парни не хотели, но время шло своим чередом и не позволяло торопиться лишь для них. Все эти дни Шерлок без перерыва готовился, то слова подготовит, то вид свой преобразит. Никогда он ещё так не готовился, даже к брату на важное мероприятие мог прийти лишь в одной простыни, демонстрируя своё нежелание тут сидеть. Но почему-то сейчас он так старательно укладывал свои чуть кудрявые пряди, чтобы те хотя бы не выглядели так, как будто парень только с кровати встал. На этих днях он даже специально подходил к девушкам из своей группы, чтобы попросить совет для примирения и для того, чтобы ему помогли с выражением своих чувств. Холмс, конечно, и сам мог с этим справиться, но всё же от совета не отказался бы, всё же девушки в этом лучше понимают. И таким образом быстрее можно подготовиться к этому особенному дню. Каждый день Шерлок считал каждую минуту, ходил по комнате кругами, собирал свои мысли, до того момента, как его начали выгонять из их общей комнаты Джон с Виктором. — Шерлок, да прижми ты уже свой зад, бесишь, ходишь тут кругами. — Первым не выдержал Джон и с упрёками начал выставлять виновника шума за дверь. Виктор на это нечасто обращал внимания, поскольку ему было легче самому уйти гулять куда-нибудь, чем сидеть в комнате, в отличие от своего друга-домоседа. После этого детектив и правда стал выходить на улицу, ходить чаще гулять, проветривать свою голову от мыслей о том, как он встретится с Мориарти. Хотелось быстрее встретиться с ним, обговорить всё, обсудить всё до мельчайших деталей, обнять и просто так стоять. Конечно, объятия явно будут лишними, но всё же почему-то хотелось прижать профессора к себе и больше никому не отдавать. Это было эгоистично, но, с другой стороны, это бы даровало спокойствие Шерлоку, что больше никто другой не сможет забрать себе Уильяма. Это было необъяснимое желание, но всё же, если подумать, то Мориарти настолько часто со всеми хорошо общается, вечно всем улыбается. Но Шерлок не хотел этого, он хотел прижать к себе Уильяма и никому не отдавать, пусть и улыбка того притворная, но пусть она будет принадлежать только лишь детективу. Только ему и никому больше. И если сейчас Холмс просто съедал себя этими мыслями, то виновник этого тоже не сидел с пустой головой. Встав на ватных ногах, Уилл осторожно дошёл до плиты, он не ел нормально уже дня два. Если так продолжится и дальше, то проблем с желудком было не избежать. Только вот ни одна крошка еды не лезла в горло, а если всё же и лезла, то так и оставалась комом, который невозможно было проглотить. Сейчас Лиам один, даже не мог поговорить с кем-то, тут не было ни Альберта, ни Льюиса, от чего становилось лишь хуже. Он мог бы, конечно, позвонить им, но не хочет отрывать тех от их работы и обязанностей, которыми их награждали после всего случившегося. Единственная мысль, которая сейчас крутилась в голове, как бы быстрее наступил тот день и всё обсудить. К счастью, дни летели быстро, если не смотреть в будущее, а в прошлое, словно минуты на настенных часах, которые спокойно висели в кабинете математики. Уже четверг, тот самый день, который с нетерпением ждал как и Шерлок, так и сам Уильям. Всё же сегодня они обязаны встретиться и всё обговорить, а если того будет требовать ситуация, то и вовсе разойтись, как в море корабли. Уильям сидел за своим столом в ожидании студентов. Наверное, такое действие очень сильно удивит, ведь редко можно было увидеть профессора за столом, но от всего предвкушения от будущего разговора бросало то в жар, то в холод. Именно поэтому простое открытие двери очень сильно удивило Мориарти, и он резко обернулся на вошедшего. Какая радость, что тем человеком оказался сам Холмс. От дальней разлуки даже захотелось подойти и спросить всё, о чём хотелось, но Мориарти держался и не позволял себе столь грубое поведение. — Профессор Мориарти, я пришел раньше, потому что хотел бы с вами обсудить пару вопросов. — Спокойно сказал Шерлок и, закрыв дверь с внутренней стороны кабинета, прошёл вплоть до стола Уильяма. Только после из его уст вырвалось нервное: — Вы же не против? На секунду Мориарти впал в некий ступор, но всё же быстро ответил: — Нет, я бы и сам хотел обсудить с вами пару вопросов. В первую очередь, как вы себя чувствуете после болезни. На такой ответ Шерлок чуть помялся, ведь он и не болел, просто то было лишь прикрытие. Но настоящую причину профессору знать не нужно. А может и нужно, но желательно в мягком тоне. Холмс даже не успевал думать, мысли были перепутаны, и оттого вместо спокойного ответа он неожиданно, он неожиданно как и для себя, так и для своего собеседника, буквально выкрикнул пару слов. — Профессор, простите мне мою дерзость, но из-за чего-то я не смог спокойно видеть все ситуации и часто ревновал ваше внимание. Мне больно видеть, что вы так хорошо общаетесь со всеми, даже вне университета, а моё присутствие зачастую просто игнорировали, неужели я вам настолько был противен? Тело словно сковали цепью, которая не давала сделать и вздоха, но всё же эти слова хорошо описали чувства между ними, и на это у Джеймса Мориарти был лишь один ответ. — Простите меня, мистер Холмс, я видел и замечал всё, но я боюсь привязываться. — Верно, он боялся быть зависимым от человека, от кого-то, боялся привязываться и раскрываться. Что будет, узнай Шерлок о нём всю правду, не отвернутся ли от него? Не скажут ли, что он им противен? Всё же преступный лорд всегда был очень осторожен и не позволял лишнего внимания как со своей, так и с другой стороны. Но почему-то его так сильно тянуло к этому юноше, возможно, это было от того, что они одного возраста, или от того, что тот был таким же гением в своей сфере. Склад ума Шерлока заставлял задержать на нём всё своё внимание, но ещё больше привлекала и сама его персона. — Для всех я просто профессор математики, но ты видел во мне друга, как и я в тебе, поэтому я решил отстраниться, чтобы это не зашло дальше, но всё же сделал лишь хуже. Шерлок, который до этого стоял и слушал, вдруг опустил свой взгляд синих глаз и осторожно спросил лишь один вопрос. — А вы сможете подпустить меня ближе? Тут Мориарти наконец встал на ноги, которые почему-то стали будто из ваты, и осторожно подошёл ближе к своему другу, точнее к человеку, что стал для него другом. — Да, сейчас я готов подпустить тебя ближе, я правда хочу, чтобы мы стали друзьями, но прошу, когда узнаешь правду, не отворачивайся от меня. — После слов пошли действия, которые сильно удивили Шерлока, всё же не каждый день тебе на плечи роняют голову и стоят вот так вот. Но их идиллию прервала бумажка, которая выпала из руки Шерлока. Та была не маленькой, поэтому её быстро заметили. Сердце студента ускорило свой пульс, и чтобы этого не услышали, он хотел осторожно отодвинуться, но Мориарти сделал это быстрее. Уильям просто хотел было поднять эту бумажку, но не ожидал увидеть там слова, которые недавно произнес сам детектив. Там были все те же слова, но всё же слово «ревновал» сильно заинтересовало его внимание. До этого он был в шокированном состоянии, чтобы на это отреагировать, но сейчас, когда он вновь обдумал чужие слова, то по голове будто ударили чем-то тяжёлым. Ему буквально признались в малых чувствах, а он так холодно ответил. — Извините, Шерлок, но вы говорили про ревность, неужели она была настолько сильной, и вы не хотели ходить на учебу из-за этих чувств? — А, ну, тут дело такое, я просто не знал, как по-другому выразить свои чувства. Мне помогали с речью девушки из нашей группы, всё же с извинениями и в выражении чувств у них получше будет. — Шерлок замялся от своих же чувств и от того, как на это отреагировал объект его заинтересованности. Он до сих пор был в немом шоке от его действий, когда тот просто уронил свою голову ему на плечо, а сейчас ещё и за свою ревность оправдываться. — Вот как. — Чуть посмеялся Уильям и без всяких колебаний ответил. — Неужели такое способно заставить вас ревновать? Мистер Холмс, не думаю, что мы настолько сильно близки. — Эти слова правда могли бы ранить, но не Шерлока, который тут же выпрямился в свою привычную насмешливую позу. — Я же обещал, что сотру вашу улыбку, профессор, таким образом, что вы больше не будете улыбаться каждому встречному, а только мне и только искренне. — Насмешка быстро спала, когда в кабинет вдруг вошёл другой студент. Пары скоро начнутся, поэтому в этом не было ничего удивительного, но всё же это раздражало Шерлока, ведь им помешали на таком моменте. — Хорошо, Шерлок Холмс, а теперь займите своё место и ждите конца дня, думаю, тогда мы сможем хорошо поговорить.